Мне не жаль...

      Через доски заколоченного окна просачивался утренний свет, неровно озаряя маленькую комнатку. Рассвет наступил как-то очень быстро, словно я закрыла и сразу же открыла глаза.       Через доски солнце не проходило, да его и не было, лишь удручающий белесый свет.       Свет…       Светло… и подозрительно тихо.       Я резко села на кровати, несколько раз с нажимом протирая холодными ладонями лицо. В глаза словно бросили песка, до сумасшествия хотелось умыться, желательно холодной, а главное чистой водой.       Спустившись вниз, я без особого удивления обнаружила, что нижняя койка пуста, лишь скомканное покрывало говорило о том, что ночью здесь кто-то спал.       Так или иначе меня оставили одну. Возможно бросили, возможно просто не стали тревожить, но первая мысль — что уж скрывать, заставила меня на секунду испугаться, даже почти впасть в немую панику.       От того, что ты никому не нужен, приятного мало, точней, приятного нет совсем, но мой взгляд неожиданно цепляется за рюкзак, который Кэрол бросила здесь ночью, и вот оно, новое, до боли знакомое чувство облегчения.       Я подошла к окну, попытавшись выглянуть на улицу через узкий просвет досок. Увидеть ничего не удалось, только вкрадчивый запах горения ударил в ноздри, а за ним медленно поплелся серый дым. Что-то горело, совсем рядом, возможно, прямо под этим заколоченным окном.       Вооружившись своим ножом, я вышла из комнатки в уже знакомый коридор. С наступлением утра светлей он не стал, да и запах не изменился. Изменилось то, о чем сложно было даже подумать — труп с такими важными ключами на ремне, сидевший на полу спиной к стене, исчез. Меня отсутствие мертвеца не испугало, скорее удивило, да и то не особо сильно.       Подойдя к тяжелой двери выхода, я оперлась на нее ладонями и прижалась ухом к серому металлу.       Ничего. Тишина.       Ни шипения, ни хрипения, ни шагов, ни царапающего звука мертвых ногтей. На всякий случай я обернулась назад, лишний и немного мнительный раз посмотрев происходящее за своей спиной, а потом навалилась на дверь, упираясь ногами в каменный пол и толкая дверь вперед.       Железо поддалось легко. Дверь оказалась намного легче, чем выглядела изначально. В глаза тут же ударил дневной свет, слишком яркий для пасмурной погоды.       Прикрывая ладонью глаза, я опустила голову вниз. На второй бетонной ступеньке лежало тело ходячего мужчины с трупным сморщенным лицом, больше похожим на кожуру старого яблока. Его голова свисала вниз и почти касалась макушкой следующей ступеньки. Выглядел мертвец действительно мертвым, но теперь, по великой иронии мира, мертвецы научились кусаться, а я перестала доверять тому, что вижу в реальном времени.       Аккуратно обойдя тело, я пнула его и тут же ощутила, как ботинок утонул в груде тухлого мяса. Все это было больше, чем омерзительно, но лучше так, чем он бы внезапно начал вставать.       Вокруг продолжала царить тишина. Я невольно задалась вопросом — куда делись все ночные ходячие? С секунду даже показалось, что все, что происходило ночью, было не больше, как плод моего нездорово-измученного усталостью воображения, но, наконец полностью выйдя на улицу и закрыв дверь, я смогла разглядеть на железе следы кровавых царапин и даже некоторые обломки серо-синих ногтей.       Ногти ходячих скребли по железу…       Ночное жуткое воспоминание, которое вслед за собой принесло еще одно, — Дэрил. Наш разговор, его лицо в свете луны, его ладонь, его голос, его смех…       Понятный, живой и естественный звук…       Откуда-то справа снова потянуло запахом дыма. Обойдя здание на половину, я вышла к асфальтированному пустырю, который раньше, возможно, был чем-то наподобие дворика, окруженный П-образным зданием. Запах гари стал сильнее. Еле ощутимый ветер подгонял серый дым густыми кусками прямо в мою сторону.       Я остановилась, внимательно всматриваясь сквозь дымчатую пелену, а затем еле заметная улыбка тронула мои губы. Сильно захотелось не просто дойти, а добежать до нужного места, но я сдержалась, передвигая ногами медленно, почти не слышно.       Дэрил стоял ко мне спиной, равнодушно опустив голову и наблюдая за горящим телом ходячего мертвеца. На лице мужчины до глаз была повязана его темная бандана, на плече привычно болтался арбалет.        — Я иногда думаю что ты хочешь умереть в упряжке, — это была шутка, однако лоб Диксона неожиданно напрягся.       Он промолчал, не отрывая глаз от горящего тела, завернутого в грязную серую ткань. Пауза вновь обрела неприятную неловкость, словно прошлого ночного разговора и не было. Что ж… видимо, ночь действительно многое меняет, а утро меняет все снова и не всегда в положительную сторону. Мне захотелось спросить у мужчины, о чем он думает, но в этот же момент в выпускающем грязно-серый дым пламени что-то громко треснуло, и я вздрогнула, издав испуганно-напряженный всхлип.       Лучник плавно повернул голову в мою сторону, пальцами медленно поправив бандану.        — Нужно найти Кэрол и двигаться дальше, у нас не так много времени, — Дэрил снова потянул бандану вниз, так как при разговоре она то и дело поднималась вверх, затем раздраженным движением резко развязал ее и вообще снял с шеи, — Рик нам задницы до крови искусает за подобную выходку.       Я кивнула, наблюдая за тем, как реднек прячет черную ткань в задний карман штанов.       — Думаешь они нас потеряли?       — Скорее всего, поэтому нужно все быстрей доделать и вернуться назад, у меня не очень хорошее предчувствие по поводу всех, кто остался в церкви.       Я снова кивнула, мысленно понимая, что и сама впервые задумываюсь и переживаю об оставшихся членах группы. Впервые за все это время, находясь не с ними, мне вдруг впервые захотелось узнать, все ли у них хорошо? Затем мысли спутались и нехорошее предчувствие, возникшее у Дэрила, теперь возникло и у меня. Сердце начал тревожить один непростой факт, что, возможно, сейчас, там, в этой церкви что-то происходит, нужна помощь, а мы здесь, уехали ночью и даже не знаем ничего.       Затем на смену этому пришла злость и острое желание вернуться назад, просто так… просто, чтобы убедиться, что ничего не случилось…       А еще… я подумала о малышке Джудит, и меня немедленно захлестнула волна яростного желания встать на ее защиту. Глубина и сила этого чувства смутила, затем напугала.       Дэрил уже стремительно прошел мимо, но, заметив мое состояние, вернулся, осторожно вставая рядом. Локоть его руки, придерживающей на плече арбалет, чуть соприкоснулся с моим голым плечом, заставив вернуться к реальности.       — Идем, — мужчина сказал это тихо, совсем по-доброму, кивая на останки догорающего человека, — Пусть он спокойно догорит в одиночестве.       Я вновь посмотрела на охваченное огнем тело. Языки пламени полностью скрыли его, оставляя лишь еле заметный силуэт. Наверное, он бы так и просидел бы все оставшееся время, прислонившись спиной к стене со связкой тупых ключей на ремне, и никто никогда бы не нашел его, а если бы и нашел, то просто прошел мимо, но Дэрил… не прошел, не сегодня…       — Спасибо, — тихо прошептала я, внимательно посмотрев в голубые глаза лучника.       Теперь настала очередь Диксона кивнуть и еле заметно улыбнуться.       — Ему можно позавидовать, — мужчина рассеянно пожал плечами, — Для него позади и жизнь, и уже сама смерть… у некоторых из нас все впереди, возможно, что у всех… это отстойно… это отстой… но мы вместе, а значит, что пока все не так уж плохо…       Я тяжело втянула ноздрями дым, наполненный все тем же вкрадчивым запахом. Чувство благодарности за почтение памяти незнакомого мертвеца, за сказанные слова охватило меня на столько сильно, что это даже стало почти похоже на любовь.

***

      Некогда ровный, гладкий асфальт города Атланты был раздроблен, как после бомбежки. Город — призрак. Нигде не горел свет… и вряд ли вообще загорится вновь. Многоэтажные дома с выбитыми стеклами, выглядевшими, как пустые глазницы, великолепно сочетались грязно-серым цветом с пасмурным небом, и давили своей призрачной холодностью.       Город — призрак.       Пристанище мертвых.       Повсюду были насованы искромсанные, полусгнившие тела, на которые можно было натыкаться постоянно, как на призы в какой-нибудь омерзительной игре.       Вокруг все было одинаковое, бесцветное, скучное, грязное, словно город в одночасье потух навсегда.       Чуть не наступив на костлявые пальцы тела, которое уже больше даже не шевелилось — до такой степени разложилось, лишь слабо открывало и закрывало челюсть; я скривилась, в очередной раз задаваясь вопросом, кто же виноват в том, что столица штата Джорджия стала пристанищем ходячих мертвецов — вирус или военные, которые без выяснения и поисков выживших, сочли единственным спасением города от заражения, сбросить на него напалм? С самого начала была уверена, что они. Всегда была уверена. Всегда буду уверена.       — Тихо! — приказной мужской шепот резанул по уху, и я резко остановилась в нескольких дюймах от спины Дэрила, туповато уставившись на выведенные крылья на спине мужчины. — Слышите? — вопрос Диксона был больше похож на утверждение. Он прижался к зданию, за углом которого находилась автомобильная парковка, аккуратно вытянул шею, затем снова вернулся в исходное положение.       — Сколько там? — я тоже попыталась вытянуть шею и посмотреть, но тут же была остановлена наглым, если уж на то пошло, довольно-таки грубым движением руки лучника, которая, толкнув меня в грудную клетку, фактически вжала в каменную стену здания.       Мужчина обернулся ко мне, злобно сверкнув глазами, а затем, убрав ладонь с моей грудной клетки, поднял ее, многозначительно покрутив пальцем у виска.       — Ты больная? — шепот не злой, скорее растерянный, в глазах ни грамма раздражения, лишь недоумение, — Их там больше дюжины, а нас трое, совсем не думаешь? — он снова поднес палец к виску, но на сей раз просто ткнул в него подушечкой.       Я поджала губы, даже не собираясь на это отвечать. Вопрос о здоровье и жесты, связанные с умственной деятельностью, немного остудили мой рвущийся в бой пыл.       — Что делать будем? — Кэрол, осматривавшая в этот момент через прицел винтовки близлежащие здания, опустила оружие, твердо посмотрев мужчине в глаза.       С минуту царила тишина. Я исподлобья смотрела на Диксона в ожидании решения проблемы. На лице реднека блуждала напряженная задумчивость, затем его лицо словно озарилось догадкой.       — Ладно, — Дэрил нервно мотнул головой в сторону, быстро скидывая с плеч лямки рюкзака. Я дотошно всматривалась в действия мужчины, отмечая про себя, что как же все-таки прекрасно, что он сейчас с нами. Человек, способный любыми путями решить те или иные проблемы, перед которыми лично я бы просто стушевалась. Многие бы…       Диксон уверенно раскрыл рюкзак, ловкими пальцами вытащил из него пачку бумажных листов и зажигалку с потертым в некоторых местах металлическим покрытием, — Придется идти через парковку, там переход.       Лучник бросил рюкзак на землю, затем, два раза чиркнув зажигалкой, поднес пламя к уголку сложенных пачкой листов. Бумагу быстро охватило желтовато-оранжевое пламя, и она, благодаря броску реднека, стремительно полетела на вполне приличное от нас расстояние, привлекая к себе внимание ходячих мертвецов.       Мне все еще не было видно происходящего за углом, но отдаляющиеся шаркающие звуки нескольких мертвых ступней давали понять — план сработал.       Я быстро наклонилась, поднимая с земли брошенный Дэрилом рюкзак. Сам мужчина уже беззвучно двинулся вперед, просматривая опасную дорогу через прицел арбалета.       Группа ходячих мертвецов, так ненужно здесь слонявшихся, всем скопом лениво поплелась к горевшим бумажным листам. В этот же момент сквозь затянутое небо прокралось солнце, залив непривычно теплыми, а не поджаривающе-знойными лучами парковку… и нас… и их тоже.       Некоторые из живых трупов двигались уже с видимым усилием, словно то, что каким-то образом вернуло их к жизни, полностью не довело дело до конца. Наблюдая за этим, я впервые попыталась сосчитать, сколько прошло времени с начала этой мировой беды.       Не смогла…       Я даже не смогла быстро вспомнить, какой сейчас идет месяц. В долбаной Джорджии погода каждый день одна и та же… или мне это просто казалось, что по сути было совсем не важно.       Пересечь парковку оказалось проще некуда. Не пришлось тратить ни силы, ни время. Отвлеченные мертвецы все еще бестолково кружили над горящей бумагой. Некоторые, ведомые каким-то импульсом, отходили от привлеченного ранее их внимание источника, но наша троица была уже вне поля зрения.       Дэрил открыл дверь входа в здание с парковки и отошел в сторону, пропуская вперед меня и Кэрол. Перед глазами открылся узкий грязный коридор какого-то офисного здания с грязно-коричневыми брызгами на стенах. Ноздри заполнил умопомрачительный запах разлагающейся плоти вперемешку с вонью металла, крови, сырости, гниющего мусора и чего-то еще более ужасного, чья совокупность, к уже перечисленным знакомым ароматам, заставляла фактически терять сознание.       Откашлявшись, несколько раз подавив в себе накатывающий рвотный рефлекс и безумно порывающиеся наружу слезы, я быстрым шагом рванула вперед, улавливая слухом, как позади так же удушливо закашлялись сначала Кэрол, затем Дэрил.       Украшенный мусором и обрывками одежды коридор поворачивал направо. Я шла впереди, шла быстро, не желая тратить время на раздумья. Первый и единственный поворот коридора и я тут же шарахнулась назад, прилагая немалые усилия для того, чтобы удержаться на ногах и не закричать.       За поворотом ожидал сюрприз в самой извращенной для этого положения форме, превращая банально ужасное утро в нечто неправдоподобно отвратительное.       Еще один коридор, но только шире и светлей за счет огромных окон. Скорее всего раньше это был холл, вот только помимо залежалого мусора повсюду были натыканы живые мертвецы, абсурдно упакованные в спальные мешки. Они хрипели, непостижимо извиваясь подобно гусеницам, на которых попадали горячие капли воска. Кому-то из них удалось вытащить руку, кому-то даже обе, но встать из-за плотно застегнутых мешков ни у кого не получилось, поэтому, заметив нас, мертвые бедняги лишь жалко вытягивали шеи, стараясь сдвинуться с места хоть на дюйм.       Позади стояли несколько походных палаток. Они просто ходили ходуном, шевелились и выкручивались, как живые, от упирающихся в их стенки изнутри разлагающихся ладоней. Я снова чуть не закричала, впившись ногтями себе в щеки. Стены плавно поплыли вокруг меня, словно колесо сделало оборот и мир двинулся с места.       Испугаться ходячих сейчас было уже просто смешно, но я испугалась того, что произошло с ними.       С этими людьми…       Что или кто заставил упаковаться их в эти идиотские мешки?       Зачем?       Что здесь планировалось и почему все погибшие закрыты в дорожных палатках и спальных мешках?       Что здесь было?!       Я смотрела и смотрела, и не могла сдвинуться с места, гоняя в голове лишь одно — пусть это все прекратится в ближайшие пару лет! Или даже прямо завтра, с наступлением утра, пусть все прекратится!       Прекратится, прекратится, прекратится!       Дэрил тихонько встал рядом со мной. На его лице отражалось отвращение вперемешку с… болью?       — Представление под названием «На утро после…» — он горько усмехнулся, затем медленно подошел к одному из лежащих живых мертвецов и аккуратно опустился рядом на левое колено. В зажатых крепких пальцах блеснуло лезвие ножа, отразив на забрызганной красным стене тусклый солнечный зайчик. С характерным свистящим звуком рассекся воздух, а потом нож погрузился в гнилой череп. Кэрол тоже достала нож, делая несколько шагов вперед, но Дэрил, распознав это, поднял руку в пресекающем ее желание жесте.       Женщина послушно вернулась на место, не проронив ни слова.       — Их оставим, — Диксон вытащил нож из головы последнего мертвеца, махнув в сторону раскачивающихся палаток, и поднялся на ноги, — Не хочу даже знать, сколько их там, да и смотреть тоже не хочу, — он пошел ко мне, попутно вытирая лезвие о штанину джинсов. Я продолжала смотреть куда-то сквозь лучника, гоняя в голове страшные предположения как на игровом барабане.       Дэрил остановился передо мной. Он попытался поймать мой взгляд, поэтому я на него и не посмотрела.       Не хотела… или не могла…       — Знаешь, иногда, видя подобное, я, порой, тоже не знаю, что и думать, — его рука легла на мое плечо, и я невольно покосилась в сторону мужских пальцев.       — Я стараюсь этого не замечать.       — Правильно, — лучник чуть кивнул, возможно, даже улыбнулся. Возможно, это мне лишь показалось.       Следующая дверь была маятниковая, ручки которой были скреплены между собой ржавой железной цепью. Когда я и Дэрил Диксон подошли, Кэрол уже задумчиво рассматривала болтающийся на железных звеньях тяжелый замок.       — Если надавить на створки, то появляется большой промежуток чтобы пролезть, — в доказательство своих слов женщина толкнула ладонями облезлое покрытие, и оно подалось назад, создавая этим довольно широкую щель.       Дэрил осторожно выхватил у меня из рук свой рюкзак, затем потянул к себе тот, который болтался на моих плечах. Я сделала шаг вперед, вытянув назад руки, позволяя освободить себя от мешающего веса.       — Если хочешь, первой полезу я, — Кэрол улыбнулась, чем совсем не нужно почему-то напомнила мне маму, и мои глаза на долю секунды обожгло резким слезным приливом.       — Не нужно, хуже этого зрелища все равно нет.       Пелетье понимающе кивнула, проследив глазами за моей вытянувшейся в нужном направлении рукой.       Палатки, как праздничная пиньята, только вместо конфет напичканные ходячими мертвецами, продолжали свирепо раскачиваться в разные стороны.       Ухватившись обеими руками за намотанную на дверные ручки цепь, я присела и протиснулась в появившуюся щель. Следом в комнату влетели два рюкзака, винтовка и арбалет, затем в проеме появилась серебристая голова Кэрол. Я протянула ей руку в желании помочь, Пелетье уверенно приняла мой порыв.       Комната когда-то была кабинетом, по всей видимости когда-то не последнего человека в этом здании. Мебель была целая, вокруг почти чисто и нет крови, лишь бросающийся в глаза слой пыли на всех поверхностях говорил о том, что здесь давно не было людей.       — Хорошо что натощак, — Дэрил пролез между скрепленными дверьми и сразу кинулся к окну подзывая к себе нас, — Вот, смотрите, вон там!       Я привстала на цыпочки в желании рассмотреть то, на что указывал мужчина. В нескольких футах от нас на мосту, пробив его ограждение, стояла машина с нарисованными белыми крестами на заднем стекле.       — Давно стоит, — Кэрол устало выдохнула, — Брошена, но она определенно их.       — Есть смысл осмотреть, — мужчина оперся всей пятерней прямо на пыльное оконное стекло, подозрительно-въедливо всматриваясь в горизонт.       — И что нам это дает? — я не сводила глаз с застрявшего на мосту автомобиля. Мимо него так же монотонно шатались ходячие в слишком опасной близости, — Неизвестно сколько времени эта машина стоит. А может быть ее просто бросили здесь? Слишком много мертвецов, — мой указательный палец вытянулся вперед, указывая на проблему, хотя стадо слюнявых зомби сейчас мог не разглядеть разве что слепой, — Я надеюсь, что мы проходили мимо омерзительных ходячих в мешках не только для того, чтобы посмотреть на эту машину с другого ракурса?       Дэрил медленно перевел взгляд на меня, затем отшагнул от окна.       — Ты определенного ответа от меня ждешь?       — Дэрил, я прошу тебя, — в голосе Кэрол прозвучала мольба. Конечно, она слишком хорошо его знала, чтобы не смочь догадаться о том, что сейчас произойдет, но и без ее мольбы я прочитала абсолютно все по холодным голубым глазам Диксона.       — Боже, — мужчина опустил лицо в ладони и потер его несколько раз, — Мы ищем человека, толком не зная, где он, и единственная подсказка — сраная черная машина с крестами! — на последнем слове он повысил голос, и мое сердце подпрыгнуло к горлу, — Не знаю я! Может действительно это ничего не даст! Скорее всего, что ничего! Я, знаешь ли, не дурачком родился! — лучник раздражительно развел руки в стороны, — Но зато я буду знать, что хотя бы пытаюсь, и не в чем не смогу себя упрекнуть! Это Бэт! Человек, которая из надоедливой соплячки, не способной отличить дерьмо от шоколада, стала одной из тех, кто может спасать жизни! У тебя другие предложения? Валяй, а если нет, то не цепляйся с дебильными вопросами, я предупреждал, что это будет не дружеская прогулка!       Я отшатнулась назад, вжимаясь в стену, на которую наткнулась, не сделав и полноценного шага. В затылок что-то больно уперлось. Я не сразу поняла, что это была рамка от какой-то дурацкой картины, висевшей на этой же стене.       Дэрил смотрел на меня в упор, яростно раздувая крылья носа. Не знаю, каким образом, но мой вопрос разбудил в голове у лучника дремавших ведущих-психопатов. В мозг закралось странное, неприятное чувство, которое я уже давно не испытывала. Более того, вообще сомневалась что смогу испытать вновь — не доживу. Бэт…       Сердце ощутимо заколотилось под ребрами, во рту пересохло, в глазах яростно начали прыгать красные точки. Я не могла понять, что это было за странное чувство, пришедшее вместе со злостью, но… Бэт…       Но…       Хотя нет, я прекрасно понимала, что это за чувство! Давно забытое. В прошлом нормальном мире, в котором жили нормальные люди, подобное чувство называлось ревность.       Ревность.       Противное слово попало и будто бы ударилось о черепную коробку.       Прошла минута тишины прежде чем Диксон прикрыл глаза, попутно шумно втягивая ноздрями воздух. Его старательное желание успокоиться просто можно было уловить, даже не пытаясь, а я так и продолжала стоять у стены, задевая и двигая затылком деревянную рамку, и ненавидя ее теперь больше всего на свете.       Дэрил перевел глаза чуть вверх. Какого же было мое удивление, когда я увидела что реднек, неожиданно, наверное, даже для себя, просто улыбнулся, заметив картину над моей головой.       — Посмотрите, ну что за прелесть! — мужчина как-то раздосадованно покачал головой, — Большего кретинизма в жизни просто не видел! Наверняка какой-нибудь богатый мудак отвалил за нее немалые деньги, а рисунок… будто собака села задницей в краску и вытерла ее об листок!       Смотрящая в этот момент в окно Кэрол еле слышно хохотнула. На все еще ватных ногах я оттолкнулась от стены и обернулась назад, на стену с картиной. Действительно бред, как рисунок ребенка, который в силу мало прожитого времени неосознанно мазнул красками на бумагу.       — У всех свои пределы, — я пожала плечами, — Возможно тот, кому принадлежал этот кабинет, мечтал о такой картине с детства.       — Я с детства мечтал об электрической железной дороге, которую мне так и не купили, — Дэрил поднял с пола арбалет и закинул на плечо. — Возможно именно поэтому я смог выжить.       Я снова неоднозначно пожала плечами, сделав вид, что поняла, что имел в виду мужчина, затем подняла за лямки свой рюкзак.       — Вылазишь обратно и не шагу, — Дэрил вновь надавил на двери, смотря в этот момент на приближающуюся Кэрол, хотя указания раздавал именно мне, — Я за тобой.       Рюкзак резким движением вылетел наружу. Я уверено опустилась и встала на четвереньки, быстро проползая в образовавшуюся между дверьми щель. Не поднимаясь на ноги, я пошарила рукой в поисках только что вытолкнутого рюкзака но… его не оказалось…       Шаг… второй… щелчок предохранителя.       Медленно, до судороги в шее медленно я подняла голову и четко посмотрела в темное дуло пистолета. Несокрушимый страх погладил меня по голове своей шершавой рукой, в горле образовался тугой ком.       Напротив стоял темнокожий парень, на вид не старше шестнадцати. Губы его дрожали, но в глазах читалась отчаянная решимость.       Я осторожно подняла руки вверх, затем так же плавно поднялась с колен, стараясь делать акцент лишь на том что мои руки пусты, и я не опасна. Конечно, пистолет был направлен не совсем на меня, но и не в сторону.       Позади, до моих ушей донесся звук возни и разговоров. Я сильно сжала кулаки, стараясь смотреть мальчишке прямо в глаза.       Дэрил, не надо!       Силой мысли я пыталась изо всех сил послать лучнику хоть какой-то намек на то, что им бы уже лучше сидеть и не высовываться, но Дэрил Диксон читать мысли не умел, поэтому его взлохмаченная темноволосая голова показалась в щели сразу же после того, как я встала с колен.       — Руки вверх! Выходите! Все! Живо! — рука парнишки, в которой он сжимал рукоять пистолета, заметно затряслась, поэтому он старательно пытался взять себя в руки, — Положите арбалет!       Дэрил, который в этот момент поднимался на ноги, держа в правой руке свое оружие, недоуменно вытаращился на парня с выражением лица, словно он был лишь назойливым видением.       — Ну ты и смельчак, — Диксон потерянно покачал головой, но не стал ни напуганным, ни беспокойным. Глядя на него, в уголок сознания закралась мысль, что, скорее всего для того, чтобы в такой ситуации сохранить полную невозмутимость, он отдает немалый расход энергии.       — Я не шучу, положите оружие! — темнокожий незнакомец переступил с ноги на ногу, стараясь не смотреть реднеку в глаза, — Пожалуйста, положите арбалет.       Дэрил плавно и глубоко вдохнул, затем снова покачал головой, уже укладывая свое оружие на пол. Мальчишка тут же кинулся к нему, на секунду забыв, что должен держать нас на прицеле.       — Простите меня, — он просунул руку в лямку арбалета и плечо тут же перекосило от тяжести, — Вы вроде бы крепкие, сами справитесь, — с этими словами парень медленно отошел назад, остановившись рядом с шевелящейся палаткой, затем вытащил нож и разрезал ее сверху до низу.       Я сразу вытащила из-за пояса нож, бросив все средоточие на предстоящую атаку. Не смотря на то, что палатка ходила ходуном, в ней было всего два ходячего — женщина и мужчина. Мы поделили их с Диксоном поровну, в то время как Кэрол нервно сорвалась с места и кинулась в ту сторону, куда ушел парень.       — Эрин, за ним, скорей! — Дэрил оттолкнул в сторону уже убитого мной ходячего мужчину.       — Просто прекрасно! — Кэрол всплеснула руками, толкая от себя ненавистные двери, через которые мы изначально зашли, — Мы в центре города, повсюду ходячие, а он забрал оружие!       — Он просто пацан! — лучник спокойно отодвинул женщину в сторону и прошел вперед, — Может быть не семи пядей во лбу, но за задницу нас крепко тяпнул!       — Что будем делать? — я шла позади всех, поэтому ответа на свой вопрос даже и не думала дождаться, но все же получила.       — Идем к брошенной на мосту машине, а потом найдем его и первое, что я сделаю, дам ему не хилого пинка, — Дэрил разъяренно ухватился за ручку двери, выводившей из здания на парковку, — Сейчас я открою двери и сразу же бежим, что есть сил. В этот раз горящая бумага не поможет.       Он толкнул двери. Меня временно ослепило дневным светом, но я все же сорвалась с места, начиная старт почти вслепую. Дэрил бежал впереди, периодически, если это было нужно, очищая дорогу перед нами. Осталось совсем немного и эта стая живых мертвецов осталась бы позади. Эта мысль была целительной повязкой, желанной в данный момент целью, особенно сейчас, когда угол здания, из-за которого двумя часами ранее вылетели горящие листы, уже был так близко.       Я обернулась, чтобы оценить, сильно ли мы смогли оторваться от стада. На небольшом расстоянии быстро шагала мертвая женщина и больше никого. Это обрадовало на столько, что я позволила себе расслабиться, но лишь на секунду.       Под ботинком что-то сначала хрустнуло, а потом ворвалось внутрь адской колющей болью, распарывая стопу где-то в районе сгиба. Я попыталась проигнорировать боль, но не смогла удержать равновесие и упала на землю, сильно ударившись об нее подбородком. Теплый вкус крови почти сразу же заполнил рот. Я посмотрела вокруг, слабо начиная осознавать что причина моей случившейся беды то самое, полностью разложившееся тело, на чьи торчащие фаланги пальцев я наступила.       Мертвая женщина, та самая, которая упорно преследовала нас, появилась из-за угла дома, как из моего самого страшного кошмара. Ее ноги были отвратительно бледными с распухшими бедрами, но она неплохо для своего состояния передвигалась, ступая по асфальту фиолетовыми ступнями.       Большая часть сознания была занята болью во рту, но я все же попыталась отползти назад, опираясь на локти. Мертвая женщина наклонилась, неуклюже пытаясь поймать меня за ногу. Плоть на ее руках не просто обвисла, она почти капала на землю. Серо-белые глаза, как два стальных зеркала бессмысленно таращились куда-то сквозь меня, а из перекошенного, забитого грязью рта, вырывалось дыхание, звуком напоминающее высохшие кукурузные початки, которые по осени ветер гоняет по полю.       Я попробовала изловчиться и оттолкнуть от себя ходячую ногой, за которую она так упорно пыталась ухватиться. Удар пришелся мертвой женщине в область колена. Вместо того чтобы отшатнуться от меня хотя бы на один шаг, где-то в области колена ходячей раздался хруст, по звуку напоминающий ломающуюся сухую ветку, и я испуганно заметила, как с ошметками грязно-коричневой крови и землистого цвета кожи, наружу вылетел острый конец сломанной малоберцовой кости.       Ходячая упала на колени, затем вперед, тем самым лишь сократив расстояние между нами. Она схватилась за мои лодыжки отвратительно скользкими, но на удивление сильными пальцами.       В локоть вонзилось что-то острое, возможно, камень от раздробленного асфальта. Я закричала, но пока от боли в локте, а не от зубов живого трупа. Парализующая боль прошла вдоль по предплечью, заставляя меня упасть на спину и не слабо приложиться затылком.       Мир перед глазами рвано качнулся. Блеклые, словно потухшие свечи, небоскребы закружились, как в медленном танго.       Где-то вдалеке послышался шум автомобильного двигателя, глухие выстрелы, чьи-то крики.       — Это они!       — Эрин, нет!       — Отвлеки ходячих, я помогу ей! Эрин!       Периферическим зрением я зацепила образ Кэрол, которая неслась ко мне с зажатым в руке ножом. Дэрила, который заносил руку вверх для очередного удара.       Мертвая женщина подползла выше, несознательно опираясь на мое запястье рукой с просвечивающей сквозь кожу костью. Она наклонилась к моему лицу, раскрывая рот, из которого тут же начала капать кровавая слизь.       Все…       Звук автомобильного мотора приближался. Совсем рядом прогрохотал выстрел. Ходячая резко рухнула на меня, оросив несколькими сверкающими осколками стекла, некогда застрявшими в ее волосах.       Во рту снова заныла боль. Что произошло понять было слишком сложно, да я и не пыталась, лишь повернула голову в сторону приближающейся черной машины.       Оглушительно завизжали тормоза. В воздух подлетело женское тело.       Наверное очередная ходячая…       Я тупо ждала удара. Во всяком случае это положило бы конец боли во рту, но машина все же остановилась, а рядом со мной глухо упало ранее сбитое тело.       Кэрол.       Я смотрела на ее бледное, испачканное лицо, находившееся всего в нескольких дюймах от моего. Она была без сознания, или даже мертвая, не знаю.       Машина с белым крестом на стекле.       Они только что сбили Кэрол.       В висках неожиданно забухало с такой силой, словно в них начали вкручивать безжалостные шурупы. Реальность медленно ускользала, но я изо всех сил старалась держаться за нее. Голова раздувалась до гигантских размеров. В глазах периодически темнело.       — Дэрил! — я собрала по крупицам последние силы. Вопль был на столько отчаянный, что на мгновенье собственные уши заложило от крика, а затем горло разорвал сдавленный приступ кашля, — Дэрил… — снова кашель, — Дэрил, — и уже шепот.       Тело ходячей, которая еще несколько минут назад чуть не убила меня, исчезло, точнее, его убрали. Воздух в легкие снова начал поступать и казалось, что сознание возвращается обратно. Я так и лежала на спине, уставившись в серое небо, через которое старались пробиться солнечные лучи. Потом небо закрыли.       Правая мужская рука приподняла мою голову, левая протиснулась под колени. Дэрил легко приподнял меня с земли, быстрым шагом начиная двигаться куда-то в сторону.       — Стой! — приказал незнакомый мужской голос, затем послышались звуки открывающихся автомобильных дверей.       — Кэрол, — я слабо вытянула руку в сторону брошенной женщины, которую уже поднимали с земли два чужих мужских силуэта.       — Тише, мы вернемся, — слух уловил успокаивающий тон и рука тут же вяло рухнула вниз. Показалось, что пальцы лучника даже погладили меня по затылку… нет, не показалось… погладили, затем большой палец, затем кулак ощутимо сжал целую прядь волос, а потом…ничего — темнота…