А я найду своё счастье?

Pov Алиса. Я задыхаюсь от боли, как он может так нагло лгать мне? Ненавижу! Придурок! Резкие удары в дверь, и она открывается с хлопком о стену. -Какого черта ты себе позволяешь?! Его синие и глаза метают молнии, а черные рас трепаные волосы выглядят как будто их забыли расчесать… -Уйди из моей комнаты. Мой голос тих. Но я пытаюсь что бы он не дрогнул. -Ах, мне уйти? Может мне вообще уйти из твоей жизни?! Что ты о себе возомнила, маленькая дрянь. Его тембр голоса понижается, мне становиться страшно, когда он нависает надо мной. -Могу я уйти. Если вы желаете господин Аттвуд. Я вижу, как его глаза становятся полностью черными. А я отвыкла от такого него. -Маленькая дрянь. Одни хлопоты от тебя! Резкий вскрик, и он исчез. Я прижимаю руку ко рту и понимаю, кричала я. Какого черта? Тело бьет мелкая дрожь, а на глазах наворачиваются слезы. -Не плачь дитя. Я вновь вскрикиваю и резко встаю на ноги. Везде пустота. Темнота. Я молча озираюсь и пытаюсь найти того, кто разговаривает. -Не ищи. Рано еще. Голос такой спокойный, но довольно звонкий, но он не приносит дискомфорт. Он успокаивает, нежные поглаживания по голове холодной рукой. Почему не страшно? Не знаю. -Вставай маленькая дрянь. Ночью спать надо. Я открываю глаза и чувствую, как ярких свет ослепляет. Я вздыхаю, прогоняя остатки сна, и этих прикосновений. Меня хватают за подбородок и заставляют поднять на него. -Иди готовь, и сделай что бы это можно было есть. -Я не разрешала тебе входить в мою комнату. Мой голос холоден. Я не понимаю его. Почему предает он, а виновата я, почему? -Я.Сказал.Иди. На последнем слово вылетает рык, и он меняется. Резко отпустив меня и поняла, что мне жгет подборок, поднеся руку и поймав каплю крови я услышала как хлопнула дверь. -Почему? Один вопрос слетает с моих губ. И я вновь понимаю, что хочу плакать. Встав с кровати я поняла что так и не переоделась, и что совершенно не помню как легла на нее. Открыв дверь, я вижу четыре царапины, как будто от медведя. Медленно содрогаясь, спускаюсь вниз. Тишина и пустота. Петровича не ту дома, что еще сильнее вводит в страх, и недоумение. Готовя не помня, как и что делала я все поставила на стол и собиралась уходить как услышала тяжелые шаги. С каждым шагом я хотела все сильнее, и сильнее сбежать. Хотя бы с кухни. -Где вторая порция? Тяжелый бас, пробудил меня от моих мыслей и заставил открыть глаза, как хорошо, что я была отвернута от арки входящей в кухню. -Не желаю обедать с вами господин Аттвуд. Я повернулась и улыбнулась дежурной улыбкой. -Я не спрашивал твоего желания. Взяла тарелку и положила себе, и села. Когда я домыла последнею кружку, еще раз улыбнувшись синим глазам, я собиралась выйти из кухни. -Ты меня плохо поняла? Не какого прикосновения, ни каково удара. Но что-то заставило меня остановиться, и вскоре подчиниться. Наложив себе того же, что и я Максиму я присела на противоположный стул и тут же услышала смех. Тихий, но полный ярости, и надменности. -А я разве позволял собаке сидеть рядом с хозяином? Подняв на него глаза, я вижу, как он ухмыляется, поганой улыбкой. -Я сказал тебе присесть, но не уточнял куда. Думал ты девочка умная. А оказалась тупа как пробка. Весь аппетит испортила. Я закажу что ни будь. А эти помои ешь сама. С этими словами он встал и еще раз надменно взглянув на меня выше из кухни. Вздохнув, я принялась все убирать со стола, анализируя ситуацию. Страшно, страшно видеть прежнего Максима. Такого высокомерного индюка. Как бы мне сейчас смешно не было, я хочу плакать, почти все вернулось на пути своя. Почему почти? Потому что я тогда его ненавидела.