feeling like i'm breathing my last breath

Рано. Слишком рано. Небо все еще темное, часы показывают, что до рассвета осталось всего шестьдесят минут, но сердце понимает, что рассвета не будет, только не в этой истории. Солнца нет, дождя нет, вроде светло, а мрак окутывает все больше и больше, не дает увидеть ничего. Видеть уже особо и не хочется. «Солнце встает каждый день, без перебоев», — скажет кто-то. Солнце — это не рассвет. Солнце может быть и закатом, который предвещает, что все станет гораздо хуже, чем было. Придется терпеть, умирать внутри, пропитывать клетки организма ядом ради одного. Все из-за него, в его честь. Умереть тоже неплохо, только если он захочет. Парень в парке. Розовые волосы, опять покрасил, придурок. Единственный придурок, которому можно рассказать, а он стоит и улыбается. Не так уж и просто открывать душу на трезвую голову человеку, с которым без алкоголя говорить нечего. — Енхо, что случилось? — спрашивает Тэен и смотрит так, будто видит парня впервые. Таким уж точно. — Почему ты выглядишь так, будто скоро превратишься в зомби? — Просто сядь. Все плохо. Это дедлайн. Я не знаю, что мне делать, — отвечают ему и вместо каких-либо эмоций смотрят на асфальт, на деревья, но только не на него. — Помнишь того паренька, которого ты заставил подцепить в клубе? Так вот, он у меня в квартире. — Но это же хорошо, молодец паренек, долго продержался, а ты говорил, что сбежит после двух дней, — улыбается Тэен и хлопает Джонни по плечу. — Как вы там жили все это время, рассказывай. — Он умирает, — говорит Енхо так, будто рассказывает о вчерашнем вечере в баре или о походе в магазин. — Я не могу ничего сделать. — Это так врач сказал или ты сам решил? — лицо наркоторговца меняется в секунду. Слишком серьезный. Это он, настоящий Ли Тэен. — Врач. Сказал, что у него какая-то хрень, от которой в животе цветок растет и наплел что-то о том, что это не лечится. Либо я в него влюблюсь, либо он умрет. А он умрет, — констатирует факт парень. — Что мне делать? — Поцелуй меня, — отвечают Енхо и тот поддается. Делает то, что попросили. Пытается наслаждаться — не выходит, пытается забыться- не получается, пытается чувствовать — отрубается электричество. Навсегда. Зачем жить без света по кожей? Джонни отстраняется и мотает головой. Зачем он это сделал? Тэен гладит его по щеке и шепчет:«Спасибо, это было необходимо». А ему уже все равно, он ничего не чувствует, кроме дыры в сердце, которая с каждой секундой растет на микромиллиметры, превращается в миллиметры и поглощает все больше и больше. А дальше идти некуда и незачем. — Иди к нему, ты нужен этому мальчишке сейчас. Это была наша последняя встреча, мы больше не увидимся. Спасибо за все, Со Енхо. Я буду скучать, — говорит Тэен и смотрит так, будто пытается запомнить все детали, будто мертвецу они будут нужны. — Я ухожу исполнять мечту. Свою, на этот раз. Оба идут в противоположных направлениях. Им нужно было все это: общение, замкнутость друг друга, сначала недоверие, потом жесткий скин шип, часто переходящий во что-то большее, не образующий ничего. В этом вся суть. Мчаться к человеку, в котором сути уже не будет. Поздно искать суть в том, чего в любую секунду может не стать. В квартире холодно, окно открыто настежь. Пробирает дрожь. Тэн. На полу. В луже крови и лепестков. Пока что дышит. Джонни подбегает к нему и хлопает по щекам, пытаясь привести в чувства. Не помогает. Приходится вылить на него стакан воды, чтобы хоть как-то расшатать. Не сейчас, не нужно, еще слишком рано, а он улыбается. — Ты пришел, — еле слышно шепчет Читтапон и переплетает их с Енхо пальцы. — Спасибо за это. Позаботься о моей матери, это единственное, о чем я хочу попросить, он улыбается. Черт возьми, зачем он улыбается, сейчас не время, но он каждый раз делает это и каждый раз попадает в цель. — Я не думал, что буду умирать вот так, но это лучший расклад и я полностью с ним согласен. Ты не виноват, все в порядке. Я бы пережил все это с тобой еще миллиарды раз. Спасибо. — Тэн, я не протяну так долго, ты же знал это, — в ответ легко кивают. — Почему ты умираешь сейчас? Ты это не контролируешь, но черт, я не понимаю, почему, — почти кричит Джонни, а из глаз обоих текут слезы. — Потому что ты Со Енхо. Когда ты переживаешь, начинаешь хаотично поправлять челку, тебе нравится Читтапр и ты обнимал меня, когда я плакал во сне и ты думал, что я этого не чувствовал. У тебя есть сердце, — говорит он и кладет руку парня на себе на грудь, а сверху кладет и свою руку. Он слишком тяжело дышит и кашляет. — Ты показал мне волшебство. Я люблю это и… — Тэн перестает дышать резко, он же жив, да, спустя пятнадцать минут после того, как у него перестало биться сердце он ведь может быть жив. Он лежит на полу. Такой же бледный, красивый, с кровью на губах и с пуленепробиваемым сердцем, которое, мать его, не бьется и не будет биться уже никогда. Сидя с мертвым парнем на руках в собственной квартире на полу можно придумать разное. «Я люблю тебя, Тэн Читтапон Личайяпорнкул» А кому это теперь нужно? Если бы это осознание пришло всего несколько дней назад, он был бы жив. Колотить себя кулаками по голове не поможет, ведь он не выйдет из мыслей уж точно. Сильный кашель, сильно знобит. Хочется умереть. Но если умереть — забудешь его. Умирать не хочется, ведь сердце бьется. Сердце — это то, что всегда сгорает первым.