Темное Братство Кольца

До Ривенделла они добирались семь дней. За это время Лео умудрилась вывести из себя даже невозмутимого обычно Сэма. Единственным спасением для босмерки был дежурящий днем и ночью Странник, зорко высматривающий назгулов, орков и Шеогорат только знает что еще, иначе мстительный Мерри обязательно бы подстроил ей какую-нибудь гадость. Седьмой день их путешествия подходил к концу. Клонящееся к горизонту солнце заливало холмы рассеянным розоватым светом, а вечерняя прохлада так и норовила забраться под плащ своими тонкими пальцами. - Сколько нам еще идти? – в десятый раз за последние полчаса спросила Лео, чем вызвала у Мерри очередной приступ немотивированной агрессии. Хоббит взвыл и пнул валяющуюся посреди тропинки ветку, ушибив ногу. Лео покачала головой, отвлекшись на него, а затем продолжила буравить спину шагающего впереди Странника недовольным взглядом. - Арвен говорила, что до Ривенделла добираться – шесть дней. А мы от графика отстаем, - заметила она. - Если бы Брендибэк не отравился теми грибами, мы бы увидели Имладрис еще сегодня утром, - не оборачиваясь, ответил мужчина. - А что сразу Брендибэк? – возмутился Мерри, прыгая на одной ноге. – Кто ж знал, что то поганки будут? - Сэм знал, - влез Пиппин. - И даже сообщил об этом во всеуслышанье, - поддакнула Лео. – Но за бурчаньем кое-чьего желудка вы, похоже, этого не расслышали. Мерри смерил ее яростным взглядом и, гордо задрав голову, прошагал мимо. Прямая дорожка сменилась крутой петляющей тропой, уводящей путников все дальше на восток. Вокруг возвышались величественные ели, кое-где меж их мохнатых лап виднелись и массивные дубы, казалось, подпирающие само небо своими огромными кронами. - Не сходите с тропы, - велел Странник, зорко осматриваясь. – Иначе попадете в ямы-ловушки. - Ничего такого не вижу, - заметил Пиппин. - Иного и не ожидалось. Они же замаскированы, - пояснил мужчина. Чем дальше они шли, тем навязчивее становился непонятый гул. Лео мотнула головой, не соображая, что это, но тут тропа вывела путешественников на край поросшего вереском плоскогорья, и все встало на свои места. Два горных потока, весело шумящих, текли на запад, пересекая глубокую долину. Узкий каменный мостик соединял берега одного из них, а на северном берегу виднелся большой и светлый дом, окруженный обширными садами и обращенными к реке террасами. - Вот он, Ривенделл, - благоговейно объявил Странник. – Мы пришли. *** К концу недели, проведенной в доме Элронда, Люсьен был готов выть и карабкаться на стену, не в силах выдержать томительного бездействия. Владыка эльфов говорил с ассасином, как только того, уставшего, с ног до головы покрытого серой дорожной пылью, с разбитой губой (Спикер, не удержавшись, завязал драку с эльфами из посланного навстречу Арвен дозора и пропустил-таки пару ударов), доставили в Имладрис. Выяснив все, что его интересовало, Элронд величественно махнул рукой и отдал Люсьена на растерзание местным целителям. С тех пор на глаза эльф не показывался, и это очень не нравилось Спикеру, надеявшемуся, что Владыка решит это неприятное недоразумение с разными мирами. Делать было абсолютно нечего, местные аборигены, едва завидев темного гостя, тут же стремительно забывали всеобщий язык, принимаясь что-то щебетать на своем и жестами демонстрировать, что они очень заняты. Арвен не показывалась, к сожалению Спикера, и со скуки тот даже сходил навестить Фродо. Тот все еще пребывал без сознания, но, по крайней мере, не выглядел, словно свежий обескровленный труп. Утро восьмого дня выдалось солнечным и теплым, но ассасина не отпускало впечатление, что самое плохое еще впереди. Люсьен прогуливался по необъятному саду Элронда, рассматривая диковинные цветы и пытаясь найти хоть какой-нибудь выход из сложившейся ситуации. Не то чтобы он сильно хотел вернуться прямиком в Эпплвотч, в руки этим идиотам (и идиотке), но сам факт того, что над ним, Спикером Черной Руки, издевается какой-то сумасшедший даэдра, не давал покоя. За спиной едва слышно треснула сухая веточка, и ассасин слегка ухмыльнулся. - Ты ходишь слишком громко для убийцы. Лео, вознамерившаяся было ткнуть Спикера под ребра и гаркнуть ему на ухо: «БУ!», не задумываясь о последствиях (которые наверняка были бы весьма травматичными для эльфийки), разочарованно фыркнула. - Так нечестно. - Жизнь вообще нечестная штука, и я в этом убедился на собственной шкуре. Вы только пришли? - Не-а, еще вчера, поздно вечером, - Лео пожала плечами и, склонив к себе ветку с пышными лиловыми цветами, вдохнула приятный аромат. – Этот Элронд чем-то напоминает мне Окато. - Не обращал внимания, - отмахнулся Люсьен. – Он, кстати говоря, не знает, чем нам помочь. «Могущественный Владыка», тьфу. - Может, нам к магам обратиться? – неуверенно предложила Лео. - Тоже не вариант. Я узнал, их тут всего пятеро на весь мир, причем, четверых дремора знает, где искать, а оставшийся – известно где, но у Дагона на рогах. - Троих, - перебила босмерка. - Что – троих? – не понял ассасин, подозрительно посмотрев на подопечную. - Троих сложно найти. Один, самый главный, живет в башне, далеко отсюда, а оставшийся – здесь, - пояснила босмерка, сияя, точно новенький септим. Еще бы, она знает что-то, чего не знает сам Люсьен Лашанс. - Тогда чего мы тут стоим?! – Спикер развернулся и решительно направился к выходу из сада, неизвестно как ориентируясь в хитросплетении скрытых зарослями тропинок. Лео, осознав, что она сейчас останется одна, тихонько взвизгнула и бросилась следом. Разговор с магом, назвавшимся Гэндальфом Серым, определенно не удался. Старик, закутанный в бесформенную серую хламиду, сидел в плетеном кресле на одной из многочисленных залитых солнцем веранд, опирался на искореженный посох и бессовестно дремал, пока Люсьен в лицах, жестах и пантомиме пытался объяснить, что ему нужно. На особо трагичных моментах повествования из-за спины Спикера выглядывала и поддакивала Лео, делая скорбное лицо и пуская из бессовестного глаза скупую слезу. - Увлекательный рассказ, - кашлянул маг, как только Люсьен умолк, переводя дыхание. – Так что вы хотите от меня, друзья? - Чтобы вы пошаманили и вернули нас в наш мир! – раздраженно рявкнул Люсьен, чувствуя острое желание набить чье-то бородатое лицо. Гэндальф смерил его ленивым взглядом и развел руками. - Я бы с удовольствием, но не могу. - Почему-у? – протянула Лео. Кончики острых ушей огорченно опустились вниз. - Потому что я не владею подобными силами, - начал маг таким тоном, каким говорят с детьми и сумасшедшими. Немного помолчав, он вздохнул и снова заговорил: - И нет, я не знаю, кто мог бы вам помочь. Это слишком могущественная магия, о которой я никогда раньше не слышал. Простите меня. Он медленно поднялся и направился в дом, помогая себе посохом при ходьбе. *** Вечер Люсьен решил провести в огромной библиотеке Владыки Элронда. Там пахло пылью, бумагой, чернилами, старой кожей и прочими волшебными ароматами удивительного мира книжной премудрости. Тускло мерцал одинокий светильник, заправленный ароматным маслом. Длинные ряды стеллажей со свитками и книгами, уходящих куда-то в непроглядную тьму. Свитков здесь было превеликое множество, а книг еще больше! Люсьен отчаянно пожалел, что не может разобрать эту причудливую вязь эльфийских рун. Сейчас бы полистать что-нибудь отвлеченное, например, по истории военной стратегии, или старинный героический роман, или даже стихи. Просто что-нибудь. В этих залежах наверняка можно было бы отыскать что-то этакое, интересное. Люсьен задумчиво переворачивал странички каких-то хроник, написанных на всеобщем языке, втайне радуясь возможности прикасаться к мудрой книге. Его руки, столько лет державшие исключительно оружие, оказывается, соскучились по этому простому движению. Шелковая ленточка-закладка ласково устроилась в ладони. - Бездельничаем, значит, - внезапно над ухом раздался уже знакомый язвительный голос. – Эльфийские писульки почитываем? - Снова ты, - Люсьен вздрогнул, захлопнув книгу, и нахмурился. – Пришел позлорадствовать? - Ты слишком плохого мнения обо мне, - трагически вздохнул Шеогорат, запрыгивая в кресло напротив. В руках он держал нечто продолговатое, замотанное в темные тряпки. – Я пришел помочь. - Хочешь помочь – верни меня обратно, - отрезал ассасин. - Обратно? – даэдра рассмеялся и махнул рукой. – Брось, Лашанс, там же неинтересно. Смотри лучше, какую штуку я тебе принес! Ткань полетела на пол, открывая причудливый, выполненный из цельного куска темного дерева посох. Набалдашник изображал собой три искаженных диким криком лица, расположенных затылками друг к другу. Люсьен осмотрел артефакт придирчивым взглядом и приподнял бровь. - Я предпочитаю меч. - Не проблема, отдашь подружке, - пожал плечами Шеогорат. - Она лучница. - Тебе не угодишь. Не зли меня, просто забери эту пакость. Даэдра настойчиво сунул посох в руки Спикеру и встал с кресла. - И зачем он мне? – недовольно спросил Люсьен, рассматривая черты вырезанных из дерева лиц. - Не знаю, авось пригодится, - отмахнулся демон, одергивая камзол. – Ты хочешь вернуться в Тамриэль или как? Тогда будь хорошим мальчиком, слушай дядюшку Шеогората. - А иначе что? - прищурился ассасин, тоже поднимаясь. Тот факт, что он неожиданно оказался выше ростом, чем даэдрический принц, придал Спикеру уверенности. - А иначе – ХОП! - радостно отозвался Шеогорат и растворился в воздухе. Люсьен подумал, что провожать даэдрического принца длинной матерной тирадой начинает входить у него в привычку.