Третий элемент

Появление Марка можно сравнить только что с громом, внезапно прокатившимся по земле, чтобы заявить свои полные права на владение небесами. Нейт чуть не задохнулся от удивления, увидев, с каким пылом он засосал мальчика, притягивая к себе за волосы, потому что одно дело знать, что этой ночью они будут втроём, а совсем другое видеть, как твой парень ясно даёт тебе понять всю серьёзность своих намерений. Он не успел ничего объяснить Микки, хоть немного подготовить его к мысли о сразу двух мужчинах, поэтому смог только уловить непонимание и лёгкие оттенки паники, мигнувшие в глазах напротив, прежде чем эти самые глаза закрылись, сдаваясь натиску желания. Алкоголь и молодая кровь явно играли против Микки, он становился лёгкой добычей для любого в этом клубе, но первыми успели именно они. А упускать добычу — не в принципах Марка, Нейт знает это по себе. Да и привкус горечи, который он почувствовал на губах любимого, когда тот наградил и его крепким поцелуем, лишний раз доказывал, что Марк настроен весьма решительно. Но следующий шаг стёр все мысли из головы. Стоило только знакомой до мельчайших подробностей руке опуститься на его затылок и направить вперёд, как все сомнения о правильности происходящего канули в небытие. Он почувствовал, с каким трепетом мальчишка потянулся к нему, чтобы получить новый поцелуй, поймал его неровное дыхание, щекоткой пробежавшее по губам, и даже не посмел закрыть глаза, чтобы не потерять связи с миром. Они целовались неторопливо, невозможно сладко, Микки отвечал почти робко, словно стесняясь самого себя и своей неожиданной смелости. Но Марк наверняка касался его спины, успокаивая, да и сам Нейт не пошёл дальше губ, попутно хватаясь за бедро своего парня, как за спасительную соломинку. И только отстранившись, он заметил, насколько расфокусированным стал взгляд Микки, облизывающего свои невозможно блядские губы, влажные от поцелуев. — Это Марк, мой парень, Микки, — ласково шепнул Нейт, наклоняясь к уху их нового знакомого, чтобы хоть немного прояснить происходящее для парнишки (и для себя, чего уж там), пусть тому уже, кажется, и не нужны были никакие объяснения. Он слишком хорошо слышал тяжелое дыхание, которое вырывалось из его груди, доказывая почти полную готовность ко всему. Кончик языка скользнул по мочке, и он отчётливо почувствовал мелкую дрожь, пробежавшую по его телу, а Микки во все глаза уставился на Марка, словно пытаясь выстроить логические звенья в одну сплошную цепь. И снова вспышка: на губах заиграла пьяная улыбка, а ладонь потянулась вперёд, цепляясь за пояс чужих джинсов. Цепь рассыпалась. — Ты тоже хорошенький, — хрипло выдохнул Мик, рывком притягивая Марка к себе и чуть не слетая со стула. Только уверенная ладонь Нейта удержала его на месте, а мальчишка уже потянулся вперёд, чтобы быть ближе к явно понравившемуся ему его, Нейта, парню. — Я Микки, — для верности представился он, совершенно не осознавая, что двое взрослых мужчин и алкоголь — слишком серьёзная задачка для него одного. — У тебя сегодня день рождения? Твои подружки сказали мне. Сколько тебе лет, если не секрет? — решил всё же утончить Марк, продолжая поглаживать затылок мальчика со всей осторожностью, чтобы не скинуть корону, подтверждающую это событие. — Это не имеет никакого значения, — просто ответил Мик и пожал плечами, всё же немного смущаясь своей молодости и, что самое неприятное для него, неопытности. Но Марк и не ждал от него ответа, он уже выведал важную информацию у двух девиц, наблюдающих за ними с того конца бара, так что мог быть спокоен, зная, что их не привлекут к уголовной ответственности за растление малолетних. Поэтому он лишь повёл плечом и повернулся к Нейту, переключая внимание на него, но не отпуская Микки, чтобы тот не чувствовал себя лишним. — Что это такое сладкое у него на губах, Нейт? Я тоже хочу, — чуть капризно заявил Марк, цепляя пальцами ещё один высокий стул, только что освободившийся по соседству, и вклинил его так, чтобы оказаться между ними, но не мешать своему мужчине и мальчишке ласкать друг друга, если им этого захочется. Усевшись, Марк опустил ладонь на бедро Нейта и требовательно сжал, кивая на бармена и явно не собираясь отступать от своих желаний. — Лучше пощупай нашего нового знакомого, чтобы он был тёпленьким, — шепнул ему мужчина, салютуя бармену двумя пальцами, чтобы он приготовил две порции сладчайшего коктейля, который потом самому придётся смаковать на паре соблазнительных губ. И он кивнул в сторону Микки, заинтересованно наблюдающему за ними, а уже через секунду без всякого стеснения разглядывающего Марка. Да, Марк мог свести с ума любого своим голым торсом, выглядывающим из расстёгнутого пиджака. Красивая грудь, полное отсутствие волос, как у мальчишки, — да он вряд ли был намного старше Микки, по крайней мере, насколько Нейт мог судить прямо сейчас. Их новый знакомый не слышал разговора, иначе непременно смутился бы, а вместо этого протянул руку и коснулся обнажённой кожи живота, с трепетом приоткрывая губы и чувствуя, как кружится голова от ощущения едва заметной испарины под подушечками пальцев. Глаза Микки заблестели, он зачарованно провел по горячей коже кончиками пальцев, едва царапая ногтями и не замечая две пары глаз, жадно пожирающих его с ног до головы. — Хочешь его? — едва слышно шепнул Нейт, наклоняясь к Марку и сжимая его ягодицу, хоть для этого и пришлось чуть подлезть под него ладонью. И парень отозвался, сжал колено своего мужчины и улыбнулся, понимая, что его мнением интересуются, а не просто пытаются склонить к сексу с понравившимся Нейту мальчишкой. — Думаю, что хочу, — согласно отозвался Марк, поворачивая голову и мягко скользя по губам Нейта своими. Ладонь сместилась на бедро, поднялась чуть выше и ненавязчиво надавила на пах, без всяких сомнений ощущая возбуждение, охватившее его любимого. Алкоголь, новый мальчик, он сам или яркая смесь этих факторов — Марк не знал, но останавливаться прямо сейчас, когда конфета лежала перед ними на столе, а все взрослые вышли в другую комнату, было просто безумством. Коктейли появились на барной стойке, и Марк сразу же потянулся к своему, поглощая сладкий напиток большими глотками, словно это был живительный нектар, способный помочь ему справиться с новой для них задачей. Он выпил половину, прежде чем жарко посмотрел на Нейта, отодвинул высокий бокал и подался вперёд, придвигаясь чуть ближе к Микки и с вожделением наблюдая за тем, как он потянулся к своей порции, сжимая трубочку губами и осторожно втягивая жидкость в рот. И только тогда перенёс ладонь на его ногу, скользя вверх и вниз по бедру, не забыв внимательно следить за реакцией. В первую секунду кадык мальчишки нервно дёрнулся, но после ещё одного глотка тот заметно расслабился, даже раздвинул ноги чуть шире, и всё же напряжение слишком явно читалось в его позе, а в позвоночник словно вставили металлический стержень, выдавая вздорный характер, несговорчивый и дерзкий, но такой юный и сладкий, что в яйцах начинает звенеть он желания. — Когда целуешься, открывай рот шире, иначе ничего не получится. Я же должен как-то протолкнуть язык между твоих зубов, ладно? — Марк слегка потёрся плечом о его плечо и повёл ладонью по обтянутой брючиной ноге, приближаясь к паху и останавливаясь, когда ребро ладони явно почувствовало твёрдый стояк Микки. — Расслабьтесь… оба… Как на электрических стульях сидите. — Я умею целоваться, — возмущённо заявил Мик, чуть ли не подскакивая на своём стуле, но почти сразу же расслабляясь и хитро стреляя пьяными глазками в сторону парня. — Может, это у тебя проблемы с совращением? — совсем тихо рыкнул он, притягивая Марка к себе за шею и прижимаясь к его губам, неосознанно пытаясь повторить всё, что только что услышал. Комплекс лучшего ученика, пусть немного дерзкого, но всё же слишком послушного, чтобы осмелиться пропустить мимо ушей наставления более авторитетного взрослого. Открыв рот шире, он сам толкнулся языком вперёд и застонал, разводя ноги шире и буквально предлагая трогать себя ещё выше, откровеннее и горячее. И Марк ответил со всей известной ему нежностью, стараясь как можно незаметнее вести в поцелуе, чтобы не вызвать вспышки негодования. Пусть они и умиляли его до непроизвольной улыбки во всё лицо. Нейт поплыл, наблюдая за тем, как его любимый совсем рядом целуется с совершенно незнакомым мальчишкой, уже не ощущая даже малейшего проблеска ревности. Её сменило желание, откровенное и горячее желание, первобытное и неприкрытое никакими моральными устоями. Они уже пали, отдались во власть похоти, позволяя ей отдавать приказы и руководить каждым словом и движением. Поэтому, не думая о том, как на них могут посмотреть со стороны, Нейт поднялся со своего стула и обошёл целующуюся парочку, останавливаясь за спиной Микки и прижимаясь к нему грудью. Одна ладонь обвила его за пояс, а сам мужчина чуть наклонился вперёд, чтобы касаться дыханием покрасневшего уха мальчика, и наблюдал за их поцелуем, несдержанно облизывая свои губы, когда удавалось заметить один из языков, проворно проскальзывающий между тесно прижатых друг к другу губ. И в одно из мгновений почувствовал, как выгнулся Микки, как прижался к нему ближе, на одной ноте выстанывая нечто нечленораздельное, оторвавшись от губ Марка и беззащитно ловя ртом воздух. Не нужно было обладать экстрасенсорными способностями, чтобы понять, где оказалась ладонь парня в этот момент. — Мы тебе нравимся, Микки? — сипло спросил Марк, касаясь губами подставленной шеи и словно не замечая, как сильно ведёт мальчика от его ласк. А Мик готов был умереть от удовольствия, он сошёл с ума от этих ласк, не знал, куда от них деться, к кому из мужчин прижаться, у кого искать спасения и защиты. Марк казался более игривым и сексуальным, но руки Нейта влекли за собой, вселяя уверенность. Ответ так явно лежал на поверхности и не требовал от него никаких лишних раздумий. Ему нравилось быть между ними, занимать промежуточную позицию, получая наслаждение с обоих фронтов. Как жадный ребёнок, привыкший к вниманию взрослых, он хотел есть со всех рук сразу, не упуская даже мельчайшей возможности испытать что-то новое, яркое, постыдное. И пусть сейчас он не догадывался, что за ним наблюдали друзья, пусть завтра над ним будут по-доброму шутить, припоминая пьяное, развязное поведение, но в данное мгновение… — Нравитесь, — искренне выдохнул он, облизывая губы и стараясь сфокусировать взгляд на глазах Марка. Дышать не получалось, член оказался зажат пальцами, и Микки снова протяжно застонал, вздрагивая от обжигающего прикосновения к своей шее. Откинув голову, он почувствовал плечо Нейта и выдохнул с заметным облегчением. От этого мужчины исходило невероятное спокойствие даже сейчас, хоть он прекрасно чувствовал его стояк поясницей. Впрочем, это нисколько его не смущало, напротив, хотелось открыть для себя нечто новое, незабываемое… — Нравится, что мы целуем тебя и касаемся вместе, вдвоём? — тихо добавил Нейт, касаясь губами участка кожи за ухом Микки, а сам внимательно посмотрел Марку в глаза, ловя его взгляд и чуть прищуриваясь. Ладонь спустилась к паху, накрыла руку парня, чтобы ещё сильнее сжать член мальчишки и провоцируя ещё один громкий стон, раздирающий его изнутри. И это был лучший ответ на его вопрос. Микки овладело жгучее возбуждение, он покрылся холодной испариной и никак не мог избавиться от мысли, что он всего лишь девственник, чутко реагирующий на любую ласку зудом в известных местах. И чтобы хоть немного сосредоточиться, он завёл руку назад и обнял Нейта за шею, притягивая ближе и прижимаясь плотнее. — Ты бы хотел раздеть нас, малыш? Обоих? Сам? — снова оглушил воздух вопросом Марк, поднимая голову чуть выше и целуя его в скулу, а затем встречаясь губами с губами Нейта. — Или такой подарок на день рождения тебе ещё рано получать? Хитрый ход, потому что только дурак не заметил бы, как реагирует Микки на напоминание о возрасте, и именно на этом играл парень, чтобы раскрепостить мальчишку ещё сильнее. Марк взял свой стакан, продолжая массировать член вместе с Нейтом, а языком начал играть с трубочкой, попутно улыбаясь самой игривой из своих улыбок, явно дожидаясь ответа. И эти действия повлияли не только на Микки, Нейт нервно сглотнул, чувствуя, как мальчик повторил его движение, то ли реагируя на усилившееся давление на пах, то ли сдаваясь той власти, которую возымели откровенные вопросы Марка. Нейт улыбнулся, прекрасно зная, что по части разговоров в их отношениях первенство всегда будет не в его руках. Он мог соблазнить прикосновениями, но одними словами это мог сделать только его парень. — Я не малыш, а здесь слишком много народу, чтобы я мог раздеть вас. А я хочу, — уверенно выдохнул мальчик в губы Марка, толкаясь бёдрами вперёд и прижимаясь к ладоням сильнее. Никакого страха, остался только чистейший адреналин, вступивший не в самую выгодную химическую реакцию с алкоголем, а попытка взять на слабо делала эту смесь гремучей, начисто лишая его последних крупинок здравого смысла. Простите, мама с папой, молодость даётся один раз. И Микки не собирался упустить его. Марк улыбнулся, направляя взгляд на Нейта и чуть кивая, чтобы показать, что всё в полном порядке. Жертва захватила наживку и плотно сжала зубами, теперь осталось только подсечь и вытянуть наружу, пока рыбка не соскочила с крючка. Осторожно выпрямившись и продолжая улыбаться Микки, он вновь перенёс свою ладонь на колено, нехотя разрывая тактильный контакт со своим мужчиной. Но Марк прекрасно знал, что стоит им довести мальчика до оргазма сейчас, как они могут потерять шанс заполучить его в своё полное распоряжение. — Тогда поехали к нам? У нас дома никого, можно будет раздеться, раз мы втроём этого хотим, к тому же… Посмотри на Нейта. Он не скажет, но я думаю, что его член уже порядком напряжён, — тихо произнёс Марк, наклоняясь как можно ближе к их общей жертве. Но на этом он решил не останавливаться, потянул мальчишеские пальцы в рот, втягивая сразу два, раздвинул их языком и пощекотал нежную перепонку между ними самым кончиком. Этого и для Нейта порой достаточно, чтобы сорваться с цепи, но что могло произойти с неокрепшей психикой вчерашнего подростка… И сейчас Нейт был не в меньшем шоке, потому что никогда не видел, как его парень совращает кого-то. Лишь единожды прочувствовал на себе, да и то их первый раз слишком сложно назвать совращением, ведь они оба были на грани того, чтобы разойтись в разные стороны, когда он всё же решился попробовать. Сейчас же Марк проделывал такое, что у него немедленно встало бы по стойке смирно, если бы член уже не натягивал ткань джинсов, причиняя физическую боль. А Микки и вовсе расплылся от влажного и горячего рта его парня, мышцы живота под ладонью напряглись, а после мелко задрожали, словно намереваясь отбить чёткий ритм. И пульс на сонной артерии заметно участился, когда Нейт толкнулся в неё языком, пробуя мягкую кожу на вкус. С лёгкой горчинкой, которую ей придавала туалетная вода, хоть от её запаха не осталось и следа. — Вызовем такси? — задал следующий вопрос Марк, выпуская влажные пальцы изо рта и прижимая их к своему животу, чтобы привлечь внимание к себе и удержать его как можно крепче, потому что им нужно было сматываться. В любой момент кто-нибудь мог просечь и прибежать спасать этого пьяного мальчишку, потому что их приставания становились крайне грязными и непристойными. От столь прямого вопроса по телу Микки пробежала новая волна дрожи, но в этот раз в ней явно ощущалась паника, потому что затуманенный алкоголем и желанием мозг пытался в последний момент сигнализировать об опасности. Мальчик начал бояться, мгновенно потеряв уверенность в том, что хочет оказаться наедине с этими, несомненно, привлекательными мужчинами, перед которыми ещё минуту назад хотелось разложиться прямо на стойке. И Нейт чудом уловил этот переход, успевая среагировать и спасти их ночь, потому что после такого приключения искать нового любовника было бы уже бессмысленно. Он прижался губами к покрасневшему от смущения ушку, снова мягко опустил свою ладонь на пах парнишки, чтобы не дать ему растерять весь азарт, и принялся шептать нежные и успокаивающие слова, вплетая в них немного почти невинной пошлости. Что-то из разряда «не бойся, мы не сделаем тебе больно», только для самых маленьких. — Вызывай, Марк, — через пару минут с улыбкой шепнул Нейт, заручившись кивком Микки, чуть отстранился от него, снова убирая руку и удерживая лишь для того, чтобы не позволить упасть со стула от переизбытка чувств. Мальчику нужно продышаться, но вместо этого он схватил свой бокал и, игнорируя трубочку, залпом опустошил его несколькими глотками, снова позволяя страху завладеть собой. Но теперь это страх передумать, и коктейль должен был вымести те крохи сомнений, с которыми не мог справиться ни один из двоих мужчин. Марк кивнул и нервно облизал губы, потому что сейчас они оказались слишком близки к своей цели, и одно неловкое движение могло отбросить их в самое начало. Не мешкая, он вытянул мобильный телефон из кармана Нейта, набрал последний номер из журнала звонков и бархатисто попросил девушку подогнать машину на соседнюю улицу, стараясь не привлекать внимания, но всё же быть достаточно убедительным, чтобы его услышали сквозь громкую музыку. Нажав отбой и сунув телефон обратно в карман, он коснулся ладони мальчика и нежно улыбнулся ему, как самая заботливая мать. — Пойдём, Микки, — мягко позвал Марк, притягивая к себе и обнимая за талию, и постепенно уводя в середину танцпола, чтобы немного потанцевать и скрыться от взглядов друзей мальчика, прежде чем они выйдут улицу и сядут в машину. Нейта он наградил лишь взглядом, прекрасно зная, что любимый непременно последует за ними. Расплатившись с барменом за всю выпивку, Нейт направился за ними, чуть ли не коршуном глядя вокруг, чтобы никто не позарился на его мальчиков, как он уже ласково назвал про себя двух парней. В толпе жмущихся друг к другу людей мгновенно стало жарко, майка прилипла к телу, но всё оказалось абсолютно неважным, когда Микки прижался к нему, направляемый Марком. Сам Марк устроился сзади, чтобы во время танца тереться пахом об упругие ягодицы, которые совсем скоро сможет щупать без всякого зазрения совести, а сейчас лишь пробует, ладонями скользя по плотно обтянутым тканью бёдрам. Нейт не остался в долгу, притянул мальчишку к себе одной рукой и поцеловал сладкие губы, которые стали ещё вкуснее после второго коктейля. Наградой стал новый стон и руки, обвившие его шею, Микки подался вперёд и уже без напоминаний отдался поцелую, позволяя чужому языку беспрепятственно скользить по нёбу и доходить чуть ли не до горла. Новый стон оглушил, худенький и податливый парень, зажатый между их телами, бездумно отдался не то танцу, не то им двоим, прижался ещё ближе, сжимая волосы Нейта у корней и потираясь пахом о его бедро, не в силах справиться со своими эмоциями, разрядами тока проскальзывающими сквозь тело. — Надо уводить его скорее, — тихо выдохнул Нейт, сверля глазами Марка, пока Мик уже деловито присосался к его шее губами, явно неосознанно оставляя на ней яркий засос. И самое сложное было остановиться теперь, а не раздеть этого наглеца прямо здесь, чтобы трахнуть, до боли сжимая его волосы в кулаке. Но он лишь сжал зубы, шумно втягивая воздух носом и опуская ладонь на ягодицу своему парню, чтобы отрезвить того и оторвать от горячего тела. — Хочу, — судорожно заскулил Микки, отстраняясь от шеи Нейта и поворачивая голову к Марку, перенёс одну руку ему на шею и ещё сильнее вжался ягодицами в пах. Ему было слишком хорошо, чтобы останавливаться так быстро: за спиной было крепкое тело, а задницей он ощущал крепкий член, и от этой смеси невозможно не стонать, пусть эти звуки и улетают в толпу. — Потерпишь немного, Мик? — хрипло ответил Марк, чувствуя, что они начали терять контроль над происходящим, потому что они с Нейтом могут и потерпеть, но как будет вести себя сладкий, разморенный их ласками мальчишка, он даже предположить не мог. Больших трудов стоило оторваться от возбуждённого тела, но в этом ему помог взгляд Нейта, продолжающего сверлить его так пристально и угрожающе, как умел только он. Нейт мог сохранять твёрдость и контроль над любой ситуацией, и именно это качество было очень кстати этой ночью. Поэтому, отстранившись и схватив Микки за руку, он потянул его за собой, кивая своему мужчине, державшему мальчишку за другую руку. Оставалось только надеяться, что свежий воздух и прохлада хоть немного собьют жар возбуждения, этот совершенно безумный пыл, охвативший молодое тело. Но на улице эта мысль канула в прошлое, словно кислород опьянил его сильнее, чем весь выпитый за вечер алкоголь. До машины они добирались как в тумане, даже Нейт не мог отдавать полного отчёта в своих действиях, потому что целью было лишь как можно быстрее добраться до спасительного салона, где никто не смог бы их разглядеть. И только захлопнув дверь, он выдохнул с облегчением, словно это было похищение. Но все страхи, видимо, душили только его, одного взгляда в сторону хватило, чтобы убедиться в этом. Марк уже успел притянуть расположившегося между ними Микки к себе, приник к его губам, целуя жадно, горячо, не церемонясь и не смущаясь тех влажных звуков, которыми они наполнили такси. И, возможно, он мог бы выразить хоть каплю негодования, если бы его парень не направил ладонь мальчишки на его пах. Узкая ладонь на члене заставила тихо застонать, Нейт выругался и поймал в зеркале заднего вида изучающий взгляд водителя. А через пару секунд мужчина передал ему сотню, наклонился вперёд и тихо назвал адрес, добавляя, что зеркало лучше отвернуть и вообще не обращать внимания на столь поздних пассажиров. И только получив кивок и утвердившись в том, что его желание выполнено, Нейт откинулся на сиденье и позволил себе насладиться сладкой пыткой. — Хей, Мик, что ты с нами делаешь? Микки слышал сладкий шёпот Марка, и это ещё на шаг приблизило его к отключке. Нейт снова выругался, когда тот с силой сжал его член, видимо, таким образом выпуская своё наслаждение наружу. Он стонал в поцелуй, отрываясь от губ его парня только для нового вдоха или тяжёлого выдоха, всё ближе жался к нему, совсем не соображая, что творит в свой день рождения. — Это ты… вы… не я… — торопливо выдохнул мальчик, поворачиваясь к Нейту, чтобы получить новый поцелуй уже от него. И Нейт ответил, действуя не так напористо и страстно, словно в противовес Марку даря немного нежности и осторожности. Ладонь скользнула под спину, он потянул тонкое тело чуть к себе, чтобы получить свою каплю чужого возбуждения, а вторую ладонь опустил на бедро. Пройдясь языком по нижней губе Микки, он поддел верхнюю кончиком и скользнул по ровному ряду зубов, впрочем, почти тут же получая приглашение. Воспользовавшись, Нейт снова мазнул языком по губам и толкнулся вперёд, ловя стон мальчика, сталкиваясь с его языком и мягко выманивая его наружу, чтобы максимально вовлечь в происходящее, раскрепостить и, чего скрывать, окончательно отрубить все мыслительные процессы в этой хорошенькой голове. Марк не сдал своих позиций, хоть и потерял губы Микки, отдав право поцелуя своему мужчине. Он начал покрывать бледную шею поцелуями, водить по ней языком, вырисовывая контур обострившейся мышцы, и продолжил гладить его член через брюки. Вместе с Нейтом они могли завладеть не только головой этого вчерашнего мальчишки, но и его душой, заставив продать Дьяволу за эти часы, проведённые между привычной жизнью и моральным разложением. Но сейчас стоило двигаться мелкими шагами, приучая к себе с осторожностью. Марк прижал ладонь Мика к своему паху, потому что везут они его не чай пить, а привыкать к этой мысли следовало уже сейчас. Микки же не способен был здраво оценить свою позицию, он распростёрся на сиденье между двумя мужчинами, прижимающимися к нему так тесно, что, казалось, вполне могли раздавить его. Он дрожал всем своим существом, то выпрашивая новый поцелуй у Нейта, то чуть отстраняясь, чтобы плотнее прижаться беззащитной шеей к губам Марка. Собственный член почти болезненно пульсировал под слоями ткани, отзываясь на горячие прикосновения, а уж когда его руки оказались на двух внушительных стояках… Никакого страха, только лёгкая неуверенность в том, что его хватит на них обоих. Но и эта здравая мысль погрязла под лавиной похоти, когда Марк направил его пальцы в любезно расстёгнутую ширинку Нейта, предлагая попробовать нечто более откровенное, чем простые потирания сквозь одежду. А дальше лишь дело техники, мышечной памяти. Своими дрожащими пальцами подцепить сначала пуговицу, а потом и молнию на джинсах второго мужчины, чуть не задыхаясь от восторга и опьяняющей смелости. Он поймал дыхание с обеих сторон, и эта теплота мурашками побежала по его телу. В салоне стало невыносимо душно, почти болезненно мало кислорода, и его лёгкие работали вхолостую, перегоняя спёртый воздух в пустой надежде спасти организм от асфиксии. Тело Микки на грани, он уже начал неосознанно вскидывать бёдра, чтобы прижаться к ласкающей ладони как можно плотнее, потереться об неё. Но кончить здесь, без возможности испить всё наслаждение до дна… А если после этого эти прекрасные мужчины выкинут его на улицу, осудив за несдержанность? И мальчик сцепил зубы, вздрагивая всем телом, откинулся назад и проглотил вязкую слюну, оглушая салон громким стоном, полным отчаяния. — Марк… Руку… — с мольбой, надеясь, что его поймут правильно, что оценят желание сдержаться. И, чтобы отвлечься, он поддел резинку белья Марка, потянул вниз и выпустил наружу твёрдый член, мазнувший по ребру ладони своей бархатной теплотой. Пальцы уверенно сжали ствол, двинулись от основания к головке и обратно. Движения знакомые, привычные, он много раз дрочил сам себе, несколько раз удовлетворял других, поэтому правая рука помнила всё без помех. Сложнее было с Нейтом, потому что левая рука почти не слушалась, выпустила член мужчины не так аккуратно, и резинка шлёпнула по яичкам, срывая с его губ не самый страстный стон. Микки с ужасом покосился на Нейта и, стараясь реабилитироваться, тут же начал потирать раскрытой ладонью влажную от скупых капель головку. Сначала опустить глаза казалось безумством, но через несколько секунд он пошёл на риск, направил взгляд сначала в одну сторону, потом в другую и снова громко застонал. Нет, рука сместилась к его бедру, но открывшийся вид… Два крупных члена с тёмными головками, которые в перспективе должны лишить его девственности… Марк не спускал с него взгляда, ловил каждую эмоцию, хотя делать это, когда тебя ласкает незнакомая, маленькая и нежная ладонь, почти невозможно. Он слышал тяжёлое дыхание Нейта, видел, как вторая рука Мика удовлетворяла его мужчину, но всё же сейчас внимание было в большей степени приковано к их юному любовнику, смелеющему с каждой минутой наедине с ними. И теперь из головы не выходила мысль, сможет ли мальчик кончить без прикосновений к его члену? И он наклонился к красному ушку Микки, мазнул по мочке языком и похотливо улыбнулся, начиная проникновенно шептать: — Тебе хорошо, наш милый мальчик? Ты хотел бы получить минет? Кто отсосёт тебе первым, сладкий, я или Нейт? Закрой глаза и расскажи мне, кто трудится над твоим членом в твоих фантазиях. И попроси Нейта о ласках, только не словами. Нет, сожми его член, милый, рукой вверх, большим пальцем води по головке. О да… А потом вниз, очень медленно, снова вверх, подвигай плоть пальцем. Ниже… Потом обратно. Ты же знаешь, какая головка чувствительная под ней, верно? Так чей рот ты хочешь первым? Обманные манёвры, сбивающие с толку. Микки не мог контролировать рвущиеся наружу звуки, он краснел всё сильнее от столь похабных слов, нашёптываемых ему Марком, но беспрекословно выполнял каждую команду, лаская член так нежно и осторожно, как только мог. И отклик был волшебным, он чувствовал, как Нейт всё ближе притягивал его к себе одной рукой, а второй всё сильнее сжимал худое бедро, явно намереваясь оставить на нём синяки. Но это казалось таким малозначимым по сравнению с перспективой увидеть одобрение в этих спокойных глазах. К концу монолога Марка он почти не видел ничего вокруг, его веки опустились, а перед глазами стояла только картина минета, где его член входит глубоко в сжимающееся горло. Его трясло всё сильнее, член пульсировал, прижимаясь к ткани и неприятно потираясь об неё, а картонная корона съехала куда-то в сторону, почти сваливаясь с головы. Нейт не слышал ни слова, но мог угадывать их по дрожащим ресницам, по горячим взглядам, которыми то и дело награждал его Марк, стараясь понять, насколько хорошо мальчишка справляется со своей задачей. И эти двое так великолепно смотрелись рядом… Марк так гармонично прижимался к уху Микки, так сладко вылизывал мочку и шею, что сдерживать свои порывы становилось всё сложнее. Да, он хотел именно этого. Видеть, как его любимый будет ласкать другого, как будет принимать ласки от другого. И эти мечты, воплощающиеся в реальность, доводили до эйфории ничуть не хуже, чем ласкающая член рука. — Твой, хочу твой рот, Марк, — выдохнул Мик ему в губы, поворачивая голову и потягиваясь за поцелуем. Он сорвался, начал двигать руками по членам быстро, криво, торопливо, забываясь о том, где он и как следует себя вести. Он стонал слишком громко, толкался бёдрами вверх, словно надеясь, что свой стояк найдёт хоть какой-то источник наслаждения. Пальцы сжимали оба члена, пока он страстно целовался с Марком, получая от него новые укусы и засосы, полукругом очертившие его нижнюю губу. И только потом, едва насытившись, снова выдохнул: — Хочу попробовать твой член, Марк. — Хочешь прямо сейчас? — с улыбкой выдохнул парень, снова наклоняясь к уху и облизывая его по краю, потому что, если продолжить целовать эти губы, он непременно откусит их. — Не боишься лишить меня самого ценного, если машина внезапно затормозит? Давай потерпим до дома, сладкий, работай руками. А дома я отсосу тебе, если поможешь мне завалить на постель Нейта и заставить его стонать в голос. Я, кажется, знаю, чего бы ему хотелось… Марк сдвинул руку вверх, устроил пальцы Нейта на пуговице, а сам начал расстёгивать ширинку, помогая своему мужчине стянуть с мальчишки штаны и бельё. Подросток, совсем ещё нежный мальчик с неаккуратно побритым лобком, теперь красующимся короткими жёсткими волосками. Напряжённый, наверняка болезненно ноющий член, красиво стоящий вверх. Длинный, но гораздо тоньше, чем у Нейта. Такой притягательный, что Марк без проблем может представить, как отсасывает ему на их общей кровати. — Нейт, — шепнул он, заглядывая любимому в глаза, — оближи пальцы. Оставив Нейту головку, Марк начал медленно наглаживать торчащий вверх член, чтобы до оргазма они довели его вместе, не позволяя зациклиться только на одном из них. Нейт не мог выразить своего восхищения, потому что этот мальчишка бил все возможные рекорды. Он был таким дерзким с ними в клубе, а сейчас так горячо засопел ему в шею, прижимаясь ближе и чисто рефлекторно продолжая двигать руками по членам их обоих. Как маленький робот, которому дали установку. Он слышал каждый стон мальчишки, каждый хриплый выдох, который иногда сопровождался словом «пожалуйста». Слишком юный, чтобы терпеть, словно девственник, хоть поверить в это было просто невозможно. — Ты слишком напорист, — успел шепнуть он, прежде чем мазнуть языком по своей ладони и начать наглаживать бархатную головку. Нейт обнял Микки так крепко, как только мог, потому что бьющая его тело дрожь почти пугала, а стоны становились всё отчаяннее. Такой сладкий и чувственный. Нейт неторопливо гладил головку раскрытой ладонью, но почти сразу же сжал член кольцом, начиная надрачивать вместе с Марком. Вспышка перед глазами — его парень наклонился к груди этого юного мальчика и начал кусать его сосок прямо через рубашку, сознательно толкая его в объятия мощнейшего оргазма. — Давай, Микки, кончи для нас. Будь хорошим мальчиком, — выдохнул Нейт, не узнавая собственный голос. Не прошло и трёх секунд, как Микки забился между ними. Его тонкие запястья выскользнули из ширинок и до боли сжали крепкие мужские бёдра, чтобы хоть немного оттенить силу оргазма. Он выгнулся, вжался затылком в твёрдое сиденье и вскинул бёдра высоко вверх, принимаясь волнообразно двигать тазом, чтобы получить как можно больше удовольствия из этих крепких и настойчивых рук, ласкающих с такой тщательностью и напористостью, словно намеревались вытянуть из него не только стоны, но и жизнь. Начав скулить, Микки уже не мог остановиться, он метался от одного мужчины к другому, прижимаясь своим телом к горячим бокам, и только когда из пылающей головки начали вылетать капли спермы, он начал кричать, широко распахивая глаза и невидяще смотря в потолок. Упав на спину, Мик закрыл глаза и, казалось, потерял сознание. Силы совершенно покинули его тело, и он не видел, с какой заботой Нейт прикрыл его головку, чтобы семя не разлетелось по всему салону. И к своему же благу не видел, с каким наслаждением Марк лизнул по испачканной ладони своим языком, собирая густые капли самым кончиком. — Нейт, подъезжаем.