Галлюциногенный бред

Неделя подходила к окончанию, вскоре должна была состояться встреча с патриархом рода Кощеев. И чем больше я об этом думал, тем больше приходил к выводу, что здесь не все так просто. Каким образом моя старая фамилия, которую я вспомнил, а затем и принял под воздействием обстоятельств, может котироваться в этом мире? Ну не бывает такого. Даже если просто представить, что сошлись звезды, или еще нечто невероятное. Это все равно не объясняет подобного положения. Где я и где род Баюнов? Как я могу быть с ними связан? Ну не складывается ответ. Зато под это подходит теория, разработанная мной еще в детстве, все это плод моего больного воображения, навязанный извне для того, чтобы узнать кто был вторым человеком, когда мы убивали Кирилла Лунева. Вот эта теория отлично подходит под все происходящее. Боюсь, что так оно и есть на самом деле. Я пытался отстраниться от мыслей, пытался скрыться в учебе или тренировках. Бесполезно. Всю тщетность собственных попыток познал в конце недели, когда вопросов только прибавилось. Ведь, я частично из-за постоянного напряжения и вопросов, витавших в воздухе, вспомнил немного из жизни Севы. Не сказать чтобы много, но и этого хватило, чтобы осознать, что все детские и недавние выводы имеют под собой обоснование. Так к примеру, мне сейчас говорят о роде Баюнов. Но Сева то знал откуда у них пошла такая фамилия. Дедушка любил по этому поводу пошутить, что воспитательница в приюте перечитала детских сказок и в тот день, когда его подкинули, не нашла ничего умнее, как дать ему сказочную фамилию. Он еще любил говорить, мол «хорошо, Васькой или Кузей не назвали, а то бы точно от подколок не отделался». Отсюда кстати и традиция в семье называть детей, вот только как не пытаюсь, ни имя отца, ни имя деда вспомнить не могу. Да, это были крохи, обрывки воспоминаний, что я вспомнил из жизни Севы, но и этого мне вполне хватило для подтверждения собственной теории. Вот и возникает резонный вопрос, откуда взялся род Баюнов в этом мире? И является ли этот мир таким уж настоящим? Вроде мысли и логичные, но им есть и опровержения. Откуда эта боль в груди, когда вспоминаю смерть мамы? Откуда душевные терзания при воспоминаниях о Гермионе и собственных нелицеприятных поступках? Телесную боль легко можно списать на пытки, а шрамы - на остаточные явления, наиболее сильно отразившиеся на психике, вот воображение и выдает приемлемую версию, чтобы погасить конфликт в мозгах между реальностью и иллюзией. Вопросы, вопросы, и стоит найти ниточку к ответам, как она тут же теряется под ворохом новых вопросов. Создавалось впечатление, еще один, два ответа и я смогу перешагнуть ту грань, что отделяет меня от иллюзии в реальность. Но, как это часто бывает, подобного не произошло. Так ни к чему и не пришел. Дождавшись субботы сбежал из замка в дом Поттеров, понадеявшись скоротать в библиотеке время до встречи. Карлус, заметив мое взвинченное состояние, едва ли не силой напоил успокаивающими зельями со снотворным. За это ему отдельная благодарность. Помогло. По пробуждении я больше не чувствовал того напряжения, что давило на меня всю неделю. Словно сбросил с плеч гору. Дышать сразу стало легче, свободнее. Плевать, даже если этот мир лишь выдумка, то я хочу, чтобы Лили была счастлива, не хочу видеть ее смерть. И я приложу все усилия, чтобы так оно и было. А на остальное плевать, как и на цену, что придется заплатить за такие эгоистичные мечты. Как это ни странно, но спускался из своей комнаты я вполне спокойным и умиротворенным. Естественно, вначале проверил, не оказывал ли Карлус на мое сознание какое-либо воздействие. Нет, все было в порядке. И умиротворение и смирение, это именно мои чувства. Конечно, все проверить невозможно, и до конца быть уверенным нельзя. Спустившись вниз в гостевую, застал Карлуса, разговаривающего с мужчиной средних лет. Выбритая на лысо голова. Волевые черты лица, больше напоминающие вытесанные из камня. Пронзительный, острый взгляд серых, глубоко посаженных глаз. Довольно длинный, немного крючковатый нос. И полуулыбка матерого садиста. Мужчина при моем появлении поднялся на ноги. Два метра, косая сажень в плечах, это именно про него. Внушающие габариты. По сравнению с ним, я все равно что хомячок рядом с медведем. Как ни странно, от него не веяло угрозой или еще чем. Подошел, протянул руку, поздоровались. — Всеволод. — Игорь. — Представился он в ответ мягким баритоном. — Тебе уже объяснили, что от тебя хотят? — В общих чертах, без подробностей. — Честно признал я. — Ну что ж, до встречи еще есть время, и я вполне могу ввести тебя в курс дела. — Мужик не делал скидок на мой возраст и вполне нормально со мной общался. — Ты представитель рода Баюнов, последний из которых считался погибшим… — Стой. — Поднимаю руку, останавливая его. — С чего т… вы вообще взяли, что я имею какое-либо отношение к роду Баюнов? Из-за фамилии? Так это ничего не значит… — Теперь ты подожди. Не торопись. Я все объясню, и можешь обращаться ко мне на ты или по имени. — Я даже не заметил, как мы перешли на русский. Как же я благодарен Ольге за языковую практику, хоть акцент и косноязычие ушло. — Так вот, последний представитель рода Баюнов считался погибшим в схватке с Родами Леманн, Рихтер и Майер в апреле 1945. В результате этого столкновения род Майер лишился последнего наследника, и прекратил свое существование. Род Рихтер, встал на грань уничтожения, у них остались только женщины, и те были на тот момент не старше девяти лет. И последние, Леманн, уж не знаю, что именно тогда произошло, но теперь между Баюнами и Леманн кровавая вражда. Объяснять надо что это значит? — Он прервал повествование и перевел на меня вопросительный взгляд. — Война до полного уничтожения, но с определенными правилами. Главное, не трогать несовершеннолетних детей и при уничтожении всего рода, брать на себя заботу об их воспитании. — Вижу, что знаешь. Так вот, насколько нам известно, ты теперь кровный враг рода Леманн. Можешь сильно не переживать, из всего рода сейчас есть только трое представителей. Все остальные еще несовершеннолетние. Так что советую побыстрее с ними разобраться, как будет время. Считалось что в той битве сгинул последний из рода Баюнов. Так считали все, кроме патриархов родов. Не всех, а только тех, с кем Баюны обычно тесно сотрудничали. — Дай угадаю, ваш род один из таких? — Тут и думать нечего. — Правильно. Мы, и еще несколько семей считаемся и всегда считались союзниками. К тому же, мы кровно заинтересованы в возрождении рода Баюнов, слишком уж у вас дары, скажем так, привлекательные. Даже если передастся только один из даров, это уже хорошо. — Вот мы и подходим к вопросу, с чего ты вообще взял, что я из рода Баюнов? Как уже говорил, не только же из-за фамилии, мало ли кому какую могли дать. — Все верно. До разговора с тобой, мы еще сомневались. Но сейчас последние сомнения отпали. Один из даров твоего рода... мой род чувствует его последствия. — Видя, как я напрягся, он пояснил. — Ты прошел по грани. Мне, конечно, далеко до деда и, тем более, до прадеда, но от тебя буквально веет изнанкой. Только твой род, род Баюнов мог пройти через чертоги смерти. Это один из ваших даров, в чем именно он заключается, никто не знает. Я только знаю, что вы, не являясь некромантами, можете спокойно побывать или пройти чертоги смерти. Мы, как потомственные некроманты, чувствуем это. — Ты так говоришь, будто все дары Баюнов известны. — Он на это лишь рассмеялся. — Нет конечно. Обычно у вас дар подчинения, завязанный на голос или глаза. Баюны еще по этому поводу долго враждовали с родом Горгон, из Греции. От обычного представителя вашего рода если и чувствуются чертоги госпожи, то как и от простых людей. Но изредка встречаются те, кто получил третий дар. Ты являешься ярким представителем тех, кто получил именно третий из даров. В наших родовых архивах он записан как девять жизней. Подробностей, к сожалению, там нет, зато есть подробное описание как ощущается такой представитель. И, сам понимаешь, на протяжении всего разговора я ищу несоответствия и не нахожу их. Так что ты явно Баюн. — Ясно. — Невольно усмехаюсь левой стороной лица. — И что дальше? Нет, я ни на что не претендую, просто ты так все подробно описывал. — А что дальше? — Тот даже сам немного удивился. — Ваш род всегда был, скажем так, эксцентричный. У вас даже родового алтаря не было. Меня только спрашивать не надо, почему так. Одно знаю точно, ваш род всегда мог с легкостью узнать любого из своих представителей, даже если ни разу в жизни до этого его не видел. А входя в другие рода, со временем приобретали двойную фамилию. Вы всегда знали, является ли ваш отпрыск потомком Баюнов или нет. Вон, у тебя тоже двойная фамилия, и я более чем уверен, что довольно продолжительное время ты именно ее второй частью и назывался. — Кажется, я кое-что начинаю понимать. — Задумчиво проговариваю, смотря в пространство над его плечом. — А скажи, все представители моего рода были анимагами? — Анимагами? А! Нет, вы естественные, природные оборотни. Любой представитель вашего рода мог спокойно перевоплощаться в животных. Единственное ограничение - семейство кошачьих. Правда, порой вам нужен был солидный такой толчок для этого. — Природный оборотень? — Насторожился я. — Ну да, вечно забываю, что у вас, европейцев, подобное не принято. И всех природных оборотней едва ли не под корень вырезали. Разница между природным оборотнем и этим вашим анимагом в том, что анимаги перевоплощаются в простых животных, а природные оборотни не только. Природный оборотень может перевоплотиться и в магического зверя, при этом сохраняя все его способности. — Спасибо, что просветил. А то та, кто меня обучил, как-то не удосужилась пояснить этот момент. — В самом деле, Ольга могла бы и рассказать. В душе поднялось легкое чувство раздражения, которое практически моментально погасил усилием воли. — Ну, видимо у нее были свои причины для этого. — Задумчиво проговорил Игорь. — Были. — Легко согласился я, не собираясь вдаваться в подробности. — Ну, у нас осталось еще минут десять, может, еще о чем-то хочешь спросить? — Вообще вопросов много, но у меня сейчас в голове такой сумбур, что боюсь не смогу их вычленить, чтобы нормально спросить. — Бывает. — Патетично отозвался он. — Тогда, посидим в тишине ты как раз может и разберешься с частью своих мыслей. — Он улыбнулся, и принялся о чем-то разговаривать с Карлусом. — Хм-м, а я про него и забыл. Кстати, судя по его виду, он нас вполне понимал и внимательно слушал. Даже не знал, что он полиглот. Долго подумать над сказанным мне не удалось, как и говорил Игорь, вскоре вспыхнул камин и из него вышли те, кого мы собственно и ждали. Первой в помещении появилась женщина с острыми чертами лица, в зеленом, немного странноватом платье. Ее я узнал сразу, не смотря на отсутствие на лице шрамов. Ольга. Это была именно она, только значительно моложе. Тут ей явно только недавно исполнилось двадцать, двадцать пять максимум. Следом за ней из камина вышла молодая девушка с пышными фиолетовыми волосами, в фиолетовом же платье с жестким корсетом, прекрасно подчеркивающим ее высокую пышную грудь. Темные большие глаза внимательно осмотрели всех собравшихся. Она отличалась от Ольг, более плавными чертами лица. Ольга же, ухмыльнувшись, проследовала к дивану и вольготно на нем расположилась. Судя по ее поведению, ей тоже не нравилась затея, организованная Кощеями. — Позвольте представить. — Ничуть не смущаясь, заговорил Игорь, проигнорировав поведение Ольги. — Ольга и Елизавета Мудрых. Побочная ветвь рода Кощеев. Как и тебя, их поставили перед фактом, что договор заключен и им придется с этим смириться. — Игорь говорил на русском, но его все прекрасно понимали. — Сейчас мы собрались, только чтобы вы познакомились, ну и, естественно, обговорили детали. — Игорь, можешь не трудиться в красноречии, — прервала его Елизавета, — тут все всё прекрасно понимают. У меня только один вопрос, откуда этот парень знает Ольгу? — На этих словах, все взгляды скрестили на мне. — А я ее и не знаю. — Спокойно ответил я. Ведь это другой мир, и, судя по всему, тут всё идет немного по иному, да и мое появление внесло свои коррективы. — Просто она чересчур похожа на мою вторую жену. Только у той было несколько шрамов на лице. — И ухмылка, левой стороной лица. — Кхм. — Кашлянул, привлекая внимание Игорь, заодно немного разряжая обстановку. — В общем, давайте я вас представлю, дам каждому короткую справку, и мы с Карлусом удалимся, оставив вас наедине, чтобы вы лучше друг друга узнали. — Ольга на это ничего не ответила, только достала пачку сигарет и закурила, напрочь игнорируя раздраженные взгляды Карлуса. — Ольга, дочь Виктора, моего младшего брата и Инги, в девичестве Горыныч. — Я на этих словах едва не поперхнулся. Таких подробностей о своей второй жене не знал. — Сейчас работает, по вашей аналогии, в отделе тайн. Как же вы их называете? А точно, невыразимцы. Сам видишь, от идеи главы рода она не в восторге, но пойти против не может. А это ее двоюродная сестра Елизавета, дочка моего дяди Марата и Василины в девичестве Патрикеевны (для тех кто не в курсе, гуглите). Она, по вашей классификации сквиб. В отличии от вас европейцев, мы от своей семьи никогда не отказываемся. К тому же, давно замечено, что им так же как и обычным магам передаются некоторые дары, в основном, конечно, не связанные с магией. Лиза, к примеру, превосходный аналитик, а так же зельевар и ритуалист. Ей идея тоже не особо нравиться, но в отличии от Ольги, она не будет так явно демонстрировать это. Ну, а теперь представлю вам, дамы, представителя рода Баюнов, Всеволод. — М-да-а, очень блин информативно. — Большего о нем, к сожалению, сказать не могу. Что ж, свою часть как старший представитель рода Кощеев я выполнил, остальное за вами. — С этими словами он встал, и глазами показал подняться Карлусу, оставляя нас втроем. — Ты мне не нравишься. — Стоило двери закрыться, сразу высказалась Ольга. — А мне не нравиться идея быка осеменителя. — Спокойно, смотря ей в глаза ответил я. Да, все же это не та Ольга, на которой я был женат. У этой совершенно иные глаза. Серебристо-голубые. Черт, как же иногда неудобно видеть не то, что есть на самом деле. Еще более неудобно, когда не знаешь, как по цветовой гамме интерпретировать то, что видишь. — Как ты можешь лицезреть, порой приходиться идти против себя. — А ты забавный. — Неожиданно подала голос Лиза. — Скупые движения, пристальный взгляд, ненавязчивый контроль пространства. Тебя явно обучал боевик. Но, как и у моей сестры, просто никакое знание этикета и традиций. И если она их сознательно игнорирует, то у тебя заметно их явное отсутствие. — Что поделать, издержки воспитания. — И вновь усмехнулся левой стороной лица. Но, как и в прошлый раз, это абсолютно не возымело эффекта. — А еще ты сознательно стараешься отстраниться от собеседника, используя для этого все доступные методы, включая как вербальные, так и не вербальные. Скорее всего, ты потерял кого-то близкого и родного человека. — Продолжила анализировать мое поведение Лиза. — С учетом твоей оговорки, могу предположить, что ты потерял беременную жену. — Почти угадала. Двух жен. А перед этим отца и мать. Что-то еще? — Нет, ну а что скрывать? Судя по ее поведению, она рано или поздно, так или иначе, все равно это бы выяснила. — Спрашивай, все равно судя по твоим возможностям я мало что смогу скрыть. — О, быстро сдался. — Улыбаясь, выдала Ольга. — Скорее, осознал, что таким образом сможет больше скрыть. — Возразила ей Лиза. — Не без этого. — Вынужден был признать. Черт, да она читает меня как открытую книгу. — Тц. — Поморщилась Ольга от неправильно сделанного вывода. — Откуда ты вообще выполз. — Тебе в подробностях объяснить, откуда появляются дети, или обойдемся общими фразами? — Раздражаешь. — Бросила Ольга, отворачиваясь и делая затяжку. — А я и не обязан тебе нравиться. Нас обоих используют в своих целях те, кому это выгодно. А свое отношение мы оба можем засунуть куда подальше, по тому как это никого не волнует. — Ольга в ответ едва не зарычала. — Успокойся. — Рядом с ней присела Лиза и положила свою руку ей на колено. — Ему такое положение нравиться не больше, чем тебе. К тому же, в отличии от тебя ему в буквальном смысле приходиться ломать и переступать через себя. Кто снял с тебя печать полного подчинения разума и души? — Неожиданно перевела она взгляд на меня, а я только сейчас заметил, что и ее глаза имеют тот же цвет, что и волосы. Это что же, я не вижу ее настоящий цвет волос? — Случайность помогла. — Не стал вдаваться в подробности. — Какой у тебя цвет волос? — Судя по виду обеих девушек, этот вопрос выбил их из колеи. Они, видимо ожидали всего, что угодно, но не подобного. Но обе быстро справились с собой и взяли себя в руки. — Пшеничный. — Немного настороженно сказала Лиза. — Ясно, спасибо. — Не скажешь, для чего тебе это? — А так не понятно? — Нет, ну в самом деле, это даже забавно. — Ну, у меня есть как минимум несколько вариантов. Но, самый банальный из них не подходит. Ты явно не дальтоник, слишком хорошо подобрано сочетание некоторых вещей. К тому же видно, что выбирал ты их сам, а не кто-то другой. — Ладно, просто я вижу их как фиолетовые. — Очень интересный эффект. А какого цвета у меня глаза? — Судя по всему, она знает ответ на свой вопрос. — Такие же. — Ясно. Значит, ты владеешь взглядом Мары. Обычно его называют магическим зрением, но это не совсем так. Под воздействием одноименного заклинания нельзя видеть души. Но, ты, как и я их видим. Только ты не умеешь интерпретировать цветовую гамму на характер человека. Тебя просто некому было этому научить. Я права? — Да. — Односложно отозвался я. — Судя по глазам, тебя это заинтересовало, в них появилась зелень. — Ты прав. — Она даже покивала немного. — Что ж, с учетом того, что ты самоучка, то интуиция у тебя развита на довольно высоком уровне. Ведь для каждой души, цвет любопытства свой. И да, я теперь заинтересована обзавестись от тебя ребенком. Мне любопытно, сможет ли передаться этот довольно редкий дар нашему будущему ребенку. И не стоит так кривиться, как ты и говорил, нас используют в своих целях, и нам не предоставили иного выбора. Так почему бы в данной ситуации не найти положительные стороны? — И вздергивает бровь в вопросительном жесте. — Не пытайся казаться такой беспринципной сукой, коей на самом деле не являешься. Ты забываешь, что душу контролировать возможно и можно, но явно не в твоем случае. — В ответ она рассмеялась. — Ты прав, мне не только это все не нравиться, но еще и омерзительна подобная ситуация. Но мне нравиться, что ты хотя бы откровенен, насколько это вообще возможно в нашей ситуации. А еще мне страшно, но ты ведь и так это знаешь. — Нет. Страх ты как раз таки контролируешь. — Завязывайте уже. — Недовольно отозвалась Ольга. — Мы здесь не для того, чтобы понравиться друг другу. Нам надо обсудить детали…