Your boyfriend(?)

Ким Сокджин к своим девятнадцати годам ясно осознает — его окружают одни идиоты. Вы не подумайте, этот вывод не беспочвенен, он детально разобран по кусочкам и доказан, несмотря на все «бред какой-то, нормальные они, ну со странностями, с кем не бывает, да?» И тут Тэхен кивает в ответ из положения стойки на руках, в трусах со Спанч Бобом. Сокджин не жалуется, он своих друзей вообще-то любит. Возможно, немного скрыто, ничем не проявляя свои чувства, но любит. Кима за это никто не винит — привыкли. Нет, Сокджин не бесчувственная тварь, он просто скромный. И эта скромность не в стиле «мне так неловко с ним разговаривать, мы ведь только познакомились» и даже не «я так стесняюсь заговорить первым», она доходит вплоть до «шугаться всех и вся». Да чего уж греха таить, он даже Чонгука с Тэхеном избегал почти месяц после их знакомства. И неизвестно познакомились ли они вообще, если бы не дурацкая привычка парней, попадать в ситуации, достигающие отметки «галактический дебилизм». Просто как еще можно объяснить тот всем известный факт, что в головы этих двоих не проникает ни одной адекватной мысли? Спалить университетскую лабораторию и частично прическу однокурсницы, просто чтобы проверить, с какой скоростью воспламеняется газ в баллончике из-под лака? Легко! Привязать соседского кота к скейту и отправить в экстремальное путешествие по университетскому корпусу? А то! Заставить однокурсника лизнуть ректора по щеке на спор? На изи вообще! А кто потом разгребает весь этот хаос? Конечно же Джинни, любимый хен и не менее уважаемый староста, которому руководство доверило двух мозгожопых полудурков. Отлично. Но Сокджин же скромный милый хен, который никогда ни в чем не откажет, поэтому Чонгук просто тихонько тащит Тэхена на поиски чего-нибудь способного воспламеняться. Если к двум идиотам под боком Ким давно привык, то новые знакомства вызывают у него панику и желание поскорее свалить. Потому что да, нормальные возле Джина не водятся. Поэтому парень уже заранее напрягается, когда к нему навстречу надвигается девушка, немного младше Джина, в жутко облегающих штанах и коротком топе. Не сказать, чтобы слабый пол совсем не был заинтересован в милом красавчике-старосте и девушки совсем не пытались его охмурить. Просто Киму сложно разговаривать на абсолютно любые темы, будь то даже погода, а еще сложнее объяснить девушкам, что «оппа» вообще-то сам по «оппам». — Оппа? Сокджин-оппа! Блин. Сокджин, кажется, перестает дышать, но все же оборачивается на голос. Он уже начинает репетировать речь, чтобы не опозориться перед незнакомым человеком. В его плане действительно присутствовал момент, где он тактично сваливает, но — Оппа? Йа, Ким Сокджин! Девушка дует губы и хмурится до мелких складочек на лбу. Джин напрягается. — Мы знакомы? — Нет... — девушка расслабляет лицо и мягко улыбается, но Киму от этого только хуже. — Ну и? — Оппа, ты же гей? Челюсть парня знакомится с полом под аккомпанемент тихих смешков со стороны. — Эмм… — Обожаю геев! — громко визжит девчушка и дрыгает руками на подобии колибри. Сокджину хочется убиться об асфальт, но он еще немного в ахуе. Парень широко распахивает глаза и собирается уже красиво свалить, но «любительница геев» оббегает его и снова оказывается напротив парня. Ким начинает нервничать сильнее. — Ты прикалываешься что ли? — Парень кончиками пальцев трет веки и очень жалеет, что не сбежал еще, когда увидел эту особу на горизонте. — Будешь моим геем? - Какой сейчас срок за убийство? — Что, прости? Честное слово, Ким всегда был очень интеллигентным и порядочным мальчиком. Таким, которых матери обычно ставят в пример своим детям. Таким, что девушке, конечно, никогда не нагрубит. Никогда. Н-И-К-О-Г-Д-А. — Ну, знаешь, у каждой девушки-тинейджера в американских фильмах есть друг-гей. Может, исключение сделать? Джин даже и понятия не имел, сколько интересных лексических конструкций его мозг смог запомнить за девятнадцать лет. Он даже перебрал кучу вариантов для «хорошенького» ответа, но выдержал. Джин никогда так собой не гордился и дофига сожалел потом, но это уже другая история. Сокджин всегда удивлялся наглости людей. Просто, я ведь велел тебе отвалить, а ты плетешься за мной, как банный лист! Так парень узнает, что «любительницей геев» является самая популярная девчонка университета — Ким Сольхен. Ким даже поймал себя на мысли, что, возможно, сам бы обратил на нее внимание, не будь он пожизненным гражданином гейдирландов. Проходит почти неделя, а «глиста» (как ее прозвал народ, в лице одного Сокджина) все также, с ловкостью профессионального киллера, убивает спокойствие вокруг Кима. Джин чувствует, как скоро разорвется от количества ненужной информации, ведь «хей, я гей, а не твой консультант по женским делам, ок да?». Он даже может спокойно заявить, что знает про Сольхен все: от фирмы блеска на ее губах, до цвета стринг (которые адски натирают). Но хуже всего — это так называемые «женские секретики» или как Ким Сокджин захотел уйти в монахи. «Ну вот зачем мне знать, какие из тампонов лучше впитывают? Где мне может пригодиться эта информация?» Конечно, Джин может посоветовать те, что получше своей дочери в будущем. Ой, погодите, он же гей. И какая, блин, дочь? Но ситуация ухудшается до такой степени, когда Ким, обычно, даже позволяет себе слово «попа», стоит Сольхен привести в их небольшую недогейскую компашку парня. — Оппа, знакомься! Это мой парень! «Это мой парень» оказывается просто громадных размеров детиной, что даже Джин начинает чувствовать себя беззащитным, а с его то ростом! Этот, эмм, парень Сольхен отвлекается от разговора по телефону, мило улыбается Джину, скользя взглядом по нему так, что Киму хочется прикрыть себе все, чего нет и завизжать, как в малобюджетных фильмах ужасов, и снова продолжает что-то грозно проговаривать в трубку. — Это Ким Намджун. Он крутой, правда же, оппа? Оппа? Хей! Джин не помнит, когда в последний раз он вот так вот забывал про правила приличия, главное из которых — не пялиться. Но он пялится на то, как Намджун ерошит свои блондинистые волосы, которые на свету кажутся еще светлее. Пялится на то, как он призывно облизывает пересохшие губы своим юрким язычком, когда что-то говорит. Стоп! Он что-то говорит! Ким честно пытается сосредоточиться, но выходит, от слова, плохо. Но когда Намджун резко хватает его за воротник дорогой вообще-то рубашки двумя руками и грозно хмурит брови, Джину приходится очнуться. -… ты меня понял? Эмм, допустим. — Ты слушал меня вообще? Эй! Последний раз повторяю! На накаченного мачо ты не сильно походишь, поэтому предупреждаю — отвали от Сольхен! Иначе мне придется подправить твое красивое личико, теперь понял? — И подмигивает. Просто, парень сначала обещает размазать по асфальту, а потом… что? И где вообще Сольхен? — Уже уходишь, Намджун-а? — Да, прости, у меня еще дела. — Секунда и вот вернулся милый рисовый пирожочек Намджун, а куда он того мафиози засунул? Немного попахивает раздвоением личности, но Джин лучше оставит это заявление при себе. Откуда знать, когда Намджун снова перевоплотится? — Ну, пока, Сокджин-а, было приятно познакомится. Ага, а я то в каком восторге.