Song as Old as Rhyme

Белль то и дело смотрела по сторонам, боясь, что ее в любую минуту может кто-то увидеть, пока она старалась разыскать нужные ей травы. Стоило ей узнать о том, что отец тяжело болен, так девушка не находила себе места, коря себя за то, что не в состоянии ничем помочь ему. Денег на лекарство у них не хватало, а никто из жителей их маленького городка никогда не окажет услугу двум странным чудакам, коими их здесь считали. Красавица видела, как с каждым днем папеньке становилось все хуже и хуже, и сердце ее разрывалось на части от бессилия. Но вот однажды, когда она отлучилась из дому, чтобы отправиться за покупками, шатенка подслушала, что неподалеку отсюда располагается таинственный замок, а при нем — огромнейший сад, в котором растут самые разнообразные деревья и цветы. По крайней мере, так было раньше, пока несколько лет назад его не окутали холода, и землю не покрыло толстым слоем снега. Многие поговаривали, что те края прокляты, и туда лучше не соваться, однако если Белль правильно поняла, то именно там она смогла бы найти необходимые ей травы, из которых можно изготовить снадобье для отца. Что она теряет? Девушка никогда не отличалась трусостью и нерешительностью, потому вопрос о том, чтобы отправиться туда даже не обсуждался, несмотря на то, что Морису совсем не понравилась эта идея. И как он не уверял дочь в том, что его век недолог, и что ее жизнь гораздо ценнее, ему не удалось переубедить Красавицу, которая, поцеловав его на прощание, покинула отчий дом, отправившись на поиски замка. Много времени на это не понадобилось, и Филипп довез ее туда, куда надо, заржав, стоило Белль натянуть поводья. Спешившись, она стала рыскать по окрестностям замка, не в силах оторваться от этого ужасающего и в то же время загадочного сооружения, едва не споткнувшись, когда в очередной раз слишком засмотрелась видами. Нет, нужно сосредоточиться на своем задании, а не глазеть по сторонам. От нее зависела жизнь отца, и если он умрет, то Красавица станет сиротой. Она мигом подавила подступившие слезы, громко выдохнув и закутавшись в шаль, чтобы хоть немного согреться. Спустя минут десять блужданий шатенке все-таки улыбнулась удача, и она радостно кинулась к небольшому дереву, у подножья которого росло то, что ей требовалось. Она уже видела эти травы в книгах, поэтому узнать их было несложно, и, достав из небольшой походной сумки ножик, Белль стала аккуратно срезать растения, увлекшись своим занятием настолько, что даже не услышала медленной поступи шагов, что становилась все ближе. — Кто ты? Что ты здесь делаешь?! Сердце Красавицы чуть было не выпрыгнуло из груди, когда этот голос, словно грохот, обрушился на нее, заставив подскочить и обернуться, все еще сжимая ножик в правой руке. Кроме света луны ничто не освещало это богом забытое место, а потому ей было трудно разглядеть человека, что окликнул ее, тем более что облачен он оказался в темный плащ и капюшон, который полностью скрывал его лицо. Девушке вдруг стало не по себе. Она сглотнула, но это не помогло ей успокоиться, пока незнакомец стоял и ждал ее ответа, скорей всего, разглядывая ее, о чем она могла судить лишь по наклону его головы. — Простите, сэр… Меня зовут Белль, и я… — Что ты тут делаешь? — перебив шатенку, угрожающим тоном осведомился мужчина, тем не менее, не делая попыток приблизиться к ней. — Я всего лишь… хотела сорвать эти травы для своего больного отца. — Это мой замок и мои владения. Кто дал тебе право рыскать здесь, воруя у меня? — с каждым сказанным словом его голос все более походил на рык. — Простите, я не знала, что вы здесь хозяин, но поймите, у меня не было намерения красть что-то у вас, у меня просто нет выбора. Если я не принесу это отцу, то он умрет… Я бы заплатила вам, но у меня нет денег… Прошу, войдите в мое положение… — умоляла Белль, чувствуя, как в груди у нее все сжимается и говорить становится все труднее. — С какой стати я должен входить в твое положение? Ты не более чем воровка, и я не могу доверять тому, что ты сказала. Сначала ты нагло врываешься на мои земли, а затем просишь отпустить тебя? — Я… я не хотела… — Молчать! — рявкнул мужчина, на этот раз делая один шаг ей навстречу. — Ты знаешь, как поступают с воровками? — Что? Но я ведь… сэр, умоляю вас, я дам вам все, что скажете, если это в моих силах, но дайте мне спасти отца! — в сердцах крикнула Белль, падая на колени, готовая забыть про гордость и расплакаться от безысходности, слыша, как позади нее заржал Филипп, явно встревоженный накаляющейся обстановкой. — Нет, так не пойдет… Если тебе нечем заплатить сейчас… — Есть! — внезапно даже для самой себя выкрикнула девушка. — Интересно послушать. Ты же сказала, что у тебя ничего нет, — незнакомец очутился возле нее за секунду, но она все еще не решалась взглянуть на него, закрывая лицо ладонями, понимая, что у нее есть только одна вещь, которая может быть ценна для него. Вздохнув, юная прелестница медленно подняла голову, но только для того, чтобы посмотреть куда-то в пустоту за ним и произнести: — У меня есть только моя невинность. Она ваша, если вы позволите мне отнести это отцу, — с горечью промолвила Красавица, прикусывая губу, чтобы не расплакаться окончательно. Видимо, такое предложение ошарашило мужчину, потому как он застыл на месте, явно обдумывая услышанное. Девушка же продолжала сидеть перед ним на коленях, постепенно ощущая, как ее конечности мерзнут все сильнее. Ей срочно нужно согреться, иначе она сляжет раньше, чем доберется до папеньки. Наконец, спустя секунд двадцать, которые длились для нее словно вечность, Белль услышала над собой раскатистый смех, как будто тот, кто его издавал, издевался над ней. — Ты серьезно предлагаешь мне это? И ты думаешь, что меня это заинтересует? — Я не знаю, но у меня больше ничего нет, правда, — виновато прошептала она, чувствуя себя полной дурой. — Хотя… ты знаешь, звучит заманчиво… Сдается мне, что мы сможем договориться на таких условиях, раз ты настаиваешь. Но есть еще одно условие — ты останешься со мной до тех пор, пока я сам не отпущу тебя. Шатенка не сразу поняла смысл сказанных им слов, но когда до нее дошло, то не знала, радоваться ей или нет. Она же до сих пор так и не увидела, как он выглядит, не узнала, кто он такой. Что скажет отец, когда услышит о ее безрассудном и безнравственном поступке? Кто после этого возьмет ее в жены? Но все эти мысли тут же отошли на второй план, когда Красавица поняла, что все это станет неважным, если Морис скончается. Она готова сделать для него все, что потребуется, даже это… — Так ты согласна? — прорычал мужчина, возвращая ее в реальность. — Да, — едва слышно произнесла девушка, обессилено опуская голову, когда чужая рука грубо схватила ее запястье, чтобы поставить на ноги. Белль не издала ни звука, отводя взгляд от незнакомца, пряча в сумку ножик, но мужчина ловко выхватил его у шатенки, всматриваясь в отнятую вещицу. — Тебе это больше не понадобится. — Выполните свою часть сделки, — вдруг осмелев, заявила Красавица, сжимая собственные плечи, чтобы хоть как-то уберечь себя от мороза. — Дайте мне навестить его… — Я, кажется, уже сказал, что ты не уйдешь отсюда без моего согласия, — отрезал он, оставляя ее стоять в недоумении, направляясь к Филиппу, который нервно затопал на месте, зарываясь копытами в снег. — Но как же мне ему помочь? — Сдается мне, что твой жеребец довольно смышленый. У тебя есть кто-то, кто сможет отдать это твоему отцу, как только конь окажется в городе? — спросил мужчина, привязывая сумку к седлу — Я не знаю, разве что викарий… он часто навещает нас. — Отлично. Тогда нужно отпустить твоего коня обратно, чтобы он как можно скорее добрался до твоего дома, а там уже справятся и без твоего присутствия. — Но как же отец? Мне стоит хотя бы написать ему весточку, — попросила Белль в отчаянии. — Это ты сможешь сделать и отсюда, но позже. Вижу, что ты ужасно продрогла, а мне не хотелось бы, чтобы ты умерла раньше времени, — в голосе незнакомца чувствовалась насмешка. — Спасибо за вашу заботу, — с такой же толикой сарказма ответила шатенка, смотря, как он шлепает Филиппа по крупу и тот становится на дыбы, а после пускается вскачь, исчезая за воротами замка, которые, словно по волшебству, закрылись за ним сами. — Пойдем, — сказал мужчина, не давая девушке опомниться и не оставляя никакого выбора, кроме как последовать за ним.

***

Пока они поднимались по лестнице на второй этаж, Белль вовсю разглядывала замок изнутри, не представляя, как ему удается не теряться в таком большом помещении. — Простите, сэр, но вы живете здесь один? — Одиночество мне по душе, однако у меня есть несколько слуг, которые сейчас спят. В большем я не нуждаюсь. — Почему же вы сами не спите в столь поздний час? — нагло поинтересовалась Красавица, продолжая рассматривать все, что представало перед ее взором. — Вообще-то, это не твое дело, но если хочешь знать, то у меня бессонница, — отчеканил мужчина, освещая им обоим путь, крепко сжимая в руках канделябр. — А как мне вас называть? У вас ведь есть имя, верно? — пусть ситуация и казалась патовой, но Белль старалась держать в себя в руках, не выдавая того, что ей страшно. Она предполагала, что этот мужчина не просто так живет один, потому что от него исходила очень недоброжелательная аура. Девушка боялась, что он предпочтет взыскать с нее плату прямо здесь и сейчас, однако он доселе не высказывал подобного интереса, ведя ее, как она понимала, в ее новые покои. Красавица также пыталась не думать об отце, надеясь, что Филипп прискачет благополучно и папа поправится. Как только появится такая возможность, она обязательно напишет ему, что с ней все хорошо, хоть шатенка и не была уверена в этом, потому как не ведала, что задумал этот человек. — Адам. — Ммм? — погруженная в свои размышления, она потеряла нить повествования. — Мое имя Адам, — повторил мужчина раздраженно. — Я бы сказала, что приятно познакомиться, но тогда бы я соврала, — сострила Белль, тем самым отвлекая себя от ужасающих мыслей, понимая, что играет с огнем. Но, кажется, что он проигнорировал ее слова, идя дальше по коридору. — Я пришлю к тебе кого-нибудь утром, чтобы показали тебе замок и привели в порядок, а также предоставили комплект новой одежды. Но одно ты должна запомнить — тебе нельзя находиться в западном крыле. Ты меня поняла? Как и многие женщины, Белль тоже страдала таким пороком, как любопытство, намереваясь спросить почему, но вместо этого просто ответила: — Я поняла. — Вот и хорошо. Они какое-то время шли молча, но потом Красавица осознала, что так до сих пор и не знает, как выглядит Адам, а тот почему-то не спешил показывать ей свое лицо, отчего, как стоило ожидать, ее охватило любопытство. — Может, вы посмотрите на меня хоть раз? — издалека начала она, неуверенная, что из этого что-то выйдет. — Я тебя уже видел, — хмыкнул он, останавливаясь у ее двери, доставая из кармана плаща маленький ключ, чтобы открыть замок. — Подержи, — попросил мужчина, протягивая девушке канделябр, чем та и воспользовалась, видя, как Адам замешкался, отворяя дверь. Она улучила момент и резко стянула с него капюшон, приближая к его лицу канделябр, чтобы рассмотреть получше, но успела пожалеть о своем решении. Белль отскочила от него, словно ее ошпарили кипятком, прикрыв рот рукой, не в силах прекратить таращиться на Адама. Все его лицо было усеяно множеством маленьких и больших, кое-где даже глубоких шрамов, которые тянулись ниже — вдоль всей шеи, исчезая за воротом плаща. Один из самых длинных тянулся от правого уха, через нос и до губ, как будто кто-то пытался рассечь их. Его светлые волосы казались сейчас грязными и взъерошенными, а свисали так, словно старались скрыть его уродство, длинными прядями накрывая щеки. Только при близком рассмотрении и хорошем освещении шатенка заметила, что у него не хватает половины левого мизинца, не говоря уже о том, что кисти рук тоже были исполосованы. Кое-где на голове отсутствовали маленькие клочки волос, словно дикий зверь вырвал их с корнем, но, как предположила Красавица, на том месте просто были шрамы, из-за которых волосы и не росли нормально. Лишь глаза Адама остались нетронутыми и на удивление казались Белль самыми прекрасными глазами, которые она когда-либо видела. Светло-голубые и ясные… В таких действительно можно утонуть. Только услышав злобный рык мужчины, девушка вернулась в реальность, с ужасом смотря на него, не зная, что сказать. Но ей этого шанса и не дали. — Добилась того, чего хотела? Нравится то, что видишь? — кричал Адам, заставив бедную Белль упереться спиной в стену и сжать канделябр обеими руками. Его ладонь встретилась со стеной прямо у ее уха, отчего шатенка вздрогнула, зажмурившись. — Что же ты, даже не посмотришь на меня повнимательнее? Маленькая дрянь! — не выдержал Адам, ударяя кулаком о стену еще раз, вынудив Красавицу вскрикнуть. — Простите, я лишь хотела… — О, я прекрасно понимаю, чего ты хотела! Знаешь, мне плевать, что ты думаешь обо мне! Мы заключили сделку, и нравится тебе это или нет, но с этого момента ты принадлежишь мне! А теперь убирайся! — гаркнул мужчина, вырывая подсвечник из ее пальцев, широко распахнув дверь в комнату, швыряя Белль внутрь, а затем закрыл ее на ключ, оставляя юную деву одну. Не видя ничего перед собой, девушка всхлипывает, наконец позволив эмоциям взять над собой верх, кинувшись на кровать и разрыдавшись.