The legend of 12

Третий отряд добрался до места встречи самым первым. Как им это удалось, никто так и не понял, но Исин делал ставки на профессионализм Ифаня. Тот, в конце концов, был опытным полководцем, даже несмотря на то, что этот факт Верховный не желал признавать. Первый отряд появился у гор ближе к ночи, а наутро, наконец, Исин завидел впереди несколько фигур, машущих руками, и понял, что их группа тоже закончила свой путь. Они шли еще три дня, и за это время не встретили ни одного враждебно настроенного человека. Благодаря широченным улыбкам Чанеля и Бэкхена одну из ночей они провели на удобных кроватях, а перед этим хозяйка дома, свято ненавидевшая политику Императора, даже накормила путников ужином. Женщина не попросила ничего взамен, но Исин в качестве благодарности помог ей избавиться от мозолей на руках. Сехун первым побежал навстречу друзьям с широченной улыбкой, всем своим видом показывая, как счастлив, что все они живы. Остальные остались ждать, когда второй отряд подойдет ближе. Бэкхен сразу бросился обнимать Чунмена и проверять друга на предмет телесных повреждений и, заметив царапину на щеке, принялся причитать о безопасности. Кенсу пытался сохранять обычный вид, что ему на все плевать, но уголки его губ периодически словно магией тянуло вверх. Исин окинул взглядом всех магов и понял, что у него с души упал огромный камень. Сердце снова спокойно. Отыскав взглядом Лухана, целитель быстрыми шагами двинулся к нему. Никто не успел ничего сообразить, только Ифань с каким-то удивительным удовлетворением хмыкнул. Приблизившись, Лэй замахнулся и изо всех сил ударил Верхового кулаком в челюсть. Так что тот даже не смог удержаться на ногах и полетел на землю. Целитель стоял над ним и тяжело дышал, скрипя зубами от злости. Тао осторожно подал всем остальным знак, чтобы не вмешивались. – Знаю, заслужил, – блондин издал сдавленный смешок и дотронулся до подбородка пальцами. – Хороший удар. – Тебе смешно?! – Исин наклонился и ухватил Лухана за ворот, поднимая на ноги. – Я думал, что ты умер, идиот! – Но все же обошлось, – блондин слабо улыбнулся, даже не пытаясь высвободиться или как-то сопротивляться. – Делай, что хочешь, но мы живы. Я жив. Ты жив. Что еще тебе нужно? – Мне нужно, чтобы ты начал принимать нормальные решения, а не подвергать себя опасности, – Лэй отпустил Верховного и отошел на шаг. – Подумай об остальных, если не хочешь думать обо мне и себе. Целитель оставил Лухана в покое и быстрыми шагами двинулся к небольшой пещере, которую маги использовали эти два дня в качестве укрытия. Чувствовал он себя почему-то отчаянно тоскливо, и никакого удовлетворения от своих действий не получил. Совсем даже наоборот. Он понял, что мог хоть до полусмерти Верховного избить, тот все равно остался бы уверен, что прав. В лагере поднялся радостный гомон, все делились своими наблюдениями, рассказывали о том, что видели в пути. У них было немного времени на отдых, прежде чем двинуться дальше. Исин продолжал сидеть в пещере и молча смотреть на своих товарищей. Лухан, кривясь из-за разбитой губы, изредка смотрел в сторону целителя, но быстро отворачивался, стоило их взглядам пересечься. Так оно, наверное, было и лучше. Лэй пока не чувствовал, что готов мириться, и в душе все еще бурлила злость, перемешанная с досадой. Рядом со входом раздались шаги и тихий кашель, заставившие Исина вынырнуть из своих мыслей и поднять голову. Сехун смущенно улыбался и махал рукой, будто ожидая разрешения потревожить чужой покой. Целитель слегка улыбнулся и кивнул, и повелитель ветра сразу же облегченно выдохнул и опустился на землю рядом. – Я понимаю, почему ты злишься. И понимаю, что вряд ли есть хоть что-то, что может оправдать его поведение в твоих глазах. – Какая разница. Ему все равно наплевать, я могу хоть лопнуть от злости, и это никак не повлияет на его планы, – Лэй поднял с земли небольшой камень и бросил его вперед. – Ему не наплевать, – Сехун увидел, как целитель хмыкнул недоверчиво, и толкнул того в плечо, повторяя: – Ему не наплевать. Он практически не спал в ту ночь и постоянно звал тебя. Я слышал. – Как ты мог слышать, вы же были рядом с этим дурацким камнем, – Исин приподнял бровь. – Я не знаю как. Просто всю ночь в голове звучало твое имя его голосом. Кай тоже слышал, и Чондэ. Сехун отвернулся, а целитель поднял голову и нашел глазами Верховного, помогавшего Бэкхену утрамбовать вещи в рюкзак. Все начинали медленно собираться, чтобы продолжать путь. Времени оставалось не так много. Кенсу готовился встать первым и провести всех через горы. Это было его место, и никто не знал каждый камень здесь лучше. Чунмен о чем-то тихо с ним переговаривался и, очевидно, пытался успокоить. Остальные бродили по импровизированному лагерю и устраняли следы своего присутствия, а Тао внимательно смотрел на Запад. Солнце уже медленно перекатилось через высшую точку и словно уходило прочь, оставляя их один на один проблемами. Маги молча выстроились в колонну по трое и шли вдоль гор, стараясь сильно не углубляться. Первыми шагали Кенсу, Лухан и Тао, а Исин захотел идти последним с Ифанем и Чанелем. Голова целителя все еще была заполнена противоречиями, так что он посчитал, что чем дальше сейчас будет от Верховного, тем лучше для обоих. Перед Кенсу горы открывали все тайные тропы, показывали самые лучшие укрытия, защищали от пронзительного ветра и палящего солнца. Прошло два дня, и за это время маги всего один раз наткнулись на небольшой отряд враждебно настроенных кочевников, которые, впрочем, вступить в бой не пожелали. На рассвете третьего дня, Исин растолкал Чанеля, чтобы спеть вместе с ним песнь. Маги пошли в сторону от лагеря, туда, где небо медленно розовело. А обогнув очередной выступ, целитель остановился, как вкопанный, и повелитель огня врезался в него сзади, что-то недовольно пробурчав. Прямо перед ними гора словно была расколота на две половины, открывая вид на Восток, где ярко светило медленно восходившее солнце. – Кажется, это… От скалы отделилась фигура, в которой маги узнали Лухана. Верховный улыбнулся и произнес: – Да, добро пожаловать в Рассветное ущелье.