Дети из будущего

Первой идеей профессора Снейпа было наложить Обливейт на этих невероятно любознательных (это слово имеет слишком мягкий смысл) детей, но его остановил здравый смысл. Зачем рисковать своим положением, доверием директора, если он итак ему доверяет? И этого было достаточно, чтобы попросить у профессора Дамблдора помощи. После громкого удара в дверь, Северус Снейп вошел в кабинет директора и усадил Драко на один из диванчиков. Подняв голову на Дамблдора, мужчина вздохнул, уже начав что-то говорить, но директор, опустив очки-половинки, поднял руку, дабы сказать первым: -Не утруждайся, Северус, у каждой стены в этой школе есть уши. – Дамблдор поднялся и кинул осуждающий взгляд на портреты прошлых директоров, которые давным-давно украшали стены этого кабинета. – Я все знаю. -Тогда вы должны знать и то, что отправь мы его домой, мальчику конец. – Снейп всмотрелся в задумчивое лицо Альбуса. -Да, я сразу понял это. – директор снял очки и потерев переносицу, тяжело вздохнул. – Очень тяжелая ситуация. Что же делать, Северус? Что же делать? -Вы просите совета у меня, профессор? – Снейп сделал шаг вперед и поджал, и без того, узкие губы. – Я должен помочь Драко в любом случае. Зачем Северус рассказывает все Дамблдору? Может, ищет в нем поддержку? Может, Альбус Дамблдор как замена отцу? Может, это простое уважение к этому великому человеку? Все возможно в этом мире. -Я догадался. – директор приподнял уголки губ. И снова он впереди всех. Все знает, все видит, все слышит. Как это возможно вообще? Все возможно в этом мире. -Я подумаю минутку. – седой мужчина приложил указательный палец к губам и закрыл глаза. И вправду, всего одна минута понадобилась этому человеку, чтобы принять сложное решение, которое бы Северус принимал и обходил ста дорогами. Дамблдор открыл глаза и кинул взгляд на блондина, которому уже просто рвало крышу, оттого, что он не может повлиять на происходящее. -Пусть пока поживет в чулане в подземельях. Туда ведь никто не ходит? – предложил директор. Гарри Поттер ведь туда точно не двинется. Хотя, кто знает, что на уме у Гарри Поттера? Любой бы другой директор выгнал Малфоя в два счета, но не Дамблдор. А какая ему выгода? Наоборот, только лишние проблемы. Но, это же Альбус Дамблдор – милосердный, справедливый, храбрый, честный волшебник. Он знал, что мог помочь этому мальчику, но не сделал то, что от него требовалось. Он мог помочь каждому: Северусу, Джеймсу и Лили, даже Тому Реддлу, но не сумел, не успел вовремя. Это его ученики – его груз, проблемы, работа и в то же время радость, чувство молодости, веселье. Его обязанность в этой школе - помогать ученикам. Всем! Кем бы те не были.

***

Время летело чрезвычайно быстро, а чувство предательства, не покидало. Совесть ела изнутри, поедала душу, сердце, мозг. А где находится эта совесть, раз ест все остальные органы? Не живет же она в печени или желудке? Прошло уже две недели с тех пор, как Гарри, Рон и Гермиона сдали Драко Малфоя. Что она чувствовала? Пустоту? Отчего же? Потерянность? Стыд? Да, однозначно. Все две недели Грейнджер избегала Хьюго и Скорпиуса, как могла. На уроки приходила последней, чтобы братья не застали ее у класса, с Большого зала выбегала самая первая. Да, ей однозначно стыдно и да, нечего сказать им. Просто нечего. Слава Мерлину, что Гарри и Рон не распространялись информацией по «задержке Драко Малфоя – Пожирателя смерти», а могли бы. Могли и это было позволительно, но почему-то не стали. Мальчики были удивлены поведением своей подруги, хотя, может и нет. Она избегала братьев и это было заметно за 100 километров, и, возможно они были рады этому в глубине души. Хм, кто в глубине души, как Гарри, а кто не мог просто сдержать улыбки, как Рон. В это солнечное июньское утро случилось то же, что и все прошлые завтраки последних двух недель: Гермиона быстро поев, сказав пару слов друзьям, выбежала из-за стола и скрылась в коридорах замка, одна только Пэнси Паркинсон вычислила ее «особый распорядок дня», и, словила в коридоре. -Ты, грязнокровка уродливая, это ты сделала?! Со своими паршивыми друзьями?! – в глазах Пэнси читалось безумие, она сжала горло гриффиндорки и со всей сила прижала ее к стене. – Отвечай! -Что сделала? Я не понимаю тебя, Пэнси! – Грейнджер схватила ее руку и попыталась оттянуть от своего горла, но, тщетно. -Сегодня мне сказали, что видели тебя и твоих поганых друзей, две недели назад, вместе с Драко! Вы вели его к Дамблдору! – слизеринка сжала горло девушки сильнее. – Это из-за вас его выгнали! Уродка, паршивка! -Пэнси, отпусти! Отпусти. – задыхалась Гермиона, медленно прикрывая глаза. -Не смей умирать! Ты у меня еще за все поплатишься! Ты поняла?! – Пэнс отпустила ее шею, но тут же схватив за волосы, толкнула гриффиндорку в стену. – Поняла?! Я не слышу! Гермиона ударилась головой, вся жизнь показалась такой… короткой, неудачной. Будто бы все 17 лет она совершала глупые поступки, принимала не те решения. Но это было не так! Не так! Она познакомилась с настоящими друзьями, впервые влюбилась, поступила в самую великолепную школу! Грейнджер скатилась по стене и обхватила голову руками, краем глаза заметив, что Пэнси достает палочку. -Ты ненормальная! Что тебе нужно? – гриффиндорка подняла голову и взглянула в помешанные глаза слизеринки. -Сейчас узнаешь, Грейнджер! Как же я тебя ненавижу! – Паркинсон снова подняла ее за волосы и посмотрела в стыдливые глаза. Брюнетка усмехнулась, так как знала, что это правда.

***

Хьюго и Скорпиус увидели, как мама встала и выбежала за пределы Большого зала. Они кивнули друг другу и погнались за ней, заметив, что и Пэнси ушла раньше. Хьюго уже неделю было очень плохо: лицо бледное, недомогание, недосыпание, руки тряслись, а ноги подкашивались на каждом шагу. Мадам Помфри дала множество лекарств от простуды, от температуры, от головной боли, но ничего не помогало. Что же с тобой происходит, Хьюго? Они искали Драко повсюду, даже подозревать не могли, что именно мать смогла так поступить с ними. Они спрашивали Снейпа, Дамблдора, но те молчали. У них ученик пропал, вашу мать! Здоровье Хьюго стало сдавать именно тогда, когда пропал Драко. Что это могло значить? Кажется, каждый из них в глубине души знал, что это, но никто не мог произнести вслух. Они шли за мамой, как вдруг, увидели на пути Пэнси, ненароком подслушав их разговор, а точнее, поток обвинений от слизеринки, они все поняли. Значит, подозрения мальчиков правильное насчет самочувствия Хьюго… на очереди Скорпиус. Ему повезло, что тот был младше на пару минут. Скорее всего, Драко жив, так как если бы убили, то и братьев тут уже давно не было. Но что меняется? Умирать медленно или мгновенно? История просто сотрет их. Как и не было. Никогда. Будущего тоже не будет. Не будет каждого счастливого момента Драко и Гермионы, не будет их грандиозной свадьбы, не будет рождения малышей. Что же они наделали? Ради забавы, ради веселья, любопытства… поломали все. -Паркинсон, сколько раз тебе повторять, чтобы ты отстала от нее? – Скорпиус вышел из-за угла и схватил Гермиону за руку. – Проваливай отсюда, Пэнси! -Защищаешь ее. Защитник. У нее своих их по горло. Слышал уже, что она с Драко сделала? Скоро эта правда разойдется и жизни ей не будет! Тогда тебе и твоему брату не защитить ее! – усмехнулась Пэнси и злобно посмотрела на гриффиндорку. – Каждый слизеринец плюнет на твой усохший труп, поганая ты тварь! Паркинсон спрятала палочку и показательно толкнув плечо Гермионы, ушла. Хьюго, медленными шагами, преодолел расстояние между ними и свысока, как Драко, глянул на мать. -Это правда? Ты поэтому от нас убегала? -Собиралась нам вообще сказать? – Скорпиус отпустил руку матери и тяжело вздохнул. Нет, не стоит ее винить, ведь в этом виноваты только они! Они и никто больше! Не прибыли бы – все шло бы своим ходом. -Да. – Гермиона выровнялась и спрятала лицо руками. – Я хотела рассказать. Поймите, я не могла по-другому. Не могла. Рон и Гарри бы отвернулись от меня. -Ты могла бы сказать нам. Все говорят тут, что папа трус, но настоящая трусиха – это ты. – выплюнул слова Хьюго. – Мы не можем тебя обвинять. В этом виноваты мы. -Но все же ты могла нам рассказать. Мы бы поговорили с Дамблдором. -Он – Пожиратель. Это что-то говорит вам? Или в вашем мире нет таких?! – взбесилась Грейнджер. Вечно ее обвиняют. Возможно, она пыталась убедить себя. -Очнись, мы живем в одном мире. В разном времени. В нашем времени ты любишь отца всем сердцем. В глубине души ты поняла это! Но признавать не хочешь. -Я не люблю его и никогда не полюблю! Он ужасный человек! – снова и снова убеждала себя Гермиона. Нет, она не любила его, но, уже и не ненавидела. Сделав такую же подлость, как и он мог сделать, поняла, что все люди одинаковые. Меняют только обстоятельства и другие люди с другими мнениями. -Мы не об этом. О том, что мы твои дети. – вздохнул Скорпиус. – А теперь, один из твоих сыновей умирает. В скором времени и второй тоже. Грейнджер закусила губу и всмотрелась в Хьюго. Правда, как она не могла раньше заметить это плачевное состояние? -Мне жаль. Правда. – Гермиона сделала шаг к ним и обняла Хьюго. Это были первые объятья с ним. Она почувствовала, как сердце подпрыгивает от беспокойства, а руки быстро потеют. -Извини. Извини, что испортили вам все. – Хьюго уткнулся в мамину шею и закрыл глаза. -Не извиняйтесь. – Гермиона рукой подозвала Скорпиуса, чтобы тоже обнять его, будто бы на прощание, однако она не хотела прощаться. Девушка отстранилась от них и слегка улыбнулась. – Все будет хорошо. -Сама-то в это веришь? – Скорпиус приподнял уголки губ. -Да, нужно всегда верить в лучшее. – на этих словах парни переглянулись и грустно улыбнулись. Пожалуй, так и есть, всегда верить в лучшее, как мантра. Братья, молча развернулись и направились на уроки. Гермиона, постояв еще минутку, поняла, что их точно что-то связывает. Какое-то чувство, будто бы они сто лет знакомы. Будто бы она видела эти карие глаза ребят каждый день, только это было как во сне. Во сне, который она все никак не могла вспомнить. Вроде бы была какая-то ниточка воспоминаний, но тут же пропадала. Гриффиндорка решила впервые нарушить все правила и погнаться за братьями, дабы побыть с ними еще денечек. Мысль о том, что Хьюго в скором времени скончается, а затем и Скорпиус, вызывала слезы и эмоции, которые она чувствовала при «задержании» Драко. Грейнджер со всех ног неслась в сторону, куда удалились Скорпиус и Хьюго, но догнать их не могла, пока не заметила седую голову Дамблдора. Гриффиндорка замедлила шаг и стала наблюдать: директор школы как раз разговаривал со Скорпиусом и Хьюго, придерживая того за плечи. Парни с каким-то облегчением на лицах кивнули директору и быстрым шагом направились в подземелья. Но, сейчас же урок в теплицах. Может, директор дал им какое-то важное задание? Гермиона не смогла устоять и пошла за братьями. Пробравшись незаметно в подземелья, ей тут же стало холодно и некомфортно. Все дальше уходя в коридор, ставало все темнее. Свечи на стенах висели в пяти метрах друг от друга - было темно и жутко. Братья остановились у какой-то двери и Скорпиус достал палочку, быстро произнёс заклинание, и они вошли. К счастью Гермионы, коридор был узким и пустым, так что эхо донеслось еще быстрее, чем Скорпиус успел что-либо сказать. Что же скрывается за этой дверью? Давай, Гермиона, не трусь и открой. Не трусь? Гермиона не трусиха! «Все говорят тут, что папа трус, но настоящая трусиха – это ты» Нет. Никогда. Грейнджер повторила тот же трюк с дверью и вошла, на миг открыв глаза шире, дабы рассмотреть все, на тот случай, если придется быстро убегать. Девушка не могла поверить своим глазам! Была удивлена тем, что Драко Малфой здесь или, что он здесь в обычной одежде? Не в супермодном костюме, а в обычных спортивных штанах и обычной футболке? Нет, Драко совсем не идет этот стиль. Он совсем не кажется угрожающим аристократом, а кажется дворовым мальчишкой с высоким мнением о себе. Это было смешно. Вот, что насмешило Гермиону по-настоящему. Она просто стояла и улыбалась во весь рот. -Грейнджер, ты так рада меня видеть?