Как приручить львенка

      Утром Гарри отчаянно зевал и пытался не заснуть над тарелкой. Сидящие рядом гриффиндорцы с упоением подкалывали, потешаясь не только над его видом, но и попытками отмахнуться от них. Драко старался не смотреть в его сторону. Они столкнулись почти у дверей Большого зала, так что подколоть Поттера ему удалось первым. И в отличие от других учеников, Драко догадался о причине такого состояния. Отец должен был когда-нибудь не выдержать. И так долго продержался.       Если Драко всё понял и спокойно к этому отнёсся, то его друзья были в недоумении. Они точно знали, что Драко ночевал в своей спальне. Тогда почему Поттер в таком состоянии? Отправившаяся на разведку Панси встретила парней у кабинета Трансфигурации крайне озадаченной, но пояснять ничего не стала, отмахнулась только. Ждать Блейзу и Тео пришлось до самого обеда. Подруга отказывалась говорить при Драко.       Перед обедом троица заперлась в заброшенном классе.       — Ну, рассказывай.       — У Поттера засос на шее свежий. Мантия немного сползла, и я увидела.       — Но Драко же…       — О чём и речь! Как думаете, стоит сказать Драко или понаблюдать пока?       — Я не знаю, — отозвался Нотт.       — По-человечески если, то нужно сказать, — подумав, произнёс Блейз.       — Нужно, но как? Как бы выяснять отношения потом при всём Хогвартсе не стал.       — Мы удержим. Нас трое. И сказать нужно перед самым отбоем, чтобы был стимул не бежать сразу разбираться.       — Если он только не пойдёт сегодня на встречу к Поттеру же.       — Не пойдёт, — вздохнула Паркинсон. — Сама видела, как Драко лично ему бодрящее зелье спаивал и настойчиво рекомендовал отоспаться после уроков. Заботливый!       — Да уж. Значит, ждём отбоя.       Гермиона в это же самое время сопоставляла факты. Выходило, что у Гарри есть партнёр и это, скорее всего, Люциус Малфой. Никто другой на ум не приходил. И дружба с Драко это только подтверждала. А Джинни, видимо, была в курсе. Но это и логично: её жених, лорд Принц, довольно близко общается с Малфоями. Вполне возможно, что они и вовсе друзья. Джинни не распространялась на эту тему, но из её слов можно было сделать и такой вывод. Оставался один вопрос, на который Гермиона не могла ответить: как Гарри встретился с лордом Малфоем? Он точно не выходил из замка. Ни вечером, ни утром тёплой мантии на нём не было, а похолодало в последнее время значительно. Лорд Малфой знает какой-нибудь тайный ход? Не исключено. Остаётся только дождаться подходящего момента и прояснить всё с Гарри наедине.       Уже поздно вечером Драко всё чаще стал посматривать на своих друзей. Чем ближе было к отбою, тем больше они нервничали. Видимой причины для беспокойства не было, поэтому самым логичным в данной ситуации было просто ждать. И когда Драко собирался идти в спальню, они решились заговорить.       — Драко, — начала Панси, — нам нужно тебе кое-что сказать. Отойдём?       Пошли они в ту самую комнату для переговоров. Драко с трудом подавил смущение, вспомнив «наказание».       — Что случилось?       — Даже не знаю, как сказать тебе помягче, — вновь заговорила Панси. Тео и Блейз встали поближе к двери       — Говори, как есть.       — Поттер тебе изменил, кажется…       Брови у Драко поползли вверх, а затем он весело фыркнул, повергнув в шок друзей. В принципе, это было ожидаемо, только… Что теперь с этими заботливыми и понимающими делать? Рассказать? Или нет?       — Поттер мне не изменял, — твёрдо произнёс Драко. — Я понимаю, как это со стороны смотрится, я тоже видел засос. Это я ему подсказал его прикрыть. Только это не измена. Я не знаю, как вам объяснить… Давайте так: я посоветуюсь и потом постараюсь всё рассказать. Просто не знаю, как это сделать сейчас, не нарушив запрета.       — То есть, это связано с наследием?       — Да. Я завтра постараюсь с отцом встретиться. Всё равно суббота. А там уже видно будет.       — Я всё же уточню, — потёр лоб Блейз, — Поттер тебе точно не изменял?       — Нет, не изменял.       — Его состояние с чем-то другим связано?       — Нет. Не совсем. Мерлин! Я не знаю, как это объяснить. Подождите немного, ладно? Возможно, вам придётся дать клятву или ещё что. Иначе не получится.       — Мы подождём, — серьёзно кивнул Тео. — Ты можешь ничего и не рассказывать. Но ситуации, подобные этой, могут повторится, а мы не знаем, как реагировать.       — Поэтому я и прошу дать мне возможность уточнить некоторые моменты. Будь мы близкими родственниками или хоть как-то связаны магически, то никаких секретов не было бы.       — Ясно. Мы подождём.

***

      Утром Гермиона ждала Гарри у камина. Он по её взгляду понял, что она дозрела до серьёзного разговора. Вздохнул только и головой покачал. Это, собственно, и не совсем его проблемы, А Люциуса и Драко. Уж в ком, а в Гермионе можно было не сомневаться. Она не предаст.       — Доброе утро! Гарри, у тебя планы на сегодня есть?       — Есть, а что?       — Не уделишь мне немного времени после завтрака? Я хотела бы у тебя кое о чём спросить.       — Конечно, без проблем.       — О чём спросить? — оживился Рон.       — О личном, Рон.       — Где говорить будем? — не унимался Уизли по дороге к Большому залу.       — Прости, Рон, но я хотела поговорить только с Гарри.       — У Гарри не может быть секретов от меня!       — Может, — пожал плечами Поттер. — А ещё у Гермионы могут быть вопросы, касающиеся только её. Повзрослей уже и научись отличать дружбу и личную жизнь.       Рон обиженно фыркнул и ушёл вперёд. Друзья недоумённо переглянулись. Останавливать его никто не собирался. Даже жалостливая Гермиона понимала, что уговоры в данном случае бессильны. Рон сам должен понять.       От посторонних глаз они спрятались в пустом классе.       — Ты хотела о чём-то спросить?       — Да. Это касается твоего… Друга. Это партнёрство?       — Да, это партнёрство.       — Я не буду спрашивать подробности. Это ведь неприлично?       — Совершенно верно.       — Но я могу спросить кто он? В смысле высказать свои подозрения?       — Можешь. Если бы не подстраховка, я бы и сам тебе имя сказал. Так к каким выводам ты пришла?       — Что твой партнёр — Люциус Малфой. Только меня теперь несколько вопросов мучают.       — Ну-у, да… — задумчиво протянул Гарри. — Это Люциус. Не буду уж тебя спрашивать, каким образом ты дошла до этого. Насчёт чего вопросы?       — Например, меня волнует, что теперь будет с леди Малфой? Я читала, что в случае появления партнёра, любые договорённости расторгаются. И браки тоже. Не будет ли у тебя проблем?       — Не переживай об этом. Они развелись. Леди Малфой снова замуж собирается. И у меня в любом случае не было бы проблем. Это всё решается путём переговоров, причём тот, кто связан договором, сам должен справится. Крайне редко партнёру приходится вмешиваться. Да и Люциус не позволил бы. Сама понимаешь, для него попросить помощи — всё равно, что признать свою слабость.       — Да, пожалуй, соглашусь. А Драко? Нам ожидать… враждебности с его стороны. Сейчас он помогает, но не надоест ли ему сдерживаться?       — Это сложно объяснить, не нарушив запрет, — вздохнул Гарри. — Но ничего такого не будет, это точно. Драко полностью меня поддерживает. Если я найду способ, я всё тебе расскажу. Завтра же, нет, сегодня напишу Люциусу. Думаю, всем будет спокойней, если ты тоже будешь знать.       — Спасибо, Гарри. Я подожду. Я ведь могу вопросы задавать, если ещё что-то замечу?       — Конечно. И я всегда тебе отвечу, если смогу.       — Тогда можно я о личном спрошу?       — Попробуй. Надеюсь не очень личное.       — Нет, не думаю. Как вы встретились? Ты вчера никуда не выходил. Лорд Малфой смог не привлечь внимание. Как?       — Тайный ход. Только им никто больше не сможет использовать.       — Почему?       — Не пролезут, — усмехнулся Поттер, глядя на удивлённую Гермиону. — Точнее пролезет анимаг с достаточно маленькой формой.       — Лорд Малфой значит…       — Да. Не скажу кто.       — Ладно. Ты и так много рассказал. Спасибо.       — Всегда к твоим услугам.

***

      Люциус Малфой оказался немного озадачен. Гарри и Драко задали совершенно одинаковые вопросы. Понятно, что мальчишкам не хочется иметь секреты от друзей, но запрет почти невозможно обойти. И если Грейнджер можно предложить связать свою жизнь с родом Малфой, то для Паркинсон, Забини и Нотта подобное будет оскорблением. Вассалитет тоже не вариант — они равны по положению и ничем им не обязаны. Что ж. Драко придётся очень осторожно объяснить своим друзьям, что ситуации, подобные этой ещё будут повторятся. Потом может и представится случай рассказать, но не сейчас. А по поводу Грейнджер стоит поговорить при личной встрече. Собственно, почему бы и нет? Она умна, амбициозна, преданна своим близким. Если она согласится, то это пойдёт на пользу роду. Люциус взялся за перо.       По сложившейся уже традиции письмо от Люциуса принёс Драко.       — И всё же, Гарри, чья это сова? — спросил Симус. — Никогда не видел, чтобы совы кому-то кроме хозяина, так радовались.       — Это моего друга сова.       — Странная какая-то.       — Ну и что. Главное письма приносит. Да и нравятся мне белые совы. Они красивые.       — Красивые, — согласился Финниган, — только очень приметные.       — И пусть. Ничего сверхважного мне не пишут. Обычная переписка, — он проводил улетевшую сову взглядом.       Белоснежного красавца провожал взглядом не только Поттер. Некоторые студенты тоже смотрели, как красиво двигаются в полёте мощные белые крылья. Дамблдору же было не до созерцания прекрасного. Он в который раз задумался, как бы отследить неуловимого почтальона. Странная птица не летала тем же путём, что и другие совы. Вместо этого вылетала из ближайшего открытого окна и пропадала из виду. Почему кто-то открывал окно в коридоре в такой холод, тоже оставалось загадкой. Эльфы, разумеется потом всё закрывали, но всякий раз, как появлялась эта птица, какое-нибудь окно оказывалось открытым. А ведь нужно было всего ничего — просто прицепить к перьям крохотный маячок.

***

      Гарри удивлённо смотрел на лист пергамента в руках. Люциус просил привести Гермиону к нему в следующую субботу для разговора. Похоже, есть возможность всё рассказать. Драко тоже был озадачен. Ему предстояло объяснить друзьям, что его драгоценный партнёр, из-за невозможности нормально пообщаться с которым он был на взводе, будет ему периодически изменять, но это нормально. Задачка, однако!       — Панси, где Тео и Блейз?       — В спальню пошли за какой-то книгой, вроде. А что?       — Поговорить надо.       — Да вон они, идут, — глянула за спину друга Паркинсон.       — Нас потеряли?       — Вас. Пошли, поговорим.       Снова пошли в привычную комнату.       — К сожалению, я ничего не могу вам рассказать. И вам просто придётся принять к сведению, что подобные ситуации повторятся ещё не раз.       — Ничего не понимаю. Если я увидела засос, то почему ты так уверен, что измены не было? Или всё же не засос?       — Это сложно объяснить, ничего не рассказывая. Но так будет и впредь. Вы не думайте, я не слепой. Я и сам могу разобраться, когда и как нужно реагировать. И публичный скандал я, если что случится, не буду устраивать.       — Ладно, — вздохнул Блейз. — Странно это всё. Но это твоё право.       — Спасибо за понимание. Если представится случай, я всё расскажу, обещаю.       Неделя прошла спокойно. Дети учились. Дамблдор пока просто наблюдал. В субботу Гарри и Гермиона, заручившись поддержкой Драко и Джинни, отправились порт ключом в Малфой-менор. Люциус ждал их на крыльце. Гермиона старательно запоминала всё, что она видела и слышала. Во время положенного этикетом приветствия и представления, и по дороге до гостиной не было ничего, что она могла бы пропустить.       — Я позвал вас, чтобы обсудить очень важный вопрос. Гарри уверен, что вам можно доверять, мисс Грейнджер. Я готов пойти на уступки. Но просто всё рассказать не получится. И дело совсем не в желании или нежелании что-либо раскрывать тайны. Это правило, которое нельзя никак обойти. Но есть исключения из правил. Если вы будите связаны с родом Малфой магически, то Гарри сможет вам всё объяснить.       — И какие есть варианты.       — Например, я могу принять вас в род. Не удочерить, конечно. Но в таком случае вы станете частью семьи, получите поддержку. Взамен от вас потребуется только следовать Кодексу. Есть много нюансов, но в целом вы не будете ничем ограничены. Никто не будет указывать вам, чем заниматься и за кого замуж выходить.       — Это один из вариантов?       — Да. Вы можете попробовать основать новый род. Если всё получится, то в качестве поддержки, я могу предложить вам вассалитет. Это не только положительно скажется на моём положении в обществе, но и вы получите необходимые связи. Также вы можете выйти замуж за кого-то из моих родственников. Или же стать моей ученицей, а в будущем и личным помощником, если вас интересует политика, конечно. Любой из этих вариантов позволит вам всё узнать.       — Мне нужно всё обдумать.       — Разумеется. Любое ваше решение отразится на вашем будущем. Это следует тщательно обдумать. Хотя, зная кое-что о вас из рассказов Драко и Гарри, то лучше всего вам подойдут первые два варианта. Не слишком обременительно и масса возможностей.       — Да, вы правы, лорд Малфой. Я подумаю над этим.       — В таком случае, не буду вас задерживать. Возвращайтесь к друзьям. Как раз успеете погулять и пройтись немного по магазинам.       В Хогвартс вернулась целая толпа раздражённых гриффиндорцев. Рон пытался узнать, куда ходили Гарри и Гермиона. Делал он это в своей неповторимой манере, не забывая вслух высказывать пошлые намёки. А если учесть, что именно сегодня пятый и шестой курсы гриффиндора объединились и гуляли дружной толпой, то достал Уизли всех. Заткнулся он только, когда присутствующие тут же члены квиддичной команды пообещали ему вставить кляп. Увы, Силенцио почему-то долго не держалось.       Уизли дулся и весь следующий день. Вернувшаяся от жениха Джинни застала показательно набычившегося брата в углу общей гостиной.       — Что это с ним?       — Обиделся, что мы не стали рассказывать, куда вчера ходили, — пояснил Гарри.       — Ясно. Настоящие друзья ничего друг от друга не скрывают?       — Именно.       — А с Гермионой что? — кивнула Джинни в сторону подруги. — Рассеянная какая-то. Вроде читает, а глаза в одну точку смотрят.       — Переоценка ценностей и думы о собственном будущем. Сегодня утром она столькими книгами обложилась, что её едва не завалило.       — Ясно. Пойду поговорю с ней. Может ей совет нужен или просто слушатель?       Погрузившаяся в свои мысли Гермиона едва заметно вздрогнула, когда услышала голос Джинни.       — Привет, говорю! Что случилось?       — Привет! Да пока ничего. Просто мне нужно принять очень важное решение. Мне сделали очень заманчивое предложение, но я не знаю, как отреагируют окружающие.       — Идём со мной.       Девушки пошли в ближайший заброшенный класс.       — Что там за предложение и при чём тут окружающие?       — Это касается Гарри. Ты ведь в курсе его изменившегося положения? Мне предложили… Кое-что изменить в своей жизни. В таком случае Гарри сможет мне рассказать свой главный секрет.       — И причём тут окружающие?       — Думаю, очень многие отреагируют негативно. Не помешает ли мне это?       — Гермиона, ты же разумная девушка! Как тебе может помешать общественное мнение? Если только это мешает принять нужное решение, то забудь и соглашайся. Я догадываюсь, что тебе могли предложить, и, самое главное, кто.       — Думаешь?       — Уверена. Вопрос только в том — хочешь ли ты?       — Честно говоря, это прекрасный шанс. Когда ещё у меня появится возможность проявить себя? А что меня вообще ждёт без поддержки? В лучшем случае я стану рядовым сотрудником Министерства или санитаркой в госпитале Святого Мунго. Школьных знаний на большее не хватит, а дополнительно со мной заниматься никто не будет. И рекомендации тоже нужны. А кто я такая, чтобы рекомендации мне давать?       — Тогда не думай, а соглашайся. Или тебя ещё что-то тревожит?       — Да нет. Вроде ничего. Тем более я поискала в литературе и газетах подобные случаи. Оказалось, что все маглорождённые, имеющие хоть какой-то вес в обществе, были чьими-то учениками или протеже. Даже в волшебном мире нельзя пробиться без поддержки, — вздохнула Гермиона.       — Тут ничего не поделаешь. В магическом мире всё запущенней, чем у маглов. У девушек вообще почти выбора нет. Замужество или покровительство. Считается везением, если муж или покровитель позволяет заниматься тем, что нравится.       — Я это уже поняла. Поэтому и хочу согласиться. Так хоть Гарри в обиду не даст.       — Тебя и так никто обижать не будет. Есть у лорда Малфоя свои заскоки, но это не смертельно. Он уважает интеллект и трудолюбие. А если ты за парнями ещё будешь приглядывать, то его благодарность вообще не будет знать границ.       — Они и так вроде ведут себя разумно. Зачем за ними приглядывать? Но помочь я всегда готова. Давай возвращаться, — встала со стула Гермиона, — спасибо, что выслушала и поддержала.       — Да ладно, мне не сложно.       В субботу Гарри и Гермиона под злобным взглядом всё ещё обиженного Рона скрылись в толпе и переместились порт-ключом в Малфой-менор, спрятавшись между домами. Их снова встретил сам хозяин, весьма довольный и благосклонно настроенный.       — Доброе утро! Вы вовремя.       — Здравствуйте, лорд Малфой! Как вы узнаёте, что кто-то пришёл?       — Я же хозяин, все чары завязаны на меня. Гарри тоже потом так сможет. При нападении чары предупреждают всех членов семьи. Если интересно, я потом покажу, как это работает, — усмехнулся он, глядя на воодушевившуюся Гермиону. — Сейчас, мисс Грейнджер, вам нужно выпить несколько зелий, чтобы максимально раскрыть вашу магию и сознание. А после мы пройдём в Ритуальный зал. Драко как раз должен спуститься.       — Он тоже здесь.       — Конечно. Я приму вас в семью. Гарри и Драко будут свидетелями. Потом они помогут вам добраться обратно. Через вас пройдёт большое количество магии, а это тяжело. Вам следовало бы ночевать здесь, но Дамблдор такого точно не допустит. Ну вот мы и пришли.       Дальше Гермиона покорно выпила зелья и внимательно прослушала, что ей предстоит. Как-то отстранённо ей подумалось, что она удивительно спокойна. Даже немного опоздавший Драко не вызывал раздражение. Также невозмутимо она прошла за Люциусом, не вслушиваясь в тихую перепалку позади.       Ритуал был очень прост и недолог. Люциус смешал в ритуальной чаше кровь — свою и Гермионы — с вином и напоил этой смесью алтарь, произнося формулу принятия. Ни вспышек, ни сияния не было. Просто в какой-то момент бедной девушке показалось, будто воздух сильно уплотнился. Сильнейшее давление было со всех сторон. Особенно сильно сдавило грудь и голову, будто кто-то с маниакальной настойчивостью стягивал железные обручи. Удивительно просто, как она устояла. Неожиданно всё прекратилось, и она смогла нормально вздохнуть. От слабости звенело в ушах и подгибались ноги. Но чьи-то заботливые руки не дали упасть.       Гермиона пришла в себя только спустя час. Огляделась и обнаружила, что находится в шикарной комнате, лежит на огромной мягкой кровати. Она попыталась сеть, но сил не было совершенно. Дверь в комнату открылась, и вошёл Люциус Малфой, из-за спины которого выглядывали Гарри и Драко.       — Вам лучше ещё немного полежать, — произнёс Люциус, видя, как Гермиона пытается подняться. — Как вы себя чувствуете?       — Неплохо, — подумав, ответила девушка. — Только голова немного кружится и слабость.       — Это пройдёт, не страшно. Нужно только отдохнуть.       Стоящий рядом с кроватью Люциус обернулся на замерших возле двери парней.       — Проходите уже. Мне нужно вернутся к делам, — снова обратился он к Гермионе. — Думаю, Гарри и Драко с удовольствием составят вам компанию. Через пару часов вернётесь в Хогвартс. Кстати, эта комната теперь ваша. Остальное вам Драко объяснит. Или можете написать мне.       Обалдевшая от новостей Гермиона проводила взглядом невозмутимого мага и повернулась к Гарри.       — Что значит «моя комната»?       — То и значит! Потом ещё проверишь, что есть в комнате. Не удивлюсь, если здесь есть всё. Даже то, что тебе не нужно.       — Но зачем?       — Затем, что у Люциуса пунктик — у его близких должно быть всё и самое лучшее. А ты теперь часть семьи.       — Какой ужас.       — Ничего, привыкнешь, — усмехнулся Драко. — Есть ещё кое-что, к чему тебе нужно привыкнуть.       — Что-то ещё?       — А как же. Тилли!       — Мастер Драко звать Тилли?       — Звал, звал. Вот Грейнджер, знакомься. Это Тилли. Твой личный эльф.       — Ой, не надо! Зачем мне эльф? — Гермиона даже села от такой новости       — Мисс Грейнджер не нравиться Тилли? — расстроено повесила голову эльфийка.       — Нет-нет, что ты, — испуганно отнекивалась она. — Просто я не понимаю, зачем?       — Смирись, Грейнджер, — захихикал Драко, переглядываясь с веселящимся Гарри. — Отец сказал, что это твой эльф, значит твой. Можешь на другого поменять, но отказаться не получится.       — Тилли может остаться? — робко подняла глаза эльфийка.       — Можешь, куда ж деваться. Это всё понятно, я постепенно привыкну. Но есть кое-что поважнее. Что я должна знать, чтобы в обществе не опозорится?       — Ну-у, если только не опозорится, то немного. Ты и так себя прилично ведёшь. А со всеми нюансами постепенно разберёшься. Мы тебе необходимую литературу захватим. А пока надень это колечко.       В ладошке Гермионы оказалось изящное колечко из светлого незнакомого металла, украшенное маленькими бриллиантами, ажурное, будто воздушное.       — Какое красивое! Я так понимаю, это не только подарок?       — Конечно нет. Знающим людям оно скажет о том, что у тебя есть покровитель. Надень на средний палец правой руки. А тебе идёт. У тебя должны быть вопросы, спрашивай!       — Да погоди ты с вопросами, — закатил глаза Гарри. — Герми, ты есть хочешь?       — Честно говоря, хочу.       — Тогда попросим эльфа принести что-нибудь, заодно и поговорим.       К концу обеда Гермиона выспросила почти всё о своём новом положении.       — Что ж, пока ничего страшного я не вижу. Но почему к такому покровительству негативно относятся?       — Много причин, — пожал плечами Драко. — Прежде всего — зависть. Ведь далеко не всем могут такое предложить. Нужно обладать хоть какими-то талантами. Это ведь не благотворительность. Отец, взяв тебя под свою опеку, надеется в будущем получить что-то. С твоими способностями это могут быть услуги, помощь, поддержка. Если использовать их с умом, то и заработать можно. Далеко не каждый маглорождённый или полукровка способен чего-то добиться, пусть и с поддержкой.       — А кроме зависти?       — Что угодно: личная неприязнь, нежелание следовать старым традициям, убеждённость в собственной исключительности и недооценённости, и многое другое. Если короче, ты теперь выделяешься. Тебя и так выскочкой считают, а ещё и так повезло. Хотя не все будут считать это везением. Найдутся и те, кто будет тебя «спасать».       — Мрак. Ладно, справимся. А теперь перейдём к самому главному. Что за тайна такая, которую нельзя даже друзьям рассказывать?       — Ничего особенного, просто Драко тоже мой партнёр.       — Это как?       — Вот так.       — Сразу двое?       — Да.       Гермиона переводила ошеломлённый взгляд с одного парня на другого, готовая поверить в то, что это просто шутка. Но они очень хитро улыбались и не спешили её разубеждать.       — Я так понимаю, это не шутка. Но как?       — Особенность наследия.       — Что за наследие?       Драко вернулся в Хогвартс очень уставшим. Гермиона с энтузиазмом задавала вопрос за вопросом. Её с трудом удалось угомонить, пообещав соответствующую литературу. И несмотря на усталость, пришлось тащится к гриффиндорской гостиной и нести целую сумку книг. Хотя видеть вытянувшиеся лица проходящих мимо студентов было даже забавно. Драко прекрасно осознавал, как странно они смотрятся: Гарри в обнимку с Гермионой и он в качестве носильщика. А как все удивятся завтра, когда прочтут объявление об изменившемся статусе Гермионы Грейнджер.