С_К_И_П: Аластор

      − Уснул ты там что ли?! – ощутил я довольно ощутимый удар в плечо. Видимо, Валль уже давно пытался до меня достучаться с помощью слов, пока, наконец, его терпение не иссякло.       Пришлось, чтобы соответствовать, вжать голову в плечи, насколько позволяла броня, и следовать за ним и каким-то кособоким, невероятно неприятным на вид демоном, с которым Валль до этого вел беседу.       Отключился. Видимо, мир на меня так действует, да и присутствие вечно настороженного Карэса и практически всемогущего Валля, который, если будет его желание, весь этот мир в узелок завяжет. Хотя, уходить в себя следовало так, пока мы двигались, а не сейчас, когда надо быть настороже. Но, это же − я... Иногда самого себя понять не мог, чего меня временами переклинивает, притом настолько, что из реальности выпадаю. Стареть начинаю, что ли?.. Так злобным маразматиком я стану где-то после первой тысячи лет. Да и то, еще надвое сказано. А вот сейчас что на меня так воздействует? Или это общая атмосфера Эртеуса? Хотя – вряд ли.       Валль, видимо, уже решил все вопросы, а я даже не заметил как. А спрашивать у Карэса, о чем они там говорили – не стал. Потом, когда внимание с наших персон спадет, тогда и поговорить можно. А до этого – ни единого ментального возмущения. Но, судя по всему, это и есть хозяин Алеса, и Валька договорился о том, что может выкупить нашего демонюгу. Ну... или выиграть, или другим, каким способом заполучить. Лично я был согласен даже на то, что меня или Карэса выставят на бой против кого-нибудь из бойцов этого рабовладельца. Вот чего-чего, а проредить немного ряды этих существ я был не против. Душами же не питаюсь, а простое вскрытие оболочки с высвобождением сути и последующим возрождением там, куда она попадет – меньшее из зол. Алес, дерись он здесь с кем-то, еще бы и пообедал плотненько. А так, убийство...       В общем, я бы сказал, что в общечеловеческом смысле, со стороны морали, меня подобный способ воздействия на любую физическую материю уже не напрягал. То есть, просто так, из кровожадности или еще по каким причинам, если мне не причиняют вред – я бы убивать не стал. Смысла не вижу. Да и мараться лишний раз. Даже в случае обычной драки – всего лишь пинков бы отвесил пару, да и то, вполсилы. Убийство, или точнее лишение внутренней части существа его личной оболочки – котировалось только тогда, когда выхода другого не было. В смысле, или оно, или я. Ну... или по случайности. Ну, или если это существо низшего порядка развития, в смысле – животное, а я – голоден. А так... Любому, даже очень сильному и тупому существу можно втолковать, что оно не право, и нападать на меня не следует.       Кстати, подобные принципы нам привил Валль. Притом настолько плотно и полно, что никакого сожаления или угрызения совести по поводу причинения существу вреда несовместимого с жизнью, мы не испытывали. Никто. Хотя нет, не так. Испытывали сожаление, когда кто-то стоящий уходил. Это как если человека оторвать от интересного занятия, ради которого он жил всю жизнь, стереть память и отправить учиться заново. Не факт, что он вернется к любимому занятию. И не факт, что сможет подняться до своих прежних высот. Вот, именно такое сожаление испытывали мы, теряя нужных и приятных нам существ. Ощущение разлуки, вполне терпимую пустоту, а не то бесконечное горе, которое я испытал когда-то, когда будучи еще человеком потерял родителей. Ведь всегда можно было проследить путь души, найти и осторожно подсунуть то, что ее интересовало ранее, аккуратно возродив этот интерес.       Хотя, следуй мы принципам Валля полностью и безоговорочно – давно бы стали кормом для растений. И фактом тому – Эджес, который загнал нашего бедного аморфа в такие рамки, из которых, если жить хочешь − не выберешься. Поэтому всегда следовало думать, кого, когда и как убивать. И уж точно бездумно не шалить в мирах, откуда могут прийти за тобой по остаточной энергии портала. И нет, это не трусость. Простой рационализм. Например, если бы на меня напал кто-то из потомства арфадуса, я, даже зная, что мне это грозит уничтожением, а комплексу проблемами − не стал бы уходить от боя, скрываться, бежать или пытаться наказать каким-то другим образом. Но если создание, тем более обладающее развитым интеллектом на меня не нападает, то убивать его – полная бессмыслица.       Даже ради принесения в жертву.       А вот этому учил Алес. Карэса. Оба понимали, что невинная жертва дает больше энергии, особенно некромагу, который живет энергией смерти, но решили, что добывать ее можно и другим способом. Если, все же, придется. Пока Карэсу хватало того, что он получал из пространства. И все, включая его самого, хотели, чтобы подобное продлилось как можно дольше. Потому что чем глубже Карэс погружается во тьму, тем быстрее формируется печать, и вытаскивать его становится сложнее. Алес и так его теперь чуть ли не каждую неделю чистит на обязательной основе, и каждый день, если получается, снимает остаточный эффект. На всякий случай.       Хотя, триста лет для мага смерти, все еще пребывающего в человеческом обличье – достаточно почтенный возраст. Обычно, для полного превращения хватало от десяти до пятидесяти лет. И дальше, по накатанной. Карэс уже написал так называемое завещание, в котором «в здравом уме и твердой памяти» предоставил нам право решения его судьбы после завершения изменения.       Не знаю, что он там себе надумал, но когда я, втайне ото всех, просмотрел его линию судьбы, был слегка, но приятно удивлен. В общем, Карэс до определенного момента будет скатываться во тьму некромантии, все больше погружаясь в дебри своей силы, а после определенного момента будет резкий скачок вверх, и ровная прямая. То ли избавится от своего дара, то ли встретит кого-то, кто объяснит ему предназначение данной энергии, то ли самостоятельно дзен постигнет, окончательно добившись гармонии энергии жизни и смерти. И такой подъем, правда, в разных периодах его жизни, я видел везде.       И только в какой-то, давно заглушенной вероятности, по которой мы точно не пойдем, потому что Сай уже давно все проследил и просмотрел (то ли старший, то ли настоящий), и вывел ее из ткани реальности – Карэс скатывается во тьму. Я для того, чтобы понять, что на него повлиять могло, скачал для себя эту линию судьбы, просмотрев ее не по дням, а чуть ли ни по часам, облегченно вздохнув. Этот период мы уже прошли. А так как мир нулевой и связываться с ним никто не желает, то попасть в ту самую реальность и переделать ее мы попросту не сумеем. Да и незачем. В ней и так все удивительно гармонично вышло. Ну... не считая пары ошибок. Сай, видимо, тоже так посчитал, потому что запечатал коридор на Бержар, встроил в миникомы программу запрета на перемещение в этот мир, а с Эджеса взял нерушимую клятву, что тот никого и никогда не поведет в тот мир. То есть, никого из данного набора. Так что, должно случиться что-то действительно дикое, чтобы эта реальность проявилась и помешала нашему дальнейшему счастливому сотрудничеству. И есть у меня подозрение, что Сай специально слил мне подобную информацию, чтобы я не дергался каждый раз, когда Карэс применяет силу, а был уверен, что у него все под контролем.       Да и как не быть? Зная, что есть риск подобного перерождения, думаю, все операторы уже устроили совет и решили, как поступать в данном случае. Откат – меньшее, что можно сделать. Ну... а большее... не самый лучший вариант, но все же он есть: изъять душу до изменений, и далее по плану, как мы обычно делаем с переселенцами. А после – возродить с чуть подкорректированной памятью и полным отсутствием подобного дара, который будет закрыт. На это согласие от Карэса тоже было получено.       Конечно, после подобной корректировки, Карэс для комплекса будет практически бесполезен, но всегда есть выход. Или оставить его с нами в виде физической поддержки, снабдив всем необходимым как силовика, или же отправить нас в любой выбранный нами мир. Если, конечно, я ему еще буду нужен.       Но это был крайний случай. Проблема в том, что некоторые личности вполне оправданно считают, что лишение их дара практически идентично помещению в тюрьму. Пусть величиной в целый мир, но факта это не меняет. Когда душа закрыта, особенно если не по своему собственному желанию, ощущение такое...       Ну, примерно, как мне рассказывал Алес о своей жизни на Эртеусе.       Без дара жить, не имея возможности его применить, то же самое, что находиться в комнате без окон и дверей. Да еще и с недавно сдохшей в этой же комнате животиной. Невыносимая вонь, невыносимое одиночество, реальное напоминание о том, что все смертны, и невозможность выйти. Спи, ори в голос, думай, если нравится, шевелись, ведь пространства достаточно. Но это все, что ты можешь делать. Сначала бесишься, ищешь выход, стараешься прощупать стены, надеясь, что дверь просто замаскировали, а потом постепенно смиряешься. С каждым днем – все больше. И запах выветривается, оставляя только сухие кости, и учишься вести внутренний монолог, в котором мечтаешь о не свершенном, живя в стиле «если бы да кабы», перестаешь отличать реальность от собственного созданного мира и в конце концов, медленно и неотвратимо сходишь с ума, или покоряешься той жизни, которую тебе дали.       К сожалению, практически все живут «в комнатах», сами запечатывая двери и отказываясь от выхода наружу. Сами закрывают себе возможность смотреть выше и погружаться глубже в невероятные потоки, которые окружают любой из миров. И даже те, кому кажется, что они могут видеть дальше и глубже, чаще всего не видят вообще ничего кроме собственных фантазий. Живут не на пороге мира, готовые заглянуть за грань, а погрязают в мечтах, сидя в своих четырех стенах.       Так что, примерно понимая, каково это быть закрытым и ограниченным рамками, я не желал закрытия души Карэса. Пусть вытянуть его из марева тьмы, в которую он погружается, будет достаточно сложно, но мы будем знать, за что боремся. Я сам, лично, буду знать, за что борюсь, и какая награда ждет меня. А такие, простые на первый взгляд, решения, которые можно принять, уничтожат в нем огонь. Пусть мрачный, черный, злой, но огонь. Смысл жизни. Идею собственного существования. Желание творить. Так что...       − Макс, − Карэс взял меня под локоть, и я дернулся, понимая, что снова выпал из реальности. – Что с тобой происходит?       − Думаю, − буркнул я, оглядевшись, понимая, что мы находимся на грязном, сыром, поддернутым каким-то маревом дворе.       − Щиты снимал? – с какой-то уверенностью произнес Карэс.       − Приподнимал. И задумался я гораздо раньше, чем приподнял их. На меня не мир давит, а нечто иное.       − И позволь узнать, что?       − Будущее свое узнать хочешь? – спросил я, заметив, как Карэс замер на мгновение. – Ну вот, если не хочешь – не спрашивай. Иначе я начну с тобой решать проблему, которая стоит передо мной. Ладно, − я отмахнулся от мыслей. – Давай, рассказывай, где мы, что нас ждет и так далее. И да, куда делся Валль?       − Валль в гостях у Рагдаура. А у нас – полно свободного времени. Так что, давай, колись.       − В смысле, полно свободного времени? Нас не будут выставлять на бой?       − А тебе так хочется подраться? – хмыкнул Карэс. – Нет. Нас – не будут. А вот Валлю придется оплатить свою покупку очень даже дорого.       − И на какой обмен он согласился?       − Это же Валль, − Карэс развел руками, после чего отыскал местечко у стены, посуше, спокойно усевшись в грязь.       − И что, что Валль?       Карэс кивнул на пару, что вышла из здания. Я тут же шагнул к Валлю.       − Сейчас я пойду исполнять условие договора, а вы, тем временем, найдите Аластора, − небрежно отмахнулся он от меня.       − И каков же договор? – полюбопытствовал я.       − Точно хочешь знать? – Валль рассмеялся. – Сто часов в казарме уважаемого Рагдаура, − чуть кивнул он демону, что шел рядом.       Я, сначала, даже не понял, что именно он сказал, а потом даже сознание помутилось от осознания.       − Слушай, зачем идти на такие жертвы? Мы можем выкупить Алеса. В крайнем случае...       − Макся... Заткнись, − коротко посоветовал Валль, подойдя к низенькому строению из камня, утопленному в земле.       И, прежде чем открыть дверь – встряхнул головой, позволив волосам атласным серебристым покрывалом укрыть его плечи. Голые плечи, потому что одежду он преобразовал в собственную плоть. А после, чуть поморщившись от грязи, что пристала к ступням, открыл дверь, откуда почти мгновенно выметнулась когтистая лапа, втянув его внутрь.       − Карэс! – я обернулся к некромагу. – Надо...       − Ничего не надо, − в словах Карэса слышалась улыбка. – В конце концов, Валль не так и часто изменяет своему демону. Всего лишь раз в год. Можно ему это и позволить. Ладно, пока наш аморф развлекается, пошли искать Алеса, − он огляделся, а после повернулся к демону, прокаркав что-то на неизвестном наречии. Жаль, что я язык демонов не изучил, а то бы знал, что. – Бараки рабов там, − указал он мне направление.       − Ясно, − бросил я, пошагав к бараку.       Не мне судить Валля. Он достаточно взрослый, чтобы отвечать за свои решения, да и Алес, насколько я понимаю, отлично знает, чем в его отсутствие занимается любимый аморф. А судя по тому, что он был совсем не против данного происшествия, то занимается с удовольствием. Правда я даже представить не мог, что значит – сто часов в компании нескольких десятков мужиков. Просто представить себе не мог, какую выдержку надо иметь. А понимая, что это не просто люди, а демоны, пусть и не элита, а солдаты, но не рабы, а значит имеющие право творить со своей жертвой все, что пожелают. И осознать готовность аморфа получить все это... Нет, в голове не укладывалось. Но, раз он так решил, значит ему это нужно, или же интересно.       А потом и вспомнил его давние слова: «мне всегда мало...» и понимание, что именно я тогда услышал, буквально припечатало мои ноги к земле.       − Макс?..       − Ага, − я кивнул сам себе, размышляя над тем, что осознал и понял, а так же то, с чем именно мы столкнулись. – Крис, ты вообще в курсе, что Валль – демон? Не телом. Телом он, как ты заметил – аморф, или же высший... Кто их разберет, а вот душой – вполне себе даже...       − С чего такие умозаключения?       − Жажда, − я еще больше уверился в своих умозаключениях. – Валлю всегда и всего мало. Он постоянно голоден. В смысле, не желудок хочет набить, а...       − Я понял, о чем ты. И что, думаешь, эта жажда демонического происхождения?       − Более чем уверен. Когда-то он мне сказал, что ему всегда всего мало. Насытиться не может. А не испытывают насыщения только твари нижних миров. Точнее, те души, которым для насыщения нужны низменные, грубые энергии. Чей бы ум у него не был, каким бы ни было его тело, но суть – именно такова.       − Ну... Да... что-то похожее есть, − Карэс задумался, а после махнул рукой. – Пусть они сами разбираются в том, кому какая душа принадлежит. Лично я в отношения Валля и Алеса вмешиваться не собираюсь. И тебе не советую.       − Мне тоже не кажется это правильным. Просто так, на заметку. О том, кто такой Валль.       − Я не удивлюсь, если у нас вся группа – низших энергий, − хмыкнул Карэс. – Во всяком случае, насколько я знаю, все из нас были в нижних мирах, и никому особо это не навредило. Даже наоборот, подпитывает.       − Стой, − я удержал Карэса, положив ему руку на грудь.       Возле барака, там, куда дотягивалась цепь, закрепленная на щиколотке массивной лапы, сидел невероятно знакомый, зеленовато серый демон, по бокам которого струились чешуйки рыжевато-алого. Выродок. Так называли тех, кто не нес в себе чистоту крови высших. Скорее всего, то ли мать загуляла с одним из выродков, то ли отец трахнул кого-то из низших. Иерархия, что б ее. Но, вроде бы, насколько я успел изучить демонов, если бы оба из пары были одного статуса, у Алеса было бы больше прав получить признание домов. Или же плохо помню, и такие полукровки рождались от связи двух высших демонов разных домов?.. К сожалению, Алес не посвящал нас в подобное, и всю информацию пришлось выуживать из других источников и случано брошенных фраз. Единственное, что я помнил точно, это то, что Алес был полукровкой огненного дома, точнее домена.       − Привет... – я присел рядом, откинув щиток, защищающий лицо, позволив смотреть себе прямо в глаза, а для пущего эффекта – протянул энергетический канал между собой и Алесом, что сидел, уткнувшись в собственные колени, охватив свое тело изорванными ошметками крыльев.       − Аргартор там, − указал Алес на площадку, где тренировался практически схожий демон, только полный сил, и с большим количеством золотисто-алых чешуек по бокам.       − Ну, хвала яйцам, ты меня понимаешь.       − Странно не понять того, кто разговаривает на всеобщем, − буркнул Алес, снова опустив голову на колени, еще плотнее впившись когтями в собственные плечи.       − Странно видеть демона, который понимает на всеобщем, − я улыбнулся, а после и вспомнил, что сказал Алес перед нашим уходом. – Ну, а если ты меня понимаешь, то у меня к тебе новость, которую оценивай так, как сам пожелаешь, − я оборвал цепь с наножных кандалов, рывком заставив Алеса подняться. – Тебя перекупили. И с данного момента ты принадлежишь нам. Убегать не советую. Найдем – хуже будет. А ты, я надеюсь, знаешь, что такое «хуже» в и так не простом мире. Смерти не жди, как бы ты ее не хотел. Себя убить не пытайся, как бы ни старался, − я, на всякий случай снял с него матрицу личности и матрицу тела. – Сейчас у тебя две задачи. Вымыться и поесть. Хочешь – в хозяйском доме, хочешь – попроси слуг. У тебя в этом доме есть привилегии. Через определенное мною время – ты пойдешь с нами, чтобы служить мне и таким как мы. Уяснил? Вперед.       Я подтолкнул Аластора в спину, заметив, как он, сгорбившись, ковыляет по направлению к какой-то бадье. И безумно сожалел о том, что не могу поговорить с ним как со свободным демоном. Рабство, как я понял, придется выбивать из него годами. Но на то мы и СКИП. Насколько я знаю, Алеса потом на двадцать лет, или даже больше, поместят в мир людей, чтобы позволить адаптироваться к человеческому миру и отношению между себе подобными. Но этим должен был заняться Карэс. Хотя, уверен не был. * * *       Спустя сто часов, чуть ли не минута в минуту, двери казармы открылись, и из темного марева помещения выпал Валль. В прямом смысле выпал. Сумел только опереться на дверной косяк, шагнув наружу, а после упал на четвереньки.       Ко всему был готов, но даже подумать не мог, что с ним, с нашим аморфом, могут сотворить такое. Неравномерные подтеки крови покрывали его с головы до ног. Волосы, ранее серебристые, были сбиты в темно-красный колтун, плечо, с явно недавно вырванной ключицей, еще кровило, глубокие борозды от когтей – пересекали лицо и грудь. На спину я старался не смотреть, осознав, что там – кровавое месиво. Часть пальцев на его руках отсутствовала, а не, которые еще оставались – были переломаны настолько, что не будь Валль аморфом, навсегда остался бы калекой. Бока, бедра, живот – все было порвано, словно он не любовью там занимался, а был пособием для палаческого искусства. Кровь все еще продолжала капать с его тела, растекаясь по грязной жиже подворья, на котором он, пошатываясь, стоял на четвереньках.       Я, было, рванулся, чтобы поднять его с земли, готовый задействовать аптечку, но Карэс удержал меня, попросив дать Валлю минуту. И пришлось ждать. С тревогой, ужасаясь увиденному, но ждать. Как-то и в голову не пришло, что Крис желает смерти нашему аморфу. Да и бывало, что я видел Валля в худшем состоянии. Например, состоящим из двух частей...       Ждать, к счастью, пришлось недолго. Постояв на четвереньках еще с минуту, Валль тряхнул головой, словно избавляясь от дурмана, а потом начал приводить свое тело в порядок, постепенно, хотя и с трудом, облекая его одеждой. Даже волосы смог изменить, пустив их серебристым шелковым водопадом. А потом и поманил нас к себе, позволив подхватить его под руки. А заодно и взглянуть в лицо. Валль был пьян. Не одурманен какими-то препаратами, а совершенно пьян своими собственными эмоциями. На подгибающихся ногах, цепляясь за наши руки, он дошел до облюбованной нами стены, с облегчением упав на землю, прижавшись виском к моей броне.       − Алес не врал... – через пару минут, чуть справившись с собой, пробормотал Валль. – Члены у них и взаправду шипастые... – зевнув во весь рот, он прикрыл рот ладонью, заметив, какой вид имеют его пальцы, раздраженно встряхнув кистями, возвращая себе первоначальный вид. – Всем хороши. Я бы себе десяток завел, если бы мой рогатый против не был... – Валль снова зевнул, а после отключился, так и не подняв голову с моего плеча.       − Умаялся, − хмыкнул Карэс. – Но, судя по потокам энергии – наглотался эндорфина по самое не балуй.       − Жесть... – я содрогнулся, пытаясь представить, что должен был пережить Валль за это время. А то, как его искромсали – только доказывало, что моя фантазия достаточно слабая. А еще эта фраза про шипастые члены... – Он что... позволял себя иметь... в их полном облике?       − Валль и Алеса часто об этом просит, − хмыкнул Карэс. – Просто моя комната по соседству. И я, когда забываю включить глушилку, отлично слышу, чем они там занимаются, − он хмыкнул. – Порой, настолько ярко и жарко... В общем, ты должен помнить эти ночи.       − Так это они тебя так? – я тихо хохотнул, стараясь не разбудить Валля. − То-то я замечал, что ты иногда ненасытным становишься.       − У меня есть видео-портал со звуковым сопровождением в их комнату, − пробормотал Карэс. – Только Валлю не говори. А то закроет...       − А мне рассказать?       − Давай я тебе лучше дам ощутить? – Карэс послал ментальную волну.       И меня скрутило от мгновенно возникшего болезненного удовольствия, заставив сжать бедра в попытке не кончить. Безуспешно. Такой яркой чувственности, которую Карэс ловил от Валля в момент единения с Алесом, я не ощущал никогда. Мозг едва не расплавился от желания ощутить Карэса на себе и в себе. Тело дернулось пару раз, и я ощутил, как по бедрам течет собственное семя.       − Садист ты! – буркнул я, понимая, что теперь это будет хлюпать, пока не застынет коркой, которую придется отрывать от кожи вместе с волосяным покровом.       − Я так – каждый раз.       − Когда ты так – у тебя ванная рядом есть! – прошипел я, чувствуя как щекотные капли ползут вниз, по промежности, вызывая желание почесаться.       − Ладно, не нуди. Я схожу за Алесом. Он должен был уже отоспаться и быть готовым к выходу. Перемещение Валль сказал устраивать прямо здесь. Так что, переться никуда не нужно. Придержи Валля пока рядом с собой, а я...