Египетские боги

— Ты что-то ищешь? Исида отдёрнула руку от зарослей папируса и обернулась к Анубису. На её лице был виден лёгкий румянец смущения, будто Анубис застал её за чем-то предосудительным. — Я ищу оставшиеся куски тела Осириса, — ответила она, и её щёки покраснели чуть сильнее. Анубис нахмурился и в задумчивости взглянул в небо. Руки и ноги они уже нашли, тело тоже собрали, голову вчера прикатили черепахи. — А мы разве не всё нашли? — решил уточнить он, потому что по его расчётам выходило, что тело Осириса собрано. — Нет, — ответила Исида. Она отвела взгляд, а потом и вовсе отвернулась от Анубиса. Тот вновь мысленно пересчитал все части тела Осириса и… Кхм. Мда. Наверное, он бы тоже покраснел от смущения, если бы шакалы умели краснеть. — Да. Я понял, — сказал он. — Надо поискать. Исида лишь коротко кивнула. * После двух часов безуспешных поисков Анубис, злой и вымазанный илом с ног до головы, спросил у Исиды: — А может, и так сойдёт? — Как ты можешь такое говорить? — Исида всплеснула руками. — Тебе бы так сошло? Анубис попытался представить и содрогнулся. Нет, ему бы так не сошло. — Но я-то живой, — неуверенно сказал он. — У меня всё… кхм… функционирует. — И у Осириса будет функционировать! — категорично заявила Исида. — Ну не знаю… — Анубис, пожалуйста! — Исида схватила его за руку. — Пойми, мы же не можем его оживить так, как сейчас. Ты должен что-то сделать. — Что именно? — Анубис бросил скептический взгляд на мёртвого Осириса. — Я умею сращивать плоть, но не выращивать новую. — Ты был таким изобретательным в детстве. Если кто-то и может найти выход, так это ты. * Анубис всегда любил делать игрушки. Заводные скарабеи были верхом его творения. На маленьких жучков никто не обращал внимания, а они позволяли подслушивать его любимых родственников. Скарабеи пробирались в секретные залы Сета, Исиды и Тота и тонкими иглами записывали на барабанчики их разговоры. В своей пирамиде у Анубиса был проигрыватель, который считывал колебания с царапин и передавал их на мембрану, излучающую звук. Анубис всегда был в курсе событий. Смерть Осириса не прошла мимо него. Анубис сидел около собранного тела отца и пытался придумать, чем бы ему заменить отсутствующий, но такой важный для Осириса и Исиды орган. В принципе вариантов было всего два: взять чужой и сделать самому. В первом случае было много проблем. Чужие органы порой не хотели правильно прирастать, несмотря на все усилия бога. Сколько раз он видел, как пересаженные органы поначалу вроде слипались с телом, а потом синели, твердели, начинали гнить и в конечном счёте отваливались. Такое Исиде точно не было нужно. Другой вариант — сделать орган из чего-то. Можно было бы вылепить из глины или вырезать из дерева, но в этом случае орган будет неподвижен. Анубис взглянул на скарабеев. А можно сделать и кое-что другое. Механический член. Заводной, подвижный и, конечно, без записывающих барабанчиков. Потому что вряд ли там будет что-то важное для записи. Хотя… * — Осирис! — Исида кинулась к мужу, всё ещё запелёнатому в бинты, как мумия, но уже твёрдо стоящему на ногах и осматривающемуся вокруг. — Ты жив. Я так счастлива. Она порывисто прижалась к Осирису, а тот только выдавил из себя низким голосом: — Угу. — Пойдём, — Исида потянула мужа за руку. — Я омою тебя и надену на тебя одежды, достойные фараона. Пусть все видят, как ты великолепен. — Угу, — вновь буркнул Осирис и мрачно взглянул на Анубиса. Тот сделал вид, что не заметил обещания долгой и мучительной смерти в его глазах. — Пойдём, — опять обратилась к нему Исида. — Я так долго ждала тебя, так скучала. Нам столько надо сделать! — Угу, — в третий раз этот звук стал ещё более суровым, словно Осирис принёс из царства мёртвых, где побывал, всю тьму и смерть. Анубис порадовался, что Осирис ещё не взял свои символы власти — посох и плеть, а иначе он точно бы пустил их в ход. Разговор у них сразу после воскрешения вышел не очень-то радостным, потому что Осирис быстро обнаружил замену. Кто её сделал, догадаться было несложно. — Пойдём, — вновь позвала Исида, и на этот раз Осирис, к великому облегчению Анубиса, пошёл за ней. * Анубис не находил себе места. Ему хотелось знать, что собираются предпринять на его счёт Осирис с Исидой. Его отец уже сейчас пребывал в мрачном настроении, но если расстроится (или, не дай Нил, разозлится) и Исида, то Анубису лучше оказаться где-нибудь подальше. Женщины очень изобретательны в плане мести. Он даже подумал о том, чтобы угнать дирижабль Ра, но потом всё-таки решил, что хочет знать наверняка. Анубис сверился с картой скарабеев и выяснил, что один из них сейчас как раз находится в покоях богов. Нужно было только дождаться возвращения механического жука. * — Анубис виновен! — рявкнул голос Осириса из трубы фонографа, и Анубиса передёрнуло: вот стараешься, делаешь приятное, а в ответ только — виновен, убить. — Он осквернил моё тело! — Твоё тело осквернил Сет, — Исида говорила спокойно и убедительно. — Он изрезал тебя на куски и разбросал по всему Египту. Чудо, что нам удалось собрать все. — Почти все! — фонограф трещал и поскрипывал, с трудом справляясь с громкими звуками. — Вы должны были искать лучше! — Мы обыскали весь Египет. — Значит, надо было сильнее стараться! — Если бы мы прождали ещё чуть-чуть, то тебя нельзя уже было бы воскресить, моя любовь. Нам пришлось поторопиться. — Но то, что сделал Анубис, непростительно, Исида. — Вряд ли он хотел тебе навредить, Осирис. Он всегда старался тебе угодить. Может быть, нам стоит посмотреть, что получилось? * Воображения у Анубиса было достаточно, чтобы за звуками, которые доносились из фонографа, увидеть происходившее в покоях богов. Или хотя бы попытаться сделать это. Исида присела рядом с лежащим на спине Осирисом. Его кожа отливала зеленью, поэтому золотой член, который ему прикрепил Анубис, сразу привлекал внимание. Исида провела рукой по стволу, сжала основание чуть крепче и взглянула на Осириса. Он не реагировал, только хмурился. Исида опустила пальцы ниже. Яйца она нашла в одном из притоков Нила, поэтому их не пришлось заменять, и под металлическим холодным фаллосом находилась мягкая, податливая плоть. Исида провела пальцем, чуть оттянула кожу, скользнула в щель между ягодицами. Осирис задышал чуть громче и быстрее. Исида в неуверенности закусила губу. Она чувствовала себя девственницей, которая впервые дотронулась до мужского члена и не знала, что делать дальше, а мужчина не собирался ей в этом помогать. «Для работы нужен ключ», — вдруг вспомнила она слова Анубиса. Ах да… Ключ! Продолжая одной рукой ласкать яйца Осириса, другой она нащупала тонкую золотую завитушку, висевшую на цепочке у неё меж грудей, быстро сняла её и наклонилась к паху Осириса, чтобы рассмотреть скважину. Та была почти незаметна между узких колец, из которых состоял член её мужа. Исида наклонилась ниже и провела языком по всей длине золотого фаллоса, ощущая каждую выемку и выпуклость. Её слюна проникла в замочную скважину, поэтому, когда она вставила туда ключ, он повернулся легко и беззвучно. Исида повернула его ещё несколько раз, чувствуя, как напрягается пружина. Она вытащила ключ, что-то внутри золотого члена щёлкнуло, и он встал. — Хм… — выдохнул Осирис. Похоже, это движение даже на него произвело впечатление. Исида перекинула ногу через лежащего Осириса и встала на колени над его стоящим членом. Она опустила руку себе между ног и раздвинула половые губы. Потом она направила член и села, впуская его внутрь себя. Ощущение было странным, но приятным. Металлический фаллос Осириса состоял из тонких колец, одни из которых чуть выпирали. Она замечала каждую шероховатость. Наконец, Исида опустилась на бёдра Осириса, ощущая член целиком внутри себя. От этого ощущения она непроизвольно напряглась — и вскрикнула от неожиданности, потому что в этот момент металлический член начал двигаться. Он сократился, а потом вновь вошёл внутрь неё. И опять, и ещё, и ещё. Это было странно, потому что в таком положении Исида привыкла двигаться сама. Она положила руки на живот Осириса, а Осирис сжал её грудь. Он стал теребить пальцами соски Исиды, сжимать их и поглаживать. Исида вновь стиснула бёдра, и золотой поршень внутри неё начал ускоряться. Богиня вздрогнула, застонала, и её острые ноготки впились в кожу Осириса. Тот этого и не заметил, потому что был всецело поглощён ощущениями, которые рождались внизу живота. Что бы там ни сделал Анубис, он смог добиться некоторой чувствительности золотого органа, во что Осирис не мог и поверить, когда увидел на себе такое «украшение». Исида начала покачиваться в такт движениям заводного члена, а тот всё ускорялся и ускорялся. Наконец она дёрнулась и, запрокинув голову, закричала. Осирис почувствовал, как из золотого органа выстреливает сперма, и тоже заорал. Это было невыносимо прекрасно ещё и потому, что он не ожидал ничего подобного. Надо признать, Анубис был мастером своего дела. Уж если кто и мог сделать неживое живым, так это он. Исида, тяжело дыша, легла на грудь Осириса. Она чувствовала, как член внутри неё становится менее напряжённым. Металлические кольца, конечно, всё равно оставались твёрдыми, но они теперь сдвигались по отношению друг к другу, словно не скреплённые вместе. Исида вздохнула с лёгким огорчением. — Ключ же всё ещё у тебя? — вдруг спросил Осирис. Исида чуть приподняла голову и кивнула. — Тогда чего же ты ждёшь? — добавил Осирис. — Заводи, посмотрим, на что ещё способно это изобретение Анубиса. * Пир в честь воскрешения Осириса был богатым. Собрались все боги, и только Анубис раздумывал над тем, идти ему или нет. Его, конечно, пригласили, но, кто знает, может быть, Осирис с Исидой решили украсить праздник ритуальным убийством сына? Вдруг, слушая фонограф, он неправильно представил себе происходившее между богами? Может быть, всё было более мрачно и кричала Исида не от удовольствия, а от ужаса и боли? И всё-таки он пошёл, решив, что скарабеи и другие устройства, которые он спрятал на теле, смогут спасти его в нужный момент. Ведь если его не будет, кто-то может заподозрить, что с Осирисом что-нибудь не так и Анубис боится показаться ему на глаза. В общем-то, так оно и было, но не всем же об этом рассказывать? Анубис уже занял своё место за столом, когда появились Осирис с Исидой. Она светилась не хуже солнечного круга на голове Ра, а он был весел и выглядел по-человечески, несмотря на лёгкий зеленоватый оттенок кожи. Когда Осирис проходил мимо, он наклонился к Анубису и шепнул в его шакалье ухо: — Я погорячился, когда обещал убить тебя. Ты порадовал нас. Зайди ко мне потом, обсудим модификации. У Исиды появились идеи. Анубис коротко кивнул. Значит, фантазия его не подвела. Его воображение тотчас подкинуло ему пару мыслей насчёт усовершенствования модели. И вообще, может быть, стоит задуматься о массовом производстве, если уж главным богам так приглянулось его изобретение?