Галлюциногенный бред

Весь день ходил как на иголках. Что такого раскопал Карлус, что ему срочно понадобилось меня увидеть? Чертовы нервы. Чертово нетерпение. Чертов Карлус, не мог вечером прислать?! Я ходил рядом с замком и злился, в основном на себя. Если бы не собственные чувства и нетерпеливость, было бы гораздо легче. Только ничего сделать с этим я не в состоянии. Приходиться ходить и изводить себя глупыми мыслями и догадками. С огромным трудом дождался вечера. С еще большим трудом дождался пока все уснут. И только убедившись, что почти весь факультет спит, за исключением некоторых индивидуумов, что нашли на эту ночь занятие более приятное, выбрался из замка, принял свою анимагическую форму и побежал к антиаппарационному барьеру. Переместившись к особняку Поттеров, не стал торопиться и вначале обошел округу и проверил (что проверил? на предмет чего? каким образом? Больше, больше информации!!). Паранойя цвела и пахла, и ничего с этим делать не хотел. Слишком нервничаю и боюсь совершу множество ошибок. Вот и перестраховываюсь, почем зря. Зайдя в особняк, сразу же направился к кабинету Карлуса. Но тот без лишних разговоров, велел идти за ним к алтарю рода. Предварительно проверив меня на заклинания подмены и продержав час в специальном помещении, чтобы убедиться что я - это я. Все это время он молчал, а по его виду я понимал, что сейчас тоже лучше молчать и ни о чем не спрашивать. — Ты был прав на счет того человека. — Стоило нам коснуться алтаря и принести клятвы, как Карлус заговорил. — Он что-то на подобии вербовщика. Находит детей магов, в основном из приюта и вербует их. Так, чтобы они этого не замечали. — И это ты смог выяснить за неделю? — Моему удивлению не было границ. — Не я. Некромант, Которого я нанял. Того человека пришлось устранить. — Безэмоциональным голосом сказал Карлус. — Он наносил на детей печать подчинение, после чего привязывал их к себе и инсценировал собственную смерть. Дети на протяжении всей жизни были ему благодарны. Да, со временем воспоминания стирались, но привязка, на которой собственно и держится первое время печать, оставалась. — Было видно, что за равнодушием он скрывает ярость. Слишком сильно он сжимал скулы. — Потом ему стирали память. Очень качественно. Так, что даже дух смог вспомнить лишь обрывки, из которых мы собственно и сделали выводы, о его действиях. — Видя, что я его не перебиваю и внимательно слушаю, он продолжил. — Благодаря нему мы вышли на связного, а оттуда дальше. Знаешь куда привели нас поиски? — Нет. Даже предположений не имею. — Честно признался я. — Церковь. — Он зло улыбнулся. — А если точнее, инквизиция. Ты понимаешь, что это значит. — Нет. — Вновь вынужден был признать я. — Только догадки. — Поверь, все твои догадки - ничто по сравнению с тем, что может быть на самом деле. — Он аж зубами скрипнул. — Нас решили истребить, причем, руками наших собратьев магов. И ведь формально они даже статут не нарушают. — Он выплюнул последнее предложение, словно ругательство, при этом с силой ударив кулаком по алтарю. — Чертовы святоши! Мало им было того, что мы ушли в тень! Они решили нас окончательно уничтожить. — Все настолько серьезно? — Обеспокоенно спрашиваю его. — Более чем. — Помрачнел Карлус. — Некромант после подобных известий даже от платы отказался. Слишком информация неоднозначная. — Насколько все плохо? — Зеркально повторил мрачный вид Карлуса. — Не так, чтобы очень. Действовать они начали только в середине прошлого века. Основной их фронт работ в Испании, Британии, Германии, Америки, Аргентине, Швеции, Финляднии и Японии. Но у последних им практически не удалось закрепиться, все же вера другая. Россию им захватить не удалось, но те и сами справляются с ее развалом. Китай и страны ближнего востока находятся под угрозой. Им готовятся нанести удар. — И все это вы выяснили за неделю? — Не поверил я. — Да. Хороший некромант и несколько десятков родовых ритуалов могут многих разговорить. Какая бы ни была воля, ее можно сломить. — Жестко сказал он, прямо смотря мне в глаза. — В общем, все плохо, но шансы есть. Но, боюсь, эту войну нам не выиграть. Скорее, если мы даже обозначим удар, эти твари затаятся и подождут. А всех разом уничтожить нам не удастся. — Печально закончил он. К концу речи у него словно стальной стержень вынули. — Доре я не говорил пока результаты. Не хочу ее волновать. Поэтому просто переправил в Россию, пусть пришлось потратиться, но ее здоровье важнее. — Почему туда? Сам сказал, что церковь давно на них зуб точит? — Нет, мне искренне любопытно. — Они, — Карлус усмехнулся, — не смогут им что-либо серьезное сделать. Силы не те. Не приживаются инквизиторы на той земле, свои же душат. Когда была травля, именно маги прикрыли церковников, так что там им ничего не светит. А сил для захвата у них еще долго не наберется. — Дай угадаю, некромант был Русским? — Решил уточнить. — Из рода Кощеев. — Подтвердил мою догадку Карлус. — Он обещал все поведать деду. Уверен, тот что-нибудь да придумает. — Почему решил мне все рассказать? — Задал наиболее важный для себя вопрос. — Не все. Даже малой части того, что узнал, не поведал. Но этого тебе достаточно, чтобы ты не делал глупостей. — Решил немного раскрыть карты он. — Боюсь, что все равно сделаю. — Признался я. — Ну, тогда надеюсь, что хотя бы прежде чем что-то сделать, подумаешь. — Тяжело вздохнул он. — Сам понимаешь, нам рано что-то предпринимать. Слишком мы мало знаем. — Это ведь не все. — Слишком все легко. — Ты должен оставить наследника. — Припечатал Карлус. — Карлус, я уже дважды был женат. Третьего раза не будет. — Попытался уйти от подобной перспективы. — А никто и не говорит о браке. Ты должен сделать ребенка Кощеям. — Что? — Аж опешил от подобного я. — Что ты им выдал? — Ничего. Некромант сам сказал, что чувствует силу твоего рода от меня. Тогда-то и пришлось рассказать о тебе. Знаешь, он даже не удивился. Сказал только, что род Баюнов надо сохранить любой ценой... И сделал предложение от которого сложно отказаться. — Покровительство для Дореи и будущего ребенка? — Решил проверить свою сообразительность. — Да. Это было одно из условий, они даже согласились выучить будущего малыша до звания мастера. — Он смотрел прямо мне в глаза, демонстрируя, что готов ради жены на все. — Только ради Дореи. — Скрипя зубами, согласился на это условие я. — Но я хочу хотя бы изредка видеть ребенка. — Решил поставить условие. — Это не мне решать. — Немного облегченно выдохнул Карлус. — На следующей неделе будет встреча с патриархом рода Кощеев, там все и решите. Я выступаю лишь как посредник. — Все ясно. — Мне даже не обидно, что меня продали. Чего-то такого я от него и ожидал. — До следующей недели. — Решил уйти и обдумать все сегодня услышанное. Карлус не сделал попытки меня остановить, видимо, подозревая что я сейчас чувствую. В Хогвардс вернулся под утро, предварительно проредив число акромантулов в лесу. Однако, не успел толком отойти от их логова, как на меня напал оборотень, точнее, щенок оборотня. Благо я всегда держу пассивные щиты. Отразив атаку этого звереныша, первым порывом было уничтожить эту мерзость, но сдержался и просто связал его. Когда начался рассвет, оборотень вновь стал человеком. Точнее ребенком. Одним из компании Джеймса. — И как это понимать? — Обратился к парнишке. — Почему оборотень обучается вместе с остальными детьми? — Прошу, не выдавай. — Взмолился связанный парень. И заплакал. Вот так просто. — Успокойся, объяснись, иначе точно выдам. — Припечатал в ответ, вновь чувствуя себя сволочью. Жалко этого заморыша. И он рассказал. Рассказал, как перед самым поступлением его укусил сам Сивый. Рассказал, что директор разрешил ему обучаться, но на определенных условиях. А потом его тайну узнал Джеймс и решил использовать паренька. Он сдружился с ним, и под этим предлогом смог выпросить у директора книгу по анимагии. Я слушал его молча, не перебивая. И чем больше он рассказывал, тем более жалко выглядел. Ради обучения, он фактически попал в рабство Дамблдора, Джеймса и Сириуса. — Ладно. Я никому не раскрою твой секрет. Взамен требую только одного. Если эти, — сдержав ругательство продолжил, — твои друзья что-то задумают на счет Лили, предупреди. В остальном, делай что хочешь. — Развеяв заклинание, направился в сторону Хогвардса. На парня мне было откровенно плевать, он слишком жалок, его используют все, кому не лень, словно многоразовый гондон. Отдохнуть мне не дала Лили. Ей очень не нравилось мое состояние, поэтому после уроков она попыталась меня разговорить, прибегнув к самой страшной и коварной тактике: — Братик, ты всю неделю ходишь хмурый. Что-то случилось? — И смотрит так жалостливо своими зелеными глазищами, что невольно поддаешься на эти чары. — Дорея заболела. — Выдал я, стараясь скрыть главное. — Тетушка Дора?! Что-то серьезное? — Не на шутку обеспокоилась девочка. Все же они, похоже, смогли сблизиться за столь короткое время. Дорея удивительная женщина. — Нет. Но сама понимаешь, как беспокоюсь. — Она лишь кивнула, прижавшись ко мне. — Но это ведь не все. — Смог расслышать от прижавшийся к груди девочки. — Да. — Не стал скрывать. — Карлус хочет заключить договор на меня. — Договор? — Она приподняла голову, так и не выпустив меня из объятий, и непонимающе посмотрела в глаза. — Да. Договор на моего будущего ребенка. — Еще больше мрачнея, отвечаю ей. — Ребенка? — Она даже отступила на шаг. — Ребенка. Дело в том… — И как ей объяснить. Черт, не знаю. Не знаю. — Это сложно. Я не знаю, как тебе это все объяснить. Это нужно для лечения Дореи. — Решил сказать немного правды. — Род Баюнов, его хотят возродить. Договора еще нет, но, сама понимаешь, я не смогу отказаться. Тем более, что они пошли на такую жертву. — Жертву? — Лили была озадачена. — Ты же читала законы? — Девочка кивнула. — Что ждет девушку, что забеременеет, не будучи замужем? — Она не ответила, но побледнела и передернула плечами, явно показывая, что поняла о чем идет речь. — Если у просто лишившийся невинности еще есть шансы, то после беременности они падают. Так вот, род, что хочет возродить Баюнов, согласился принести подобную жертву. Это все еще не точно, но, боюсь, иного выхода у меня нет. — Братик. — Шмыгнув носом, вновь прильнула ко мне девочка, крепко стискивая в своих объятьях. Так мы просидели с ней практически весь день. Мы просто говорили на разные темы. Обсуждали те или иные законы, и как они разнятся, а порой и противоречат законам предков. Как ни странно, этот теплый, рыжий, зеленоглазый комок позитива смог значительно поднять мне настроение. А под конец так вообще заявила: — Раз я стану тетей, то хочу хотя бы изредка видеть малыша. — Ну как ей отказать? А буквально на следующий день, столкнулся в коридоре с Беллой, которая вновь попыталась отвесить мне пощечину. Кажется, я догадываюсь за что на этот раз. На этом она не остановилась, и после трех безуспешных попыток, немного успокоилась и выдала, что я аж чуть в осадок не выпал: — Мог сразу рассказать. Что я, не понимаю что ли? — Вот это меня реально поразило. — Я, конечно, догадываюсь, о чем ты. Но причины не в этом. — Естественно, это взбесило девушку. — А в чем тогда?! Я тебе не нравлюсь? Чем я хуже этой Келлы? Почему ты на меня даже не смотришь?! — У нее из глаз хлынули слезы. — Чем я хуже? — Под конец как-то совсем тихо прошептала она. — Дело не в тебе. — О, магия! Что за банальность я несу... — Я уже дважды был женат. — В доказательство задрал рукав. — Третий раз наступать на те же грабли не горю желанием. А портить жизнь, просто переспав... Я не на столько бездушная сволочь. Так что, забудь о моем существовании и живи. Развернувшись, ушел. Она не стала меня останавливать или что-то кричать в след. Она чистокровная ведьма, и знает, что означает выцветшая татуировка на моей руке. Теперь, надеюсь, она придет в порядок и больше не будет доставлять проблем.