О, hello, Death

      Стоило Чакки только прийти в себя, как она с диким воплем подскочила с дивана, отпрыгивая, куда подальше от мужчины, мирно устроившегося в кресле рядом с местом пробуждения девушки. Люцифер перевёл ленивый взгляд голубых глаз на ошарашенную девушку. Он выглядел совершенно спокойно, будто и не убивал пару часов назад несчастную женщину. В то время как саму Логан не хило трясло, а разум будто насмехаясь выкидывал всевозможные красочные ракурсы того кровавого месива, что раньше было её матерью. Шок не позволял здраво рассуждать, а в горле застрял вопль, стоило только мужчине отложить книгу и, подперев кулаком щёку смерить её пофигистично-скучающим взглядом. Казалось, он ждал от неё какого-то весёлого представления, что могло бы занять его на пару минут.       Осторожно отойдя к дальней стене и прижавшись к ней спиной, девушка напряжённо уставилась на ангела, ожидая, когда же он что-нибудь сделает, когда на неё обрушится его гнев и ненависть. От страха все мысли перемешались. Чакки боялась пошевелиться, боялась предположить, что с ней может случиться, потому что в голову сразу же лезли самые ужасные картины расправ: начиная от освежевания заживо и заканчивая простенькими побоями.       — Фу, — скривившись, хмыкнул Люцифер, — ну и грязные же у тебя мысли.       Ошарашенная таким заявлением девушка чуть приоткрыла рот, закрыла его, недоумевая похлопала глазками, и не смогла выдавить из себя хоть какую-то членораздельную речь кроме как отдельных звуков, в основном гласных. До Чакки медленно доходил смысл сказанных мужчиной слов. Она нахмурилась, потом вздёрнула брови вверх, подумав, что сходит сума. Затем ущипнула себя за руку, под уже насмешливым взглядом Падшего ангела, потёрла лоб, промычав какое-то ругательство на ломанном русском (как-то ей довелось познакомиться с одним приятелем отчима, который и был родом из России, но сейчас не о знакомствах). И уж только после пятиминутной напряжённой тишины нарушаемой лишь раздражёнными пыхтениями Логан, она соизволила спросить:       — Ты читаешь мои мысли?       Дьявол со смешком закатил глаза, при этом с довольно-таки осязаемым хлопком положил книгу на чайный столик.       — Бинго! Нет, ну неужели ты не могла задать другой вопрос?! Хотя, что с тебя взять… макака прямоходящая.       Чакки чуть не задохнулась от возмущения. Её бледные щёки тут же порозовели, если раньше в карих глазах отражался панический ужас, граничащий с безумием, то теперь в них гарцевали злость и растерянность, может быть капелька предвкушения чего-то необычного. Хотя, куда ещё необычнее, чем общение с Дьяволом, который застрял в тушке любимого дяди?       Надув щёки, и выпятив нижнюю губу, как обиженный ребёнок, сложив руки под грудью и нахмурив тонкие бровки, Чакки уставилась «проницательным» взглядом на обидчика, будто пытаясь разобрать его на составляющие, как детскую пирамидку. Что, кстати говоря, ещё больше развеселило Падшего. Ну, вы просто представьте семнадцатилетнюю девушку, обижающуюся на Дьявола. Это же просто какая-то нелепая комедия семидесятых! Но, похоже, идиллия нелепости была привычна этой девушке. Всегда у неё всё шло вкривь и вкось.       — А какой, по-твоему, я должна была задать вопрос?       — Ну-у, — протянул мужчина, сделав вид, будто над чем-то задумался. Даже руку от щеки убрал, переместив её на подбородок. — Хотя бы: «Привет, милый! Ты не голодный? Я не слишком долго провалялась без сознания? Тебе ещё не надоело со мной нянчиться?» И всё в таком же духе.       Девушка вздёрнула вверх брови.       — Ты голодный? — Нет. Мне не нужна еда, — Люцифер сложил руки на груди, откинувшись на спинку кресла, изобразив на лице самую дружелюбную улыбочку.       — Я не слишком долго провалялась без сознания?       — О, нет! Не волнуйся, дорогая! Хотя, я успел заскучать, — Люцифер надулся как обиженный ребёнок, воспроизводя недавнюю мимику самой Чакки, в то время как лицо шатенки было непокалибимо-спокойным. Её раздражение выдавали только чуть подрагивающие брови и неестественно потемневшие глаза.       — Тебе ещё не надоело со мной нянчиться?       — Дай-ка подумать. Скорее нет, чем да. Ты забавная, как ручной зверёк. Такой маленький, зубки пытается скалить, но стоит пригрозить тапочком, как тут же прячется за диван. Определённо нет, — усмехнулся Люцифер. Повисло молчание, которое никто не спешил нарушать. Нервный тик только усиливался, и вот лицо Чакки перекосилось от бури непонятных эмоций. Девушка открыла рот, закрыл, сжала челюсть, отчего-то икнула. Ангел же прищурился, вслушиваясь в хаос мыслей своей подопечной. А там было что послушать. Ну, к примеру: « Он издевается?» или же вот ещё: «Сейчас точно на одного Дьявола в мире станет меньше. Я его пришибу этим же тапочком!» От мыслей Логан Люциферу становилось смешно. Зашибить Дьявола тапочком… У девушки определённо не все дома.       Чакки причмокнула губами, провела рукой по всклоченным волосам и выдала, наверное, самую невероятную фразу в этом разговоре:       — Пончиков хочу.       Теперь пришла очередь Люциферу вздёргивать вверх брови и рассматривать Логан либо как умалишенную, либо как сумасшедшую. Не дожидаясь ответа со стороны собеседника, Чакки вихрем понеслась в кухню. Пончиков ей хотелось — это да, но скорее она бежала на кухню только для того что бы вооружиться ножом и если придётся она была готова отбиваться до последнего вздоха. Непонимание, злость, горечь и обида душили подростка, застилая здравый рассудок серой пеленой. Ну, кто попрёт против Дьявола с ножом?! Это же безумие чистой воды, самый необдуманный шаг за всё существование человечества.       Стоило только Логан вбежать во всё такую же светлую кухню, как она наткнулась на Люцифера, прильнувшего копчиком к раковине, бездумно крутящего в руках тот самый нож, будто это была какая-то игрушка, а не нож вовсе.       — Не за этим бежишь, крошка? — с наигранным интересом спросил Падший. Чакки затряслась. Ужас накатывал на её сознание.       «Чёрт! Вот же вляпалась!»       Шатенка осторожно, стараясь менее заметно, попятилась назад. Но стоило ей моргнуть, как Люцифер уже стоял в опасной близости от неё. Его лицо больше не выражало фальшивой доброты, в ледяных голубых глазах застыла бездна, от которой невозможно было сбежать, которая утягивала на дно, душила, словно петля, наброшенная на шею. Сильные руки сжали тонкую талию, пальцы больно сдавили нежную кожу, оставляя на ней багровые синяки. Хотелось вскрикнуть, но Чакки упорно стиснула зубы, не отводя взгляда от светящихся изнутри глаз мужчины.       — Мне больно, — прошипела она, но осталась неподвижна в стальных объятиях Дьявола. Люцифер лишь хмыкнул, чувствуя, как злость растекается по венам. Он подобно Халку вечно зол, вот только в отличие от того же Халка его некому было сдерживать. Да и сам он не грезил мечтой самоконтроля. Ему это просто не было нужно. Смерив уничтожающим взглядом подростка, он отступил на шаг назад, выпуская её из своих оков. Трясущиеся ладошки тут же потянулись к пояснице, растирая болящее место, на светлом веснушчатом лице отразилась гримаса боли, которую тут же сменило неловкость и чувство стыда. Спонтанный план по вооружению с треском провалился, в который раз доказав Чакки, что больше в её жизни нет человека по имени Ник, есть Люцифер. А он куда опаснее тихого, молчаливого дяди.       Потупив взор, нервно сжав, огрубевший от засохшей крови, край рубашки, Чакки поджала губы, не зная как вести себя теперь. Люцифер казалось, совершенно не замечая её раздавленного состояния, прошествовал до стола властной походкой и спокойно опустился на стул, бездумно крутя в руках салфетку. Первым начинать разговор он явно не собирался. Да и зачем? Ему разве интересна её жизнь? Её чувства? Он всё это видит, всё слышит. Ему не нужно спрашивать, он итак знает. И ему абсолютно всё равно.       — И что теперь? — тихо, чуть слышно, спросила Логан. Она боялась поднять взгляд на Дьявола, боялась встретить его стальные голубые глаза, которые заставляли её трепетать. Ей и раньше нравился цвет глаз Ника, но когда в него вселился Люцифер, они будто приобрели какое-то особое свечение, серебряный отблеск, которого раньше не было. Чакки боялась снова попасть в их плен и чётко дать себе понять, что даже если бы она могла — она бы никогда не убила этого человека, или же в нашем случае Ангела. Это было выше её сил, выше понимания. — Ты убьёшь меня?       — А тебе, я погляжу, так не терпится покинуть это свет. — мужчина скомкал салфетку и отбросил её в сторону, наблюдая за траекторией полёта белого клочка. Чакки нервно замотала головой.       — Н-нет. Вовсе, нет. Я хочу жить.       — Тогда почему спрашиваешь?       Девушка, осмелившись, подняла взгляд на Дьявола. Он не выглядел таким уж устрашающим. В свете косых лучей солнца его светлые волосы будто искрились, черты лица смягчились и даже капли крови, которые сразу не приметила Логан, не разрушали образ простого человека. Невольно шатенка залюбовалась им, а опомнившись, мысленно дала себе подзатыльник, при этом хорошо приложив об иллюзорную стену.       «Не о том думаешь! Он убил твою мать! Из-за него твоя жизнь перевернулась вверх тормашками! Хватить распускать розовые сопли, размазня! Что за приступы „пай девочки?!“»       Но вслух она произнесла:       — Просто ты убил мою маму. Если я, верно, поняла, то убить человека для тебя всё равно, что наступить на муравья. Совершенно никакого сочувствия и угрызения совести. — Чакки устремила испытывающий взгляд на Дьявола, который гипнотизировал салфетку, явно не особо радуясь общению с назойливой подопечной. — Так теперь объясни мне. Почему же меня ты не убьёшь?       В крошечной кухне повисло молчание. Девушка была напряжена и часто дышала. Этот монолог и сохранение спокойствия тяжело ей дались. Как бы она не храбрилась, как бы ни пряталась за табличкой «крутой мачо» — на самом деле Чакки была всего лишь человеком, столкнувшимся с силой, что разрушит её не задумываясь. Люцифер наигранно удручённо вздохнул, будто ему в сотый раз приходится вдалбливать в несмышлёную головку этой особы совершенно простую истину, которая и без разъяснений понятна. Логан этот его многозначительный вздох взбесил, но она постаралась взять себя в руки, вразумив всё тем же страхом. Не лезь к тому, кто тебя прихлопнет и не заметит. Это как минимум глупо.       — Я дал слово Нику, что присмотрю за тобой, — льдисто-голубые глаза на мгновение взглянули на девушку и тут же снова принялись гипнотизировать клочок салфетки, лежащий на полу близ батареи. — Если бы я не согласился, то не получил бы сосуд. Хотя, я бы в любом случае его получил.       Ангел сложил руки на груди, всё так же бесцельно пялясь на салфетку. И что такого интересного он в ней нашёл? Чакки невольно глянула на белый клочок, но, не заинтересовавшись им, перевела свой взгляд на мужчину. Она сделала робкий шажок вперёд, и не заметив со стороны блондина никаких резких движений, решилась подойти ещё ближе. Даже подступила к столу, села напротив.       — Значит, договор. Но почему ты не убил меня после того как захватил тело Ника? Не думаю, что тебе каждый раз доставляет удовольствие «отмывать» меня от крови и залечивать раны. Это и звучит как-то…мхм. Не знаю, не нормально, что ли.       Чакки также сложила руки под грудью, сдвинув тёмные брови к переносице. Люцифер, наконец-таки отвлекшись от своего «наиинтереснейшего» занятия, окинул шатенку взглядом.       — Правильно думаешь. Знаешь ли, вопреки поверьям я не лгу и слов на ветер не бросаю. Раз сказал, что ты под моей защитой, значит так и будет.       Странное чувство всколыхнуло душу Чакки, заставив её смутиться от таких слов. С одной стороны она была неимоверно счастлива, что этот гордый, самовлюблённый, свободолюбивый Ангел, Падший Ангел, ставит её превыше других людей. Память всё ещё хранила его хладнокровное убийство Елены. Девушка внутренне ликовала от одной только мысли, что Люцифер до конца её дней будет рядом. Но с другой же стороны мерзкий голос разума нашёптывал — Да кто ты вообще такая? Ты — ничто, и звать тебя — никак. Ты грязь под его ботинками. Неужели ты надеешься, что он взглянет на тебя? Дура! Да ему стоит только поманить рукой, как сотни красивых женщин на четвереньках, томно постанывая, поползут к его ногам. А ты, чем ты, ворона, лучше них? Только то, что Дьявол в сосуде твоего дяди не делает тебя значимее других. Не забывайся.       Стиснув челюсть, девушка прикрыла глаза, выстраивая перед мысленным взором кирпичную стену. Это успокаивало. Так она пыталась отсечь ненужные мысли, больно ранящие душу. Обидно. Но надо держаться, нужно радоваться тому, что есть. Не многие выжили после первой встречи с Дьяволом, она же осталась не только цела, но и здорова. Психическое здоровье брать в расчёт не будем. Сами понимаете при таких событиях нельзя остаться полностью вменяемым.       — А что если… Что если меня демоны убьют?       Люцифер повёл вздёрнутой бровью, при этом фыркнув, как если бы Логан сморозила непозволительную глупость.       — Не-ет, ты определённо на тот свет рвёшься. И зачем им тебя убивать? Сомневаюсь, что этим лживым отребьям хочется распрощаться со своими тушками. Демоны слишком трусливы, что бы идти против меня, — довольная ухмылка расползлась на его лице, в миг, преобразив черты лица, сделав их жёстче, грубее. Логан не могла отвести поражённого взгляда от Люцифера. Плевать на то, что он проблема мирового масштаба, плевать на кровь матери, въевшуюся в кожу его рук, плевать на Ника. Чакки никогда по-настоящему не была влюблена, поэтому только теперь осознавала насколько это безумное чувство. Вот ты смотришь на него и уже никто не нужен, то, что не нравится ему, на каком-то подсознательном уровне перестаёт нравиться тебе. Его планы становятся твоими. Мир сужается до одного человека. Это страшно, но в тоже время так… я даже не могу подобрать слов, чтобы описать вам ту любовь, что разгоралась в груди подростка. Какая-то заносчивая идея.       Чакки вздохнула, потёрла пальцами переносицу. Ей нужно было собраться с мыслями, оправиться от шока и ужаса. Сейчас она не ощущала боли потери — слишком быстро это произошло, слишком мало времени прошло, что бы изнывать от душевной боли, терзать себя самобичеванием. Шок сделал своё дело, он на время отсёк чувства от мыслей. И Логан с каким-то пофигизмом говорила себе, что её мать мертва. Постучав тонким пальчиком с ярким ногтём рыжего цвета, краска которого облупилась и местами стёрлась, девушка задумчиво взглянула на Люцифера.       — Зачем ты на Земле?       Мужчина одарил её прищуренным взглядом, будто считывая её мысли, проникая в самые дальние уголки подсознания.       — Почему пришёл именно в этот дом? Что за игры ты ведёшь?       Люцифер хмыкнул, чуть помрачнев, ощущая злость, что разгорается в нём с новой силой. Как же ему хотелось убить этого человека, но отчего-то рука не поднималась, и это бесило его ещё сильнее.       — Игры? Не сказал бы, что это просто игры. Намеренья мои ясны. Апокалипсис, которого вы все так боитесь, будет свершён, — невесёлая усмешка украсила лицо мужчины, в то время как Чакки ощутимо передёрнуло. Апокалипсис… Одно это слово вгоняет людей в ужас, но её почему-то это не пугало. Наверное, потому что она просто не осознавала этого. Чакки не могла представить себе конец света, не могла понять как это — умереть. Это казалось таким глупым и ненастоящим. Казалось, что даже если это произойдёт то не с ней или через много-много лет, когда ей уж тем более будет всё равно.       — Почему именно Апокалипсис? — кажется, этот вопрос удивил Дьявола, потому что он подался вперёд, нависая над столом. В его глазах проскользнуло непонятное чувство, сродни с интересом. Но оно было покрыто толстым слоем знаний, злобы, ненависти, что Логан невольно подалась назад, вжимая голову в плечи.       — Ты спрашиваешь меня, почему я хочу вас уничтожить?       Чакки неуверенно кивнула, мысленно проклиная себя за этот вопрос. Что-то ей подсказывало, что не стило затрагивать именно эту тему. Выражение лица Дьявола стало озлобленным, света будто стало меньше. А эти крылья. Огромные, чёрные, скользящие вдоль стен, заполняющие собой каждый миллиметр пространства. Они были прекрасны, но в тоже время ясно давали понять, насколько фигурка девушки незначительна. Насколько Чакки слаба и беззащитна, рядом с таким существом.       — Ты осмеливаешься спрашивать меня, почему я хочу вас уничтожить? Взгляни вокруг. Вы жалкие, бесхарактерные, прогнившие насквозь! В вас нет ни капли Божьей благодати! Каждый из вас готов предать другого ради выгоды, денег, власти. Матери топят своих детей, мужья изменяют жёнам. Брат убивает брата, как во времена Каина и Авеля. И ты спрашиваешь меня, почему вам нет места в этом мире?       — Но ведь! Но ведь не все такие! Есть исключения. Я верю в это.       Девушка подскочила со стула и начала нервно метаться по кухне вперёд назад, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение, собрать в кучку мысли. Люцифер хмыкнул. Какой-то там жалкий человечишка пытается его переубедить, что за вздор!       — Вы погрязли в пороке, отреклись от Бога. Эта планета — лучшее что сотворил Отец, вы же изо дня в день уничтожаете её. А теперь давай посмотрим: достойны вы любви ангелов или нет.       Чакки взглянула на мужчину затравленным взглядом. Она прекрасно понимала, что всё сказанное Сатаной правда. Она сама такая же порочная, наглая, как и все другие люди. В детстве, ведь каждый из нас считал, что ему предназначено что-то больше, чем другим. Считал, что у него есть своё предназначение, которое не вынесет никто, кроме него. Признайтесь, вы тоже считали себя кем-то куда значимее, чем другие люди. А на самом деле нет этого предназначения. Нет суперспособностей, нет войны, которая бы зависела только от одного человека — тебя.       Люцифер довольно усмехнулась, увидев должную реакцию на лице девочки. Ему нравилось это чувство собственного превосходства, правоты. Хоть в чём-то он имел абсолютную власть.       Чакки тяжело вздохнула. Как бы ей не было страшно, противно, взгляд возвращался к лицу мужчины. Эти светлые волосы, потемневшие от освещения, щетина, колкая, но привычная для пальцев. А глаза. Господи, его глаза! Такие голубые, холодные, в какие-то мгновения почти серые, стеклянные, но не лишённые чувств. Может быть не тех, какие хотела бы видеть Логан, но всё же они были. Это ведь Ник. Её любимый, заботливый Ник. Сердце не хотело его отпускать, но в тоже время всё внутри твердило, что его больше нет. Теперь перед ней сидит Люцифер, Дьявол, тот, кого она должна бояться больше всех на этом грёбанном свете. Тяжело.       — Да, — вздохнула шатенка, запуская пальцы в свои слипшиеся от крови волосы. — Наверное, ты прав.

***

      Первое что сделала Чакки, поднявшись к себе в комнату, это отмылась от крови. Со вздохом она выкинула выпачканную одежду в корзину для белья, подумав, что, скорее всего больше никогда её не наденет. Из зеркала на неё смотрела потухшими глазами девушка семнадцати лет, под глазами едва проглядывались синяки от недосыпа. Тёмные веснушки, будто сажа усыпали щёки и аккуратный носик. На фоне светлой кожи ярко выделялись губы — алые, словно измазанные в крови. Мокрые волосы были собраны в нелепый пучок на затылке, редкие пряди выбивались из него и прилипали к шее. Шатенка вымученно улыбнулась, получив от девушки в зеркале такую же кривую улыбку.       — Мда. Эдакий среднестатистический вампир.       Чакки разинула рот, провела языком по верхним зубам, уделив особое внимание клыкам.       — Чуть подлиннее бы и точно вампир.       Закрыв рот, девушка распрямилась, выключила шуршащую в раковине воду, погружаясь в тишину. Улыбка спала с её лица, оно застыло в безэмоциональном выражении. Присмотревшись к себе, Логан отметила, что у неё дрожат руки.       « Ну, надо же! А я и не заметила!» — с сарказмом мысленно воскликнула она. Телефон на унитазной крышке завибрировал, медленно закручиваясь по часовой стрелке, привлекая внимание подростка. Яростный вопль гитар, на мгновение оглушил Чакки, заставив скорчить лицо. На экране мигал незнакомый номер, что сразу же заставил напрячься, но всё же Чакки решительно приняла вызов.       — И куда мне ехать дальше? — ни привет, ни как дела. В этом весь Дин. Девушка облегчённо осела на пол, спокойно вздохнув, приводя сердцебиение в норму. Она даже не заметила, что задержала дыхание.       — Привет, охотник, — невесело протянула Чакки, разваливаясь на полу, отмечая, что лежать на холодном кафеле не так уж приятно, как кажется.       — Куда мне ехать? — всё так же сурово отозвался мужчина. В трубке послышался тяжёлый вздох и, похоже, Винчестер потёр переносицу, хмурясь. Логан щёлкнула языком, будто показывая этим жестом своё негодование.       — Ты уже на окраине города?       — Да. Только что проехал табличку «У Марли», «бургеры за полцены». Это какой у них тогда отвратный вкус, если их за полцены продают.       Чакки покопалась в своей памяти и выудила из неё изображение старенького бара на углу Линделейн. Сара частенько устраивала там словесные перепалки с одной из официанток, что заглядывалась на Ника. Их семья редко туда заходила, но всё же Логан помнила это место. Там ещё собирались шайки байкеров, там же она впервые познакомилась с одним из своих очень близких друзей. Девушка хмыкнула.       — Едь к центру города. Там есть кафетерий «Мотылёк». Через двадцать минут.       — Понял.       Связь оборвалась, видимо Дин решил что продолжать разговор нет смысла, да и Чакки была того же мнения. Поднявшись на ноги, бросив долгий взгляд в зеркало, она развернулась на кончиках пальцев и стремительно покинула ванную. Пробежав по коридору, Логан добралась до своей комнаты, в которой осторожно пробралась через разруху до шкафа. Найдя свою дорожную сумку, она быстро облачилась в тёмные джинсы, тёплый свитер, поверх которого надела охристого цвета куртку. Пришлось попыхтеть для того что бы извлечь из-под груды всяческого хлама сникерсы с изображением Капитана Америки. Размяв голеностоп, Чакки утвердительно кивнула каким-то своим мыслям, при этом стукнула кулаком о ладошку.       — Йош! Погнали!       Прихватив с пола полосатую шапку-носок, Чакки выбежала из комнаты, чуть не растянувшись на полу, из-за скользкой подошвы. Чертыхнувшись, она натянула на голову шапку, что бы руки были свободны и, стараясь как можно быстрее, а самое главное незаметнее, поспешила пересечь лестницу.       «Лишь бы не попасться на глаза Нику. Лишь бы не попасться.»       — Ты куда-то спешишь? — уже у самой двери настиг голос мужчины беглянку. Чакки сильнее сжала железную ручку, выругавшись от досады.       «А ведь почти слиняла! Что за невезение-то такое!»       — Я? Не-е-е. Тебе показалось. Я вовсе никуда не спешу. И нет, я не собираюсь сдавать твоё местоположение охотникам.       Девушка резко закрыла ладошками рот, уставившись на мужчину широко распахнутыми глазами, в которых так и читалась «во, бли-ин!». Люцифер вздёрнул вверх брови, с насмешкой смотря на Чакки. Та явно поняв, что сболтнула лишнего, начала быстро соображать, куда бы ретироваться.       — Охотникам, говоришь, — опасно надвигаясь на побелевшую девушку, произнёс Дьявол. Бесспорно, его забавляло то, как Логан затряслась, вжалась в дверь, всё ещё плотно зажимая ладошками рот. На её лбу появились капельки пота, а глаза панически забегали из стороны в сторону, избегая взгляда мужчины. Резким движением он схватил подростка за подбородок. Чакки зажмурилась, пальцы до того сильно вжались в лицо, что всё внутри черепной коробки заболело. Казалось, что ещё мгновение и от переизбытка чувств Логан потеряет сознание.       — Посмотри на меня, — требовательно произнёс Дьявол. Девушка не спешила выполнять его приказ, а это, несомненно, был приказ. Ибо тон его был совершенно не доброжелательным или хотя бы ласковым. И это пугало. — Я повторять не буду.       Пальцы сильнее сжались на подбородке, Логан пришлось осторожно опустить руки вдоль тела. Глаза открывать было страшно. Спасительная темнота отделяла её от жгучего взгляда Люцифера, что прожигал её. Девушка прислушалась к своим ощущениям. Если мгновение назад она чувствовала хоть какую-то свободу, то теперь тело мужчины вжимало её в дверь. Сильная рука упёрлась в деревянную поверхность где-то на уровне её плеча.       Чакки буквально кожей могла чувствовать напряжение в мышцах Дьявола. Воображение так некстати подкинуло картину того, как его рука медленно перемещается ей под майку, скользя по плоскому животику, разгорячённые губы обжигают шею…       «Чёрт! Не о том думаешь! Чакки, ты извращенка!»       — Ещё какая извращенка, — хмыкнул Люцифер. Стыдливый румянец покрыл щёки подростка, а кончики ушей будто запылали.       — Вот чёрт, а я и забыла, что ты мысли читаешь. — Логан приоткрыла один глаз, боязливо посмотрела на мужчину. — А ты меня не слопаешь?       — Открывай, давай, — раздражённо прыснул Люцифер. Повинуясь его приказу, Чакки открыла глаза и попыталась очаровательно улыбнуться, похлопать длинными ресничками, но это как-то не особо получилось, учитывая то, как Дьявол сжимал подбородок девушки.       — Приве-е-ет. Как дела? Может, уже отпустишь? Дышать не чем, челюсть болит. Ну, пожалуйста, дядя Люси.       Логан состроила «щенячьи» глазки, сложила губки бантиком, надеясь так разжалобить мужчину, но тот, судя по отрешённому взгляду, впал в ступор. Интересно с чего бы это?       — Эй! Дядя Люси! Больно, между прочим!       Дьявол покачал головой, выпуская подбородок девушки из пальцев, что она тут же потёрла, недовольно хмурясь.       — Не называй меня так.       — Как, дядя Люси?       — Так, — раздражённо передёрнул плечами блондин. Логан подняла вверх брови, а потом ехидно прищурилась, усмехнувшись. Не нужно быть психологом, что бы понять, что она задумала какую-то пакость.       — Да, ла-а-адно! Ты же в теле моего дяди, верно? Верно. Оберегаешь меня так же как Ник, верно? Верно. Выходит ты всё тот же мой любимый дядюшка. Немного злобный, конечно. — Ангел предупреждающе взглянул на девушку, но та проигнорировала его взгляд. — Но всё же мой дядюшка. Смирись.       — Ты хоть думаешь, с кем говоришь, человек.       — Ой, да ладно тебе! Не будь злюкой! Я же все-таки пытаюсь наладить родственный контакт, — обижено пробурчала Чакки. Люцифер склонил голову набок. Кого-то она ему напоминает, определённо. Дальнейшую триаду подростка о важности отношений между родителем и ребёнком он благополучно прослушал, может быть, только поэтому не прибил болтливую бестию. Падший с каким-то странным интересом наблюдал за её немного резкими движениями рук, забавным подёргиванием бровей. Её лицо ходило ходуном, в то время как она что-то упорно втолковывала Ангелу. А ещё во время того, как она наворачивала круги вокруг мужчины, с волос слетела резинка и теперь они кудрявым хаосом топорщились на голове.       Нейтан на это бы отшутился: «Льва пизданули электрошокером».       — Нет! Ну ты меня вообще слушаешь?! — возмущённо вскрикнула Логан. Дьявол скучающе глянул на бурчащего подростка, оттолкнулся от косяка. Схватив за плечи Чакки, развернув её лицом к двери, он открыл дверь и, подталкивая упирающуюся девушку, попытался вытолкнуть её за дверь.       — Эй! Ты чего удумал!       — Иди, иди, давай, куда там тебе надо было.       — Дядя…       Дверь за Чакки захлопнулась. Разгневанная Логан всплеснула руками, пошарила рукой в кармане куртки. Выудив пачку сигарет, встряхнув её привычным движением и зубами выудив сигарету. Шатенка надувшись, как хомяк, закурила.       «Вот вечно так. Ты к ним с душой, а они. Эх.»       Телефон в кармане завибрировал, после чего разразился диким воплем.       «Встреча! Дин! Точно! Да он меня прибьёт, ёлки-палки!»       Логан бросилась бегом вдоль аллеи, пыхтя, сшибая редких прохожих. Кто-то крикнул ей в след ругательство и подросток на ходу обернулась лицом к тому гаду, что обругал её, показала средний палец.       «Знал бы ты кто мой дядя, молчал бы в тряпочку»

***

      Стоило только Чакки вломиться в кафе, как её тут же пригвоздил к полу убийственный взгляд Дина. Выглядел он, мягко говоря, хреново. Тени залёгшие под глазами, заспанный вид, топорщащиеся волосы, помятая куртка. Он и раньше не был особо опрятен, а теперь будто в подвале вывалялся. Хотя, это и не удивительно. Провести пару суток за рулём и быть чистеньким — это задачка из разряда «невыполнимо».       — Ты опоздала, — хриплым голосом оповестил девушку охотник, стоило ей только плюхнуться на красный диванчик.       — Я знаю, — Чакки взяла в руки меню. Пару раз перекрутила его, внимательно читая текст, в то время как само меню висело вверх тормашками. Винчестер с недоумением наблюдал за действиями знакомой. — Блин, ни черта не понятно!       — Переверни.       — Что?       — Переверни меню.       Логан пару мгновений о чём-то думала, хмурясь, но всё же перевернула злосчастную бумажку.       — О! Так действительно лучше! Спасибо, Дин.       — Так, крошка. Прекращай валять дурака и давай ближе к делу.       — Пончик.       — Что?       — Хочу пончик, — глубокомысленно заявила Логан, заставляя Винчестера усомниться в её психическом здоровье. — Официант! — рявкнула она так громко, что ближайшие посетители недовольно глянули на их парочку. Дину собственно было всё равно, но ему не хотелось привлекать лишнего внимания в городе, где обосновался сам Дьявол, поэтому он дёрнул подростка за рукав.       — Ты что творишь? — зашипел мужчина.       — А что? Я пончиков хочу. Ты тоже себе поесть закажи. Чую, мы здесь надолго.       К столику, за которым обосновались Винчестер и Логан, подошёл высокий тощий официант болезненного вида. Он отсутствующим взглядом глянул на парочку и уткнулся в свой блокнотик, бубня заученное приветствие и ещё какое-то объявление о «лучшем меню этой недели».       — Что будете заказывать?       — Мне пончиков с клубничным джемом и шоколадом. Доппио и-и-и-и… Ну, и всё наверное. Дин? — девушка оторвала взгляд от меню, выжидающе глянула на своего спутника.       — Двойной бургер и коллу.       — Будет через пару минут, — чиркнув в своём блокнотике, официант болезненного вида поплыл в сторону кухни. Проводив его насмешливым взглядом, Логан многозначительно хмыкнула.       — Последователь Сумерек, хмпф.       — Чакки, — вздохнул охотник. Его зелёные глаза слипались от недосыпа, тело было словно свинцовое, а воспалённый от усталости мозг отказывался работать. Того и гляди Винчестер норовил заснуть прямо за столом. — К чему всё это? У меня складывается впечатление, что ты оттягиваешь время.       Девушка вздохнула, раскинув руки на спинке дивана и запрокинув голову. Буйство энергии поутихло, осаждённое словами охотника, и теперь шатенка остро чувствовала усталость.       — Я не оттягиваю время, Дин. Просто… Это трудно. Прошло всего пара дней, а со мной уже столько случилось. Чувствую себя сумасшедшей и-и. Чёрт!       — Так что случилось?       — Люцифер занял тело Ника, я под его опекой, так как, цитирую: «Я отдам тебе своё тело, только в случае того, если моя любимая племяшка будет под защитой» и бла-бла-бла. — будничным тоном протянула Чакки, подняв вверх руку и сложив пальцы в виде «уточки». — А после этого в дом заявляется демон, который порол какую-то чушь об Отце и прочей ереси. Но это не самое интересное!       Логан подалась вперёд, нависая над столом, заглядывая в потускневшие зелёные глаза мужчины. Который, к слову, почти разлёгся на столешнице, подпёр кулаком щёку, но пытался оставаться сосредоточенным.       — Что же может быть интереснее?       — Люцифер убил мою маму! — чуть ли не на весь кафетерий заорала девушка. Дин даже подскочил на месте, смотря ошарашенным взглядом на тяжело дышащую шатенку.       — Это правда? — только что вошедший Сэм застыл на месте. Чакки оглянулась на него, криво улыбнулась и снова села на место, не забыв сложить руки на груди. Младший Винчестер спешно приблизился к столику, не сводя взволнованного взгляда со спины девушки. Сев рядом с братом, напротив подростка, он сцепил рук в замок. Этот его щенячий вид несколько выбешивал Логан.       — Вот только не надо на меня так смотреть!       Сэмми лишь осталось поднять руки вверх в капитулирующем жесте.       — Подожди-ка. Люцифер убил твою маму? — Дин нагнулся к столу, прищурившись. То ли неверие, то ли скепсис отразились на его лице. Чакки одарила его мрачным взглядом, ей не терпелось высказать всё что накипело, но заметив краем глаза движение, поджала губы. К столику подошёл официант с заказом. Быстро расставив тарелки и напитки, бросив скомканное «приятного аппетита», парень ретировался. Сразу было видно, что ему неудобно находиться рядом с такой разношёрстной компанией. Со стороны Винчестеры и их спутница не вселяли доверия, хоть и особо не выделялись из серой массы. Но для Пайк-Крик охотники всё равно, что бельмо на глазу. Согласитесь в городке численностью населения в сотню человек, в котором каждый знает, кто с кем спит, что делает по выходным, новым лицам трудно остаться не замеченным.       Сэм вытянул руку и осторожно сжал крохотную ладошку девушки, доверительно заглядывая в её потемневшие карие глаза.       — Мне жаль, Чакки. Если бы я только…       Девушка не дала ему закончить, грубо вырвав свою руку. На её лице отразилась горечь, нижняя губа задрожала, ещё чуть-чуть и она расплачется.       — Ничего бы не изменилось, Сэм. Разве что вместо одного трупа было бы два.       — Спешу тебя обрадовать, — хмыкнул Дин, сосредоточив всё своё внимание на бургере, который так и манил своим аппетитным запахом прожаренного мяса, только запечённой румяной булочки и прочими деликатесами любителей фаст фуда. — Наш Сэмми — оболочка Люцифера.       Слова застряли в горле. Логан ошарашено уставилась на младшего из братьев, абсолютно отказываясь верить в выше сказанное. Мужчина бросил хмурый взгляд на брата, ясно говорящий о том, что можно было и как-нибудь по мягче сообщить такую новость.       — Что? Она всё равно узнала бы, — громко чавкая, смакуя каждый кусочек, отмахнулся Дин.       — Как давно?       — Что? — обернулся на голос подростка опечаленный Сэм. Он без лишних пояснений понял, о чём спрашивала шатенка, но вопрос сам собой вырвался.       — Как давно ты знал, что ты настоящая оболочка Люцифера?       По лицу младшего Винчестера было видно, что он не особо жаждет говорить на эту тему, но заглянув в молящие карие глаза, юноша сдался. Он всегда был неустойчив к таким взглядам, слишком близко всё принимал к сердцу. Вот и теперь удручённо вздохнув, сделав новую попытку сжать в своих руках крошечную ладошку Логан, что к слову у него вышло, ответил:       — Несколько дней назад. Он явился ко мне в образе какого-то мужчины. Тогда я и узнал. Но, Чакки, я правда…       — Всё хорошо, Сэм, — Чакки положила поверх рук Винчестера свою, нежно погладив сухую кожу большим пальцем. — Правда. Со мной всё будет в порядке.       Мужчине лишь осталось смириться. Он всё ещё ласково смотрел на неё, такую маленькую, с этим загнанным взглядом оленёнка. Ему не удалось спасти Джессику, но он хотел оградить от всего этого кошмара хотя бы её. Чакки улыбнулась краешками губ, и было это так чарующе невинно.       — Если вы закончили обмениваться нежностями, то нужно решать что делать.       Чакки тут же отдёрнула руки от тёплых ладоней Винчестера. Оба смутились и поспешили отвести взгляды. Они ведь понимали, что нарушили шаткую грань между дружбой и чем-то большим. Теперь смотреть друг на друга без этих сердечных заморочек будет трудно. Логан схватила с тарелки упитанный пончик политый шоколадом, с остервенением вгрызлась в него.       — Если ты не забыл, то говорил, что знаешь что-то о Бетти, — прочавкала шатенка.       — Мгм, да, — Дин замялся. Ну, как сказать этому чуду, что один надоедливый Ангел закинул его в будущее, где она сама ему дала сомнительную подсказку, где искать племянницу? Человек в здравом разуме никогда не поверит в подобное. Но, похоже, вспомнив, что Логан, как и они, не совсем в здравом рассудке, решил сообщить хоть часть правды.       — Ну и?       — Короче…       — Длиннее, — передёрнула охотника шатенка, доедая третий пончик. — Ммм, с клубникой!       — Не перебивай меня!       Указательный палец угрожающе ткнулся в сторону широко улыбающегося подростка. Девушка лишь ехидно пожала плечами. Сэм сдержано улыбнулся, исподлобья глянув на Чакки.       — Всё что я знаю, так это то, что тебе нужно искать её там, где ты впервые встретила ЕГО.       Между охотниками и девушкой повисла напряжённая тишина, которую в скором времени нарушил громкий истеричный смех Логан. Она хохотала широко раскрыв рот, прижав ладони к животу. Даже в уголках глаз выступили слёзы. Братья непонимающе переглянулись.       — Не, ну это каламбур просто какой-то, — отсмеявшись, прохрипела шатенка.       — Ты мне не веришь? — серьёзно произнёс Дин, отложив промасленную обёртку от бургера в сторону.       — А ты сам-то в это веришь? — выразительно взглянула на мужчину Чакки. — «Ты найдёшь её там, где впервые встретила ЕГО». Да это ж бред! Дин, что угодно! Я поверю в любую ересь, которую ты мне только скажешь, но это… Брат, это не просто ересь, это чёрт знает что!       — Кто-то заказывал черта? — послышался насмешливый голос, заставив святую троицу вздрогнуть.       «Кажется, у нас очередные проблемы»