Она-совершенство.

      Утро следующего дня для Кларк наступило поистине прекрасно, ведь проснулась она не от звука будильника, и не от голодной с утра, с криком влетающей к ней в спальню, Рейвен, которая сейчас мирно посапывала с любимой женой на диване у Кларк в гостиной.       Источником её пробуждения оказались тёплые лучи игривого солнышка, что ласкали блондинку по всему лицу, дразняще пробегая по ещё закрытым векам. Также звонкое напевание — доносившееся из приоткрытой форточки — различных пернатых поспособствовало этому прекрасному утру. Но более приятно было от осознания того, что сегодня выходной.       Эти радостные мысли плавно перетекли к одной зеленоглазой девушке, вызывая на лице Кларк самую широкую и влюблённую улыбку, она даже прикрыла глаза, чтобы ярче представить образ Лексы: изумрудные глаза с озорным интересом притягивали, не давая и шанса на спасение, а по прямому носику и ушкам так и хотелось провести пальцем, очерчивая их контур. Губы с едва заметной родинкой на верхней хотелось кусать, как самую спелую и сочную ягоду в мире, упиваясь их мягкостью, а позже целовать, как что-то хрупкое, вот-вот готовое рухнуть и исчезнуть. На карамельной лебединой шее до потери пульса хотелось оставлять засосы и зализывать своеобразные метки горячим языком, вызывая страстные стоны, льющиеся в уши Кларк самой прекрасной музыкой. Хотелось вдыхать ароматный запах шелковистых волос, накручивая одну непослушную прядь на пальчик. За осиную талию так и мечталось прижать девушку ближе, чтобы чувствовать её телом. А грудь, такую совершенную хотелось сжимать, наслаждаясь их упругостью и мягкостью, ведь что-что, а это она успела оценить по достоинству. Только в загорелых и, судя по очертаниям мышц, сильных руках хотелось засыпать и просыпаться всю жизнь, только от Лексы хотелось получать объятия. А пальцы? Ох, эти пальцы, заставляющие мысли Кларк принять совсем иное направление. Заставляющие представлять то, как Лекса указательным пальчиком водит по губам блондинки, не сильно надавливая то на верхнюю, то на нижнюю. Как она проталкивает этот самый пальчик между припухших от многочисленных безумных поцелуев губ, чувствуя тот самый горячий язычок на нём, который своим кончиком проводит по всей его длине, а после измученные губки посасывают его, от чего он становится еще влажнее. Вытащив пальчик из горячего плена, напоследок получив игривое прикусывание кончика, Лекса проводит им от самых губ до низа живота Кларк, оставляя влажную дорожку, которая даже не остывает на её разгоряченном теле, но заставляет дрожать от приятного ощущения. Кларк голая — полностью голая — и Лекса тоже, так что ничто не мешает последней, смотря в потемневшие от возбуждения глаза, опустить руку ниже, прямо к горячему входу между мокрых и таких же горячих складок, собирая влагу и растирая её по клитору, с малейшим на него давлением, но не достаточным для Кларк, поэтому она просит, задыхаясь от образованного их телами жара, просит доставить ей такое удовольствие, от которого без всякого притворства можно потерять сознание. И Лекса дает то, что она прости, до упора входя сразу тремя пальцами в узкое, но до невозможного мокрое лоно Кларк, стенки которого мгновенно обхватывают точенные длинные пальца шатенки, затрудняя их движение, но та продолжает двигать в рваном ритме, приближая финал блондинки. Кларк, стонущая с каждым толчком всё громче, впивается в спину зеленоглазой ровно постриженными ноготками, что приносят той тупую, еле ощутимую боль в лопатках.       Эти пальцы заставляют представлять самый лучший оргазм, который когда-либо испытывала Кларк, а загорелые длинные ножки хочется ласкать ладонями, ощущая их гладкость и бархатистость. Вся Лекса для Кларк-воплощение идеала.       Вынырнув из своих грёз с тяжёлым прерывистым дыханием, блондинка попыталась привести себя в чувства после столь реалистичных пикантных картин, последствия которых она ощутила, шагая на ватных ногах в ванную, чтобы провести утренние процедуры.       Выйдя из ванной в свободной радужной футболке и коротких черных шортиках, которые она прихватила по пути в неё, Кларк направилась на кухню, вытирая влажные волосы полотенцем. Проходя мимо спящей в обнимку парочки, она этим самым полотенцем кинула в них, попадая точно в голову Рейвен, которая даже и не думала просыпаться, притягивая Окти ближе. Победно вскинув кулак и хихикая над Рейес, блондинка прибыла в место назначения, то есть на кухню.       Гриффин любила экспериментировать в плане готовки и создавать какие-то новые блюда, так что сегодня она решила совместить любимые завтраки её подруг. У Октавии это были блинчики, в особенности блинчики Кларк, которые она бы хоть с землёй съела. Рейес же предпочитала яичницу с любым дополнением: ветчина, помидоры, сладкий перец и т.д. В арсенале блондинки имелась и ветчина, и помидоры, и перец, но выбрала она только первое и последнее, а также откопала зелень, чтобы посыпать её в самом конце.       Когда тесто для блинчиков было готово, Кларк поставила сковородку на плиту, чтобы она разогревалась и включила духовку на определённый градус. Накормив пришедшего Кольда, блондинка начала наливать порцию жидкого теста на сковородку и услышала: — Аааа, почему темно, я ничего не вижу, нет, я не хочу быть слепой, — эти вопли в буквальном смысле заставили Кларк ржать, чуть не выронив сковородку. — А, черт, это полотенце, а я уж подумала… — Правильно подумала, — перебивая и всё также смеясь, прокричала Кларк. — Вот ты Гриффин овца; убью падлу блондинистую, — без особого энтузиазма сонно проговорила Рейвен, проходя на кухню. — И тебе доброе утро, Рейес, — ответила блондинка, убирая приготовленный блинчик. — А где моё доброе утро, Кларки? — Следом за женой прошла Окти, садясь за стол. — Доброе, — послала она улыбку Октавии. — Даже спрашивать не буду, по глазам вижу, что голодные. Завтрак будет готов минут через 20, так что, Окти, сделаешь нам пока какао?       Щенячьи глазки в уже сотый раз прокатили, и Блэйк, вставая с наигранным тяжёлым вздохом, направилась готовить свой чудо-напиток. У Кларк тем временем было готово определённое количество блинчиков, чтобы всем хватило для плотного завтрака. — Итак, Кларк, чем на этот раз ты нас решила удивить? — спросила Рейвен, смотря, как та расставляет шесть небольших — примерно 15×15 см. — формочек квадратной формы на стол. — Не знаю как это называется, но готовить это одно удовольствие.       Когда во всех формочках было по блину, сверху на три из них она положила по два кусочка ветчины, а на три остальных предварительно нарезанный зеленый болгарский перец. В каждую формочку Кларк разбила по яйцу, посолила и не до конца соединила все четыре кончика блина, образуя открытый конвертик. Быстренько поставив все формочки в духовку, и включив таймер, она села за стол к подругам. — Ну что, Кларк, какие планы на выходные? — Глядя на блондинку с хитрым прищуром, спросила Рейвен. — На счет воскресенья я не знаю, а вот сегодня собиралась… — прозвучал дверной звонок, прерывая Кларк и оповещая о том, что кто-то пришёл. — Я вроде никого не жду.       Мило нахмурив бровки и поставив ароматный дымящийся напиток на стол, Кларк направилась к входной двери. Посмотрев в глазок, но не обнаружив по ту сторону двери никого, она позвала Кольда на всякий случай и со страхом, но с маленькой крупицей любопытства открыла дверь, за которой, как и предполагалось, никого не было. Кларк уже собиралась переступить порог, чтобы выйти и осмотреться, как почувствовала на своей ноге тёплую лапку Кольда, который просил внимания, но не ради ласки.       Опустившись на корточки перед своим псом, чтобы погладить его, Кларк наконец заметила то, на что Кольд пытался перевести её внимание-цветы. Снова цветы, но в этот раз-это прекрасные пионы фиолетового цвета лежали на пороге блондинки. Взяв букет, Кларк вдохнула приятный аромат цветов, в блаженстве прикрывая глаза. Также к цветам прилагалась записка, которая была очень хорошо спрятана в обёрточной бумаге, и, найдя её, Кларк с уже знакомым замиранием сердца начала вчитываться в написанные самым идеальным почерком слова: Прости за мою навязчивость И за течение этих строк, Но мне будет в радость, Надев на себя свитерок, Прогуляться с тобою в парке В эту осеннюю пору, А потом, сидя на лавке Наслаждаться нашему вечеру. В 19:30 у входа в парк рядом с твоим домом. Пожалуйста, я буду ждать. — Лекса.       Попрыгав от счастья пару раз, Кларк закрыла дверь и со счастливой улыбкой направилась к подругам, чтобы скорей рассказать о такой приятной неожиданности.

***

— Аня, возьми уже эту чертову трубку! — Повышая голос, проговорила Лекса не отвечающей подруге. — Уже как пять секунд взяла, не орала, услышала бы. — А…эм…прости, просто… — бормочет шатенка, потирая свою идеальную бровь. — Что случилось, Лекса, ты чего такая нервная? Твоя ненаглядная не явилась? — Посмеиваясь, спросила Аня. — Вообще-то, да, и это не смешно, уже 19:48, а её до сих пор нет, — посмотрев на время, ответила она подруге. — Я беспокоюсь, а вдруг что-то случилось? — А вдруг она просто не захотела приходить? — после недолгого молчания без намёка на шутку спросила светловолосая.       И лучше бы она не озвучивала эту версию, так как Лекса мгновенно побледнела от мысли, что она не интересна Кларк. У неё началась не свойственная ей паника, поэтому она начала ходить взад-вперёд и бормотать в трубку, но Аня разобрать слов не могла, лишь самую малость. — Чёрт, я слишком перестаралась с этими цветами, но всего-то два букета-это вроде нормально, блин, это наверное из-за записки, из-за этого дурацкого стиха, черт, а может быть я её просто не нравлюсь, черт, черт, черт… — она бы и дальше продолжала находить варианты, но её остановила лёгкое прикосновение к плечу, и так как она не видела подошедшего, то с серьёзным намерением послать его куда подальше, развернулась и чуть не выронила телефон от удивления. Перед ней стояла её, как сказала Аня, ненаглядная. Она была одета по простому: на ногах тёмно-синие кроссовки и серые спортивные штаны, которые слегка обтягивали её стройные ноги, сверху надета в тон кроссовкам ветровка, а под ней обычная белая футболка, волосы распущены и лежат волнами на плечах. Макияжа нет, что в купе с простым образом делает её ещё более ангельской.       Лекса, разглядывая прибывшую блондинку, не сразу заметила, что она пришла не одна. Уже приученный без команды Кольд сел рядом с ногами Кларк, с любопытством смотря на шатенку. Сама же она была одета в узкие черные джинсы, под тон им ботиночки на небольшом каблуке и миленький бордовый свитер, который очень уютно на ней смотрелся. На лице минимум макияжа и волосы также распущены. — Чёрт, Кларк, наконец-то, — отключаясь и убирая телефон в карман, сказала Лекса, крепко обнимая блондинку, что вмиг окаменела от такой близости.       Лекса даже не замечала состояния Кларк, она была рада, что та живая и с ней всё хорошо. Для самой блондинки эти неожиданные объятия стали словно выключателем её разума, который по дороге набрасывал причины для того, чтобы развернуться и идти домой. Так что сейчас она рада, рада может только чувствовать Лексу всем телом, ведь она прижалась так тесно, что даже лист бумаги между ними не пройдёт. Всё же совладав с собой, Кларк таки решилась ответить на объятия, кладя свои, весившие словно по 30 килограмм, руки на талию шатенки, которая всё это время наслаждалась теплом, исходящим от Гриффин. Моментами Лекса притягивала голову Кларк ближе, чувствуя, как та утыкается носиком ей в ключицу, и вдыхала её аромат, ведь блондинистые локоны пахли божественно.       Всё же оторвавшись от Кларк, Лекса продолжила говорить: — Я уже начала переживать и если бы ты не пришла и пятью минутами позже, то я бы пошла к тебе… Ээм, Кларк, всё в порядке? — оборвала себя Лекса, видя странное состояние блондинки. — Да, — задумчиво протянула в ответ Гриффин. — Да, я в порядке. Просто… это (имея в виду объятия) было неожиданно, приятно, очень, но неожиданно, так что прости ме… — Нет, нет, нет. Прошу, не извиняйся, а лучше прими мои извинения, потому что иногда я слишком импульсивна и неожиданна, — с улыбкой проговорила шатенка, кладя руки в задние карманы джинс. — Да, это я уже поняла, — ответила Кларк, переводя взгляд с Лексы на Кольда. — Кстати о неожиданностях… Знакомься Лекса-это Кольд, лучшая собака на свете. — Ещё бы, она ведь твоя, — пробормотала Лекса, садясь на колени перед Кольдом. — Ну, здравствуй, верный друг одной безумно очаровательной блондинки, — почесывая его за обеими ушами, поприветствовала Лекса Кольда, который тут же полез облизывать её лицо. — Дай лапу, Кольд.       Пёс мгновенно отреагировал на команду, помещая свою не маленькую лапу в руку Лексы. Кларк стояла рядом и с обожанием наблюдала за их знакомством, вспоминая как Кольд недолюбливал её бывшую, хотя прожили они вместе не мало, но он никак не хотел сближаться с Найлой. — Вау, ты ему понравилась, он редко с незнакомыми людьми себя так приветливо ведёт, он им конечно лапу подаст, но с тобой… — удивлённо протянула Кларк, обращаясь к Лексе. — Хотя я его понимаю, ты безумно красивая.       Поняв, что это она произнесла вслух, её щеки вмиг покрылись румянцем, что не скрылось от глаз шатенки, которую это очень умилило. — Клааарк, до чего же ты милая. Комплимент сделала мне, а сама смущаешься, — вставая, сказала Лекса. — Спасибо, мне приятно, что ты считаешь меня красивой. — Я не милая, — обиженно протянула Кларк, проходя через ворота в парк. — Не за что. — Милая, — хихикая, Лекса ткнула пальцем в надутую розовую щечку блондинки. — Мииилаааяяя. — Как хочешь, — сдалась Кларк, отстёгивая Кольда от поводка. — Я его отпускаю, потому что он никогда не убежит. — Это да, по вам видно, что у вас сильная связь. Он тебя никогда не оставит и всегда защитит. Вы самые лучшие друзья из всех лучших друзей на планете, — смотря в глубокие голубые глаза с обожанием, согласилась Лекса и, обернувшись на скамейку, спросила: — Давай присядем? — С удовольствием, — улыбнулась Кларк. — Только не против, если я буду иногда отвлекаться на Кольда, уж очень он любит бегать за мячиком, без этого не обходится ни одна наша прогулка? — Конечно против, — невозмутимо ответила Лекса. — Что? Почему? — лицо Кларк выражало непонимание и озадаченность. — Потому что я сама хочу поиграть с этим прекраснейшим псом, так что ты не против? — с ухмылкой спросила шатенка, смотря, как лицо девушки на против из растерянного превращается в облегченное, после слов шатенки. — Конечно можно, но я не уверена, что Кольд захочет, он никогда не приносил мяч кому-то, кроме меня, когда с ним играли, — сомнительно ответила Кларк, удобней присаживаясь на скамейку ближе к Лексе. — Точнее, пытались играть. — Хм. Ну всё же я попытаюсь. — Ну удачи, — усмехнулась Кларк, протягивая теннисный мяч Лексе. — Кольд, иди ко мне. — Малыш, Лекса хочет с тобой поиграть, окажешь ей такую честь? — и словно поняв слова хозяйки, он повернул морду в сторону Лексы, смотря на мяч в её руке. Повертев его пару раз, шатенка бросила мячик на небольшое расстояние, сразу переводя взгляд на Кольда, что сидел у ног блондинки и признаков того, что он с огромным желанием готов бежать за мечем, не подавал. Он поймал взгляд шатенки, и они неотрывно смотрели друг другу в глаза. Лексу это немного напрягало, потому что взгляд пса был уж очень серьёзный и изучающий, она буквально чувствовала, как он читает её, как открытую книгу, написанную крупным шрифтом. Легко и просто.       Длилось изучение чуть меньше минуты, и в один момент взгляд карих Кольда потеплел, заставляя Лексу расслабиться и отпустить напряжение. Отвернувшись от зеленоглазой, пёс кинул быстрый взгляд на шокированную хозяйку и направился на полянку, на которую приземлился мяч, который он зажал зубами и понёс обратно Лексе. Отдав ей его, он побежал на ту самую полянку, чтобы понежится на травке. — Лекса? — шокировано произнесла Кларк, поворачиваясь корпусом к Лексе. — Как тебе это удалось, ведь он даже моим друзьям не принесёт мяч даже тогда, когда очень хочет играть? — Не знаю, я просто сидела, а он так пристально смотрел, что аж мурашки по коже, но потом его взгляд изменился… — Потеплел, — перебила Кларк шатенку, на что получила кивок. — Я понимаю. В первый день нашего знакомства он так же смотрел на меня, хотя был ещё совсем щенком, таким милым и неуклюжим, — с улыбкой сказала Кларк, вспоминая этот момент. — Но до сих пор он ни к кому такое отношение не проявлял. Он что-то в тебе разглядел, иначе бы не побежал за мячиком. — Вау, ваша с ним история прекрасна, — смотря в голубые, сказала Лекса. — Значит правду говорят… — Правду говорят о чём? — с любопытством спросила Кларк — О том, что животные видят глубже.       Кларк рассказала Лексе всё о Кольде: начиная первой встречей и заканчивая его днём рождения, который прошел две недели назад. Лекса слушала очень внимательно, иногда обращая особое внимание на некоторые детали и просила, чтобы Кларк подробней рассказала о том или ином событии, на что блондинка со счастливой улыбкой в глазах согласно кивала и начинала повествование в более подробном варианте. За такими разговорами они и не заметили, что набегавшийся пёс смирно лежал у их ног, охраняя хозяйку со спутницей, и то, что прошло уже больше часа. Договорившись, что Лекса проводит Кларк до дома, они направились на выход из парка, предварительно блондинка пристегнула Кольда на поводок. — Ты ничего не подумай, я просто спрашиваю, потому что интересно, — обратилась Лекса к Кларк, идя с ней по тротуару плече к плечу. — Почему ты опоздала? — Хах, ты не поверишь, он решил по вредничать и спрятал свой поводок в корзине для белья, — смеясь, ответила Кларк. — Он иногда так делает, когда ему скучно, и постоянно выбирает разные места, ещё ни разу в одно и тоже не спрятал. — Забавный он у тебя. — Ага, особенно когда ему скучно. Чаще достаётся Рейвен, но когда её нет, то я являюсь объектом его «скучного времяпрепровождения». — Рейвен? — Кларк показалось или она слышала нотки ревности. — Да, Рейвен-моя подруга. Она со своей женой и по совместительству тоже моей подругой часто у меня дома находятся, когда Найла на работе, а так как я её выгнала, то скорей всего они у меня будут чаще бывать, — неприятные воспоминания о бывшей снова всплыли. — Но я этому рада, будет для кого готовить, и не так скучно работать. — Ты любишь готовить? — С улыбкой спросила Лекса, нежно дотрагиваясь пальчиками до пальчиков Кларк, как бы прося разрешения. — Знаешь, обожаю, — в ответ крепче сжимая её руку, а после переплетая пальцы с Лексой, сказала Кларк. — Мне кажется, что это мое призвание. — А кем ты работаешь? — Не думая, спросила Лекса. — Ой, прости за такой вопрос, я просто слииишком любопытная. — Ничего, мне нравится, — улыбаясь, сказала Кларк. — Я работаю дома, на кухне. Люди заказывают у меня еду, а я дома готовлю и они приезжают и забирают горячее, свежее и вкусное. Теперь можно я спрошу? — Получив кивок от шатенки, она продолжила: — У тебя есть домашние животные? — Почесав Кольда за ухом, спросила Кларк. — Да, у меня дома живёт…       Но договорить она не успела, потому что вдалеке ярко сверкнула молния, а с неба крупными каплями полил дождь. До дома осталось примерно сто метров, но даже пробежав их, девушки и собака все вымокли на сквозь. Быстренько открыв дверь, Кларк пропустила всех вперёд и, заходя последней, заперла её. — Лекса, — обратилась Кларк к шатенке, когда они зашли. — Ты разувайся и проходи ко мне в комнату. В шкафу на верхней полке возьми полотенце, тебе нужно согреться, а то ты вся холодная, — дотрагиваясь до пальчиков, сказала блондинка тоном, не терпящем возражения. — А я быстренько чайник поставлю и включу камин, чтобы Кольд погрелся и высох. Ну и наша обувь.       Не в силах что-либо ответить из-за дрожи, Лекса направилась в комнату, где в шкафу она нашла большое махровое полотенце и, сняв с себя насквозь промокший свитер, завернулась в него, чувствуя то, как её тело обволакивает теплом. Не рискнув сесть на кровать из-за таких же мокрых штанов, она просто ходила взад-вперёд, чтобы разогнать кровь и быстрее согреться. — Итак, — сказала Кларк, входя в комнату и привлекая к себе внимание. — Обувь сушится вместе с Кольдом, и нам бы тоже не помешало согреться.       После этих слов она без каких-либо возражений вручила сухую теплую одежду из своего гардероба и отправила Лексу в ванную, чтобы та как следует согрелась и не заболела, а сама надела штаны, носки и толстовку, и направилась на кухню, чтобы по быстренькому доделать ужин, который она начала готовить перед встречей с Лексой. — Кларк, а ты в душ не пойдёшь? — Спросила Лекса, когда закончила водные процедуры и прошла к Кларк на кухню. — Нет, я в полном порядке, — уверенно ответила Кларк, поворачиваясь к Лексе. — Если ты не против помочь, то бери вот это поднос с кружками и чайником и неси в гостиную на столик, а я пока заправлю салат и доделаю пасту. — Хорошо, я с удовольствием.       Взяв поднос, Лекса направилась в гостиную, чувствуя, как её обхватывает тепло из-за камина. Только поставив ношу на стол, она слышит приближающиеся шаги блондинки и садится на пол около стола на предварительно разложенные Кларк подушки. — А вот и ужин, — говорит Кларк, расставляя тарелки с едой на стол. — Вкусный и горячий. — Оставь их, Кларк, просто садись и кушай, позже всё приберём. — Мягко проговорила Лекса, смотря, как блондинка собралась отнести подносы обратно на кухню. — Уговорила, — с улыбкой ответила Кларк, присаживаясь рядом с шатенкой. — Приятного аппетита.       Они ужинали в тишине, такой уютной и комфортной, не напрягающей и не давящей. В этот момент им просто хотелось молчать, не разбавляя разговорами поглощение столь вкусной еды. Мимолётно бросали друг на друга восхищенные взгляды и счастливые улыбки. А когда ужин подошёл к концу, они собрали всю посуду и вместе направились на кухню. Лекса предложила себя в роли посудомоечной машины, на что Кларк, как она думала, злобно шикнула и сказала, что приберёт всё завтра, и направилась в комнату, взглядом говоря Лексе идти за ней. — Напомни-ка мне, на чём мы остановились… — задумчиво протянула Кларк, проходя к себе в комнату вместе с Лексой. — Ах, да. Твой домашний питомец. Так кто же у тебя дома живёт? — У меня дома живёт енот. — Следуя за блондинкой, Лекса мягко опустилась на постель, кладя ногу на ногу. — Что? Прям… енот? — С неподдельным удивлением спросила Кларк. — Да, Кларк. Прям настоящий, прикинь? — видя реакцию блондинки, со смехом ответила Лекса. — Да ну тебя, — состроила притворно-обиженное лицо блондинка, смотря на шатенку. — Я просто удивлена. — Ага, я так и подумала. — Не унималась Лекса, продолжая поддевать Кларк. — Леексаа… — сладко протянула Кларк, перестав «дуться» на Лексу. — Мммммм… — подражая Кларк, ответила шатенка. — Расскажешь мне кое-что? — невинно хлопая глазками, начала Кларк и, не дав ответить Лексе, прямо спросила: — Как ты познакомилась с Найлой? — Тебе это правда интересно? — В какой-то степени. — Ну ладно, — после недолгого раздумья согласилась Лекса. — Это произошло в моём магазине нижнего белья, я обычно всегда сижу в офисе и занимаюсь бумажной работой, но в тот день один консультант по состоянию здоровья не вышел на работу. Это было не так уж и страшно, только не считая того, что замены не было и начался хаус: все забегали, стали искать какие-то варианты, как будто мы без одного консультанта не выживем. Я же, всё давно решившая как поступить в такой ситуации, громко и строго высказала слова о том, чтобы все успокоились. Это надо было видеть, то, как они все замерли, я даже на мгновение подумала, что время остановилось. Да, признаюсь, они меня боятся, но в их глазах я вижу уважение, искреннее уважение и страх, конечно, тоже присутствует, и я думаю, что это правильно, работник должен бояться своего босса, ну хотя бы потому, что он может его уволить, — с усмешкой выдала Лекса, а Кларк просто сидела и слушала.       Этот голос до прекрасного сводил с ума, поглощал её, лился в уши самым сладким мёдом. Сидела и смотрела. Нет, они обе смотрели друг на друга, поглощая взглядом эмоции и анализируя чувства, вызываемые объектом обожания напротив. — Но ты не подумай, я там не стерва какая-нибудь с завышенной самооценкой, а наоборот, очень милая и пушистая, просто статус требует держать всё в строгом порядке, — со дна омута светлых голубых глаз, произнесла Лекса. Она даже не пыталась выбраться оттуда, а точнее сказать, она этого просто не хотела. Этот холодный цвет глаз согревал теплее, чем камин, стоящий в гостиной.       — Ты не пушистая, ты бархатная, — и подтверждая свои слова, Кларк поднесла свою правую руку к левой руке Лексы и начала невесомо и нежно водить по ней, от кисти до локтя. Ей хотелось бы иметь больше места для своих прикосновений, но выше находилась небрежно задранная ткань рукава, что мешала насладиться всей прелестью бархатной кожи. Лекса неотрывно смотрела на лицо блондинки, на её идеальный профиль и следила за такой милой мимикой, что отображалась на её лице. Ей приходилось кусать губы, чтобы не издавать лишние звуки и не нарушать этот момент прекрасной тишины своими эмоциями.       Кларк же чувствовала этот взгляд. Он был, словно материальный, ощущаемый, но её слишком поглотил другой процесс: она еле ощутимо прикасалась к ней, прикасалась так, будто писала свою самую величайшую картину. Но вместо холста была красивая смуглая кожа с маленькими волосиками, которые вставали дыбом от столь чутких прикосновений и вместо кисти были её бледные пальцы с аккуратно постриженными ногтями, которыми она иногда дразнила некоторые участки на руке. От этого ещё больше мурашек покрывало кожу Лексы, они завораживали голубоглазую, мурашки — это её слабость, она любила быть их инициатором, в особенности у столь прекрасной девушки, как Лекса. Ведь мурашки просто так не появляются.       Кларк дразнила, сводила с ума и наслаждалась еле слышимым сбитым дыханием Лексы. Она хотела, она желала наслаждаться стонами шатенки, но та всё молчала, держала в себе и нещадно закусывала губы, из которых вот-вот могла прокусить. Проведя последний раз пальчиками от кисти руки до сгиба локтя и обратно, с лёгким надавливанием ногтями, образовывая чуть видимые красные полосы, голубоглазая оставила поцелуй на руке. Оставила такой поцелуй, который выбил весь воздух из лёгких Лексы, который заставил её издать самый красивый звук из всех, что когда-либо слышала Кларк. Это был стон: тягучий, хриплый, дрожащий, он посылал по телу блондинки сотни разрядов.       Отстраняясь губами от руки и напоследок, проведя по месту поцелуя носиком, Кларк выпрямилась и встретилась взглядом с глазами, чей цвет был сравним с самым тёмным лесом в грозу, ведь все прикосновения озаряли их, словно вспышки молнии. Секунды тянулись, а расстояние между их лицами сокращалось, и в итоге оно стало таким минимальным, что они чувствовали тёплое дыхание друг друга и могли четко разглядеть мельчайшие крапинки в глазах напротив. Облизнув свои губы, и тем самым проведя кончиком по пухлым и сочным губам Лексы, Кларк решила уничтожить до конца то расстояние, что разделяло их желание. Но шатенка в последний момент подалась в сторону и поцелуй пришелся ей в щеку и Кларк, поняв это, укусила её за скулу, что вызвало не то стон боли, не то стон наслаждения у зеленоглазой. Не подумайте, она тоже хотела этого поцелуя, но какое-то чувство внутри не давало поддаться искушению. — *вдохнула*С твоего позволения я продолжу*выдохнула*, — сказала Лекса после того, как они отстранились друг от друга. Шатенка нежно провела по розовой, от смущения, щечке Кларк, заправила её выбившуюся прядь за ушко и уже собиралась продолжить, как услышала тихое и робкое «можно?» от блондинки. Если признаться, то зеленоглазая не поняла суть вопроса, пока не почувствовала то, как её пальчиков коснулись пальчики голубоглазой. Кларк прошлась ими по всей их длине, сопровождая этот путь лёгким надавливанием на костяшки, и нырнула своей ладошкой под ладонь Лексы, тут же переплетая их и зажмуриваясь от страха отказа. И ответом на заданный вопрос было крепкое сжатие Лексой пальчиков Кларк. — Так вот, моим решением было самой заменить этого работника. Несомненно все были, мягко говоря, в шоке от услышанного, ведь как так, хозяйка самого крупного в городе магазина нижнего белья работает простым консультантом, — и чуть нахмурилась, что-то вспоминая, от чего у неё на лбу образовалась милая складочка.       Вернее Кларк она показалась очень милой и так и манила провести по ней пальчиком. Что она и сделала, тут же привлекая внимание шатенки к своей персоне и молча намекая на продолжение. Они сидели очень близко друг к другу, меньше чем на расстоянии вытянутой руки. Кларк была полностью на кровати, сидя в позе лотоса, а Лекса лишь с одной, подогнутой под себя, ногой. — Ведь кроме близких никто не знает, какой шаткой была моя карьерная лестница, что я тоже начинала с обычного консультанта, в ничем непримечательном магазинчике, — с особой улыбкой произнесла Лекса. — С этого всё и началось, я была хорошим работником, меня повышали по должности и хорошо оплачивали мой труд, но в один прекрасный день я решила уволиться, чтобы открыть свой собственный магазин, но не одежды, а нижнего белья. Директор магазина, в котором я работала, с радостью поддержала эту идею и отпустила меня без всяких возражений. Она даже некоторое время помогала с финансами и прочими бумагами, пока я вникала во всю суть магазинного бизнеса. Также помогали друзья, родители, которые живут очень далеко отсюда. Я очень по ним скучаю, навещаю их каждые 2-3 месяца, чему они рады. И чему я рада, что выпадает свободное время в рабочие дни. — Оу, расскажешь про них поподробнее? — в умилении протянула Кларк. — Может чуть позже, ты же сама захотела узнать историю знакомства с Найлой, так что не отвлекайся, — в шутливой форме пригрозила Лекса, легонько касаясь носика блондинки. — Хорошо-хорошо, продолжай. — На чем я остановилась… а, точно, что-то далеко я ушла от сути, но ладно, — в стеснении она прикусила нижнюю губу, чем обратила взгляд голубых, которые до этого не сводили глаз с зелёных. — Так вот, вышла я на работу в качестве консультанта, до обеда и после него проработала на отлично, поняла, что все еще не потеряла навыка общения с клиентами. Ближе к вечеру в магазин зашла девушка, которой оказалась Найла и я без каких-либо задних мыслей подошла к ней, чтобы помочь с выбором. Она с первой же минуты начала со мной открыто флиртовать, я отвечать не стала, придерживалась позиции продавец-покупатель, но она была такой милой, что все же номер телефона я ей оставила. Когда она мне передала телефон и я уже собиралась ввести свой номер, в этот момент позвонила некая Кларк, что была так прекрасна, так красива… Хотя… Почему была, она и сейчас прекрасна и красива.       От услышанных слов глаза Кларк заблестели, но не от слёз, а от радости, счастья. Её голубые улыбались, так, как не один человек улыбаться не может: искренне, всей душой. Если глаза человека улыбаются, знай, что это улыбается его душа. — Это был момент, когда я влюбилась в тебя.       И Кларк просто не выдержала. Она повалила шатенку на кровать, с уверенность взглянула в глаза, ощущая, как часто поднимается грудь той от быстрого дыхания и поцеловала.