Тихий лес

Всему в своей жизни Несми Тант был обязан армии. Семьи у него никогда не было, и на своей родной планете не приходилось рассчитывать ни на какие преференции, а армия худо-бедно дала ему образование, службу и верных друзей, правда, предварительно слегка надломив психику и ампутировав базовые бытовые навыки. Зато по отбытии долга родине можно было рассчитывать на приличную пожизненную пенсию, на которую можно было относительно сносно существовать — не на самом Акрее, конечно, но где-нибудь в периферийных системах. Но, несмотря на все плюсы, службу Тант с детства не любил и последние двадцать лет лелеял свою маленькую акрейскую мечту: уволиться, получить от армии домик в спокойной колонии (просить шестую или девятую системы, на вторую и третью не соглашаться, лучше уж в казарме) и зажить, наконец-то, мирной жизнью в свое удовольствие. Может быть, начать что-нибудь выращивать, какие-нибудь долгоживущие неядовитые деревья. Танту нравились планеты, на которых было много растительности. Двадцать лет он до мельчайших подробностей расписывал себе перед сном, какой будет его послеармейская жизнь — если удастся до нее дожить, конечно же — отмечал каждые следующие три года, приближающие его к пенсии, и не особо рассчитывал на досрочное освобождение. И потому очнувшись в лазарете, под анальгетиками, и разглядев свою левую ногу, Тант не придумал ничего лучше, как расхохотаться — увечье, гарантированное увечье! Несми Тант был абсолютно, неподдельно счастлив — он освобождался из армии, а война на Суле продолжалась без него. Да, из левого бедра вырезали кусок мяса вместе с вплавившейся в плоть резиной. Да, он уходил со службы инвалидом. Зато уходил в тридцать один год, а не в пятьдесят, как рассчитывал при самом благоприятном раскладе! Итак, он был еще молод — в сущности, в том возрасте, в каком в мирных системах только начинают взрослую жизнь — мог самостоятельно передвигаться и твердо знал, чем хочет заниматься дальше: если быть честным, то ничем. Самая главная в его жизни мечта осуществлялась самым что ни на есть великолепным образом. Больше того; едва Несми перевели из экстренного отделения в центр реабилитации, выяснилось, что удача на этом не заканчивается. От начальства поступило постановление: выделить капралу Несми Танту в безвозмездное бессрочное владение дом на Дельта-7 с прилегающей территорией в пятьдесят тулу и одного серва, опять же в полную собственность. Тант сначала вылупился на документ в безграничном удивлении; пятьдесят тулу — это было в районе площади небольшого туземного городка на той же Суле со всеми прилегающими полями и огородами, то есть очень, очень немало. А потом вспомнил, что не так с Дельта-7. Планета из седьмой системы была практически необитаемой. Этим и объяснялась щедрость чиновников из комитета социального обеспечения. Дельта-7 считалась пригодной для колонизации, но находилась на стадии подготовки биосферы — в атмосфере были проблемы с кислородом. При желаемых для человека двадцати процентах, атмосфера на Дельта-7 едва дотягивала до десяти. Но были вода и почти нормальный озоновый слой, следовательно, ничто не мешало подправить этот недостаток при помощи фотосинтеза. По заверениям ученых, каких-нибудь пару, в крайнем случае, десяток миллионов лет — и процесс выхода местной флоры на сушу пошел бы своим путем, но людям, чья средняя продолжительность жизни не превышала восьмидесяти лет, ожидание показалось слишком долгим. Ниже следовало сжатое и — следовало отдать должное составителям — весьма честное и понятное разъяснение, на что будет похожа жизнь колониста на планете такого типа. Дом, обещанный Танту, еще не построен, но будет в ближайшее время, снабженный всем необходимым, в том числе куполом. Дыхание без кислородной маски возможно, но затруднительно. Средство передвижения и все необходимое выдадут. Паромы снабжения прибывают с Гамма-7 и Вита-7 раз в месяц (по Акрею), все по льготным ценам, необходимое для поддержания хозяйства — бесплатно. С собой можно везти до двухсот теу любого барахла, но большая часть этого веса, понятное дело, отводится под мебель. Наконец, вершиной щедрости комитетчиков, видимо сообразивших, что собираются подвязать на освоение фактически непригодной для жизни планеты инвалида войны, было разрешение на приобретение одного серва мужского пола на свой выбор. Тант был и обрадован, и озадачен одновременно — о серве он не просил, да и не думал, что ему когда-нибудь понадобится личный раб, ведь он планировал жизнь на вполне обустроенной планете! Но и предложенный вариант казался довольно заманчивым. Первым делом Несми решил поделиться новостью с соседями по медблоку — большей частью это были такие же, как он, простые солдаты, долечивающиеся после ранений, полученных на Суле. — Ну ты и дурак, Тант! — в один голос загалдели те. — Ведь ясно, что клапан впаялся тебе в ногу, потому что его сделали из простой резины. Надо было настаивать на экспертизе — получил бы не мальчишку-серва, а целую женщину! Может быть, даже рожающую. Фертильные, или как по-простому говорили, рожающие женщины — это были такие полумифические существа, которых никто никогда не видел, но все верили, что таких выдают за особые заслуги перед родиной. И не важно, что все семь с половиной процентов женщин, способных беременеть и производить на свет детей естественным путем, распределяются лет в двенадцать и отнюдь не между простыми вояками — что также было всем без исключения известно — вера эта была весьма живуча в рядах акрейской армии. — И Дельта-7, серьезно? Там дышать невозможно и пейзажи такие же веселые, как на Суле после зачистки, туда и за деньги никто не едет, только ветераны, инвалиды и преступники! — Как по мне, отличная компания, — буркнул Тант. Он и сам понимал, что, возможно, ему слегка недодали и при желании можно вытрясти из комитета по социальному обеспечению и больше, но ненамного — скажем, двух сервов вместо одного или лишнюю сотню кредитов к годовой пенсии, но эти мелочи не стоили затягивания процедуры и сопутствующей этому нервотрепки. К тому же он был всем доволен и готов с радостью принять пусть и скромную, но вполне его устраивающую компенсацию за все свои труды и потери, главное — поскорее. К счастью, и армейское начальство любило, когда все быстро, потому подготовкой к выходу на гражданку Несми Тант занялся в оставшиеся две недели до выписки. Первым делом разыскал и связался с теми, кто уже был на Дельта-7, но по каким-то причинам вернулся. Основные жалобы были на жизнь под куполом, неразвитую инфраструктуру и полное отсутствие развлечений. При этом все признавали, что у планеты есть все шансы стать пригодной для нормальной жизни и самоокупаемой, но не раньше, чем кислород доползет хотя бы до шестнадцати процентов. Водоемов было достаточно и в них кипела жизнь, хоть и непригодная для хозяйственного использования, зато безвредная для человека; климат в зоне первичного освоения, проходящей по экватору, был ровный, соответствующий прохладному лету на Акрее; времен года как таковых не было, зато вменяемая продолжительность суток — около тридцати шести акрейских часов при оптимальных двадцати восьми. Жизнь колонистов, которых насчитывалось восемнадцать тысяч человек на планету площадью восемнадцать миллионов тулу, закономерно напоминала жизнь маленького городка на любой освоенной планете. Тант решил, что подобное, как и существование под куполом, может напугать только того, кто никогда не жил в казарменном отсеке, разделенном перегородками на блоки по девять коек. Приняв решение и составив ответ комитетчикам по всей форме, Несми занялся непосредственно приготовлениями к переезду. Выяснил планировку типового дома, который ему обещали на Дельта-7, прикинул, сколько мебели и всяких бытовых удобств понадобится для обустройства на новом месте. Мебель дешевле было заказывать на Гамма-7, там существовала даже специальная сеть обеспечения колонистов, поставлявшая товары под их запросы и по льготным ценам. Тант решил ограничиться для начала только самым необходимым и, держа в голове, что жить будет вдвоем с сервом, заказал всего по два: два стула, два вещевых контейнера под одежду и личные вещи, два санитарных ящика со всем содержимым и так далее. Несми уже оформил предказаз на две одинаковые койки, когда его вдруг осенило воспоминание из детства: на гражданке люди, которые трахаются, спят вместе на специальных широких кроватях. А поскольку сервов для другого и не берут, то и кровать надо брать, наверное, сразу двухместную. Мысль была вроде бы логичной, но какой-то слишком дикой; Тант никогда в жизни не спал на кровати, шире своего же вещевого контейнера, который удобно размещался под изголовьем. А вдруг спать с кем-то рядом ему не понравится? Подумав, изменил заказ на одну обычную и одну двухместную кровать, как раз на случай, если кому-то что-то не понравится. Вовремя вспомнил про посуду — ведь на Дельта-7 придется готовить самому, раз в доме предусмотрена кухня — знать бы только, как выглядит этот процесс… Ну да серв должен знать, не просто же так их раздают за заслуги, должны что-то по хозяйству уметь. В итоге выбор между «набором для приготовления пищи базовым (21 предмет)» и «набором для приготовления пищи расширенным (58 предметов)» разрешился в пользу первого, так как в нем отсутствовали вариации по цветам, из чего Несми сделал вывод, что базовый набор берут чаще. Еще одним открытием стали средства для уборки и стирки. На базе уборочными работами занимался обслуживающий персонал, от солдат требовалось только вовремя отправлять вещи на обработку. Интерактивная страница сети снабжения тут же услужливо предложила обзавестись еще и набором для шитья и рулонами ткани трех типов; Тант понятия не имел, зачем, но сеть была создана для обслуживания таких, как он, так что наверняка знает, что предложить. И оформил предзаказ заодно на один «набор швейный базовый» с тканью трех видов. Мало ли, вдруг в самом деле придется что-нибудь шить. Где-то в середине заполнения предзаказа, Несми увлекся процессом. Все эти мелочи и непонятные вещи, о назначении которых без подсказок интерактивной страницы и не догадаешься — все это было частью той жизни, к которой он всегда стремился, хоть и не особо себе представлял. Самым ответственным делом был, конечно, выбор серва. Танту прислали код от базы данных с анкетами, из которых предстояло выбрать. Анкет было больше десяти тысяч, и Тант проковырялся больше недели со всеми критериями и настройками. Тем более, что заниматься этим можно было только поздно вечером и тихонько ночью, когда остальные выздоравливающие заваливались спать, иначе начались бы бурные обсуждения и нежелательные советы. С базой и так все было не очень гладко. Для начала Тант отсеял все анкеты без фотографий, осталось чуть больше половины. Но и в более-менее заполненных в большинстве случаев в графе о характере вместо результатов психологического тестирования красовались стандартные клише-отписки о склонности к побегу, агрессии или суициду. Это тоже, конечно, важно, но раз уж приходится вслепую выбирать человека, с которым светит провести под куполом ближайшие лет тридцать-сорок, хочется чуть более полной и достоверной информации. Самой большой проблемой было отсутствие данных о возрасте потенциальных сервов. Все были из разных систем и колоний, даты рождения или отсутствовали вовсе, или приводились по аборигенному летоисчислению, которое непонятно как переводить в акрейское, или определялись составителем анкеты, что называется, «на глаз». Несми однозначно хотелось парнишку посимпатичнее и помоложе, но не младше акрейских двенадцати лет — во-первых, не хотелось ждать, пока полностью созреет, во-вторых, в этом возрасте не понятно, какие черты и сложение будут в юности. Поскольку поиска по возрасту в базе анкет не было предусмотрено, Тант решил зайти с другой стороны: первым делом исключил всех, имеющих опыт боевых действий — конечно, много мальчиков желаемого возраста сразу же отсеялись, но Тант справедливо рассудил, что на Дельта-7 и так достаточная концентрация бывших военных, чтобы тащить туда еще и недавних противников. Следом убрал всех, имеющих опыт работы на гражданке больше десяти лет, либо не имеющих вовсе. Минус хронические заболевания, минус склонность к суициду — итого получилась подборка в девятьсот девяносто пять страниц, из которых Несми начал отсеивать уже преимущественно по внешности. Отобрав пятьдесят самых, на его вкус, привлекательных, Тант сделал перерыв в пару дней, чтобы дать глазам отдохнуть от мельтешения строчек и граф и после оценить каждого свежим взглядом. Сам процесс выбора необычайно нравился ему — тем более, что всю сознательную жизнь в армии он мог выбирать только между двумя видами гарнира в столовой, но теперь был готов очень обстоятельно подойти к делу. Конечно, можно было бы воспользоваться любым генератором случайностей, подкинуть жетон или ткнуть вслепую пальцем, но, черт побери, ведь не плановая случка по талону раз в месяц! А всю оставшуюся жизнь вместе с кем-то, со вторым, с сервом, которого сейчас предстоит выбрать. Или одному — тоже всю оставшуюся жизнь, если выбрать неправильно. И Тант ждал, когда что-нибудь «щелкнет» в голове или подаст иной знак. Никакого «щелчка» или знака так и не случилось, Несми просто потихоньку вычеркивал тех ребят, по изображениям которых быстрее всего пробегался взглядом, пока, наконец, не заметил, к чьей анкете возвращается чаще всего. «Вот этот, — просто решил Тант в какой-то момент. — Вот именно этот». И сразу стало как-то совсем легко.