Слишком близко

- Стой, ты чего? - я старался оттолкнуть Женю, что с порога полез целоваться. Мы только вошли к нему в квартиру, я даже разуться не успел. - А как же... - Никого дома нет, - перебил он меня, правильно угадав, что меня беспокоило. Тут же Стрелков стал быстро избавлять меня от верхней одежды, бросая её ладно, что хоть не на пол, а на комод, что стоял в прихожей. Мне пришлось скинуть обувь не глядя, и, кажется, какой-то из кроссовок улетел к двери. Но Женю это, видимо, не волновало. Под футболку мне залезла пара рук, тут же, у порога, стягивая её с меня. Я немного замялся под таким напором, но мое участие, словно и не играло большой роли. Вот Женя скидывает свою кофту, притягивая меня к себе, целуя в шею. Руки спустились с талии вниз, и меня всего тут же покрыли мурашки. Несильно сжав мои ягодицы, Женя подхватил меня под бедра, приподнимая на руках. Я сначала удивился, но тут же скрестил ноги за его спиной, прижимаясь голой грудью к Жене, чувствуя его учащенное сердцебиение. Парень вскинул голову, оторвавшись от моей шеи, и я, немного наклонившись вперед, ответил на поцелуй. Не глядя, Стрелков двинулся в сторону лестницы, довольно быстро поднимаясь по ней. Ну, как мне показалось. Тут же спиной я уперся в стену, а Женя, удобнее подхватив меня, чуть толкнулся, касаясь моей промежности. Я медленно, но верно начинал уплывать. Все происходящее начало сливаться в бесконечные поцелуи, громкое биение сердца в ушах и отголоски удовольствия, когда Женя делал что-то наподобие этого. Вот мы уже в комнате Стрелкова, а вот меня роняют на кровать, нависая надо мной сверху. Звякнула пряжка ремня, а затем я услышал шорох снимаемых джинс. Я приподнял голову и увидел, как Женя избавляется от одежды. В горле тут же пересохло, а руки почему-то начали подрагивать. Так, соберись, Воронецкий. Тут нечего бояться. Это совершенно нормально. Я начал мысленно себя успокаивать, помня, как в тот раз Женя просто остановился на полпути. Сейчас я точно такого не хочу. Ни за что. Поэтому, когда парень снова навис надо мной, я притянул его к себе, сам тянясь за новым поцелуем. В тот же миг я почувствовал, как руки Стрелкова избавляют и меня от ненужной ткани, сдергивая штаны и отбрасывая их, даже не глядя куда. Затем, одним движением, были сдернуты и плавки с носками, так что теперь мы оказались совершенно голыми. Коленкой Женя развел мои ноги, которые я отчего-то стал сводить вместе, и, взглянув мне в глаза, устроился между ними, притягивая меня чуть ближе к нему. Руки все ещё подрагивали, но желание никуда не пропадало. Я так хотел разрядки. Такой Женя очень и очень заводил, знаете ли... Стрелков снова потянулся к моим губам так, что, при движении, его член коснулся моего, а меня словно прошило электрическим разрядом. Прошлось по нервам, тут же исчезая. Я промямлил что-то неразборчивое, прежде чем тот поцеловал меня. Руки оглаживали все мое тело, то проводя пальцами по бокам, по спине и груди, от чего мурашки бегали к затылку, то в каких-то миллиметрах от требующего внимания члена. Я готов был разреветься. Если он сейчас ничего не сделает, я просто сбегу. - Перевернись, - шепотом мне в губы, когда очередной поцелуй был разорван. Сначала я удивился и подумал, что мне послышалось, но когда я переспросил, Женя ещё более твердо, смотря мне прямо в глаза, повторил. - Перевернись на живот. Судорожно вдохнув, я аккуратно перевернулся на бок, а затем, собрав все свое мужество в кулак, на живот. Под меня тут же забралась пара рук, приподнимая и заставляя встать на колени. Честно, я готов был провалиться сквозь землю. И от страха и от стыда. Все же, это... Боже, Воронецкий, держи себя в руках. Спину тут же начали оглаживать. Снова притянув меня за бока чуть ближе, Стрелков поцеловал сначала копчик, с каждым разом спускаясь все ниже. Я дернулся было в сторону, но пальцы сильнее сжали мои бедра, так что мне ничего не оставалось, как ждать неминуемого. В памяти ещё свежо вспоминание о том разе, когда он делал нечто подобное... - Жень, - зову я, просто чтобы услышать его голос. Мне страшно, я боюсь, но, кажется, сегодня тот останавливаться не собирается. И сейчас я даже не знаю, радоваться этому или нет. - Расслабься, - все же отзывается тот. Легко ему говорить! Руки снова начали бродить по телу, а поцелуи между тем дошли уже до ложбинки ягодиц. Руками Женя сильнее расставил мои ноги в сторону. Боже, пусть он прекратит. Собственное дыхание стало ужасно тяжелым, а сердце бухало об грудную клетку, словно пыталось вырваться. Я сцепил руки в замок, пытаясь унять дрожь, и положил на них голову, прикрывая глаза. Надо получать удовольствие... Женя , как и в тот раз развел мои ягодицы в стороны, слегка кусая одну. Затем вновь, убрав руки, кладя их мне на бедра, он спустился ещё ниже и выдохнул мне в мошонку. - Жень, перестань, - шепотом. Но вместо ответа парень прихватил одно яичко губами и чуть потянул. Во мне снова стало зарождаться это тепло внизу живота. С каждым движением Жени, раскаляясь все сильнее. Он полностью втянул то в рот, медленно посасывая, в то время как палец коснулся моего сжатого отверстия, поглаживая и пытаясь проникнуть внутрь. На лбу у меня выступила испарина, хоть руки и были ледяными. Я был весь на нервах, и казалось, что ещё немного и застучу зубами. Женя делал очень приятные вещи и в скором времени я забыл про волнение и страх, незаметно для себя расслабляясь, и чуть подаваясь назад. Но когда сердце сделало очередной кульбит, я почувствовал, как кровать прогибается. Оглянувшись назад, увидел, что Жени позади нет. Сейчас он стоял возле стола, что-то беря из тумбочки. К горлу подступил комок, и я невольно съежился, чуть сводя ноги вместе. Губы постоянно сохли от учащенного дыхания, и я не переставал проводить по ним языком, уже на автомате, даже не замечая этого. - Жень, - позвал я того, когда он снова вернулся к кровати. Тут же Стрелков посмотрел мне в глаза, чуть склоняясь к моему лицу. - Что такое? Все нормально? - голос с хрипотцой, и я слышу, как в том проскальзывает беспокойство. - Да, - подумав немного, я решил, что все действительно более-менее нормально. Это просто нервы, просто надо успокоиться. Меня коснулось что-то холодное, и от неожиданности я даже дернулся, тут же расслабленно выдыхая, когда понимаю, что это Женя. И палец. В смазке. Кажется, рановато я начал расслабляться. Хотя, вроде как, так и надо. Я не знаю. Что мне вообще делать? Просто замереть? Я не интересовался этой стороной гейских отношений. И спрашивается, почему это? Давным-давно надо было обо всем узнать... Черт, неприятно. Я почувствовал, как один палец с трудом проталкивается в сжатое колечко мышц. - Расслабься, - поцелуй в спину. Я громко выдыхаю через нос и пытаюсь сделать, как меня просят. Получается не очень. Палец исчезает, оставляя после себя неприятное ощущение, и через секунду возвращается снова. Снова холодный от смазки. Тяжело, но Женя проталкивает сразу два пальца. Мне неприятно. По краям ануса, словно саднит, а внутри все распирает. А ведь это только два пальца. - Жень, - раз десятый за эти полчаса произношу я, с просящей интонацией. - Прости, - снова поцелуй в копчик. - Потерпи немного. Я качаю головой, вновь прикрывая глаза, пытаясь расслабить мышцы, но те словно одеревенели, совершенно меня не слушая. Внутри пальцы начинают медленно двигаться и я еле сдерживаю ругательство, которое так и рвется соскочить с губ. Но скоро движения становятся чуть свободнее, а неприятные ощущения становятся не такими уж сильными. И совсем отходят на второй план, когда вторая рука Жени ложиться мне на член и начинает ритмично водить по нему. Вот уже три пальца, а я лишь недовольно хмурюсь. Уже почти не больно, лишь слегка колит, и неприятно, когда парень разводит пальцы в стороны внутри. Сразу как будто распирает. Пальцы исчезают, и я неловко переступаю на коленях, потому что те начали уставать. Снова чувствую, как пальцы смазывают анус смазкой, быстро скользя внутрь одним. Слышу, как разрывается что-то, на периферии сознания понимая, что это презерватив. И тут же чувствую, как сзади пристраивается что-то большое. Больше пальцев, что были несколько секунд назад. Нервно сглатываю и снова переступаю, перенося вес с одной ноги на другую. - Потерпи, - поцелуй в шею сзади. И тут же Стрелков делает поступательное движение, от чего в мой проход входит что-то. Что-то! Дебил я. Член. Женин. Непроизвольно с губ срывается болезненный стон, и я дергаюсь чуть вперед, пытаясь уйти от проникновения. Но парень крепко держит меня за талию, медленными круговыми движениями насаживая меня на него. Не могу держать в себе, поэтому уже в голос начинаю стонать. - Ай. Тсс... Жень, прекрати. Хватит, мне больно, - голос срывается, и я падаю на локти, пытаясь не трястись всем телом. - Извини, - шепотом, куда-то мне в спину, не на секунду не останавливаясь. С силой сжимаю руки в кулаки, пытаясь терпеть, но вновь дергаюсь, когда Стрелков особенно резко, как мне показалось, двинул бедрами. Казалось, что в меня вгоняют что-то ужасно большое и длинное. Внутри все горело и совсем не от удовольствия. Но вот Стрелков остановился, и я смог перевести дыхание, стараясь незаметно для него, вытереть выступившие на глаза слезы. - Он весь в тебе, - шепотом на ухо, от чего волосы на затылке зашевелились. От этой фразы, что-то во мне екнуло, но все равно не смогло перекрыть неприятные чувства. - Могу я... - он запнулся. Я ещё пару секунд постоял так, пытаясь сосредоточиться на мягких поглаживаниях по бокам, а затем кивнул. Все же, теперь уже никуда не деться. Так же медленно Женя вышел наполовину и толкнулся, тут же повторяя это. Я услышал за спиной рваный вдох и почувствовал, как хватка на бедрах становится сильнее. Каждое движение становилось чуть-чуть, но менее болезненным. Ещё пара медленных толчков, и вот мне уже не больно, лишь легкий дискомфорт, который уже почти и не чувствуется. Женя склонился ко мне, обхватывая меня одной рукой поперек груди, целуя в загривок. Медленно вышел и толчок, который, к моему удивлению, обжег жаром. Он проник глубже, и теперь с каждым разом внутри что-то распалялось. А от этого сердце каждый раз, словно замирало. Ещё пара секунд и я уже тяжело дышу, пытаясь продлить то приятное чувство, подаваясь назад. - Ты как? - Стрелков замер, нашептывая мне на ухо. - Хорошо, - на выдохе, снова подаваясь назад, чувствуя, как неприятно саднит, но в то же время и обдает жаром. - Мне тоже хорошо, - все так же на ухо. Кто говорит такие вещи? Боже, я, кажется, покраснел. Да, точно, щеки обожгло, а значит, я сейчас красный, как рак. От нового медленного толчка, руки начинают слабеть. И я не могу, а точнее даже не хочу, сдержать стон. Почти с каждым движением бедер внутрь меня, с губ срываются стоны. Сначала тихие, но с каждым разом становившиеся все громче. Внутри все пылает. Тянет и сзади, и спереди, но Женя ни коснется моего члена, ни начнет двигаться быстрее, и мне только и остается изводить себя, стараясь резче толкнуться назад. - Тсс... Тихо, - голос будоражит что-то внутри, и от этого я сильнее хочу ускориться, снова поддаваясь назад, но руки тут же сжимают меня сильнее, не давая этого сделать. От каждого движения становится ужасно хорошо, и хочется, быстрее, сильнее. Уже невозможно остановиться. Но Женя продолжает все также медленно и даже бережно. Я слышу как со мной в унисон выдыхает Стрелков, с тихим стоном, когда он входит чуть глубже, с силой вдавливая. Да, давай же, ускорься... - Жень, - почему-то запыхавшись, зову я. - Жень, пожалуйста... Быстрее... Ах, - последние слова сливаются в вскрике, когда Женя действительно резче толкается в меня. Больно. Было неожиданно больно и на глаза опять навернулись слезы, которые я поспешил смахнуть. Медленно, и я опять чувствую зарождающееся удовольствие. Опять все загорается внутри, и я, перенеся весь вес тела на одну руку, тянусь другой к своему члену. Обхватываю головку и провожу по всей длине, вниз и обратно. Опять чувствую, как щеки сильнее загорелись, на этот раз от волны удовольствия. Меня уже не заткнуть - стоны так и слетают с моих губ. Руки, держащие меня за бока, сильно сжимают, а Женя с каждым движением, кажется, хочет достать глубже. Рукой я делаю быстрые рваные движения и прогибаюсь в спине, чтобы было удобнее, тут же громко охая, когда Женя толкается в меня. Пальцы ног поджались, и я почувствовал, что скоро кончу. Перед глазами плясали белые точки, и я только сейчас понял, что сильно зажмурился. Прогибаюсь в спине ещё сильнее, снова слыша за спиной тихий стон. Я сейчас... Я... Я уже не могу думать ни о чем, кроме того, чтобы Женя сделал это еще раз, ещё раз и ещё... И я даже не обратил внимания на режущую боль, когда Стрелков снова резко толкнулся. Только бы ещё... - Ещё, ещё... - не замечаю, как вместе со стонами, произношу собственные мысли. Да сейчас и плевать. Хочется кончить. Женя кусает меня за плечо, обнимая поперек груди и убирая мою руку с члена, заменяя её своей. Движения такие же медленные, но это доставляет только больше удовольствия, особенно, когда он двигает рукой одновременно с бедрами. Завожу руку назад, касаясь Жени, и сжимаю пальцы на его боку. Сейчас хочу ещё больше чувствовать его. Кажется, что этого недостаточно. Он везде - спереди, сзади, внутри, но я хочу ещё больше. Сердце как безумное колотиться об ребра, а в горле пересохло. Сейчас... Я уже почти... - Жень... Голова идет кругом и безумно хочется кончить. Каждое новое движение, словно мучает, приносит удовольствие, но не разрядку... А жар все накапливается, накапливается, и вдруг в одно движение внутри что-то словно взрывается. Тут же меня всего обдает жаром, а по мышцам будто проходит разряд. И с громким вскриком я кончаю Жене в руку, чувствуя, как мышцы сокращаются на его члене. Ещё одно движение и внутри, словно что-то дергается, а Женя замирает, уткнувшись мне в спину, сильнее сжимая меня в объятьях.