Two For One

С ними, конечно, происходило много странных и необъяснимых вещей, но сегодняшнее происшествие побило все рекорды. Ну серьезно — кто мог подумать, что вечером Джейну придется везти полуспящую на заднем сиденье его автомобиля Лисбон к ней же домой? Лично он думал, что ей стоило остаться в больнице, но вы же знаете Лисбон — самого упрямого человека в мире? Так вот, после того, как она наотрез отказалась проводить ночь в больнице, ее отпустили домой под присмотром Джейна, тем более наркотик, которым ее отравили, в ближайшее время должен покинуть ее тело естественным путем. Вот поэтому он сейчас изо всех сил пытается удержать своего партнера в вертикальном положении на пути к входной двери. Когда они, наконец, дошли, Лисбон выудила из кармана свои ключи. — Давай я помогу тебе, — предложил он. — Нет, я сама, — ответила она раздраженно. Она была похожа на обиженного ребенка, которому любящий родитель пытается помочь, но, как это часто бывает, у упрямого отпрыска ничего не получилось — Лисбон уронила ключи после первой же попытки. Джейн тяжело вздохнул, покачав головой. — Лисбон, я же говорил. Исхитрившись, он кое-как поднял ключи, одновременно второй рукой удерживая Лисбон от встречи с землей. Она снова потянулась за ключами, но Джейн легонько шлепнул ее по руке. — Нет, в этот раз я справлюсь без тебя, — ответил он строго. Она состроила уморительно серьезную гримасу и издевательски отсалютовала ему. Теперь я представляю, как выглядит пьяненькая Лисбон, с ухмылкой подумал Джейн, снова глянув на нее и покачав головой. — Давай, рядовой, доставим тебя вовнутрь, — он слегка приоткрыл дверь. Лисбон смерила его возмущенно-оскорбленным взглядом. — Ты кого там назвал рядовым, а? — требовательно спросила она, ткнул в его грудь одним пальцем. — Я лейтенант. Джейн взял за руку, пальцем которой она погрозила ему, и целиком развернул ее к открытой двери. — Ладно, лейтенант, давай уже в дом. Хорошо? — Хршо, — согласилась Лисбон, кивая головой как китайский болванчик. С помощью консультанта у нее получилось не упасть и не свернуть шею на пороге, когда она буквально ввалилась к себе домой. Оказавшись внутри, Джейн усадил ее на соседний стул и повернулся, чтобы закрыть дверь. Когда он повернулся обратно, то с ужасом обнаружил пустое место и Лисбон, плетущуюся на подкашивающихся ногах к лестнице. О нет, только не лестница. — Э-э, Лисбон? — спросил Джейн, бросаясь к ней, — Давай останемся ненадолго внизу, хорошо? — Я хочу спать, — пробурчала она, пытаясь отстраниться от него. Джейн мог сказать, что настал тот момент, когда ее упрямость достигла наивысшей точки, но сейчас у него было никакого желания спорить с ней по этому поводу. Ну что ж, лестница так лестница. — Ладно-ладно, мы идем, но очень медленно. Последнее, что нам нужно прямо сейчас — это пара сломанных ребер. — Хоршшо — согласилась она. Взяв ее за обе руки сзади, Джейн повел ее в нужном направлении. Когда она подошли к первой ступени, он сжал ее чуть крепче. — Тереза, теперь тебе нужно сосредоточиться. Ты сможешь сделать это для меня? — М-м-м, — подтвердила она. Они продолжили свой путь наверх в черепашьем темпе, Джейн голосом указывал Лисбон направление до тех пор, пока они не достигли верхней ступени пять минут спустя. Иметь дело с сонной и упрямой Лисбон оказалось не самым простым моментом вечера для Джейна, но он нашел довольно забавным то, что она спрашивала через каждые пару шагов, не пришли ли они еще. Но этот Эверест, в конце концов, им покорился, и Джейн повел Лисбон по коридору в сторону ее предполагаемой спальни. По дороге он увидел ванную комнату и вздохнул с облегчением. По крайней мере, им не придется снова бороться с лестницей сегодня вечером. Джейн приоткрыл дверь небольшой и аккуратной комнаты, которая действительно оказалась ее спальней. Лисбон попыталась отодвинуться от него снова, и на этот раз ей это удалось. За несколько секунд она преодолела расстояние до кровати и рухнула на нее лицом вниз. Джейн последовал за ней, опустившись на колени с правой стороны кровати, где находилась ее голова, и убрал спутанные волосы с ее лица. Вдруг она повернулась к нему, схватила его за руку, положила ее себе на лоб, и, закрыв глаза, пробормотала: «О, так гораздо лучше». Ее лоб был горячим — скорее всего, у нее был небольшой жар, но Джейн не слишком волновался, потому что врач предупреждал об этом. По совпадению его рука, которую Лисбон почти присвоила себе, оказалась левой, и когда ее пальцы неожиданно начали играть с его обручальным кольцом, у Джейна слегка перехватило дыханье. Ощущение было немного забавным и странным, но он не стал останавливать ее — в конце концов, это было не больно. Потом Лисбон медленно открыла глаза и посмотрела на него, ее зеленые глаза были печальными и серьезными. — Я завидую тебе иногда, — сказала она тихо. Это застало его врасплох. Кто в здравом уме будет завидовать ему? — Почему это? — спросил Джейн с искренним любопытством. — Потому что ты знаешь, что это такое. — Ты о чем? — спросил он, хотя задним умом уже понимал, что она имеет ввиду. — Каково это иметь семью… Ребенка, — тихо ответила она. — У меня никогда не будет малыша… наверное. Глубокая печаль, сожаление и тоска на ее лице разбили Джейну сердце. Но прежде чем ему представилась возможность поразмышлять над ее словами, пришлось проявить чудеса акробатики, чтобы удержать Лисбон от падения с кровати, когда она начала переворачиваться на другой бок. После того, как он успешно предотвратил очередные поломанные руки и ноги, Джейн положил руку на затылок Лисбон и повернул ее голову к себе, внимательно глядя на нее. — Ты в порядке? — М-м-м, замурчательно* (см.примечание к главе) Джейн улыбнулся, забавляясь ее оплошностью. — Ты имеешь в виду «замечательно»? — Ну, я так и сказала, — упрямо ответила она, — замурчательно. Она замолчала на мгновение, и Джейн приложил все усилия, чтобы не рассмеяться над ее сконфуженным взглядом. Спустя пару секунд до нее дошло, над чем улыбался Джейн, и Лисбон расплылась в улыбке, затем начала хихикать и уткнулась лицом в покрывало, чтобы не рассмеяться в полный голос. Джейн лишь ухмыльнулся над ее весельем и ждал, пока она успокоится. После того, как смех Лисбон стих, она повернулась лицом к нему и пристально посмотрела ему в глаза — Джейн не подавал виду, что ему некомфортно от этого взгляда прямо в душу. — Тебе кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты красивый? Ладно, может быть не совсем в душу. Видимо, лекарство возымело эффект на ее память тоже, потому что она уже знала ответ на свой вопрос. Как бы то ни было, Джейн решил подыграть ей. — Несколько людей. — М-м-м, мне нравятся линии на твоем лице. Они рассказывают истории. Да, это был странный комплимент. — Да ну? — Джейн голосом подталкивал ее к продолжению. — Угу, вот эти, — она протянула указательный палец и коснулась им уголка левого глаза, — счастливые линии. А вот эти, — она переместила палец к его переносице, и Джейн почувствовал, что слегка нахмурился под ее нежным прикосновением, — грустные линии. Затем на провела пальцем по его лицу, пока не достигла уголка рта и очертила линию вдоль его губ к противоположному уголку, Джейн сглотнул внезапно образовавшийся в горле ком. — А эти, — продолжила она, — счастливые и грустные. — Она убрала палец, и Джейн сразу почувствовал холодок на том месте, где было тепло ее тела. — Ты счастливо печален… или печально счастлив. Я пока не уверена. — Ну что ж, я надеюсь, что в ближайшее время ты разгадаешь эту головоломку. Лисбон безуспешно попыталась повторить слово. — Говомол… гомол… мовокла… молка… Она бросила безрезультатные попытки, и Джейн заметил с беспокойством, что она резко побледнела. Он совсем забыл об этом, хотя доктор предупреждал, что ее может тошнить. — У меня немного кружится голова, — пробормотала Лисбон, — кажется, мне нужно мусорное ведро. Джейн быстро осмотрел комнату в поисках нужного предмета и обнаружил его с другой стороны кровати — он среагировал очень своевременно, потому что как только он поднес предмет поближе к Лисбон, она перегнулась через край кровати и с соответствующими звуками склонилась над ведром. Лисбон не успела убрать волосы с лица, поэтому Джейн сел рядом с ней на кровати и убрал волосы назад, другой рукой успокаивающе гладил ее по спине — Все в порядке, все будет хорошо, — успокаивал он. Ее страдания длились недолго, и после пары судорожных вдохов она снова легла на спину и посмотрела на Джейна. — Я что, пьяная? — спросила она ошеломленно. — Нет-нет, тебя отравили, — ответил он, но не было похоже, что она поняла смысл его слов. — Мне не нравятся пьяные, они причиняют людям боль, — у нее был взгляд загнанного кролика, — я не хочу сделать тебе больно. Джейн покачал головой. — Нет, милая, я знаю, что ты никогда не сделаешь мне больно. Но его слова ее не успокоили. Она отскочила от него, а затем ринулась по коридору в туалет. К тому времени, как Джейн догнал ее, она сидела на полу в ванной, поджав колени к груди, и покачивалась взад-вперед, пытаясь успокоиться. Он опустился на колени рядом с ней, но решил, что пока не стоит к ней прикасаться и просто надо подождать. Затем она подняла голову и повернулась к нему лицом — в ее глазах стояли слезы, и Джейн хотел крепко обнять ее и сказать, что все в порядке, но не был уверен, к месту ли это будет. — Я же не причиняю тебе боль? — спросила она неуверенным голосом. — Нет, конечно, нет, дорогая. Лисбон принюхалась и, неуверенно встав, вытащила зубную щетку из держателя. — Мне нужно почистить зубы, а то от меня пахнет не очень. Джейн встал с пола и обнял ее за талию, пытаясь удержать ее в равновесии. Она раздраженно оттолкнула его руки. — Нет, я могу стоять сама, — настаивала она. — Я знаю, дорогая, но я просто придержу тебя на всякий случай. Ладно? — Хорошо, — она перестала бороться с ним и пожала плечами. С помощью Джейна она достала зубную пасту и почистила зубы, напевая «My heart» Пег О, чем изрядно повеселила своего консультанта — пела она не так уж плохо, кстати, у нее был приятный и чистый голос. После этого Лисбон вынула из ящика резинку для волос, и, соорудив на голове лохматый пучок, умыла лицо. Когда с ее ночной рутиной было покончено, они вернулись в спальню, и Джейн усадил ее на кровать. — Где моя пижама? — требовательно спросила Лисбон. — Мне нужна моя пижама. Да, об этой части ритуала отхода ко сну он не подумал, но после непродолжительных поисков пижама нашлась в углу под грудой других вещей. — Ага, нашел, — объявил он, вручая ей одежду. — Спасибо. Судя по ее более уверенной походке, действие наркотика начало прекращаться. — Без проблем. Лисбон начала расстегивать рубашку, и Джейн застыл на месте. О, Боже. Но на полпути она замерла и, глянув на него, выразительно покрутила указательным пальцем. О, слава богу, с облегчением подумал Джейн Ну что ж, по крайней мере, этот наркотик не лишил ее чувства скромности. Но Джейн бы пришел ей на помощь в любом случае, и, все еще стоя к ней спиной, он спросил: «Ты же мне скажешь, если тебе понадобится моя помощь?» — Тссс, — прошептала Лисбон, — не разговаривай со мной, пока я переодеваюсь. — Извини, — ответил он, даже не пытаясь понять смысл этой странной просьбы. — Сёхоршо. Ее голос звучал сонно и устало — скорее всего, она скоро отключится. Несколько минут спустя Джейн почувствовал легкое прикосновение по плечу. — Эй, у кролика не получается пролезть в норку, — прошептала она. Он обернулся и, не будучи уверенным в причине ее шепота, прошептал в ответ: «Все в порядке, я помогу тебе». Кролик с норкой оказались шнурками на ее пижамных штанах, которые никак не поддавались Лисбон — Джейн немного поднял ее майку и помог завязать их. — Ну, похоже, все в порядке у кролика? Вместо ожидаемого «да» он неожиданно почувствовал теплый поцелуй на своей щеке и услышал ее нежно-сонный голос: «А ты милый». — Ты тоже, — брякнул Джейн первое, что пришло ему в голову, поскольку он не был полностью уверенным, как реагировать на такой знак внимания. — В самом деле? — Она была весьма польщена его признанием. — М-м-м, — снова утвердительно протянул он. Выражение ее лица немного застыло, и Джейн нашел ее весьма забавной в таком виде. — Спасибо. — Пожалуйста. Отвернувшись от него, Лисбон взяла одежду, аккуратно сложила ее на стул, после чего забралась на кровать и легла. — Тебе не кажется, что будет удобнее под одеялом? — спросил Джейн. — Да, наверное, — сонно согласилась она, но не сдвинулась с места. Джейн подошел поближе, аккуратно подвинув ее, и когда он нашел свободный край одеяла, как следует укутал им Лисбон. Как только он собрался уйти, она схватила его за руку. — Ты можешь остаться? — спросила она. Джейн задумался, ведь Лисбон, скорее всего, еще была под воздействием наркотика. — Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста? — взмолилась она. — Ладно-ладно, — сдался Джейн на ее детский лепет, — но сначала я должен позаботиться об этом, — добавил он, взглянув на мусорное ведро. — М-м-м, — подтвердила его напарник. — Лежи тут, я скоро вернусь. Закончив уборку, он вернулся в спальню. Без единого слова Лисбон подвинулась в сторону и подняла одеяло, молча приглашая его присоединиться к ней. Джейн сбросил ботинки и осторожно лег рядом с ней. Он все еще не был уверен в том, что делает, но как только он улегся, Лисбон прижалась к нему — и тогда он почувствовал себя еще неуверенней. Однако, когда его сосед по кровати издала довольный вздох, Джейн решил, что все не так плохо, и попытался расслабиться. Хотя, честно говоря, он понятия не имел, что произойдет утром, и горячо надеялся, что Лисбон не даст ему в нос, если проснется среди ночи и поймет, что с ней лежит мужчина. Лисбон прижалась носом к его шее и оставила еще один теплый поцелуй. — Спокойной ночи, П.Дж. На мгновение Джейн не знал, разговаривает она с ним или нет, потому что этот поцелуй затуманил его мозг, но вскоре его фирменное остроумие вернулось, и он ответил, что лучше всего подходило к этой ситуации. — Спокойной ночи, Тесси. — Мама, — тихо прошептала она. — Что? — Моя мама, — объяснила она. — Она всегда так называла меня. Идиот, молча отругал себя Джейн. Ты не мог сказать что-нибудь другое? — Я так скучаю по ней. Он почувствовал что-то мокрое на своей шее, и понял, что Лисбон плачет. Убрав волосы с ее лица, он нежно погладил ее щеку. — Я знаю, малышка, я знаю. Джейн не очень осознавал, почему он использовал сейчас ласковое слово, но именно в этой ситуации это казалось правильным. — Все будет замурчательно? — пробормотала она. — Да, совсем скоро все будет замурчательно, — ответил он, надеясь всем сердцем, что говорит правду.