Старая сказка

Pov Белль       Я провела в своем безумии не один день. По моим подсчетам получалось, что через несколько дней наступит Новый год, но здесь, в замке, не было ни елки, ни гирлянд, ни суеты. Возможно, здесь этот праздник не отмечают, но сомневаюсь, что в этом мире праздников нет вообще. Уж хотя бы Рождество быть должно.       В конце концов, когда по моим прикидкам должно было быть 24 декабря, я решила все разузнать. Правда, обращаться за ответами к принцу не стала, опасаясь его недовольства или злости. За информацией я решила обратиться к Люмьеру, который казался мне наиболее лояльным.       Я нашла его одного в малой гостиной, стоящим на каминной полке, погруженным в тяжелые мысли. Беззвучно войдя в комнату, я прикрыла дверь, которая тихо щелкнула, привлекая внимание Люмьера. -О, мон шерри! — воскликнул он, отгоняя мрачные мысли, — Так приятно видеть Вас! Должен признаться — с каждым днем Вы все прекраснее, жизнь здесь, несомненно, идет Вам на пользу! --Благодарю за комплимент, — кажется, я даже покраснела от подобных дифирамбов, ведь любой девушке приятно слушать искренние слова восхищения, — Я бы хотела поговорить с Вами, у Вас есть минутка? -Для Вас — хоть весь день, — радостно заявил Люмьер, раскидывая руки, — Спрашивайте все, что угодно. -В этом мире есть календарь? — мой вопрос, кажется, удивил собеседника. Он приподнял бровь и ответил утвердительно, тогда я продолжила, — А какое сегодня число? -24 декабря, если мне память не изменяет, простите, год назвать не могу, — задумавшись, ответил Люмьер. -А здесь есть Рождество или Новый год? -Конечно, — закивал Люмьер, — И Рождество, и Новый год, только… — он замялся, — мы давно их не праздновали… -Но… почему? Ведь вы живете так отстраненно от большого мира, так обособленно, вам нужно хоть иногда отдыхать и веселиться, хоть иногда разбавлять будни. Почему вы лишили себя этого? -Нет, мы не лишали, — возразил Люмьер как-то неуверенно, — просто принц… он не любит эти праздники -Почему? — было такое ощущение, что я клещами вытягиваю информацию из подсвечника, — Ведь в замке принца в эти праздники могли проходить балы и приемы! -Они и проходили, пока он был человеком. Именно на одном из них его и заметила ведьма, заколдовала его, когда он отказался брать ее в жены.       Теперь все становилось яснее, и мотивы ведьмы все понятнее, но более оправдываемыми они не стали. -Но, может, стоит перестать бояться праздников? И жить станет чуть проще. -Мадемуазель, принц будет очень недоволен. Он очень сильно рассердится, — попытался образумить меня Люмьер, но его уверенность пошатнулась, и я усилила напор: -Он не сможет вечно сопротивляться. Дух Рождества и Нового года захватит и его! Надо только начать — украсить замок, приготовить праздничные блюда, принести елку… Я бы и сама все сделала, но ничего здесь не знаю, Ваша помощь была бы неоценима, — жизнь здесь заставляла меня выражаться все более изысканными оборотами. И лесть входила в список необходимого в речи представителя высшего общества.       В Люмьере происходила борьба — согласиться со мной и устроить праздник или же остаться верным хозяину и поддерживать его нелюбовь к Рождеству… Но я видела — он хочет согласиться. Его глаза метались из стороны в сторону, ища выход, который не потребует такого выбора… -Ладно, мадемуазель, Вы уговорили меня, — сдался он, притворяясь расстроенным, но тут же хлопнул в ладоши, — Ну, с чего начнем? Pov Адам       Рождество. Опять. Год за годом наступает время торжества, а для меня — воспоминаний о проклятии ведьмы…       Я не пустил ее во дворец в обличии нищенки, до этого отказав ей в браке. Да неужели хоть один король, принц или граф пустит к себе в дом непонятно кого в праздничную ночь? Едва ли, я таких точно не знал, но объектом для вымещения своей злости она выбрала меня. Казалось бы, чего проще — поручить ее заботам мадам Поттс, но — нет, я приказал ей убираться и не портить бал своим присутствием. Дурак, что еще сказать…       С утра я не видел никого из слуг, мне постоянно казалось, что они бегают у меня за спиной, переговариваются, но я никого из них засечь не мог. Да и Белль нигде видно не было. Странно. Чем это они все заняты? -Ну как, принц? — послышался холодный насмешливый голос ведьмы. Я оглянулся по сторонам, горя желанием перегрызть ей горло, и я увидел ее, только по ту сторону висящего рядом зеркала в тяжелой золотой раме… Она была все такой же, как в вечер нашей первой встречи, ни на год не постарела, тварь. Едва ли можно было представить, что это миловидное создание нужно бояться и вообще сжечь на костре, как делали некоторое время назад… Она стояла там, в зазеркалье и нагло улыбалась, уверенная в своей безопасности, — Я получу в это Рождество растерзанное тело девчонки, перевязанное бантом? Время идет, часики тикают, а роза — увядает. -Убирайся, ведьма — прорычал я, упираясь лапами в золотую раму, скребя ее когтями, оставляя глубокие борозды. -Ой, или ты обезумел от любви? — хихикнула ведьма, словно маленькая девочка, прикрыв рот ладошкой, — Ты ведь помнишь, что одной только любовью заклятие не снять? -Я сказал: «Убирайся»! — выкрикнул я, сорвал со стены зеркало и бросил его на пол, отчего оно разлетелось на мелкие осколки, — Пошла вон из моей головы! -Мне это не навредит, — голос ведьмы все еще звучал у меня в ушах, как и ее заливистый счастливый смех, — Ладно, оставлю тебя с твоими мыслями, милый принц, — ее смех еще долго отзывался эхом в пустом коридоре.       В этот момент я ненавидел всех: себя, ведьму, эту девчонку Белль, всех слуг… Все еще пребывая в состоянии ярости, я закрылся у себя в комнате, твердо намереваясь не выходить отсюда, пока не приду в себя — не хочу никого пугать, и особенно — ее… Pov Белль       Остальные слуги с энтузиазмом присоединились к нам. Люмьер среди них был, своего рода, лидер и выдумщик, идейный вдохновитель, так сказать…       В одной из заброшенных комнат, в самом пыльном углу в коробке, заросшей мхом, мы отыскали покрытые паутиной разноцветные елочные игрушки, которые, правда, сейчас были одинакового серого цвета. Мадам Поттс взяла на себя заботу по приведению их в изначальное состояние.       Мы плели венки и гирлянды из остролиста, омелы и веточек ели, развесили их по перилам главных лестниц, по стенам в главном зале (слуг оказалось значительно больше, чем я знала и видела раньше, так что с плетением такого количества гирлянд проблем не возникло). Повар, превращенный в плиту, пообещал без замедлений предоставить на общий стол все блюда, соответствующие празднику. Люмьер с несколькими еще слугами отправились на улицу, в ближайший лес в поисках подходящей елки. Мне они запретили идти с ними: -Мадемуазель, Вы — наша гостья, самая дорогая гостья, мы не можем позволить Вам просто так мерзнуть, — раскланялся Люмьер и молниеносно выскочил за дверь. Я только покачала головой с улыбкой, после чего обернулась к украшенному холлу, который почти неузнаваемо преобразился. На лестнице теперь лежала изумрудно-зеленая ковровая дорожка в затейливых серебристых узорах, перила густо обвили гирлянды из остролиста и омелы, занавески на окнах так же сменились на зеленые. Стало как-то светлее, не так уныло и мрачно, прямо по новогоднему.       Я зашла в зал, где уже было подготовлено место под елку. Столы были сдвинуты к стенам, покрыты зелеными и красными скатертями, стулья украсили бантами тех же цветов, в вазах стояли красные цветы, покрытые полупрозрачным блестящим инеем. Тарелочки из тончайшего фарфора, расписанные яркими безмятежными пейзажами, начищенные бокалы из звонкого хрусталя, шелковые салфетки, расшитые серебряными нитями… Я чувствовала себя почти дома и была абсолютно довольна тем, что у нас получилось. Губы непроизвольно растягивались в улыбке.       Скоро принесли ёлку, которую мы совместными усилиями установили в центре, после чего украсили ее теми самыми разноцветными шариками, тщательно отертыми от малейших признаков пыли. -Что ж, мы все славно постарались, — объявила я, отряхивая руки, когда мы все вместе собрались у подножия, с прежним восторгом оглядывая результат наших трудов. -Да, осталось только рассказать об этом хозяину, — неуверенно произнесла Плюметт, всплеснув своими руками-крыльями.       Именно в этот момент в глубине замка хлопнула дверь.