Джинни-яга против!

             Ганнибал Лектер неожиданно заметил, как в тюремном коридоре прямо перед его камерой совершенно неожиданно, как бы ниоткуда, появилась девочка. «Это неспроста», — такая мысль промелькнула в голове заключённого. Детей в тюрьме быть не должно, разве что на свидании, а они в отдельном специальном помещении. И это явно к нему.        — Если не ошибаюсь, мистер Лектер? — спросила она с явным британским акцентом. — Да, юная леди. — Мисс, чтобы быть леди, мой отец должен быть, как минимум, графом. — Приношу свои извинения, — Ганнибал Лектер не собирался спорить с англичанами по поводу обращений, это до сих пор полуфеодальная страна. — Как я могу вас называть? — Я хочу воздержаться от имени, чтобы меня не вычислили, — ответила Гермиона. — Мистер Лектер, будьте добры, покажите вашу левую руку.              Ганнибал Лектер показал руку, на которой было шесть пальцев. Девочка посмотрела на руку и протиснулась сквозь прутья решётки. Надо сказать, мистер Лектер давно был без простых человеческих удовольствий, но он сдерживался, ибо прекрасно понимал, что всё это не просто так.        — Мистер Лектер, я сначала хочу сообщить о наших отношениях. — Я вас внимательно слушаю. — Я являюсь приёмной дочерью единоутробной сестры вашего биологического сына. Я не исключаю, что ваш биологический сын является полнокровным братом моей приёмной матери. Ваш сын хочет найти биологического отца. Пошёл по вашим стопам, ведь кровь не вода: доктор медицины, работает врачом. В кулинарных пристрастиях отличается от вас, но, возможно, он просто не пробовал. Моя приёмная мать работает дантистом. Если учесть, что в некоторых странах буква закона считает дантистов полноценными врачами, то это может быть наследственностью. — Согласен, дантисты тоже лечат людей, — согласился доктор Лектер. — К девочкам, обычно, менее строгие требования в отношении наследственности. Ваши биологические родители? — Сидят в тюрьме по обвинению в экстремизме и членстве незаконной преступной группировке. — Серьёзное преступление. — Безусловно, кроме того, их условия содержания намного хуже, чем у вас. — Вы к ним проникли? — Там гораздо лучше охрана. — Цель вашего визита? — Цель моего визита — познакомить моего дядю с его биологическим отцом. Для этого вам придётся временно или постоянно покинуть это гостеприимное место. — Кто решает, временно или постоянно? — Вы. — То есть мне надо вернуться или нет? — Именно. Желательно предупредить заранее. Мой приёмный отец может помочь с оформлением документов. В крайнем случае подправлю сама. Лицензии врача вам не видать. И с вашей стороны будет благоразумно держаться подальше от коллег. Мало ли что. — Я прекрасно понимаю. На что я могу рассчитывать? — На водительские права одинокого бродяги и посредственную родословную в базе данных полиции. У меня есть на примете опасный преступник. Его родители погибли в автомобильной аварии, единственный ребёнок, жена развелась, детей нет. Работал на птицефабрике, где разводили кур. — Что он натворил? — поинтересовался отбывающий наказание в местах не столь отдалённых Ганнибал Лектер. — Когда-то давно, будучи в подпитии, слегка зацепил жёлтый школьный автобус. По меркам Арканзаса очень серьёзное преступление.       Доктор Лектер прекрасно знал нравы американской глубинки. — Мне нельзя появляться в Арканзасе и соседних штатах? — Конечно. — Каков ваш план? — Я принесла вам шоколадок, кофе, сыр и копчёную говядину, — сказала девочка, доставая из миниатюрного девичьего рюкзачка завёрнутые в бумагу продукты. — Вашей любимой еды нет.       Странно, эти свёртки больше, чем её рюкзак.       Напоследок она извлекла из рюкзака бутыль французского коньяка объёмом ¾ литра, которая тоже явно была больше её рюкзачка. Потом достала блокнот, набор из четырёх ручек: синей, чёрной, красной и зелёной, пару небольших книг, швейцарский нож со штопором и небольшой электрический чайник объёмом в пинту, доверху набитый чайными пакетиками и порционным сахаром в стиках. — Какой вместительный у вас рюкзак. — Сама дорабатывала. — Мисс, я вам буду что-то должен? — Скорее всего, съесть несколько чудесных людей.       В «Норе» стрелка часов с именем Джиневра повернулась в положение «В опасности». — Хорошо, — сказал доктор Лектер, не ожидавший такой просьбы. — Дозвольте попрощаться. Мне надо отправиться к дедушке по материнской линии моей приёмной матери, — сказала Гермиона. — Биологический отец тоже неизвестен? — Да, но я думаю провести анализ. — Каким образом? — Пока секрет. Увидите. — А можно узнать имя моего биологического отца? — Конечно. — Что для этого требуется? — Тихое место, чтобы никто не мешал, и ресурсы, — улыбнулась Гермиона. — Кругом сплошная безотцовщина и преступность. — У вас есть приёмный отец? — Да, но он не может иметь детей. — Он англичанин? — Шотландец. — Эта такая страна, где идут дожди, и по цвету юбки мужчины можно узнать его фамилию? — пошутил Ганнибал Лектер, который хотел сбежать из тюрьмы. — Да, — ответила гостья. — Разрешите вас покинуть, я появлюсь, скорее всего, уже в следующем году. — Огромное спасибо за визит и подарки.              Гермиона вежливо откланялась и, вместо того, чтобы пролезть сквозь прутья решётки и покинуть тюрьму тем же маршрутом, что и появилась, с хлопком исчезла.       «Если колдовство существует, то это оно и есть», — подумал Доктор Лектер и ущипнул себя за руку. Так, всё это было, это не сон. Осталось открыть бутылку французского коньяка и выпить за грядущий побег. Как хорошо сидеть в камере-одиночке.              Доктор открыл коньяк, налил немного и выпил. «Какая хорошая девочка, наверное, очень вкусная», — подумал он. После этого съел кусочек вонючего сыра из Швейцарии.