Наша история любви

      На следующий день я проснулась, как обычно поздно. За окном ярко светило солнышко, которые все еще согревало осеннее утро и дарило прекрасное настроение на весь день. Чувствовала я  себя просто замечательно, видимо, болезнь совсем отступила.       Сладко потянувшись, я выползла из мягкой и теплой кроватки и пошла в ванную. Сделав все водные процедуры, прошла в комнату, где меня уже ждал неброский  домашний наряд. Не планируя сегодня куда-нибудь идти, оделась я по-простому: розовая трикотажная кофточка с рукавом до локтей и серые бриджи.       Все еще злясь на Адриана, я не стала к нему заходить, а пошла прямиком на кухню, позавтракать.       И вот, спустившись по лестнице и готовясь завернуть в сторону кухни, я слышу звук открывающейся двери и голос мамы:        - Маринетт, мы дома!        Резко обернувшись на 90 градусов, бегу в объятья мамы и Габриэля. Обнявшись и расцеловав все щеки, мы с мамой плавно перетекаем в гостиную и уже там начинаем беседу. А Габриэль отправляется прямиком в кабинет, все же он три дня "прогулял", как-никак.        Удобно устроившись на диване, Сабин начинает делиться впечатлениями:        - Ох, дорогая, это было просто прекрасно! Мы днями напролет валялись на пляже, а вечерами ходили на танцы. Ты не представляешь, как здорово танцует Габриэль! - и мама ушла в воспоминания об отпуске.        Рассказывала она буквально обо всем: и том как они с Габриэлем  гуляли по ночному пляжу, и о том как они ходили на рынок, выбирая подарки, и даже о том, какие романтические сюрпризы устраивал ей Габриэль. И вот спустя час беседы Сабин вспоминает об Адриане:        - Милая, а где Адриан? Вы с ним хорошо ладили? Зная тебя, я не удивлюсь, если бы он сбежал из дома.        - Адриан... Дело в том, что он вчера свалился с простудой... - но договорить не успеваю, так как мама, вскакивая с дивана, прерывает меня.        - А что же мы сидим? Тебе надо было раньше сказать! Бедный мальчик страдает, а мы тут беседы ведем, - и быстрой походкой идет к пациенту.        Мне ничего не остается, как идти вслед за ней. Обычно мама спокойная и милая женщина, но стоит члену ее семьи заболеть, как она превращается в через чур заботливого маньяка, не дающего и шагу ступить до полного выздоровления. Это хорошо еще, что мама не знала, что я недавно переболела, а то бы и мне досталaсь доля ее заботы.        Зайдя в комнату к блондину, мы видим Агнесс, хлопотавшую над "бедным мальчиком".        А " мальчику"  уже намного лучше, но зная драматизм горничной, тот спокойно лежал и слушал указания. Видимо,  за годы работы Агнесс на семью Агрест, блондин тоже к ней сильно привязался, раз не грубил и не отсылал ее.        И тут мама выступает вперед, охая и ахая над шокированным Адрианом. Ему Агнесс хватало по шею, а тут еще Сабин подключилась, что ввело его в еще большую панику.  У блондина метались глаза, он не знал куда от них спрятаться. Но помочь ему я ничем не смогла, так как меня благополучно вытолкали из комнаты.        Выйдя из комнаты, я почувствовала зов голодного желудка и пошла на кухню завтракать. После завтрака мне очень не хотелось вновь возвращаться в свою комнату и сидеть в четырех стенах, поэтому я пригласила Алью прогуляться по парку. Та, как ни странно согласилась, видимо, поссорилась с Нино. Договорившись встретится через час около парка, в котором я отшивала Натаниэля, я поднилась в комнату переодеться в более уличную одежду, и побежала на встречу.        Встретились мы быстро, точнее это Алья нашла меня быстро, я как всегда потерялась и не знала, куда идти. И вот, гуляя по парку мы  делились друг с другом своими горестями. Я рассказала ей как чуть не угробила Адриана, пока он ухаживал за мной, а потом чуть снова не угробила, когда ухаживала уже за ним. И весь мой рассказ Алья смеялась как ненормальная, а я чувствовала обреченность от своих неудач. А чуть погодя Алья рассказала мне об ее отношения с Нино. Оказалось, у них не так все гладко, как казалось на первый взгляд.        Прогулявшись по парку несколько часов, и  почувствовав голод, мы зашли в кафешку перекусить. А уже во время десерта там нас нашел Нино, пришедший извиниться перед Альей, с букетом красивых цветов.        Каюсь, это я написала Нино, где нас искать. И вот вновь помирившаяся парочка отправилась на свидание, а мне ничего не оставалось, как ехать домой.        Уже подходя к особняку, я увидела Хлою, выходящую из особняка, с недовольным лицом. Видимо, она приходила навестить Адриана, но ее не пустили. Увидев меня, блондинка сразу стала срывать на мне свою злость:        - Маринетт Дюпен-Чен, - поет блондинка мерзко растягивая слова, - Что ты здесь забыла? Неужели опустилась до того, что пришла просить милостыню?        - Ха-ха! Очень остроумно! - с сарказмом отвечаю ей, - Чтоб ты знала, я тут живу!        И с довольной улыбкой смотрю на шоковую реакцию блондинки.        - Как это? - Хлоя все никак не может поверить в правдивость моих слов и просто отмахивается, - Да быть не может! Так я тебе и поверила!        - Ну верить или не верить - это твое право. Но так оно и есть, - спокойно отвечаю в конец офигевшей блондинке.        - Почему? Чем ты так пригрозила Адриану, что он пустил тебя жить с ним?        - Хлоя, не сравнивай меня с собой! Это только ты вечно грозишься своим папочкой, а у меня были семейные обстоятельства! - и захожу в дом, оставляя Хлою в недоумении.        Домой я пришла незадолго до ужина, на котором мама и Габриэль вручили мне подарки: красивый браслет, большую и  необычную ракушку и странную маску какого-то местного бога. Браслет мне очень понравился, у мамы глаз наметан, она знает как я люблю милые вещички. Да и ракушка мне приглянулась. Но вот маску я совсем не поняла, но приняла с благодарностью, не обижать же родителей, которые так старались выбирая ее.        Поужинав, мы разошлись по комнатам: Габриэль в кабинет, я к себе, а мама к Адриану. При этом запретив мне подходить к нему до полного его выздоровления. Думается мне, что Агнесс уже нажаловалась маме о вчерашнем бульоне.        Но выбора не было, пришлось коротать вечер у себя в комнате, ковыряясь в интернете и слушая музыку.        А на следующее утро за завтраком, я узнала от мамы, что Адриан уехал в Лион по работе, видимо сбежав от назойливого ухаживания двух женщин, обидеть которых не мог.