Мне не жаль...

Нам нужна помощь, - считал Поэт. Эдвард Дорн. Тогда. Было, наверное, часов десять вечера, не знаю. Конец июня, может уже июль... не знаю... Я ничего не знаю, я потеряла счет времени, я потеряла все, к чему за мои годы жизни хорошо привык человек, и я не умею так жить, как сейчас, но я живу... Старая тачка с кузовом скрежетала, беспрестанно лязгая ржавыми дверями на каждой кочке. Если от нее сейчас что-нибудь отвалится, то я буду смеяться до конца своей жизни. Но я знала, что это бред. Я не буду смеяться. Вообще навряд ли в этом мире еще остался хоть кто-то, склонный к насмешкам. Ладони вспотели и раздражающе скользили по ободку грязного руля. В салоне воняло трупами и было невыносимо жарко, впрочем, как и на улице. Воздух дрожал над асфальтом, как над жаровней. Чертова Джорджия с ее погодой, мать ее! Даже дождь, который лил всю ночь, не принес желаемого облегчения, и хотя шоссе все еще было влажное, затхлый запах с улицы и отвратительный в машине скатывали положение от плохого к безнадежному. Оторвав правую руку от руля, я смахнула со лба влажную прямую челку. Легче не стало. Ни на грамм. Ни на пол грамма. Раздраженно втянув ноздрями горячий воздух, я старательно вперила взгляд в зад едущего впереди красного пикапа, который тоже на ходу лязгал кузовом, угрожающе при этом размахивая на ходу отвалившейся от него железной перегородкой. Красная уродливая железяка начала плавно поворачивать налево, вдоль по шоссе, и я повторила этот маневр, аккуратно выворачивая грязный руль в нужное направление. Впереди откуда-то валил черный дым. Что-то горело, но горело по правую руку, давая тем самым понять, что с шоссе должно быть все нормально. Нужно двигаться дальше, нужно что-то делать, нужно искать, думать, рвать зубами, но найти хоть что-то похожее на отголоски прежней, нормальной жизни. Рядом раздался тихий, жалобный стон и мое сердце пронзило несколько сочувствующих, болезненных игл, которые, порой, доводили до сумасшествия. Справа, на пассажирском сидении в лихорадочном бреду спал Джон. Пот крупными каплями струился по его пыльному лицу, губы были плотно сжаты, глазные яблоки словно танцевали под веками. Руки парня были скрещены в замок и покоились поверх неестественно вздутого живота. Джон был частью нашей маленькой группы, которая уже несколько месяцев держала путь из Монтаны и теперь оказалась в Джорджии. Ему было 19 и у него был аппендицит, который за все это время достиг критической точки. Он умрет. Не сегодня и может быть даже не завтра, но если мы не найдем человека, хоть немного имеющего представление о медицине, он умрет. И этот факт был страшным. Страшным настолько, что я поначалу даже решила, что каким-то чудесным образом подцепила кусок чужих мыслей. Но нет, они были мои и ужасней всего было то, что они были наполовину правдивыми. Даже на 70% правдивыми. У движущегося впереди пикапа загорелись красным задние фары и мне пришлось сбросить скорость, понимая, что мы останавливаемся. И было из-за чего. Перед глазами открывался устрашающий вид кладбища брошенных машин. Почти все вперед уходящее шоссе было ими заполнено и конца этому видно не было. Красный пикап остановился, взвизгнув тормозами, мне же пришлось повернуть машину чуть вправо, чтобы не врезаться в зад этой старой развалюхи, и только лишь потом нажать на тормоз. Спящий рядом Джон не проснулся, только лишь болезненно застонал, и мне захотелось взять его за руку, но я остановилась, хотя бы потому, что не хотела захлестнуться чувством жалости. Из пикапа вышли трое - мужчина, женщина в возрасте и совсем молодая девушка. Они были семьей. Роланд и Морин Кильян и их дочь Дженнет. Они тоже жили в Монтане и до случившегося были моими соседями. А еще у них была собака. На редкость глупая такса. А еще супруги Кильян, как мне казалось, любили эту тупую таксу больше, чем свою родную дочь, но когда мир рухнул, они взяли меня с собой и чувство презрения как-то само собой отпало. Куда делась их такса, я не знала, лишь один раз спросила у Дженнет. - А тебе не все равно? - ее вопрос был убийственно холодным, но я эхом мысленно задала его себе и поняла, что мне на самом деле все равно. Роланд приложил ладонь козырьком ко лбу и посмотрел на горизонт. Потом развернулся, поманив меня пальцем, с намеком тоже выйти из машины. Мне это дало понять, что ничего хорошего ожидать уже не стоит, а надеялись мы именно на хорошее. На шоссе пахло гарью. Черный дым продолжал валить с запада и расползаться по всему лесу. - Нужно решить где повернуть, - Роланд опустил руку и многозначительно посмотрел на меня, давая понять, чтобы я быстрее тащила к нему свою задницу, - Это фермерская земля, возможно, люди здесь еще остались. Я подошла ближе, попутно вытирая потный лоб ладонью. - Там что-то горит, - палец вытянулся в нужном направлении, - И не слабо, если даже ночной дождь не смог потушить. Пожар мог привлечь мертвых. Роланд поставил руки на пояс, поверх своего джинсового комбинезона, задумчиво всматриваясь в черный дым. - Как он? - вопрос был неожиданным, и на секунду я даже не поняла, что имел в виду мужчина. - Плохо, - взгляд машинально отыскал нужную машину и силуэт спящего в ней человека. - Если ничего не предпримем, он умрет, - сказала вполне очевидную вещь Морин Кильян, - Здесь фермы, а значит должны быть сельские фельдшеры или, на худой конец, ветеринары, хоть кто-то... Я прошлась вдоль брошенных автомобилей, цепляясь взглядом за надпись на одном из них. Дождь смыл почти всю краску, поэтому разобрать послание было сложно. Соф... вай... в... м... тоб... вернемся. - Я не собераюсь идти и проверять остался ли здесь кто-то живой, - Роланд отвлек меня и я поспешила вернуться к группе, - Как бы сейчас это не звучало жестоко, попытка спасения одной жизни может стоить всех нас. - Может попробовать прооперировать его самим? - с надеждой в голосе спросила Дженнет, - Понимаю, что шансов на успех почти нет, но так мы хотя бы попытаемся. Роланд задумался, я же сразу поняла что идея просто идиотская, но не сказала этого. - Нужно найти медикаменты, - мистер Кильян развернулся и пошел вдоль пустующих машин, - Или, может быть, воду, или еду, оружие... - Вряд ли, - я развела руки в стороны, а потом указала пальцем на ряды машин, уходящих далеко вперед, - Мешающие проезду автомобили убраны с дороги. Все расчищено. Кто-то до нас уже был здесь. - И тем не менее, - Роланд сложил тощие, покрытые седыми волосками руки на груди, - Заночуем здесь, а утром решим, что дальше делать. Я подняла ладони вверх в смирительном, уступающем жесте и, отойдя на небольшое расстояние от четы Кильянов, уставилась на отголоски ночного пожара. Пусть делают, что хотят. Пусть. Чья-то рука упала на мое плечо. Я дернулась от неожиданности. Морин Кильян встала рядом, подражая моему занятию. Я ненужно заметила, что в складках ее отвисшей кожи не шее чернеют полосы пыли. Я не могла сказать, что эта женщина вызывала во мне симпатию, но вот уважение... наверное... - Должно быть одна из ферм горит. Я сморщилась, понимая, что вполне смогла бы обойтись без уже второго ее очевидного высказывания. - Или ее подожгли специально, - мне пришлось повести в сторону плечом чтобы Морин, наконец, убрала с него свою ладонь. - Наверное, - женщина кивнула, опуская руку. - Наверное... - еле слышно повторила я, чувствуя неплохое облегчение от исчезнувшего физического контакта. Этой ночью Джон отправился в мир, который по непонятным мне причинам называют лучшим. Проще говоря - он умер, вот только новое положение мира с его живыми мертвецами не имело к его смерти никакого отношения. Мы оставили его на этом же шоссе, с дырой от лезвия ножа в голове, прикрыв лицо лишь старой бейсболкой Роланда Кильяна. Мы избавились от него, как от ненужного хлама, и двинулись дальше, но этот факт еще долгое время не давал мне покоя. Про полусмытую надпись на машине я полностью забыла... Сейчас. Бах! Я дернулась, но глаза не открыла. Звук до сознания долетел, так показалось издалека, но сон никак не хотел отпускать. Уставший мозг продолжал игнорировать постороннее звучание. Бах! Следом придушенно-омерзительное хрипение. Глаза распахнулись, с большим трудом фокусируясь на серо-грязном лице мертвой женщины. В темноте правый глаз ходячей горел, как сапфир, левого просто не было, как и левой щеки. С бешено колотившимся под ребрами сердцем я начала отползать назад, с обезумевшей силой врезаясь спиной в противоположную автомобильную дверь. Мертвая женщина снова захрипела, несколько раз лязгнув черными зубами. Из-за отсутствия левой щеки, можно было рассмотреть, как движется ее челюсть, порождая на лице жуткое подобие улыбки от уха до уха. Той улыбки, которая появляется, когда видят старого друга. Или когда видят аппетитную пищу... Ходячая подняла костлявые руки и снова ударила по стеклу машины, не сводя с меня серо-белых, устращающе пустых глаз. Сердце в груди уже не просто бешено колотилось, оно вибрировало, как струна. Подобие улыбки, мертвая женщина, окно... Полностью освободив мозг от сонных оков, я с облегчение осознала, что ходячая долбится в закрытую дверь автомобиля, поэтому добраться до меня не сможет. Сумасшедшее, почти пьянящее чувство спокойствия, осознание, что все нормально - это было несравнимо ни с чем в этой ситуации... в этом мире... - Кошмары? - Дэрил смотрел на меня с водительского сидения через стекло заднего вида. В темноте голубые глаза мужчины мерцали серебром. Я потерла лоб влажной, холодной ладонью и, оторвав спину от автомобильной двери, чья ручка уже больно впивалась в позвоночник, села посередине заднего сидения. - Нет, я не спала, - это было не правдой, я это знала, он это, скорее всего, тоже знал, потому мой голос начал звучать не особо убедительно. Дэрил ничего не ответил, лишь многозначительно вскинул левую бровь, а уголки его губ немного дрогнули вверх. Снаружи мертвая женщина потеряла ко мне интерес, неуклюже перекочевав дальше, к тому месту, где сидела Кэрол. Ходячая клацала челюстью по воздуху, размазывая кроваво-грязную слизь по стеклу, словно в желании откусить от нее кусок. Глядя на это, я брезгливо повела плечами, Кэрол лишь равнодушно наблюдала за этой агонией. - Где мы? Почему остановились? - Бак пустой, машина не заводится, - тихо воскликнул Дэрил в приступе справедливого негодования, - Люди из машины с крестом, похоже, окопались где-то здесь. Нужно дождаться рассвета. Я сжала губы в тонкую линию и согласно кивнула, попутно отмечая про себя, что голос мужчины звучит спокойно, даже дружелюбно. Он был настроен объяснять и делал это без раздражения. Совсем даже неплохо. Немного осмелев и расслабившись от более-менее хорошего отношения, я оперлась руками о передние сидения, протискивая свою голову между Дэрилом и Кэрол, сосредоточенно всматриваясь в темноту за лобовым стеклом. Пара сотен живых трупов, словно потерянные призраки, бесцельно бродили неподалеку, не обращая на нас никакого внимания. Пока... - Есть идеи, где можно заночевать? Кэрол опустила оконное стекло и ловко вонзила лезвие ножа ходячей прямо между глаз. Быстрота, с которой эта женщина выходила из своего сумеречного состояния, иногда ужасно поражала. - Да, есть здесь одно местечко, - она тихо открыла дверь, опираясь правой ногой уже на асфальт, - Если делать все синхронно и держаться вместе - сможем проскочить не тратя силы впустую. Дэрил чуть заметно кивнул и, взяв в одну руку арбалет, бесшумно вышел из машины. Поддавшись слабой панике, я поспешила за ним, стараясь сделать все так же тихо и профессионально. Получилось, вот только расчеты Кэрол оказались не совсем верны. Быстрые движения трех живых людей не ускользнули от внимания ходячих. Несколько из них медленно, словно на шарнирах и, в отличие от нас, как раз-таки синхронно, повернули головы к источнику незнакомого движения, тут же уверенно зашагав в нашу сторону. Дэрил на ходу снял с плеча арбалет и, вскинув оружие, припал лицом к его прицелу. Я тоже остановилась, занеся вверх готовую для удара руку с ножом, с неподдельным ужасом замечая, как толпа приближающихся мертвецов становится все больше. - Держись позади, - лучник грубовато толкнул меня себе за спину, - Будешь помогать тогда, когда они дойдут. Первый выстрел. Точный, как и всегда. Мои пальцы сильней обхватили рукоять ножа. Говорить по минимуму, видеть по максимуму. Ходячих становилось больше. Даже те, кто находились поодаль, уже уверенно шли в нашу сторону, примыкая к уже имеющемуся стаду. - Сюда! - голос Кэрол стал подобием целительной повязки, - Бросьте, их слишком много, нам не справиться! Женщина придерживала одной рукой массивные двери какого-то полуразрушенного кирпичного здания. Мысленно я повернулась и побежала прямо к ней, но все это лишь было в моей голове, в реальном времени ноги остались стоять на месте. Дэрил попятился, делая еще один выстрел, затем развернулся, подталкивая меня в нужном направлении. На секунду показалось, что убежать мы просто не успеем. Толпа мертвых была уже слишком близко, а один из них даже успел мазнуть меня холодными пальцами по плечу. Над ухом, словно шептание, раздалось захлебывающееся глухое клокотание, и именно тогда, когда я уже решила, что сейчас где-то в области шеи почувствую боль от вцепившихся зубов, меня толкнули в спину с нехилой силой, заставляя буквально ввалиться внутрь здания. В это же мгновенье двери с грохотом закрылись. - Все целы? - вопрос Пелетье раздался эхом в пустом помещении. - Кажется, - я попыталась дотронуться до того места в спине, в которое меня толкнули. Естественно рука не дотянулась. Снаружи ходячие шумно скребли железную дверь ногтями, - Что это за место? - Временное убежище, - Кэрол убрала нож за ремень штанов и медленно пошла вперед. Перед глазами расстилался длинный, темный, пустой коридор. Почти пустой... Если не считать тела, сгнившего почти до костей, которое сидело на полу, прислонившись спиной к стене. - Однозначный мертвяк, - сделал заключение Дэрил, пиная носком ботинка мертвую ногу в рваной штанине. - У него ключи, - Кэрол махнула рукой куда-то вниз, продолжая следовать вдаль по коридору, напряженно осматривая стены, - Возьми, мало ли, пригодятся. - Не думаю, - Диксон скривил подбородок, в упор смотря женщине в глаза, словно задавая мысленный вопрос. - Ну что? - в нетерпении Пелетье всплеснула руками. Я отвернулась, старательно делая вид, что не вникаю в их разговор. Она подошла к нему близко, фактически шепча на ухо, - Я все еще считаю, что спасать людей нет смысла, и ты так считаешь, но разве не поэтому мы здесь? Возьми ключи и перестань бросать на меня подобные взгляды. С секунду мужчина и женщина еще прожигали друг друга глазами, а потом Кэрол неожиданно улыбнулась и снова пошла вперед, опираясь рукой о стену. - Как скажешь... - лучник резко повернулся, многообещающе посмотрев на меня. В глазах мужчины читалось что-то похожее на насмешливую издевку. Затем он кивнул в сторону обладателя таких ценных, непонятно зачем вообще нужных ключей. В области желудка что-то закопошилось, а потом начало подниматься вверх. Это что-то, было очень похоже на злость, но мне удалось вовремя поймать ее в себе, не проронив ни слова. Медленно, ужасно медленно я опустилась на корточки, въедливо всматриваясь почти сгнившее до черепа лицо. Было не похоже, что он сможет доставить неприятности в ближайшем или отдаленном будущем, но иногда, особенно теперь, в этом мире все бывало не так-то просто, как казалось на первый взгляд. Глаза мертвеца были закрыты, но я продолжала опасаться того, что они откроются. Меньше всего на свете мне хотелось увидеть это сейчас. Пальцы дрогнули, когда соприкоснулись с холодным металлом связки на большом, ржавом кольце, но я уверенно обхватила ее, снимая с пояса трупа. Продолжая сидеть в той же позе, я подняла руку с ключами вверх и протянула их Дэрилу, все еще держа злость в голове и в сердце. Вместо того, чтобы забрать связку, мужчина сомкнул сильные пальцы вокруг моего запястья резко потянув вверх, заставляя подняться на ноги. Что это было - проявление вежливости или раздраженное поторапливание, я так и не поняла. - Теперь вся черная работа мне? - смотреть в его глаза было совсем не неловко, теперь это было даже интересно. Ключи исчезли из ладони, а вместо ответа я удостоилась лишь того, что у Дэрила Диксона сходило за улыбку. Месть за назойливость... *** - Переночуем здесь, - с тоном, не терпящим возражений, Кэрол кинула рюкзак на верх двухъярусной кровати, - Пойду, осмотрюсь. - Помощь нужна? - Дэрил сел на на нижний ярус и устало потер глаза. Было откровенно заметно, что мужчина героически борется со сном. - Нет, - женщина утвердительно мотнула головой, - Лучше постарайся провести это время с пользой и поспать, времени у нас не много. Я подошла к заколоченному окну, в котором между досок упорно пробивался бледно-желтый свет полной луны. Кэрол вышла, старательно тихо прикрыв за собой дверь. Ее еле слышные шаги стали отдаляться, смешиваясь со звуком все еще царапавших железо мертвых ногтей. Дерил аккуратно снял с плеча арбалет и лег на спину. Под его весом пружины кровати жалобно скрипнули. Мужчина вытянулся. Казалось, ему некуда было девать руки и ноги. Я опустилась на пол, опираясь спиной о холодную стену. Повисшая в тишине пауза неприятно била по вискам. Ногти ходячих скребли по железу. Закрыв глаза, я попыталась сосчитать секунды, но на двенадцати сбилась и раздраженно бросила это занятие. Ровное дыхание лучника заполнило маленькую комнатку, поэтому карябающие, раздражающие звуки уже не казались такими отвратительными. Он не спал, я это знала, но не знала, что делать с этим знанием. Самое время задавать вопросы. Подсознание шептало возможные варианты, но задавать вопросы совсем не хотелось, точнее, не хотелось мешать этой недолгой и тихой гармонии. - Ложись, - внезапный звук мужского голоса заставил подпрыгнуть на месте, - Все равно все заколочено, нет смысла себя насиловать. - Я не хочу. И снова молчание. Ничего! Ночные облака закрыли полную луну, и мы погрузились в темноту. Ногти ходячих скребли по железу. - Дэрил? - я повернула голову в сторону мужчины. Был виден лишь горизонтальный силуэт, - Можно кое о чем спросить? С секунду лучник молчал, обдумывая мой вопрос. Скорее всего он был ему не по душе, как и моя вынужденная компания. - Я не настроен на болтовню по душам, - лунный свет снова проник внутрь и удалось рассмотреть, как усталые глаза Диксона сначала закрылись, а потом открылись вновь. Очень медленно, - Но спроси, а я решу, отвечать или нет. Я задумчиво потерла губы, мысленно перебирая в голове все вопросы, на которые хотела бы получить ответы, выбирая из них самый, по моему мнению, ненавязчивый. - Ты правда считаешь, что спасать людей больше нет смысла? Несколько секунд тишины. Ну да, я слышала их с Кэрол разговор, и они знали, что я его слышала, какой был смысл ходить вокруг да около? Мужчина шумно выдохнул через нос, ненадолго задержал дыхание, прежде чем снова вдохнуть. Я вдруг испугалась, что он на вопрос так и не ответит. - Мир, каким мы его знали, исчез, - он говорил вдумчиво, осторожно, словно вспоминал, четко произнося каждое слово, - Но сохранять человечность - это наш выбор. Мои брови напряженно сместились к переносице. В голове зашевелились извилины. Я не совсем поняла, что значит эта фраза, поэтому посмотрела на Дэрила с удивлением, замечая, что он тоже смотрит на меня. Неожиданно в этом светло-желтом лунном свете лицо лучника стало невозможно красивым, почти ненастоящим, сказочным, нереальным, и даже землистые полосы на лице никогда не смогли бы испортить этого. Удивительно, что для меня подобное явление стало заметно только сейчас. Сколько ему лет? Да неважно. Такие люди, как Дэрил, редко теряли свою красоту, если уж им ее давала природа, а в глазах этого мужчины светились сила и живой ум. Это поражало, внезапно, как второй удар молнии в одно и тоже место. - Мне это один старик сказал, - его голос вывел меня из забвения. Не вставая с пола, я подвинулась ближе, обхватив колени руками, - Его звали Дейл. Он умел неплохо действовать на нервы, но и мозги умел вкручивать тоже неплохо. Он хорошо относился ко мне... был одним из немногих, кто это делал, а я... а я считал его старым маразматиком, - на этом месте Дэрил горько усмехнулся, - Он все время брюзжал и брюзжал о справедливости, а я думал, что пусть лучше брюзжит, чем впадает в маразм... Неожиданно Диксон резко сел на кровати, горестно запустив кисти в волосы, несколько раз пропустив пряди между пальцами. - "Сынок" - так он меня называл. Я этого слова даже от родного отца не слышал, а Дейл...я плохо к нему относился. Я оперлась подбородком о колени, стараясь шевелиться как можно незаметней и не спугнуть то зарождающееся, как мне показалось, доверие. - Он умер? - тихо, еле слышно, почти шепотом, но даже на нем мой голос умудрился трусливо дрогнуть. На вопрос мужчина ответил молчанием. Разум быстро спохватился. Мне захотелось сказать, что он может не рассказывать, если не хочет, но пусть только не молчит, не молчит, не нужно. Я не хочу снова вслушиваться в этот скребущий звук. - Да. Он погиб. Во так просто. Погиб. Тоже. Это не было удивительно, можно было догадаться с самого начала, но то, что Дэрил заговорил снова, заставило меня тихо умиротворенно выдохнуть и расслабиться. Пусть ответа на это не было. На это невозможно было сказать что-то правильное, но я знала, что сейчас нужно просто слушать. - Это было давно, мы тогда окопались на ферме и думали, что весь этот кошмар для нас по крайней мере уже позади. Но потом кое-что случилось... мы испугались... - я осторожно подняла голову, снова посмотрев на лучника, на уже совсем другого мужчину, в котором теперь извивалась и ворочалась боль, хорошо скрываемая за маской бесстрастия, - Не ходячих испугались, людей. Дейл хотел, чтобы мы сохранили жизнь одному парню, который попал-то к нам по несчастной случайности. Он разозлился, когда его никто не поддержал, и ушел подальше, не знаю, может быть, чтобы нас не видеть. Этот старик не был трусом или слабаком, но тогда он не справился. Не справился, - Диксон отчаянно несколько раз помотал в стороны головой, из-за чего его челка упала на глаза, - Напал ходячий. Так уж получилось, что я был первый, кто услышал его крик, - реднек моргнул, и пряди его волос дрогнули, зацепившись за ресницы, - Я бежал, а крик Дейла звенел у меня в ушах, словно колокольный звон. Мертвый ублюдок разорвал старику живот, я видел это...Я видел его смерть. Именно я стрелял ему в голову, пока он был еще жив, пока остальные только и могли что лить слезы и причитать, как глупые курицы. Я стрелял в него... Его предсмертный взгляд долгое время появлялся передо мной каждый раз, стоило лишь прикрыть глаза. Сейчас, здесь, ночью, в холодном свете луны, на лице Дэрила что-то мелькнуло, и было это ни что иное, как проблеск вины. Того самого губительного чувства, на которое, я раньше была в этом уверена, этот человек не был способен. - Ты винишь в его смерти себя? Лучник быстро вскинул голову вверх, уставившись в потолок со спокойной, холодной яростью. - Каждый день, - его голос сорвался и перешел на тихое бормотание, - Почти каждый день я прокручиваю в голове эти события и задаюсь вопросом - могло ли что-то измениться? Могло ли, если бы я тогда принял его сторону? Могло ли, если бы я тогда бежал быстрее? Мог ли Дейл все еще быть живым? - Дэрил с силой стиснул челюсти, от чего стало заметно, как на его худом лице бешено заходили желваки, - Мне стыдно за то, что я наговорил ему в последнем разговоре, а он ведь даже не узнал, что Рик решил пощадить того парня, за чью жизнь Дейл так яростно боролся. Тугой ком сочувствия подкатил к горлу. Мне пришлось его сглотнуть, молча сдерживая от этого физическую боль. Взгляд зацепила кисть правой руки Дэрила, которая безжизненно болталась между ног мужчины. Я была настолько близко, что смогла даже разглядеть забившуюся под его ногти черную грязь. А еще мне до сумасшествия захотелось взять лучника за эту руку. Просто сжать, настолько крепко, насколько смогу, и ничего не говорить, лишь слушать, продолжая сжимать его кисть, пока пальцы не задрожат в напряженных конвульсиях, но... Но! Я не сделала этого. Я не смогла перейти эту черту. - Ты не виноват... - единственное, что удалось выдавить из себя, тут же устрашаясь снова блеснуть своей тупостью. Дэрил кивнул слабо, очень неуверенно, от чего сердце болезненно сжалось. - Самое убийственное пожалуй то, что теперь я безумно скучаю по этому старикану в дурацкой панамке, - мужчина по-доброму улыбнулся и это вызвало у меня такую же реакцию, - Чертовски... А еще я чертовски скучаю по этому здоровяку-ниггеру Ти-Догу, по отцу Мэгги Хершелу и по ее дурехе-сестре Бэт, и по... - он запнулся, - Не важно... но честно, я бы отдал многое, чтобы лишь на одну минуту вновь увидеть их живыми. Многое... лишь на одну... только на одну... Я снова сглотнула ком и сильно зажмурилась, прилагая титанические усилия для того, чтобы унять отвратительную слезную резь в глазах. Все эти люди, их имена, все они погибшие люди, которые так сильно были дороги Дэрилу и, наверняка, остальным членам группы. Я никогда не увижу их, никогда не узнаю, кто они и какими были... наверное, самыми лучшими... Бэт. - Я больше не хочу не по кому скучать, - Диксон шумно вздохнул, а потом тяжело упал обратно на узкую кровать. Пружины снова скрипнули, мужская рука мертво свесилась вниз, почти касаясь костяшками пола. Пересилив себя, я все же решила взять мужчину за руку. Потянулась к ней своей рукой, которая стала вдруг слишком длинной, медлительно и вялой, словно без кости, но лунный свет был снова перекрыт облаками, поэтому в темноте мне удалось это сделать не сразу. Дэрил почувствовал постороннее прикосновение к себе и рефлекторно дернул кистью именно тогда, когда я уже почти обхватила ее. Пальцы сорвались и уцепились за первое, что попалось - за указательный палец лучника. От стыда и нервного напряжения единственное, что я смогла сделать, так это как можно сильней сжать этот палец, чтобы мужчина не вырвал его, даже если захотел бы. - Бэт, - мой голос в такт подрагивал вибрации сердца, - Она ведь жива, мы здесь ради нее и мы ее спасем, ты же знаешь. Снова стало светло. Ночные облака двигались слишком быстро, чтобы надолго оставлять нас без света луны. Уголки губ Дэрила медленно поползли вверх. Мужчина улыбнулся, а главное его указательный палец так и продолжал покоиться в моем нервно сжатом кулаке. - Знаю... В неизвестном месте, в рухнувшем мире, в кирпичном здании, снаружи которого в железную дверь ломились живые мертвецы, я и Дэрил Диксон каким-то чудесным образом смогли наладить контакт. Мне показалось, что с этой минуты должно быть уже все по-другому. Лучше, намного лучше. Все должно быть хорошо, мы больше никого не потеряем. Не мне, не ему больше никогда не придется смотреть на смерти дорогих людей. Я жестоко ошибалась, так же, как и на счет того, что группа Рика Граймса никогда не станет моей семьей, но пока об этом не знал никто. Мне просто было тихо, мне просто было спокойно сидеть на полу и держать за палец малознакомого мужчину. - Эрин, - тихий мужской шепот заставил очнуться, давая понять, что я уже задремала, - Забирайся наверх, нужно поспать и... отпусти уже мой палец. Внутри все еще сильно сжатого кулака что-то задергалось настолько ритмично, что мне пришлось его разжать. С секунду в сонном недоумении я смотрела на свою раскрытую ладонь, потом перевела глаза на Дэрила. Лучник с любопытством наблюдал за моим поведением, а потом неожиданно рассмеялся, в первый раз при мне. Я не засмеялась в ответ, даже не улыбнулась, даже не попыталась растянуть губы, но для меня сейчас не было ничего успокаивающе-прекраснее. Его смех. Понятный, живой и естественный звук. Ногти ходячих продолжали скрести по железу.