Увядшие мечты

      Фриск очнулась и тут же стала поправляться. Может, так на неё подействовала забота со стороны Санса, а может, организм наконец-таки начал бороться с болезнью. Одним словом, девочка стала выздоравливать, и эта новость вызывала двоякие чувства у низкого скелета.       Он не мог не радоваться её выздоровлению, но оно приближало тот момент, когда Папайрус потащит ребёнка к королю, который её убьёт. Санс видел проблеск радости в глазах брата, когда сообщил ему, что Фриск очнулась; он прочёл в них непреодолимое желание брата сдать Азгору последнюю душу и стать "героем". Любое улучшение здоровья девочки Папайрус воспринимал, как праздник, ожидая с нетерпением того момента, когда она умрёт.       Именно поэтому Санс начал разрабатывать план побега. Он прекрасно понимал весь риск и знал, что второго шанса не будет. Но он думал не о себе, и решимость его прибавлялась.

***

      Фриск сумела встать на ноги через 6 дней после пробуждения. Поддерживаемая Сансом, она буквально второй раз училась ходить, когда вошёл Папайрус. Увидев, что ребёнок может передвигаться, высокий скелет ухмыльнулся, и Санс понял, что жизнь девочки висит на волоске. - Хэй, малая, дальше попробуй сама. Я пока перекинусь парой слов с бра... с боссом.       Они пошли на кухню, где Папайрус недовольно спросил: - Что тебе от меня надо? - Ты уже собираешься тащить её к Азгору?       На лице главы королевской стражи появилась широкая ухмылка. - Ну надо же, ты стал соображать быстрее. Конечно да! Но тебя это вообще не касается! - Ошибаешься,-с какой-то угрозой сказал Санс и сразу же понял, что наломал дров. Ухмылка с лица его брата сползла, оставив лишь гнев. - Не слишком ли ты распоясался, псина? Твоё дело - молчать и выполнять мои поручения. Так что заткнись и не мешайся!       Папайрус помолчал, затем продолжил: - Я уже кучу времени терплю эту тварь в доме. Она теперь вполне здорова, может ходить, так что я могу спокойно доставить её к королю. И это моё дело. Не лезь, а не то снова устрою в гараже пыточную.       Санс напрягся. Рёбра, повреждённые в прошлые разы его наказаний, резко кольнуло. Он сглотнул и более спокойным тоном сказал: - Я имел в виду, что ты ошибаешься насчёт того, что она уже здорова. - Она уже способна ходить! - Да, но... Босс, она ещё не окрепла. А путешествие предстоит очень долгое. Ей нужно чуть оправиться от своей болезни. Выжди немного для гарантии. Будет ведь не очень удобно, если болезнь вернётся к ней на пути к Азгору.       Папайрус задумался. С одной стороны, его братец был прав: человек выглядела не самым лучшим образом. Она осунулась, побледнела, и кое-как держалась на ногах. Если отправиться сейчас, то тварь может снова подцепить заразу. Тащить же её на себе...       Но с другой стороны, высокий скелет догадывался, что Санс неспроста печётся о ней. Он всё прекрасно понимал: человек непостижимым ему способом ухитрилась как-то привязать к себе этот ленивый мешок костей. Он теперь умереть за неё готов. В душе у главы стражей шевельнулось любопытство: как она это проделала? Он ломал брату волю и желание сопротивляться годами, бил его, запугивал, но так и не смог добиться идеального послушания, а человек очаровал Санса настолько, что тот за неё и в огонь, и в воду. И это всё несмотря на то, что всё лицо этой девочки усыпано ненавистными для низкого скелета золотыми цветами!       Папайрус тщательно взвесил все за и против, но всё-таки признал, что брат прав. - Ладно,-процедил он.-Я дам ей ещё неделю. А потом веду к королю.       Он тут же вышел.

***

      На самом деле, Папайрус не просто решил выждать полного выздоровления ребёнка. Он хотел узнать, как она привязала к себе его братца. У него была целая неделя, чтобы выведать этот секрет, а умереть девчонка всегда успеет. Зато Санс станет верным и покорным, как только высокий скелет узнает у неё правду.       Но что-то сразу пошло не так. Когда Папайрус отослал Санса на патрулирование на целый день, девочка прежде не покидавшая гостиную, ушла в маленькую кладовку, которая служила низкому скелету комнатой, и заперлась. Она просидела там целый день, не издавая никаких звуков, и вышла лишь тогда, когда пришёл Санс. Папайрус лишь скрипнул зубами, но подавил в себе гнев и позвал всех за стол.       Он приготовил своё любимое и лучшее блюдо - спагетти. Глава стражи ухмыльнулся, когда увидел, как скривилось лицо его братца, но тот ничего не сказал, ведь иначе пытки были обеспечены.       Зато человек, не подозревавшая ни о чём, робко вымолвила: - Выглядят потрясающе,-тут она замялась.-А... а это правда мне?       Папайрус немного растерялся: тварь человеческого племени смотрела на тарелку с обычными, для него, непревзойдённого мастера, спагетти, как на чудо, и не осмеливалась даже притронуться к ней. Зато Санс вдруг выпалил: - Эмм, малая, тебе лучше не есть это, твой... организм ещё не окреп для такой пищи. - Она будет есть то, что я велю ей есть,-ядовито произнёс Папайрус и подвинул к человеку тарелку.       Ребёнок с некоторым сомнением взяла вилку, подцепила пару макаронин, щедро облитых красным соусом, и отправила в рот. Санс сглотнул, а Папайрус жестоко улыбнулся. Надеюсь, продавец специй не обманул, и новая приправа действительно обжигает, как огонь.       Девочка резко побледнела, слегка наклонилась и прижала руку к груди, из глаза потекли слёзы. Звук лёгкого кашля порадовал Папайруса: не зря потратил деньги! Но дальше случилось нечто.       Ребёнок, еле сдерживая кашель, улыбнулась. Она произнесла совершенно неожиданную фразу: - Как вкусно!       Санс чуть со стула не упал, а Папайрус еле сумел скрыть свой шок. Неужели эту тварь ничем не поразить?! Как она смогла говорить, ведь он специально влил в её тарелку чуть ли не всю смесь. А улыбка девочки становилась ярче, и она с энтузиазмом продолжила есть, не замечая собственных слёз.       Когда тарелка опустела, девочка повернулась к Папайрусу и шёпотом сказала: - Спасибо тебе... вам огромное. И как же вы догадались, откуда вы узнали...       Её слова становились бессвязными и непонятными, и вдруг она расплакалась. Поражённый столь быстрой сменой эмоций, глава королевской стражи бессильно наблюдал за тем, как его брат подхватил безудержно рыдающего человека и куда-то увёл, бросив на высокого скелета довольно злой и грозный взгляд. Папайрус посидел немного на кухне, затем стал наводить порядок, не понимая, за что тварь его благодарила.

***

      Прошло несколько дней, но Папайрус так и не приблизился к желаемому. Это его дико злило, но он не позволял себе срываться, ведь за ребёнка он отвечал своей головой. К тому же, как ни странно, причинять боль ребёнку он хотел не так сильно, как раньше, и это его дико злило.       А человек даже и не подозревала о его мыслях. Она явно его боялась, но при этом всегда хвалила его готовку, была послушна и покорна. Более того, девочка всячески пыталась ему угодить, и когда Папайрус и Санс возвращались с дежурства, их дом был прибран и чист, а на столе стоял ужин.       В первый раз, когда произошло такое, высокий скелет придирчиво осмотрел весь дом, но не нашёл и пятнышка грязи. Однако он всё равно сделал человеку выговор. - Это мой дом, и я не помню, чтобы разрешал тебе по нему лазить. - Извини... те,-прошептала девочка, глядя в пол.       Ужин Папайрус тоже разругал на все корки: - Пересоленное и холодное, просто ужас.       Но ребёнок не растерялся: - Меня никто не учил готовить, поэтому создать блюдо, подобное вашему, я даже и не надеялась.       Глава королевской стражи посмотрел на неё с подозрением. Вдруг это попытка втереться к нему в доверие?       Но девочка виновато улыбнулась, и все подозрения исчезли. Нет, она слишком глупа, чтобы подумать о таком. В итоге, весь вечер Санс тайком снимал на камеру, как его брат учит ребёнка готовить. Девочка с серьёзным лицом выполняла все указания Папайруса, а когда тот попробовал и одобрил полученное блюдо, очень обрадовалась и обняла его.       Высокий скелет дёрнулся, но тут она осознала свой поступок, разомкнула объятья и удрала от греха подальше. Санс вместе с ней.

***

- А у неё определённо есть талант кулинара,-сказал Папайрус на следующий день, поглощая ужин, приготовленный человеком. Заметив удивлённый взгляд брата, он добавил: - Я просто констатирую факт. Жалко, конечно, что такой талант пропадёт, когда я с ней разберусь.       Санс дёрнулся, его глаз вспыхнул красным. - Ты это серьёзно?       В комнате на миг повисла угрожающая тишина. Затем Санс вскочил со стула и закричал: - Неужели ты серьёзно сможешь отдать её на смерть? Какой же ты бесчувственный и тупой! - Санс, ты можешь пожалеть о своих словах,-с угрозой произнёс Папайрус, пытясь отрезвить брата.       Но того понесло: - Она очень хорошая, добрая и славная! Она искренне старается всем помочь и всех обрадовать. Фриск никого и пальцем не тронула, хотя могла, и повод для рукоприкладства у неё был! - Может, она понимает, что слаба и не в состоянии победить в битве! - А может, она просто видит хорошее в любом куске дерьма? Таком, как ты или я!       Папайрус встал, его глаз тоже светился красным. - Немедленно заткнись и не смей сравнивать себя и меня! - Она святая!-с чувством произнёс Санс, не реагируя на слова брата.-Она всех нас любит и хочет спасти. А тебя она даже считает хорошим в глубине души. Думает, что тебе все ещё можно помочь!       Шум с улицы прервал их. Красные огни в их глазах померкли, и они, как ни в чём не бывало, огляделись по сторонам. - А где Фриск?-обеспокоенно спросил Санс.       Ещё через секунду они оба бросились на улицу.

***

      Толпа монстров окружила человеческого ребёнка, готовая разорвать его на куски. Сейчас они спорили, кому она достанется, ведь тот, кто доставит её королю, получит огромные привилегии.       Фриск отползла и прижалась к стене какого-то здания. Ей было страшно. Все эти существа гнались за ней, пока она не упала и не поползла. Затем её силы закончились, и она приготовилась к смерти. Но пока что монстры лишь обсуждали, кто её получит. Легче от этого девочке не стало, и она закрывала уши каждый раз, как слышала из толпы крики: - Она моя! Я первый её увидел! - Вот уж дудки! Я буду тем, кто сдаст её королю! - Ха! Ещё чего!       Внезапно все стихли, и Фриск отважилась открыть глаза. Она еле удержала крик радости, когда увидела Папайруса и Санса. Их появление, несомненно, спасло ей жизнь. - Итак,-пугающе-ласково спросил высокий скелет.-какого чёрта здесь происходит?