Голос океана

Отабек сидел за столом в своей комнате, закрывая ладонью пылающее лицо, пока Мила смеялась, не переставая. — Говорю же... — Отабек в сотый раз за последние полчаса попробовал объясниться, но все попытки были обречены на провал. — Все не так. Мила приземлилась на соседний стул, и ее губы растянулись в ухмылке. Плохой знак. — Я, конечно, знала, что вкусы у тебя специфические... — она прыснула. — Но чтоб настолько! — Да не было ничего такого, — Отабек тяжело выдохнул. — Вечно тебе нужно что-то придумывать. Я его этому не учил. Мила только рассмеялась в ответ. Отабек раздраженно нахмурился, испытывая непреодолимое желание побиться головой об стол. И внезапное замечание Милы едва его на это не сподвигло. — Просто так он бы этого не сделал. Значит, ты чем-то возбудил его интерес. И… как тебе? Очнувшийся к этому времени Юри решил тоже примкнуть к всеобщему веселью: — Как это вышло? Отабек устало уперся лбом в прохладную поверхность стола и смирился с положением вещей: Милу он не переубедит, а Юри, скорее всего, ее поддержит. — Он... — Отабек медленно подбирал слова: любая двусмысленность сейчас могла привести к очередному взрыва смеха. — О чем вы вообще думаете? У него хвост. И когти. Вы видели его когти? Мила поджала губы, но не сдержалась и все-таки рассмеялась снова. Отабек обиженно хлопнул ладонью по столу и вышел из комнаты, решив дать им время успокоиться. Да и ему самому бы это не помешало. В голову лезли разные мысли, начиная с «почему Юра вдруг?» и заканчивая «не было ничего» Поразмыслив, Отабек пришел к выводу, что у Юры отсутствует понятие личного пространства, иначе бы он не стал так рьяно проявлять интерес и хвататься... за все, что попалось под руку. Отабек помотал головой и не заметил, как очутился у выхода из дельфинария — похоже, он подсознательно хотел сейчас оказаться подальше от места работы. Можно было сходить на пристань или завалиться в ближайшее кафе. — Я подумаю об этом потом. Отабек вздохнул и направился вдоль улицы, надеясь развеяться. Однако эти мысли не покидали его головы и на следующий день. И еще через сутки. И через два дня тоже. Все заботы о Юре перешли Миле. Отабек думал встретиться с кем-нибудь в баре, провести пару ночей в компании на свежем воздухе, вернуться к своим привычным обязанностям. Сделать хоть что-то нормальное. Но как бы он не старался, вечно находилось что-то, напоминающее о Юре. Обязанности вновь перестали приносить удовольствие — взгляд то и дело возвращался к дальнему бассейну. К концу третьего дня все решилось само собой — Мила, не успевавшая смотреть за Юрой и выполнять работу одновременно, попросила помощи у Юри. В результате, он, мокрый с ног до головы, пришел к Отабеку. Чувство дежавю за неделю перевыполнило свои годовые нормативы. — Отабек, — Юри замялся на пороге и поставил на пол ведро с рыбой. Наверное, по инерции принес с собой. — Иди и покорми его, а то скоро весь дельфинарий будет в курсе того, что у нас новый обитатель. — Шумит? Отабек без интереса заглянул в ведро, не обрадовавшись нарисовавшейся проблеме. Он знал, что в итоге так все и будет. Надо было взять себя в руки и решить этот вопрос. Еще бы было все так просто, как на словах. — Не то слово, — Юри смахнул с лица мокрую челку. Под ним уже растеклась приличная лужа, и создавалось впечатление, что его не просто окатили водой, а окунули в нее с головой. — Имя твое произносит все время. Отабек устало вздохнул и взял ведро. Как бы сильно ему не хотелось избежать подобной ситуации, перекладывать это на остальных было нечестно. На ум пришел факт, что дельфинов всегда содержат парами. А вдруг у русалок также? Вдруг Юра потерял свою «пару»? Вряд ли он стал бы рассказывать о таком. — Заговорил, значит… — тихо пробормотал Отабек и улыбнулся собственным мыслям, отметив, что все-таки волнуется. — Пойдем, посмотрим. — Пойдем? Мы? Зачем мне идти? — Юри попытался отвертеться, но Отабек крепко ухватил его за руку и с улыбкой потащил вслед за собой. Ну не признаваться же, что он сам боялся идти туда в одиночестве. *** — Юра! — стараясь не рассмеяться, воскликнул Отабек. — Он друг. Хороший. Перестань. На просьбу прекратить Юра скептично выгнул бровь и окатил водой еще и Отабека: не иначе, как мстил за его отсутствие в последние несколько дней. Была в этом всем и положительная сторона — смех разрядил обстановку, и Отабек на время отвлекся от всего того, что накипело за последние сутки и вызывало головную боль. Юра опустил голову и недовольно застрекотал, провожая Отабека обиженным взглядом. — Э-го-исст, — отрывисто выдал Юра, привлекая внимание. От услышанного лицо Отабека вытянулось, а Юри не сдержал смешка — не хватало только упавшего ведра для полной картины. Вот это номер. — Где ты такое слышал? — Отабек в пару шагов оказался у края бассейна, перебирая все возможные варианты. Юра не мог сам додуматься до такого. Значит, кто-то надоумил. — Мила? Догадка подтвердилась через пару секунд: Юра довольно улыбнулся и окатил Отабека очередной порцией холодной воды. Казалось бы, вести себя так с больным хвостом было не самым разумным решением, но у Юры по этому поводу имелось свое мнение. Чем не идеальное завершение дня? — Держи, — Юри поставил на бортик ведро. — Бросаешь меня одного? Отабек улыбнулся, и Юри улыбнулся ему в ответ. — Не одного, — словно в издевку, Юра стянул ведро с рыбой с бортика и отплыл с ним на середину бассейна. Отабек заметил это слишком поздно, чтобы его остановить. — Только давай недолго. Нам еще надо закончить другие дела. Юри махнул рукой и направился к выходу, оставив Отабека наблюдать за Юрой: он уже успел запихнуть одну рыбину в рот и теперь смотрел так, словно был готов за нее сражаться. Дверь хлопнула, и Отабек вздохнул — действительно пора было закругляться. Завтра предстоял тяжелый день, стоило выспаться, но вопрос, что делать теперь, все еще оставался нерешенным. Отабек присел на край бассейна, опустил ноги в прохладную воду и прикрыл на мгновение глаза. Уловка удалась — Юра вскоре подплыл ближе, хотя с рыбой, предназначавшейся дельфинам, так и не расстался. — Значит, Мила научила тебя обзываться? — Отабек в шутку потянулся за ведром, но Юра тут же отплыл на пару метров назад. — Чему еще она тебя научила, интересно? Юра проглотил последний кусок и вопросительно склонил голову набок, видимо, ожидая, что Отабек повторит сказанное вкупе с жестами, как делал обычно, но этого не последовало. — Ми-ра. Звуки все еще получались свистящими и стрекочущими, но если не обращать на это внимания, то голос у Юры был красивый. — Ага, Мила. Отабек не ожидал чего-то еще, но Юра внезапно продолжил: — Мила го-во… рить, — Юра заглянул в ведро и, похоже, собрался вытащить оттуда очередную рыбу, но передумал, подплыл к бортику и поставил тару на кафель. Отабек приготовился слушать дальше. — Говорить, што просить. Отабек постарался понять смысл сказанного. Юра же выглядел донельзя довольным. — Мила сказала попросить? — Што. — Что? Отабек ничего не понимал. Скорее всего, Юра просто неправильно построил фразу, но если учесть, что смысл меняется даже из-за интонации, вариантов тут было слишком много, чтобы перебрать их все прямо сейчас. — Што. Что надо просить. Отабек в ступоре уставился на улыбающегося русала. С построением определились, но смысл все еще не появился. — Что надо просить что? — Ота-бека. Отабек почувствовал, как его лицо вытягивается в удивлении, и понадеялся, что со стороны это выглядит не так страшно, как ему представлялось. Юра его реакцией остался доволен и теперь, закончив с разговорами, принялся хватать пытавшегося переварить услышанное Отабека за ноги. Пальцы коснулись лодыжки и теперь поворачивали ступню вправо-влево. — Мила сказала, что надо просить Отабека? — от того, что фраза обрела хоть какую-то четкость, легче не стало. — О чем меня надо просить? Юра нехотя отпустил его ногу и с кислой миной уставился в бортик. Такие лица Отабек часто наблюдал в дельфинарии у детей, которым родители отказывались купить ту или иную вещь. — Мош... — Юра тряхнул головой и выдохнул. Английский все еще давался ему с трудом. — Мож-но? — Что можно? — Юра придал своему лицу обычное выражение, но брови все равно сошлись на переносице. Он ткнул ногу Отабека пальцем. — Ноги? Юра кивнул. — Мила сказала. И тут Отабека осенило. Надо было отдать ей должное — за то время, пока Отабек грузился по поводу и без, она умудрилась объяснить Юре, что такое просьба. — Можно, — Отабек кивнул, и Юра, словно и не спрашивал, вернулся к разглядыванию ноги. — Обалдеть. — Мила, — снова заговорил Юра, заставляя Отабека вытянуть ногу, чтобы было легче тыкать пальцем в коленку. — Да, Мила. — Сиськи. А вот это оказалось куда неожиданней.