Наша история любви

       До кухни я дошла буквально в трансе. "Что ж, сама себе яму вырыла, не надо было так упрямиться, вот Адриан и подловил. Ну что ж, прорвемся! Как он сказал? Ничего сложного. Я сделаю самый лучший бульон, что блондин будет пальчики облизывать!" - воодушевленная этой идеей, захожу на кухню.        И вижу Агнесс сидящей за столом с горой салфеток в руках.        - Агнесс, все хорошо, Адриану не так плохо, как ты думаешь. По крайней мере, жить будет! - пытаюсь успокоить горничную, но эффект почему-то другой.        Она еще больше заливается слезами. А у меня закатываются глаза от ее драматизма.        - Да не волнуйся ты! Вот сейчас приготовлю куриный бульончик и быстро поставлю его на ноги! - с улыбкой на лице и полной уверенностью в своих силах, говорю горничной.        Агнесс застывает в шоке, с широко раскрытыми глазами, а салфетки так и сыпятся из ее рук.        - П-простите, мадмуазель... Вы сказали, что сами приготовите бульон? - горничная таращится на меня немигающим взглядом, думая, что ослышалась.        - Все верно! Адриан же приготовил, чем я хуже?        - М-может быть и так. Но у месье Адриана всегда был талант к кулинарии, но вы же... - Агнесс явно вспомнила тот разгром на кухне.        - А что я? - недовольно ворчу на нее, Агнесс явно мне не доверяет.        - Ну, может быть, я вам немного помогу... – да и ежу понятно, что женщина боится за состояние кухни, чем начинает очень сильно меня раздражать.        - Нет, я должна сама! Не такая уж я и бездарность! - затем выталкиваю упирающуюся горничную из кухни и закрываю за ней дверь.        Оставшись на кухне одна и вдохновленная идеей сварить самый вкусный бульон, лезу в холодильник за курицей. "Как там говорил Адриан? Варишь курицу 40 минут и готово. Звучит все просто!" - и приступаю к готовке.

***

"Я полная бездарность!"        Спустя 3.5 часа готовки и израсходовав все запасы месье Бошана, у меня вышла какая-то мутная жижа, немного пересоленная на вкус. Но выбора нет, это был последний кусок курицы, да и времени ушло достаточно.        Впускаю на кухню горничную, ломившуюся все время в дверь и готовую вот-вот ее вынести с корнем. Агнесс врывается с бешенными глазами и осматривает мое поле боя, но не найдя серьезных разрушений глубоко вздыхает. И только после этого обращает внимание на меня и мой бульон. И, надо заметить, взгляд у нее не очень довольный.        - Что это, мадмуазель? - показывает Агнесс на мое варево в кастрюле.        - Мой бульон, - отвечаю ей, - Ну, может на вид не очень, но на вкус ничего. Вроде...        Горничная пробует бульон и, прикрыв рот рукой, не знает, что сказать, чтобы не обидеть.        - Хорошо! Признаю! Я полный ноль в готовке! Но раз Адриан так просит, чтобы именно я готовила для него, пусть готовится к последствиям! - я готова провалиться сквозь землю от унижения.        Но собираю все волю в кулак и неуклюже наливаю непонятную жижу в тарелку, затем ставлю ее на маленький столик, рядом с ложкой и салфетками и несу все блондину.        По лестнице я взлетела легко, но вот дверь доставила мне неудобства. Пытаясь нажать на ручку локтем, я чуть не перевернула весь столик на пол, лишь чудом придержав его ногой, но все же мой мутный бульон немного расплескался, изляпав столик.        Ругнувшись про себя, я осторожно зашла в комнату блондина. Тот еще спал. Ставлю столик на край постели и невольно заглядываюсь на него: густые брови, пушистые ресницы, прямой нос, немного пухлые губы. Он действительно красив, даже придраться не к чему.        - Что? Уже влюбилась? - внезапно подкалывает Адриан, заставляя меня подпрыгнуть от удивления.        - Не говори глупости! - отмахиваюсь от его шутки, а у самой сердце готово выпрыгнуть из груди, - Вот, я выполнила обещание. Но на вкус не жалуйся, я тебя предупреждала.        И ставлю перед блондином немного заляпанный столик с непонятной мутной жижей. А сама отворачиваюсь и краснею до кончиков ушей, не желая видеть отвращение на лице любимого.        - Хм, неплохо, - слышу за спиной одобрение блондина, - На вид конечно не очень, но на вкус ничего. "Ничего? Да это же отрава! Даже я это понимаю. У него что, от болезни все вкусовые рецепторы отключились?"        - Подожди, Адриан! Не ешь это. Я попрошу Агнесс приготовить получше. Ты и сам уже понял, что это не съедобно! - пытаюсь вырвать у него тарелку, но он не отдает.        - Аа, плевать! Но в несварении желудка потом меня не обвиняй! - сложив руки на груди и надув щеки, отворачиваюсь от Адриана в другую сторону.        И тут мой взгляд падает на большие мониторы, в которых прекрасно видно блондина, а точнее его лицо при поедании моего "кулинарного шедевра". Такой брезгливости на его лице я еще не видела! Так он еще и нос пальцами заткнул, чтобы быстрее все проглотить.        Не веря своим глазам, я поворачиваюсь лицом к блондину и уже готова высказать пару "ласковых" слов, но вижу его широченную улыбку во все свои 32 белоснежных зуба.        - Зря ты на себя наговариваешь! Немного практики и все будет супер, - успокаивает он меня, все с той же улыбкой на лице.        Вот ни капли не верю! "И зачем нужны такие жертвы? Не понимаю..."        После того, как Адриан уничтожил весь бульон, даю ему выпить несколько таблеток от простуды и он от усталости опять засыпает у меня на глазах.        Я поправляю его одеяло, беру столик с пустой тарелкой и иду на кухню. А глаза застилают слезы. "Ну почему он именно сейчас такой добрый, внимательный и заботливый. Почему такие перемены! Будь он прежним высокомерным гадом, было проще выкинуть его из сердца. Но нет, он с каждым разом заставляет мое сердце биться в агонии и кричать: Люблю! Вот за что мне это?"        Прежде чем войти на кухню, пару раз шмыгаю носом и прогоняю слезы, чтобы не волновать и так жутко впечатлительную горничную. А пройдя в кухню вижу до блеска вылизанное помещение и чувствую очень приятный аромат вареной курицы. Пока я была у Адриана, Агнесс не только успела прибраться, но и раздобыть где-то курицу, так как в холодильнике ее точно не было. Я проверяла!        - Ну как месье Адриан, - с беспокойством спрашивает она.        - Все хорошо. Он поел, выпил таблетки и уснул.        - Поел? - с недоверием смотрит на меня Агнесс, и я кивком показываю на пустую тарелку.        Она тяжело вздыхает, но своих мыслей не высказывает.        - Отдохните, мадмуазель Маринетт, вы и так полдня провели за плитой. Я позабочусь о месье Адриане.        А я и вправду сильно устала, видимо сказался слабый иммунитет после болезни. Поэтому попросив Агнесс позвать меня, когда Адриан проснется, сама пошла к себе в комнату ненадолго прилечь.        Однако со своим "ненадолго прилечь" я продрыхла добрых 4 часа, а когда проснулась часы уже показывали 19:46.        Вскочив с кровати, я спустилась вниз на кухню, смочить пересохшее горло, где и нашла Агнесс. Она поведала мне, что Адриан просыпался, но запретил горничной будить меня. Так, что пока я дрыхла сном "спящей царевны" забота о больном блондине легли на плечи Агнесс.        Проведав больного, который все еще спал, я пошла делать домашнее задание, которое Алья скинула мне на телефон.        А спустя 2 часа опять проведала пациента, который все так же спал. Выглядел он уже намного лучше, по крайне мере, его лицо приобрело естественный цвет.        Уже в коридоре я встретила горничную, которая и сообщила, что Адриан опять просыпался с час назад, но узнав, что я занята уроками, просил не тревожить меня.        "Да, что за дела? Я обещала заботиться о нем, а в итоге это блондин заботился обо мне."        И обиженная, я вернулась в свою комнату, плюнув на идею о заботе за блондином, и заснула спокойным сном.