Mea vita et anima es/ Ты - моя жизнь и душа.

Ни Кёсем, ни Кеманкеш не смогли заснуть этой ночью. Он был подавлен и разбит событиями последнего дня. "Заведи себе наложницу, я не буду тебе достойной женой...". Эта фраза крутилась в мыслях мужчины, мучила его. Султанша тоже обдумывала свои слова, не была ли она слишком жестока. Кёсем подумала, а как она на самом деле относится к своему "мужу"? Любит ли она его? Определённо нет! Но тот факт, что она имеет к нему влечение и тёплые чувства глупо было отрицать. Последующие несколько дней супруги всячески пытались избегать друг друга. ***** В Амасию пожаловала Гевхерхан Султан. Кёсем наилучшим образом приняла свою дочь и была очень рада её видеть.Целый вечер Гевхерхан во всех подробностях рассказывала о последних новостях Стамбула, об изменениях вв Топкапы и о своей жизни. - Валиде, а как вы? Вы покидали дворец в очень плохом состоянии. - Я уже со всем смирилась, Гевхерхан. - Простите меня за мою дерзость, Валиде, но позвольте спросить, а где Кеманкеш Паша? Между вами что-то произошло? - С чего ты взяла? - настороженно спросила Кёсем. - Он не вышел, чтобы поприветствовать меня. Да и во время нашей беседы вы ни разу о нём не упомянули. - Нет... всё хорошо, - быстро сказала она. Но вдруг ей стало не по себе, ей очень захотелось всё рассказать, выговориться, ведь в этом дворце они ни с кем не могла делиться такими подробностями своей жизни, а старшая дочь всегда понимала и поддерживала Кёсем. - Как выяснилось... Паша испытывает ко мне некие чувство, - с тяжестью на сердце начала Кёсем. - Это же хорошо, - улыбнулась Гевхерхан, - а вы? - Кеманкеш прекрасный человек, я не хочу его погубить. - Валиде, я не знаю, прислушаетесь ли вы к тому, что я сейчас скажу, но я хочу, что вы услышали это. Вы уже столько лет одна. После смерти отца вы совсем увяли. Как вы сами и сказали, Кеманкеш - прекрасный мужчина. Вы не обязаны его любить, но можете попробовать стать с ним счастливой. И Гевхерхан была права. ***** Когда Гевхерхан покидала Амасию, Кеманкеш лично вызвался сопровождать Султаншу до границ санджака, дабы убедиться в безопасности её путешествия. -Счастливого пути, Султанша, - сказал он ей напоследок , - сообщите, как пребудете во дворец, чтобы Ваша Валиде не волновалась. - Паша... помедлив, окликнула его Гевхерхан, - моей Валиде очень плохо и тоскливо. Я не узнаю её. - Я делаю всё возможное, чтобы угодить Султанше, но, видимо, этого не достаточно. - Она рассказала мне о вашем последнем разговоре, -Кеманкешу стало неловко. Уж точно не с Гевхерхан Султан он хотел бы обсуждать свою личную жизнь, - Это были всего лишь слова, о которых она уже очень пожалела. И тут над Кеманкешем засветило солнце. Если то, что сказала Гевхерхан - правда, значит не всё ещё потеряно для него. Кеманкеш окрылённый вернулся во дворец и решил, что сегодня он наконец прекратит их нелепую игру в прятки. Султанша приказала никого не впускать в свои покои. Она была крайне раздражена и огорчена тем, что вновь осталась одна. Но Кеманкеш, решительно настроенный на разговор, ослушался приказа и вошёл к ней. - Что за дерзость, Кеманкеш? Как ты смеешь вот так ко мне врываться? - сдерживая крик, спросила Кёсем. - Простите, Султанша, но я должен вам кое-что сообщить. - И что же? - Я из кожи вон лезу, чтобы облегчить вашу жизнь. Я исполняю все ваши прихоти, но вы всегда остаётесь недовольны. Я прибыл сюда с должностью надзирателя, но превратился в личного раба. Такого больше не будет. Я не ваш друг, и не ваш "муж" как вы сами говорили. Считайтесь со мной или будете отвечать перед Повелителем. Вот и случилось то, чего Кёсем так боялась. Кеманкеш начал её шантажировать. Он и сам понимал всю мерзость своего поступка, но по другому он никак не смог бы задеть Кёсем. - Убирайся с моих глаз, - спокойно сказала Кёсем. Но Кеманкеш не исполнил приказ, а стал подходить ещё ближе , его взгляд загорелся и Султанша не на шутку испугалась. Она уже видела такой взгляд у одного мужчины много лет назад. Покойный Шехзаде Искандер, который был помешан на ней. Кёсем не знала, чего ожидать от мужчин с таким взглядом, они могут сначала улыбаться, а потом приставить кинжал тебе к горлу. - Что ты делаешь, Кеманкеш? - испуганно спросила Кёсем, протягивая руку и давая понять, чтоб он не подходил ближе. - Неужели вы боитесь меня, Султанша? Вы и вправду можете подумать, что я причиню вам вред? - с надеждой, что она так не думает, спросил Кеманкеш. - Да, - уверенно ответила Кёсем, разрушив его надежду. Кеманкеш опустил голову и улыбнулся: - Вы такая глупая... глупая и эгоистичная женщина, что не замечает элементарных вещей вокруг. Я люблю вас. Да, вас, Султанша. И как бы я не пытался не думать о вас, у меня ничего не выходит: вы завладели моим разумом, мыслями, сердцем и я больше не хочу жить с этой любовью. Лучше убейте меня, но больше не смейте прогонять. Кёсем ещё поразиться не успела такой прямолинейности, как Кеманкеш подошёл к ней совсем вплотную, обхватил шею и впился поцелуем в её губы. Кёсем не ответила взаимностью, но поцелуй мужчины был таким свободным и таким жадным, что она, сама того не замечая, закрыла глаза. Поцелуй прервался, а Кёсем так и осталась стоять с закрытыми глазами, дотрагиваясь пальцами к губам. Впервые Кеманкеш не мог прочитать её эмоции. На лице не было ничего: ни злости, ни возмущения, ни насмешки. Они просто стояли и смотрели друг другу в глаза, как вдруг Кёсем замахнулась и влепила Кеманкешу пощёчину. Но он не почувствовал ни капли угрызений совести и, довольный своим результатом, покинул покои. Паша уже давно понял, что перед ним стоит не кошка, а настоящая тигрица, которая любит играть в игры "рискуй или умри". - Что я делаю? Что я делаю? - спрашивала себя Кёсем, вытирая слёзы с щёк.