Это же Геллерт!

Грейвс мог бы себя поздравить: он даже не вздрогнул, когда дверь в его кабинет открылась, и в полумраке комнаты он увидел свое же собственное лицо. Которое, впрочем, уже теряло с ним сходство, меняясь с каждым шагом, что делал маг. — Сколько можно работать, Перси, расслабься, получи удовольствие… — От работы? — недовольно нахмурился Грейвс, устало сгорбившись и положив руки на стол, ближе к волшебной палочке. Оставив позади закрытую дверь, вошедший подходил ближе, мягко ступая по ковру кабинета директора отдела магического правопорядка. — Нет, от меня. Ведь я же лучше работы… — голос мага, который зашел за спину Грейвса, искушал. Еще этот легкий акцент… И слова, произнесенные на ухо с придыханием. Мурашки пробежали по коже Персиваля, как и всегда, когда Гриндевальд начинал его соблазнять. Или отвлекать внимание от чего-то важного. — Геллерт, как и для чего ты проник сюда? — не дал себя одурачить волшебник. — Под твоей личиной, как видишь. Соскучился, — прошептал он, склонившись еще ниже, почти коснувшись губами ушной раковины сидящего перед ним застывшего Грейвса. Тот все-таки вздрогнул, и довольный темный маг положил одну руку на шею Персиваля, другой же огладил напряженную спину, спускаясь ниже. — Я же просил, нельзя, чтобы кто-то увидел, заподозрил… Что ты делаешь… Не здесь, Геллерт!.. Тут же… — Я всех отпустил, Перси, не волнуйся. Нам никто не помешает. — Геллерт!!! — Шучу. Серафина собрала всех на экстренное совещание. — И мы еще здесь?! — вскинулся Грейвс, резко выпрямляясь. — Хочешь пойти вместе? Объявить всем о наших отношениях? Расслабься… Вот так… — вкрадчивый голос Гриндевальда опутывал, лишая воли, как и его прикосновения. — Ох, Геллерт… — Ты слишком напряжен, Перси. Нужно уметь расслабляться. В том числе и на работе. — И кто будет мне в этом помогать? Да-да, вот так… О-о… — Я, конечно, кто же еще. Ну как, легче? — Да… Ты просто волшебник, — ответил Персиваль, расслабленно выдыхая. Ловкие пальцы Гриндевальда переместились с шеи на плечи, не менее напряженные и усталые. — Ты меня оскорбляешь. Я темный маг. Умеющий делать массаж, но это останется только между нами. Иначе вся моя репутация взрывопотаму под хвост, — усмехнулся он, продолжая массировать плечи, сильно и аккуратно. — Ты не только это прекрасно умеешь делать, Гелли… — улыбнулся Грейвс, медленно вставая и поворачиваясь к нему, заключая в объятия, прижимая к себе совершенно не сопротивляющегося Гриндевальда. — Да я смотрю, нет, я чувствую, что кто-то хочет… Перси… Я говорил правду о совещании… Мм… — К Мерлину все! Должен же я тебя отблагодарить… — Перси… — но Грейвс продолжал самозабвенно целовать Гриндевальда, не давая тому сказать и слова. И Геллерт решил отложить новость о том, что именно его случайные действия и являются причиной переполоха. Стало скучно, вышел за хлебом, хлеб оказался вчерашним, расстроился, спалил пару кварталов — с кем не бывает… Перси поймет. Или привяжет к кровати, как уже однажды было. Впрочем, Геллерту понравилось. А Грейвс потом и сам не понял, как к кровати оказался привязан уже он… День удался, а уж ночь и вовсе обещала быть… интересной. И ради таких наказаний от своего директора по магической безопасности он готов был вести себя плохо, раз за разом проверяя: насколько далеко простирается преданность этого американского мага. И его любовь.