Доказать любой ценой

К началу октября Хогвартс поделился на два фронта: те, кто верили Гарри Поттеру и те, кто считали его лишь завравшимся мальчишкой, который желает лишь славы. Ко второй категории в большинстве своём относились слизеринцы. Они же были единственными студентами, радующимися тому, что Амбридж получала всё больше и больше власти. Остальным ученикам новый профессор не нравился абсолютно и даже тот, кто сначала не верил Гарри Поттеру — поверил, стоило ему познакомиться с официальным представителем министерства, которое и утверждало то, что Поттер и Дамблдор сходят с ума. Студенты настолько невзлюбили нового преподавателя, что при любой возможности показывали своё недовольство. Но если все прочие студенты просто не жаловали Амбридж и ограничивались злыми шепотками за её спиной и тихими пакостями, то близнецы Уизли со своим лучшим другом Ли Джорданом ей устроили настоящую войну. Под раздачу попадал и обожавший нового профессора завхоз Филч, который неизменно докладывал Долорес о нарушителях, но та ничего не могла сделать, поскольку как бы она не обращалась к Макгонагл, но та отвечала ей неизменно: — Где доказательство, что это сделали мои студенты, Долорес? И было невозможно понять отношение декана к подобным шуткам: вроде бы и недовольство, но оно определённо граничило с одобрением, а потому, как бы Гермиона не пыталась убедить близнецов в опасности их идей, братья вновь устраивали свои шуточки, которые рано или поздно, по мнению Грейнджер, обернутся для них плохими последствиями. Если, конечно, уже не обернулись, но тем не менее староста ни разу не замечала у близнецов такие же следы от встреч с Амбридж, что у Гарри. Гермионе не хотелось признавать, но она переживала за близнецов. Точнее, за одного конкретного. И это так пугало девушку, что после таких пониманий она лишь с удвоенной силой пыталась найти что-либо, что могло бы помочь в борьбе с этой проблемой. Гермиона понимала, что должна найти это что-то до того, как одним прекрасным утром она не поймёт, что вполне может влюбиться во Фреда Уизли, который продолжал вести себя с ней довольно странно: то, как казалось Грейнджер, он за ней ухаживает, то шутит о том, какие чудесные дети могли бы быть у неё и Рона. И, признаться честно, вторые шутки её крайне раздражали, потому что она совсем не понимала поведения своего соулмейта. Помимо прочего Фред Уизли старался держаться подальше от расследования Гермионы, совершенно не объясняя причин и лишь отшучиваясь в привычной манере. Со вторым близнецом отношения обстояли куда хуже: пусть Джордж и простил её за тот случай с Анджелиной, поскольку те довольно быстро помирились (даже несмотря на постоянно бурчащего Фреда, который пообещал брату сделать другую причёску, чтобы такого больше не повторялось), но младший близнец относился к ней довольно холодно и иногда даже с раздражением, что просто удивляло девушку, которая раньше подобного отношения к себе не наблюдала. — Он просто ревнует тебя к Фреду, — выслушав подругу, лишь рассмеялась Джинни на её заявление. — А если серьёзно, Гермиона, ему не нравится, что ты задумала. Он переживает, что если у тебя получится, то может пострадать его близнец... И я, Гермиона, переживаю за это. Тебе стоит прекратить. Но Гермиона не могла остановиться. Уж точно не после того случая, что случился в начале октября и который собственно и привёл к тому, что она слишком часто стала думать о рыжеволосом хулигане. Тогда она поздно возвращалась с вечернего обхода, от которого так ловко открутился Рон, притворившийся жутко больным. Гермиона, проверив все коридоры и прогнав парочку нарушителей, вернулась в гостиную, где увидела сидящую у камина рыжую макушку и, даже не увидев лица, поняла, что это был Фред. Парень не заметил появления старосты, поскольку сидел спиной к ней. Тот, придвинувшись близко к камину, рассматривал своё предплечье. В гостиной больше никого не было и Уизли выглядел как-то одиноко на этом фоне: тёмная гостиная, освещаемая лишь огненным пламенем, игравшем в камине, и парень с цветом волос точно тот же огонь. Грейнджер тихонько подходила со спины до тех пор, пока не смогла увидеть то, что рассматривал парень. На его предплечье красовались такие же кровавые ссадины, как у Гарри, вот только у Фреда они были словно гораздо глубже и с другой фразой. Правила созданы, чтобы их соблюдать — Она и с тобой также разбирается? — не сдержала Гермиона возмущённого вздоха, полностью выдавая себя. Фред, обернувшись и увидев старосту, быстро натянул рукав свитера обратно, поморщившись от боли, поскольку раны были явно свежие. — Ты чего, Грейнджер, не знаешь, что нехорошо подсматривать за мальчиками в такое позднее время? — с ухмылкой спросил он, но Гермиона не слушала его. Девушка обошла диван и, остановившись перед Фредом, присела на корточки, параллельно доставая что-то из своей сумки. — Грейнджер, ты чего? — удивлённо пробормотал он, следя за действиями старосты. Наконец Гермиона достала небольшой пузырёк, в котором Фред узнал то же лекарство, за которым сейчас и пошёл Джордж, и небольшую белую повязку. Девушка в ожидании уставилась на него. — Ну же, Фред, чего ты как маленький мальчик? Обещаю, это не так уж и больно, — насмешливо сказала она, смотря парню в глаза. Фред всё же с недоверием, но протянул девушке руку, слегка отодвигаясь и предлагая ей сесть рядом на диван. Гермиона старательно обрабатывала рану, стараясь вовсе не поднимать глаза на парня. Она была уверена, что как только взглянет чуть выше, то столкнётся с весёлым взглядом Фреда Уизли, который сейчас, Гермиона чувствовала это всеми фибрами души, неотрывно наблюдал за её действиями. — Можешь так не смотреть, я знаю, как правильно это делать, — проговорила смущённая Грейнджер, прикрывая своё стеснение за раздражением, и всё ещё упорно рассматривая, обрабатывая кровавую надпись, которую нельзя было убрать подобными штуками, зато это хоть немного помогало ослабить боль. — Просто стараюсь запомнить. Когда же ещё мне будет обрабатывать раны сама староста Гриффиндора? Грейнджер не смогла сдержаться и улыбнулась. Повисла тишина, в которой девушка думала лишь о том, зачем вообще она полезла со своей помощью, ведь наверняка у него были те, кто мог обработать рану. Вот только даже себе она этого объяснить не могла, поскольку вовсе не поняла свой порыв: она хотела сама помочь Фреду, не желая оставлять его одного. А сейчас вот сидит и отдувается, донельзя смущаясь этой интимной атмосферы, и взгляд парня вовсе не упрощал ей положение. — Почему ты носишь с собой всё это? — Гарри успел заработать подобное уже в первую неделю, после того раза я постоянно ношу с собой мини аптечку. Пригодилось, — с улыбкой произнесла Гермиона, поднимая взгляд, но, встретившись глазами с Фредом, она вновь уткнулась на рану, что не укрылось от внимания парня. — А я вот попался, когда пробрался в кабинет Амбридж, чтобы заколдовать все её противные розовые тарелочки с котятами, — весело отозвался Фред. Гермиона удивлённо посмотрела на него. — Пробрался? Но как? — О, Гермиона, ты же не думаешь, что для меня есть такое понятие, как "закрытая дверь"? — самодовольно пропел тот, на что девушка лишь состроила недовольную рожицу, тем самым вызвав смех парня. — Как же я могла забыть... Когда рана была обработана и прикидываться чем-то занимающейся было просто нереально, Гермиона подняла взгляд. — Ну, вот и готово, — сказала она, убирая всё обратно в сумку и укладывая ладони себе на колени. Парень принялся осматривать работу старосты, периодически одобрительно кивая. Девушка с улыбкой смотрела на это представление, пока парень вдруг не приподнял второй рукав, обнажая предплечье, на котором красовалось её имя. Он сложил руки так, что левая, с фразой Амбридж, была над правой рукой, где было имя Гермионы. — Если сделать так, — пояснял Фред, — выглядит будто это твоя цитата. Кстати, похоже. — Глупости, — пробормотала обиженная Гермиона. — Хэй, только не нужно обижаться, я же шучу, — улыбнувшись, парень в порыве доказать свою искренность, взял ладонь Гермионы. Гриффиндорка смутилась, но руки не одёрнула, поскольку сейчас она неотрывно смотрела в небесно-голубого цвета глаза. Девушка словно вновь очутилась на своём дне рождения, вновь переживала тот танец, но оглядываясь назад, она понимала, что это был другой случай. И взгляд Фреда тоже был другой. И сейчас, под воздействием этого взгляда, ей вдруг захотелось поцеловать парня. Так, лишь попробовать, ощутить какого это, целовать Фреда Уизли. Она взглянула на его губы и затаила дыхание. Контролировать себя она словно не могла. Нужно было убежать в спальню, спрятаться, но что-то заставляло её по-прежнему сидеть на этом самом диване рядом с парнем, который медленно приближался к её лицу. Впервые в жизни сердце девушки билось так сильно лишь от одной мысли о поцелуе. Она поняла, что всё это время, которое они с Фредом знают о предназначении, она успела свыкнуться с мыслью их идеального союза и сейчас всё это казалось таким правильным. Кто знал, что от ошибки Грейнджер спасёт невзлюбивший её Джордж Уизли. — Дред, я достал это с таким трудом, — громко и весело проговорил он, но, увидев сидящую в двух дюймах друг от друга пару, он быстро повернул назад, стараясь ретироваться. — Простите, извините, я не знал, что ему нужно другое лекарство. Гермиона резко вскочила с кресла, натягивая на плечо сумку. — Нет, Джордж, всё хорошо! Я уже хотела уходить, — тихо добавила она, замечая насмешливый взгляд младшего близнеца. — Я так и понял, Гермиона, серьёзно, — саркастично уверил он Грейнджер. Та, ещё больше смутившись, поскорее направилась в свою спальню. Как только девушка скрылась за дверью, вновь послышался насмехающийся голос Джорджа. — Я вижу в ней только подружку брата, говоришь? — О, да иди ты, — раздосадованно простонал Фред, кидая в близнеца первую попавшуюся подушку. Гермиона быстро закрыла дверь спальни, оседая на пол и закрывая при этом лицо руками. Хотелось лишь провалиться сквозь землю за свой необдуманный порыв. Только что она чуть не позволила себя поцеловать Фреду Уизли! И, что больше всего поразило Грейнджер, только этого она хотела в ту самую минуту! Соседки по комнате уже спали, так что просто не могли заметить румянец на щеках девушки и её возбуждённое настроение. Гермиона вздохнула полной грудью, стараясь унять участившееся сердцебиение. Чуть успокоившись, девушка прошла к окну и задрала рукав своего свитера, вновь всматриваясь имя её соулмейта. Оно не стало бледнее, больше или шире, но Гермиона рассматривала его как в первый раз. Она аккуратно провела пальцами по имени, невесомо касаясь и очерчивая буквы. Теперь она действительно боялась своих чувств. Укладываясь в постель, Грейнджер думала лишь о том, что они бы с Фредом никогда такого не сделали, если бы не эти имена на их запястьях. Парень бы никогда не обратил на неё своё внимание, да и она сама испытывала бы к нему лишь раздражение. Стало как-то обидно от мысли о том, что на самом деле Фред не хотел её целовать, а это был лишь порыв под воздействием их связи. Но, старательно отгоняя от себя эти мысли, девушка вновь и вновь старалась сосредоточиться на всём том, что она слышала об этой Судьбе. Вспоминались все многочисленные книги, перечитанные на эту тему, и отчаяние от того, что найти действительно важную информацию было нереально сложно. Гермиона перерыла всю библиотеку, но не нашла ничего, что помогло бы ей избавиться от проблемы, зато мифов и легенд перечитала на всю жизнь вперёд. А это означало лишь то, что девушке пора было заглянуть в запретную секцию. Благо, старостам было разрешено её посещать.

***

Вскоре весь Хогвартс потрясла ещё одна совсем неприятная новость: Долорес Амбридж была назначена генеральным инспектором Хогвартса. Узнали эту новость студенты не от директора, а прямо со страниц ежедневного пророка. Читая друзьям за завтраком главную новость этого дня, глаза Гермионы загорелись недобрым огоньком. — Мало того, что Фадж вмешивается в дела Хогвартса, отправляя сюда эту змею, так теперь он дал ей право инспектировать других преподавателей! Уму непостижимо! От внимания девушки не укрылось, как Гарри сжал вилку, даже не притрагиваясь к еде. — А я бы посмотрел на её попытки проинспектировать профессора Макгонаглл. Как думаете, она успеет сообразить, кто отправил в неё проклятье? На шутку Рона Гермиона лишь недовольно поморщилась. — Лучше пойдёмте на историю магии, а то вдруг она и профессора Бинса будет инспектировать. Но Амбридж не было ни на истории магии, ни на зельеварении, на котором Гермиона за свою работу получила "У" и сильно себя корила. Но, смотря на лица Гарри и Рона, она поняла, что у них дела тоже обстоят не так хорошо как хотелось бы. Но всё же ей было интересно, что получили её друзья, а потому всю дорогу к Большому залу девушка ненавязчиво, по её мнению, выпытывала информацию. — Гермиона! — не выдержал Рон, уже наливая в свою тарелку порцию супа. — Если хочешь узнать, что мы получили, то просто спроси! — Вовсе нет, я просто обсуждала с вами... Если не хотите, то не говорите, — пробормотала в ответ пойманная Гермиона. — Я получил «С». Теперь ты довольна? Гермиона замолчала, вспоминая значение оценки и вообще порядок оценивания подобных тестов, которые подготавливали студентов к приближающимся СОВам, как вдруг рядом плюхнулись близнецы, чем ужасно смутили девушку, которая сразу притихла и приосанилась. — Стыдиться нечего, — сказал Фред, смотря на Гермиону. — Ничего плохого в честной и крепкой «С». Девушке ужасно хотелось спросить, какая это оценка, но она не могла вымолвить и слова. Но всё же любопытство победило стеснение. — Но разве «С» — не «слабо»? — удивилась она и тут же заметила ухмылку на лице Джорджа, который с того инцидента в гостиной вновь стал прежним, чем немало удивил Грейнджер. — Да, «слабо», — подтвердил Фред. — Но все таки лучше, чем «о» — «отвратительно». Гермиона вновь посмотрела на старшего близнеца и он лишь вполне дружелюбно улыбнулся ей. Спасением девушки была тема оценок, о которой она могла говорить если не вечность, то достаточно близко по времени к этой единице. — Значит, высшая «П» — «превосходно», — смущённо пробормотала она, стараясь вообще не смотреть на близнецов — затем идет «У»... — Нет, «В», — поправил Джордж, — «выше ожидаемого». И я всегда считал, что нам с Фредом должны ставить «В» по каждому предмету — мы превзошли все ожидания хотя бы потому, что явились на экзамен. Все засмеялись, кроме неё самой, поскольку девушка поняла, что её оценка не идёт сразу после «Превосходно», а лишь после «выше ожидаемого»! Теперь девушка расстроилась ещё больше. — Значит, после «В» идет «У» — «удовлетворительно», и это последняя проходная оценка, да? — Да, — сказал Фред и, окунув булочку в суп, сунул в рот и проглотил целиком. Грейнджер с ужасом поняла, что ещё чуть-чуть и она могла бы вообще не сдать этот тест! Её оценка была на пороге провала и Гермиона мысленно проклинала себя за это, вспоминая все вопросы. Это просто невозможно! Она была уверена, что правильно выполнила все задания, а Снейп вновь придрался к ней! Пора было всерьёз браться за учёбу. В этот же день у пятого курса Гриффиндора была назначена Амбридж, на урок которой Гермиона шла в полной боевой готовности, намереваясь разозлить её иными путями, а не теми, которыми пользовались остальные ученики, применяя различные розыгрыши. Но, войдя в класс, Грейнджер увидела женщину с огромным синяком под глазом, который вовсе не стёр с её лица самодовольную улыбочку, что захотелось сделать самой Гермионе. — Волшебные палочки убрать, — уже привычно распорядилась профессор Амбридж. — На прошлом уроке мы закончили главу четвёртую. Прошу раскрыть книги на странице двадцать девять — приступаем к главе пятой. От разговоров можно воздержаться. Но Гермиона вновь даже не собиралась открывать учебник, лишь поднимая руку с кривой усмешкой. Но, в отличие от самого первого урока, Амбридж перестала её игнорировать и теперь, заметив её руку, лишь спокойно подошла ко столу Грейнджер с прежней улыбкой, шёпотом спрашивая: — Что на этот раз, мисс Грейнджер? — Я уже прочла четвёртую главу. — Тогда переходите к главе пятой. — Ее я тоже прочла. Я прочла всю книгу, — невозмутимо сказала Гермиона, смотря прямо в глаза профессору, лицо которой было перекошено от распирающей злости. И пусть Амбридж быстро совладала с эмоциями, но ради того лица стоило прочесть всю ту бредовую книжонку, в которой не было никаких полезных и незнакомых для Грейнджер сведений. Но её попытка противостоять Амбридж не привела ни к чему хорошему. Девушка лишь вновь подставила Гарри, что она поняла уже тогда, когда Поттер, недовольный снятием балла за "наглость" Гермионы, спросил: — За что? — Только не задирайся, — шепотом взмолилась Гермиона. Весь её план котился ко дну из-за эмоций Гарри. И вскоре она в этом окончательно убедилась. — Да, Квиррелл был чудесный учитель, — громко сказал Гарри, — только с одним маленьким недостатком: у него Волан-де-Морт торчал из затылка. Оглушительная тишина воцарилась в классе. Затем: — Я думаю, еще одна неделя дополнительных занятий принесет вам пользу, мистер Поттер, — вкрадчиво проговорила Амбридж. Гермиона обречённо вздохнула, вспоминая только-только зажившие раны Гарри.

***

Осуществить свой план удалось лишь спустя две недели, в течение которых Гермиона старательно избегала разговора с Фредом Уизли о случившемся, что было довольно просто, поскольку сам парень видимо не особо придавал значения моменту в гостиной и продолжал вести себя как прежде. Пусть поначалу это немного оскорбило Гермиону, но вскоре она поняла, что в этом случае игнорирование проблемы - выход. Но всё же вовсе не из-за этого она не решалась идти в запретную секцию. Первую неделю у девушки действительно было много дел, из-за которого поиск новой информации отходил на второй план, а второй причиной была в Амбридж, которая зачем-то велела на время запереть запретную секцию библиотеки. Причин ученики не знали, вот только подозревали, что сама она готовится сделать что-то гадкое, поскольку в последнее время с ей лица не сползала ехидная и до ужаса довольная собой ухмылка. Это напрягало Гермиону, но все опасения немного отступили, когда спустя неделю библиотека заработала в привычном режиме. Хотя староста всё ещё думала над тем, как показать этой министерской жабе своё истинное место. Впрочем сейчас для Грейнджер было самое главное то, что у неё появился доступ к книгам. И не зря девушка в любом деле полагалась на них, поскольку в тот вечер ей всё же удалось найти то, что она так долго искала. И сейчас, переписывая нужные ингредиенты и правила приготовления, Гермиона была готова чуть ли не визжать от охватившего её восторга. Представить только: она сможет избавиться от вездесущего имени! И было абсолютно плевать, что для приготовления этого зелья требовались такие редкие ингредиенты, а его приготовления занимало почти два месяца - самое главное, что Гермиона не будет идти на поводу Судьбы! Библиотеку Грейнджер покинула в таком восхитительном расположении духа, что, идя по тёмным коридорам Хогвартса, она просто не замечала ничего вокруг. Она размышляла о том, как отреагирует Фред. Почему-то от мысли, что он будет ужасно рад избавиться от связи с заучкой, стало как-то обидно, так что все непрошенные мысли Гермиона усиленно гнала прочь. Вдруг она заметила, что идёт не одна. Рядом с ней, засунув руки в карманы, шагал Фред, явно не замечающий её прекрасного настроения, хотя Гермионе казалось, что сейчас её улыбка могла запросто осветить весь коридор. — Грейнджер, я лишь хотел сказать, что тебе не стоит меня избегать. Я правда понимаю, что ты и Рон, — но договорить он не успел. Гермиона, до этого еле терпевшая не кинуться обниматься с Фредом, просто не сдержала своего порыва и сейчас крепко повисла на шее ничего непонимающего парня. — Фред, ты просто представить себе не можешь, какая у меня радостная новость! — возбуждённо шептала та, явно не слышавшая слов парня. — Что же у тебя произошло? — улыбаясь, спросил Фред, когда Гермиона всё же отпустила его. — Не у меня, а у нас! Я нашла довольно сложный рецепт, но он гарантирует, что избавит нас от надписей, — ответила она и вновь кинулась на шею недоумевающему парню. Но не успел Уизли ничего ответить, как вдруг послышались быстрые шаги, с каждым разом слышимые всё лучше и громче. Фред ловко схватил Гермиону за руку, утягивая в тёмную нишу, которая вполне могла скрыть их от посторонних глаз. Недавняя эйфория девушки пропала без следа. Шаги всё приближались и одновременно с ними были всё отчётливее слышны всхлипы. Кто плакал, было не понять, но спустя несколько мгновений они увидели маленькую светловолосую девчушку, которая, не заметив парочки, села на подоконник, растирая по всему лицу стекающие слёзы. Переглянувшись, Фред и Гермиона вышли из своего укрытия и девочка, как заметила Гермиона по значку на мантии, с их факультета испуганно посмотрела на них, прикидывая, каковы шансы, что её выдадут. Но, как только та узнала Фреда, успокоилась, уже не планируя бежать прочь. — Эй, Бетти, — обратился Фред, подходя совсем близко к девчушке, — что произошло? Ответом на вопрос были лишь новые слёзы с удвоенной силой, которые не на шутку напугали ребят, боявшихся, что сейчас в любую минуту могла появиться Амбридж, которая с недавних пор частенько проводила вечерние обходы. — Бетти, только тише, ты же не хочешь, чтобы сюда пришла профессор Амбридж? — миролюбиво прошептала Гермиона, аккуратно присаживаясь на другой край подоконника. Фраза возымела нужный эффект и девочка прекратила лить слёзы. — Что с тобой стряслось? — спросил Фред. — Алекс с Когтеврана на уроке решил подшутить над профессором Амбридж, пока та вышла из класса, — тихо отвечала она, периодически шмыгая носом, — и хотел подсунуть ей ваш драчливый телескоп, — Гермиона выразительно посмотрела на парня, как бы говоря: «а я говорила», но Фред лишь отмахнулся рукой, — а я пыталась его остановить и сказать, что она его за это может наказать. Пока мы спорили, я отобрала телескоп и убежала в другой конец класса. В этот момент и зашла профессор Амбридж. Она рассердилась, забрала телескоп, а тот сильно ударил её в глаз, у неё даже синяк появился! Она так злилась, что отправила меня на отработку и вот... Девчушка подняла рукав мантии, но и Фред, и Гермиона уже знали, что увидят там. На предплечье маленькой девочки красовались те же кровавые ссадины, которые складывались буквы, а буквы в свою очередь в предложение. Я не должна быть несносной девчонкой — Да как она... — яростно прошептал Фред, сжимая свои пальцы в кулаки и намереваясь идти разбираться с Амбридж, но Гермиона мягко коснулась его чуть выше локтя, заставляя остановиться. И пусть она пыталась остановить Фреда, но самой Грейнджер в данную секунду лишь придушить Амбридж, которая начала терять границы, обращаясь так с ничего непонимающими однокурсниками, которые ничего не могут поделать. А что можете сделать вы?— ехидно поинтересовался внутренний голос. — Фред, сначала мы должны позаботиться о Бетти, — шептала она с умоляющим взглядом, который всё же отрезвил молодого человека. — Бетти, давай мы отведём тебя в гостиную, где обработаем твои раны, хорошо? — с успокаивающей улыбкой предложила Гермиона, после чего троица поспешила в гостиную. Радости от открытия не осталось и в помине. И сейчас, держа за руку маленькую Бетти, Гермиона думала над тем, откуда Фред знает девчушку. Порыв парня хоть и поднял его в глазах Грейнджер, но сама она понимала, что с этой жабой нужно разбираться более хитрыми путями и желательно незамедлительно. Троица спокойна прошла больше половины пути, как вдруг Грейнджер услышала тот самый противный писклявый голос, который узнала бы из тысячи. — Да, мистер Филч, я нашла то, что хотела. Совсем скоро я выведу Дамблдора на чистую воду. Не успела опомниться Гермиона, как перед ней стояла профессор Амбридж в своей привычной розовой кофточке, рядом с которой шагал Филч без своей кошки. При виде студентов, глаза Амбридж опасно сверкнули, что это можно было заметить даже в темноте. — Почему студенты не в постели после отбоя? — обманно мягким голосом спросила она. Гермиона, заметив сжатые от злости кулаки Фреда, незаметно взяла его за руку, мысленно призывая к благоразумию. — Я, как староста, как раз сопровождала студентов своего факультета в гостиную. — А сегодня не ваше дежурство, мисс Грейнджер, — довольно проворковала женщина, а на лице завхоза появилась победная ухмылка. — Думаю, десяти баллов с каждого будет достаточно. Мисс Аддерли, — обратилась Амбридж к первокурснице, отчего та испуганно дёрнулась, поднимая взгляд, — я думала, что вы усвоили урок. — Как вы смеете насмехаться...— начал было Фред, но Долорес Амбридж не позволила ему продолжить. — Я не вас спрашиваю, мистер Уизли, — сурово сказала она, после чего вновь переключилась на псевдо сладкий голосок. — И да, я имею право на... — На многое, но не на это. Такие методы наказания караются даже вашим дражайшим министерством, — практически выплюнула ей в лицо Гермиона. Лицо главного инспектора покраснело от злости и было видно, что она с трудом сдерживает эмоции. Впрочем и завхоз Филч кое-как сдерживал охватившее его ликование. — Мисс Грейнджер, мистер Уизли, — сладко пропела она, — поздравляю вас с отработкой у меня в кабинете. Жду вас завтра. После чего гордо прошествовала мимо ребят, которые еле сдерживались, чтобы не отправить ей что-либо в спину. Главного инспектора спасло лишь то, что гриффиндорцы никогда не нападали со спины. Дальнейшая дорога прошла без происшествий и в полном молчании. Гермиона размышляла над тем, что же такого накопала Амбридж на профессора Дамблдора, что была так рада и уж не связано ли это с закрытием запретной секции. В тех же размышлениях Гермиона пребывала, пока обрабатывала руку Бетти. Фред в это время сидел в рядом стоящем кресле, над чем-то размышляя и не отпуская привычных шуточек. Наконец закончив, Гермиона отправила Бетти спать, проводив до лестницы, а обернувшись, едва не столкнулась со стоящим рядом Фредом. — Нельзя так нарушать личное пространство человека, Фред, — возмущённо пробормотала она, отходя как можно дальше. Губы Фреда дрогнули в ухмылке. — По-моему, тогда ты не была этому против, — с улыбкой ответил он, убирая руки в карман и опираясь поясницей о спинку дивана. Гермиона предпочла быстро сменить тему. — Откуда ты знаешь Бетти? — О, какая жалкая попытка, Грейнджер... Ну ладно, я знаю её, потому что она тоже помогает нам проверять товары. Она чем-то похожа на тебя, вот только не так рьяно придерживается правил. — Знаешь, я тут подумала над Амбридж, — игнорируя его последние слова, девушка присела на диван, приковав взгляд к огню в камине. Всё как тогда. — Я не позволю тебе попасть на её отработку, Грейнджер, не переживай, — заверил её Фред, присаживаясь рядом с Грейнджер и укладывая руку на подлокотник. — Я не за себя переживаю, — пробормотала Гермиона, всеми силами стараясь скрыть накатившее на неё смущение. — Я лишь хотела сказать, что я поняла, как нам нужно действовать. Тайно и сообща. — И что же ты предлагаешь? — Создать организацию, где мы сами будем учиться защите от тёмных искусств. Если Гарри согласится быть учителем, то думаю, что многие захотят у него учиться, — убедительно объясняла Гермиона. Фред с шокированной улыбкой поглядывал на старосту, придумывая ответ. — Погоди-погоди, сейчас ты, примерная староста Гриффиндора, предлагаешь создать тайную организацию против Амбридж прямо у неё под носом? Гермиона, ты не перестаёшь меня удивлять. — Не против неё, а ради нас и нашей безопасности, — горячо ответила она. — Ну а в остальном ты правильно уловил суть. Думаю, если я поговорю с мальчиками, то Рон поддержит, но вот Гарри придётся уговаривать... — Почему Поттера придётся уговаривать? Гермиона в сомнении замолчала, разглядывая свои пальцы. — Просто Гарри при любом происшествии винит себя и он будет сам сто раз подвергаться опасности, лишь бы не втягивать туда близких. — Мы в опасности, если не будем готовы дать отпор. Вот тогда нам точно крышка, — заметил Фред, опрокинувшись о спинку дивана. — Я тоже так считаю! Вот поэтому завтра я поговорю с ними, — улыбнувшись, девушка поднялась со своего места, намереваясь уйти в спальню. — А что ты там говорила про зелье? — тихо спросил Фред, когда девушка уже развернулась, чтобы уйти. Гермиона повернулась, в растерянности смотря на парня, но потом, словно очнувшись, стала рассказывать то, что вычитала в книге. — В принципе, все эти ингредиенты можно даже позаимствовать у Снейпа, — заканчивала свои рассуждения девушка. От удивления брови Фреда поползли вверх. — Я точно плохо влияю на тебя. Сначала тайные сборища, теперь вот готова идти воровать у Снейпа. Чего ожидать дальше, Гермиона? Грейнджер раздражённо цокнула языком и закатила глаза. — Но вот плоды жгучей антенницы там мы едва ли найдём, — продолжила она, игнорируя слова Фреда. — С этим проблем не будет, Грейнджер, мы с Джорджем можем заказать её у Наземникуса. Правда стоит она недёшево, но чего только не сделаешь ради такого дела, — с улыбкой сказал он, а Гермиона лишь закусила нижнюю губу. Фред на это облизал пересохшие губы. Даже заплатить готов, чтобы избавиться от заучки, — подумала Грейнджер. Настолько ей стыдно перед Роном иметь что-то общее со мной, что нашла информацию, которую ещё никто не находил, — подумал Уизли. — Я напишу ему уже завтра, если ты скажешь точное количество. Во время вылазки в Хогсмид можем забрать, она как раз на этих выходных — предложил он. — Да, было бы идеально, — неуверенно ответила Гермиона. — Нужно всего 3 стручка зрелой антенницы. Ну а с остальным разберёмся, когда добудем этот ингредиент. Спокойной ночи, Фред. Грейнджер быстрым шагом направилась в спальню, вспоминая тот вечер, когда они также беседовали с Фредом, вслед за этим вспомнились плохие последствия. Поэтому, боясь вновь ощутить то желание, Гермиона шла так быстро как никогда. Но тем не менее голос Фреда нагнал её почти у входа. — Гермиона. Девушка не сдержала раздосадованный стон и посмотрела на парня прямо с лестницы, чтобы не давать себе пути к отступлению. — Да, Фред? — отозвалась она буквально умоляя всевышние силы, чтобы они не проверяли её на прочность и всё же некоторая часть вопила об обратном и хотела лишь того, чтобы Фред попросил её спуститься. — Ничего, — улыбаясь, тряхнул он головой. — Просто хотел пожелать спокойной ночи. Гермиона послала ему ответную улыбку и буквально влетела в свою спальню, крепко запирая дверь и думая о том, как она вообще смогла это выстоять. Фред же в разочаровании провёл рукой по волосам и также поспешил в свою спальню, совершенно не заметив вернувшуюся с ночного свидания Джинни, которая увидела для себя достаточно.