Hold me tight

Проснулся ТэХён рывком, со страхом вспоминая события ночи и думая, что его ждет с утра, однако легкое прикосновение к щеке заставило его открыть глаза и повернуть голову. ХоСок лежал на боку рядом с ним, приподнявшись на локте, и пальцами второй руки невесомо водил по лицу альфы. Заметив, что его пара проснулась, он не отнял руку, но продолжил ласкать кожу, проведя по его губам и спускаясь на шею. Младший замешкался. — Доброе утро? — Лицо омеги осветила широкая улыбка, в глазах плескалась нежность. — Доброе, — он продолжил вычерчивать узоры на груди Истинного, о чем-то задумавшись. Заметивший это, Тэ перехватил тонкую руку и слабо сжал, с ожиданием смотря на пару. ХоСок встретился с ним взглядом, в котором читалось беспокойство. — Я не пахну, ТэХён… Альфа непонимающе тряхнул головой, расслабляясь. — Ну и что? Ты пахнешь. Мной. — Омега неуверенно улыбнулся, и младший притянул его к себе. — Сегодня ни шагу от тебя и из этой постели, — он спокойно поглаживал волосы ХоСока, чувствуя, как тот заерзал. — Из постели все-таки надо выбраться. Мы слегка замарали ее… ночью. — Тэ мурлыкнул, и, вздохнув, согласился. Младший поднялся, мешая встать омеге, но только за тем, чтобы потом подхватить его на руки. Тот засмеялся, обвивая изящными руками его шею. — И что это, Ким ТэХён? — Сам ХоСок думал о том, что это те самые мифические «бабочки в животе», и от этого становилось так радостно. — Это — высококлассное обслуживание. Где еще тебя унесут в ванную на ручках? Омега снова засмеялся. Ванну они принимали вместе. Альфа посадил пару перед собой и устроил сеанс массажа, слушая довольные выдохи старшего. — Тэ? — ХоСок плавился от прикосновений, чуть ли не мурлыкая. — М? — А простыни тоже ты перестелешь? — Сильные, но нежные пальцы спустились на поясницу. — Конечно, а что? — А мне все это время придется стоять? — Омега почувствовал, что альфа смеется, и откинул голову назад, разглядывая улыбающегося младшего. — Я устрою тебя на диване, идет? — Было приятно снова смеяться и слышать ответный смех, нежась в аромате меда. ТэХен сгорбился, прижимаясь поцелуем к припухшей метке на шее Истинного, и прослеживая губами дорожку до губ любимого. Однако тот внезапно отстранился и заерзал, разворачиваясь так, чтобы было удобнее заглядывать альфе в глаза. — Точно. — Тэ вопросительно вздернул брови. — Ты меня покусал, а сам остался цел. Это вообще как? Снова раздался смех, а омега почувствовал, как руки младшего скользят по его животу к паху. По телу прокатилась слабая дрожь удовольствия. — Исправим. Это упущение, однозначно. Пока альфа укутывал его в большое махровое полотенце — ХоСоку все же пришлось постоять. Однако его тут же подхватили на руки и устроили на диване в гостиной. Он выпутался из полотенца и развалился поудобнее, командуя ТэХёном в соседней комнате, а когда тот вышел — встретился глазами с парой нежных карих глаз. — Что еще пожелает прекрасный омега? — М-м-м, — он шутливо задумался. — Думаю, нам надо одеться. Альфа окинул взглядом подтянутое тело обнаженного омеги и хитро улыбнулся. — А мне и так нравится, — младший ловко поймал прилетевшую в него подушку. — Тогда, неси меня под одеяло, мой верный слуга! — ХоСок изящно махнул рукой, давясь смехом и болтая ногами, оказавшись снова в крепких руках альфы. Какое-то время они просто лежали в обнимку, слушая дыхание друг друга. Старший блаженно вдыхал запах меда и полыни, и прислушивался к стуку сердца Тэ, пристроив голову у того на груди. — Хён? — Пальцы нежно перебирали влажные после душа волосы омеги. — А какие у нас планы насчет еды? — Хм, — даже говорить было лень. — Я знаю номер неплохого ресторана с доставкой. Альфа пошевелился, однако ХоСок и не подумал подвинуться. — А как же вкуснейший обед от прекраснейшего омеги? — Не думаю, что стоит беспокоить ЧиМина по таким пустякам. ТэХён недоуменно умолк, пытаясь переварить услышанное, а потом фыркнул, щипая Истинного за бедро и слыша смех в ответ. — Кстати, ты не хочешь им позвонить? Мне кажется, малинку вчера неслабо встряхнуло. Меня тоже, между прочим, но передо мной ты можешь извиниться позже. Альфа не был уверен, что ему стоит шутить по этому поводу, и непонятный взгляд омеги стал тому подтверждением. Однако тот поднялся и огляделся. — Эм… ТэХён? А моя сумка… — Черт, — он раздосадованно приложился головой о спинку кровати, — как-то даже не подумал о том, чтобы ее прихватить. Надо будет потом попросить ЧонГука чтоб выпросил. Его любят больше, чем меня. Мой телефон в кармане куртки. — Он кивнул в сторону своей одежды, кучкой сброшенной в углу. Ни ЧонГук, ни ЧиМин на звонки не отвечали, и после третьей неудачной попытки дозвониться ХоСок решил просто обойтись сообщением и предложением встретиться завтра, а потом вернулся в постель, снова уютно устраиваясь под боком младшего. Тэ сполз пониже, оказываясь лицом к лицу с омегой и игриво заглянул ему в глаза. — Что?.. — Спросить он не успел, прерванный коротким чмоком в кончик носа. В глазах напротив светилось любопытство — альфа ждал ответа?.. Старший приподнялся и тоже поцеловал Истинного, клюнув губами куда-то в уголок глаза. Обоих накрыло игривое настроение и следующие несколько минут они, посмеиваясь, обменивались короткими поцелуями, при этом спускаясь все ниже. Скоро одеяло было отброшено в сторону, а омега выгибался и стонал под горячими губами младшего. Прошли недели, все встало на свои места: ХоСок стал более раскованным и каждый вечер с поцелуями и ужином встречал ТэХёна, который почти перебрался в квартиру своего омеги, потому что «тут и участок ближе, и братик недалеко…». Однажды Тэ вернулся в квартиру, ожидая очередного сладко-спокойного вечера со своим Истинным. Дверь он давно уже открывал своим ключом. И он вовсе не ожидал, что за открытой дверью его встретит сильный и непривычный аромат течного омеги, заставляющий почувствовать невыносимую тесноту в паху. Тэ глубже вдохнул незнакомый запах. — Любимый? — Ответом была только тишина и он прошел в спальню, сбросив куртку и ботинки на пороге. Мысли помутились когда он увидел на постели растрепанного раздетого омегу. ХоСок спал, беспокойно мечась во сне по кровати. Кожа горела, тянуло поясницу и безумно болела голова. Он просыпался пару раз, но тут же проваливался обратно в сон, не соображая, что происходит вокруг. Но внезапно на его живот опустилась чья-то ладонь и по телу будто прошли разряды тока, заставляя выгнуться. В голову ударил аромат полыни, мучения стали еще невыносимее. «Наш альфа,» — кричали инстинкты. — ТэХён… Тэ… От стонов омеги сносило крышу. Альфа навис над ним, опираясь на локти и мягко целуя податливые губы, не ожидая, что в следующий момент старший перехватит инициативу, углубляя поцелуй. ТэХён не заметил, как остался без одежды, а ХоСок оседлал его бедра, резко двигаясь и умоляя взять его. На сопротивление не было сил, да и смысла сопротивляться не было. В воздухе сгустилось смешение ароматов Истинной пары. Раздался громкий стон омеги и альфа рыкнул, когда в его плечо впились острые зубы. ХоСок без сил опустился, вытягиваясь на ТэХёне и задремал, оставляя младшего вдыхать сладкий, совершенно новый омежий аромат. Альфу разбудило мягкое прикосновение к шее, отозвавшееся сладкой болью. Он открыл глаза и лениво повернул голову к своему Истинному, нежно улыбаясь. — Привет, — растрепанный старший был всем, что ему было нужно в этой жизни. Его омега. Он протянул руку, нежно проводя ладонью по лицу пары. — Как ты? — Я… не знаю. Ко мне вернулся запах, но он… — Мелисса. Теперь ты пахнешь мелиссой. ХоСок растерянно моргнул. — Но это же не мой запах… я пах мятой… если только… В серых глазах снова мелькнул страх. Он тряхнул головой, избавляясь от вернувшегося липкого ощущения, однако альфа уже все заметил и потянул пару в свои объятия. — ХоСок… — Он осекся. — Я знаю, о чем ты хочешь спросить, Тэ, — омега зажмурился, собираясь с мыслями. — Но это сложно. — Я не заставляю, любимый. Но ты не думаешь, что… — Я думаю, что ты имеешь право знать, — Прервал его ХоСок. — Мне тогда было пятнадцать… И он рассказал. Из глаз катились слезы, дыхание сбивалось, но близость альфы помогала не расклеиться совсем. ТэХён с волнением сжимал в руках своего пару. Все становилось на свои места. Стала понятна реакция омеги на похищение — просто все наложилось. Он знал про те таблетки. Сутенеры нередко крали несовершеннолетних омежек без запаха. Но полностью природный запах они не будили — лишь горстка нужных для возбуждения альф гормонов и химия. А ХоСок продолжал рассказывать. Слезы высохли, казалось, что вся оставшаяся боль затихает вместе с высказанными словами, и когда история закончилась, он почувствовал приятную легкость в душе. От прошлого ничего не осталось. А в настоящем были родные запахи полыни и мёда, и не менее родной и любимый альфа, с его меткой на шее. — Хён? Я люблю тебя. И никогда тебя не оставлю. — Еще бы ты меня оставил… Кому ты нужен с этой меткой. — Тебе? — Мне, и только мне. Я люблю тебя, Ким ТэХён.