Слишком близко

Я так и не смог ни заснуть, ни просто перестать думать о случившемся. Я маялся, вновь и вновь порываясь позвонить Жене. К слову, я сделал это четыре раза, но забросил эту затею, так как Женя трубку не брал, а затем вообще выключил телефон. Но хоть я и знал, что ответом мне будет лишь монотонный голос "аппарат абонента выключен или находится в не зоны действия сети" все равно так и тянуло набрать заученные уже наизусть цифры. Дверь в комнату открылась и, повернувшись, я увидел Ника. -Ты как? - тихо спросил он. -Нормально, - бросил я охрипшим голосом, снова отворачиваясь к стенке, не желая говорить сейчас с братом. А ведь он именно для этого и пришел. Тот аккуратно сел на кровати. Повисла тишина, Ник, я это видел боковым зрением, наверное с беспокойством, меня оглядывал, а я все продолжал вертеть в руках телефон, борясь с желанием позвонить. -Не расскажешь из-за чего вы... - парень запнулся, - Поругались. -Не важно, - бросил я, набирая номер и нажимая на кнопку "вызов" даже не поднося телефон к уху. И вот опять тихий, но слышимый голос "аппарат абонента..." Я тут же нажал отбой. -Леш, - позвал меня брат. -Ну чего тебе? - зло глянул я на брата, но от этого стало ещё хуже. Ник одарил меня таким жалеющим взглядом, словно я тут при смерти лежал. Все это было похоже на то, словно мы с Женей расстались. Я весь в слезах, брат меня утешает... Вот только мы не расстались. Не могли. Он поостынет и простит меня, и все будет как раньше. От своих собственных мыслей на глаза снова навернулись соленые капли, которые я тут же смахнул уже порядком намокшим рукавом, а ещё и дура-мысль в голове, что ничего уже как раньше не будет... Вообще ничего не будет, потому что он не хочет меня видеть... -Леш, - погладил он меня по колену, но я лишь скинул его руку, только сильнее расстраиваясь. Как он не поймет, что я хочу побыть один? - Расскажи мне, - снова попросил он. Но разве Женя не рассказал ему? Конечно, рассказал. Ведь я не глупый, и понимаю, куда уходил Ник. Он с ним разговаривал, Женя рассказал все ему... Тогда что Никита тут делает? Разве ему не противно, так же, как и Жене, от моего поступка? -Ник, оставь меня одного, а? - все же попросил я. Голос все ещё "скрипел", поэтому просьба получилась отвратительно жалобной. Словно ещё чуть-чуть и я разревусь. Но я ведь не буду реветь. Да ведь? Я же не собираюсь устраивать истерику из-за ничего? Меня всего лишь бросили. Всего-то... Черт! Дурак! Дурак! Сам себя же накручиваю! И кто о таком думает? Я шмыгнул носом, проглатывая рыдания, утыкаясь носом в подушку. -Никуда не уйду, пока ты мне четко и ясно не расскажешь, что случилось. Рука брата снова оказалась на коленке, только на этот раз не гладила, утешая, а сжала ту. -Я дура-ак, - все же горло снова сжали спазмы, а из глаз потекли слезы. Я уткнулся в подушку, стараясь хоть как-то заглушить стенания,- Тако-о-ой дура-ак. Ник подсел ближе, кладя руку теперь на мое плечо, все так же сжимая. Я, глубоко вздохнув, попытался прийти в себя, что получилось только наполовину - всхлипы все ещё рвались из горла, а из глаз текло, только теперь не в таких масштабах. Я, глядя в одну точку, чтобы не смотреть на брата, стал рассказывать: -Мы долго не виделись. И я уже начал думать, ч-что мы... я... что я все выдумал. Я хотел про-оверить. Я... Катю. Поцеловал её, чтобы проверить пра-авда нравится мне Женя или нет... - теперь я лишь странно втягивал воздух, слишком резко, словно все ещё плакал, только слезы с щек уже высохли и лишь застилали глаза, - Я... Я думал, что так смогу у-убедиться, что он мне нравится. Я... Катя... Ничего. Я ничего не почувствовал к ней. Я б-был так рад. Я не хотел, чтобы о-он поду-умал будто... - слезы снова потекли, а слова застряли в горле... Я почувствовал, как Ник разворачивает меня так, чтобы я оказался лежащим на спине. Показывать брату красные и мокрые глаза я не рвался, но сил сопротивляться просто не было. -Он тебя любит, Леш, - прошептал он мне на ухо, от чего я только сильнее заплакал, - А ты? - спросил тот у меня. -Так сильно... - я выдавливал из себя слова с таким трудом, но я хотел наконец-то сказать это, - Я люблю его так сильно... -Тшшш, - он провел рукой по моим волосам, подождав, когда я, наконец, приду в себя. Десятка минут, и я лежу, уже вытерев слезы. -Ник, оставь меня одного, пожалуйста, - говорю я шепотом, потому что сил на то, чтобы говорить нормально, нет. Я отворачиваюсь к стенке, поудобнее перехватывая подушку двумя руками, вновь утыкаясь в ту носом. -Хорошо, - также тихо отвечает брат, затем встает с кровати и выходит из комнаты. Я наконец-то могу снова побыть один. Слезы уже не текут, но глаза чешутся и немного побаливают от того, как много я плакал. Это чувство раздражает. Сильнее зажмуриваюсь, надеясь заснуть, но сон, как назло, не шел. И я продолжал лежать и думать. Стрелков, чтоб тебя! Почему ты меня оттолкнул? Я же тебя люблю, а ты... Ты тоже говорил, что любишь! И где эта чертова любовь теперь, м? -Же-ень, - зову я в пустоту тихим срывающимся голосом, надеясь, что я сейчас просто проснусь, и окажется, что все из пережитого мной неправда, страшный сон. Но ничего не происходит, а я так и остаюсь лежать на кровати, смахивая набежавшие на глаза слезы. Через некоторое время, я не заметил, как заснул. Даже не заснул, а провалился в дремоту. Я спал, но в тоже время понимал, что если я захочу сейчас открыть глаза, то тут же проснусь. Хотя я и так просыпался несколько раз. То дверь в комнату Ника слишком громко хлопнет, то из зала донесется слишком громкие голоса телевизора. Но почти сразу же засыпая снова. -Леш, - меня потрясли за плечо. -Мм, - выдавил я из себя, поворачиваясь лицом к Нику, сидящему на краешке моей кровати. -Вставай. Ты уже полдня спишь, - почему-то шепотом говорит мне брат. -Угу, - мычу я, и снова отворачиваюсь к стенке. Ник все ещё сидит на кровати, а мне это сейчас даже и не мешает. Глаза все ещё сладко слипаются, но в тоже время жутко болят. Протерев их тыльной стороной ладони, переворачиваюсь на спину, - Ник, - зову я парня. -Да? - тот слегка наклоняется ко мне, наверное, чтобы лучше разглядеть в вечерней темноте. -Принеси попить, пожалуйста, - в горле пустыня. Ощущения чем-то напоминают то утро, когда мы справляли новый год у Женьки на даче. Ник выходит из комнаты, и уже через пару минут протягивает мне стакан с холодной водой. Я, привстав на локтях, выпиваю ту в три глотка, и отдаю пустую посуду брату, вновь падая на подушку. Я думал, что теперь Ник уйдет, но брат и не думал этого делать. -Вы не так друг друга поняли.. - вдруг произносит тот, а я кривлюсь, зло глядя на старшего. -Ни-ик -Это ошибка. Ты не так объяснил, он не так понял... -Ник, прекрати, - снова в расстроенных чувствах прошу я. Не хочу говорить на эту тему. Ни сейчас, ни когда-либо ещё. -Поговори с ним завтра, - советует мне брат. -Нет, не буду, - качаю я головой, вновь переворачиваясь на бок, смотря в стену передо мной и находя её очень интересной. Вон обои чуть-чуть надорвались. Если сковырнуть их ногтем, то можно оторвать кусочек чуть больше, что я и делаю, - Не буду я навязываться, - шепчу я. -Тогда прости, Леш, - Никита засунул руку в карман, что-то доставая оттуда. -М? - я недоуменно смотрю на брата через плечо и замечаю в его руках телефон. -Я все записал, - брат тут же нажимает на пару кнопок на телефоне и тот, пропиликав, начинает воспроизводить какой-то странный шум. Из колонок слышится шорох, словно это... Я недоуменно глядел на брата, и медленно в мой глупый мозг дошло, что сделал брат. Этот ублюдок записал мои стенания на диктофон! -Я пойду и дам ему это послушать, - затараторил тот, вскакивая с кровати, наверное, видя мое рассвирепевшее лицо. -Нет, - охрипшим голосом, протестовал я, - Не надо, Ник... -Вы не так друг друга поняли! Это ошибка! Вы ошиблись! - все тараторил он, пока я садился на кровати. Сейчас я в полной мере осознал, какой я разбитый. Ноги ослабли, это я почувствовал, когда те коснулись извечно холодного пола, а руки не желали делать что-либо, словно все силы, которые у меня раньше были, махнули мне ручкой, оставив меня беспомощным. -Нет, Ник, не надо, - жалобно попросил я, и сам же скривился от того, как плаксиво и моляще звучит голос, - Пожалуйста, только не так... - я потянул руку к телефону, но брат поднял тот на вытянутой руке, так что забрать его у меня не вышло. Да и сил прыгать за ним у меня совершенно не было. Все же Ник понял, что я имею в виду под "не так", потому что бежать из комнаты он тут же перехотел и положил телефон в карман, серьезно глядя на раскисшего меня. -Если завтра не скажешь, я дам прослушать запись, - сердито бросил он и вышел из моей комнаты. И чего он так трясется? Тут же мое счастье рушится, а не его... Но сейчас есть проблема и посерьезнее. Завтра мне нужно признаться Стрелкову в любви...