Старые друзья
31 марта 2017 г., 20:08
−Черт! − зашипел Тревельян, отбрасывая перьевую ручку в сторону, − Что значит "не может безнаказанно"? С Лелианой все нормально?
−Не беспокойтесь, милорд Инквизитор, − затараторила Жозефина, − ее никто и пальцем не тронет − Верховная Жрица все-таки. Я к тому, что она два года прикрывала нас, но теперь уже не может продолжать этого делать. В конце концов, на нее ведь тоже давят, и терпению аристократии даже в адрес духовенства рано или поздно может придти конец. Так вот Лелиана этот конец чувствует, поэтому под их давлением поспешила собрать Священный Совет.
−И там будет полон зал знати?
−Да.
−Великолепно. − подытожил мужчина, откидываясь на спинку кресла. − Сколько у нас времени?
−Зависит от Вас. Верховная Жрица свою задачу выполнила − вызвала нас на заседание, так что с нее "взятки гладки", или как там говорит Сэра? − леди Монтилье задумалась, припоминая крылатые фразочки эльфийки.
−Жозефина! − нетерпеливо прикрикнул Тревельян.
−Простите, милорд. Так вот, ей никакое недовольство аристократов не грозит, но теперь настала очередь действовать нам. Мы можем тянуть время столько, сколько получится, если прикажете. В конце концов, нас уже не любят, куда еще хуже?
−Тянуть время − это, конечно, очень заманчиво. Почему-то мне кажется, что Инквизиция совсем не готова отстаивать право на свое существования в таком формате беседы.
−Напротив. У меня готовы все нужные на мой взгляд бумаги, да и сама я могу хоть сейчас представлять наши интересы перед Советом.
−Ты всегда готова к этому, Жозефина. Ты ведь профессионал своего дела.
−Ну, скажете тоже... − заскромничала леди Монтилье, отводя взгляд, но было видно, что уши ее запылали.
−Знаешь, − начал Инквизитор, принявшись расхаживать по комнате, как он обычно делал, впадая в нервную задумчивость, − мы ведь вполне можем позволить себе появиться на Совете в окружении нашего лучшего военного отряда. Если сумеем показать им, что мы вовсе не "балаган", как выразился один аристократ, а, скажем... − он притих, пытаясь подобрать подходящее слово, − живая стена, защищающая их от напастей и зла, то Совет может занять нашу сторону в этом вопросе.
−Инквизитор, вы, кажется, не до конца понимаете, насколько они Вас боятся. Ни нашу армию, ни связи, ни даже шпионскую сеть, они не бояться так, как Вас и только Вас. Боятся настолько, что у них дрожат колени, зуб на зуб не попадает, а рассудок полностью улетучивается. Вы в их глазах выглядите богоподобно, Инквизитор. Вы смогли совершить нечто из ряда вон выходящее, даже подвиги Серых Стражей поблекли на фоне такой грандиозной победы. Знать всерьез думает, что после всего произошедшего Вам захочется чего-то большего, и Вы захватите их земли, титулы и власть, потому что Вы действительно можете это сделать. Никто не понимает Ваших грез о мирной жизни в домике на берегу озера. И аристократы сейчас слишком напуганы, чтобы в это поверить.
−Тогда что мы можем?
−Пока не знаю. − призналась Жозефина, − Я примерно представляю, как они собираются действовать: одна сторона будет настаивать на окончательном и бесповоротном роспуске Инквизиции, вторая же будет метаться, поэтому ее можно переманить на свою сторону. Вот только какую сторону выберет Орлей, а какую − Ферелден?
−Полагаю, мы узнаем это только на самом Совете.
−Точно. − кивнула миледи посол.
−Тогда поехали. Я готов, если вы готовы. Ведь ты не единственная из советников, которые поедут со мной?
−Конечно нет, Инквизитор. Мы все подготовим, не беспокойтесь. Отправимся в ближайшее время.
К поездке в Зимний Дворец Инквизиция готовилась прилежно. По приказу Тревельяна был сформирован показательный отряд из самых лучших воинов, который был нужен, чтобы произвести впечатление, а не запугать. Знать считает, что Инквизиция − это балаган, так пусть посмотрят на этих мужчин и женщин, демонстрирующих высший уровень солдатской дисциплины. Каждый шлем, каждый нагрудник, каждая часть лат блестела, собственноручно начищенная старательным воином; на всех тряпичных частях парадной формы не было ни одной лишней складки, гладкая ткань яркими полосами струилась по металлическим доспехам солдат. Сапоги − главная проблема каждого простого солдата − были новыми, сделанными из добротной кожи специально для такого случая. Обычно у военных, которые много участвуют в различных походах, обувь сбита, истоптана, порвана, чего уж говорить о чистоте. К сожалению, этим грешила и Инквизиция, хотя она заботится о своих людях. Особенно остро эта проблема стояла во время борьбы с Корифеем, а именно − на первых ее этапах, когда у Инквизиции не было ни денег, ни ремесленных материалов, ни связей, с помощью которых можно было бы это достать, ничего. Сейчас ситуация улучшилась, но Рэлл не пожалел средств и потребовал достать для показательного отряда только самое лучшее. Свое оружие каждый воин чистил сам, потому как меч для солдата − все равно, что третья рука: за годы службы они, кажется, срослись в одно целое. Лезвия сияли в унисон с нагрудниками, отражая солнечный свет, и только бритвенная заточка напоминала, что это вовсе не украшение. Каллен так увлекся всей торжественно-волнительной подготовкой, что лично проверил состояние обмундирования каждого солдата, избранного для поездки в Зимний. В конце концов, он их командир, и краснеть в случае чего придется ему. Лошадей, на которых отправятся советники Инквизитора, тоже основательно подготовили: вымыли, вычистили, расчесали гриву, накормили досыта. Уговаривая и успокаивая разнервничавшихся от осознания предстоящего животных запрягли в обновленную упряжь, и высокие седла, под которыми для красоты и удобства подстелили расшитые причудливым узором чепраки. Все было готово к отъезду.
***
Зимний Дворец являлся резиденцией императорской семьи Орлея. Это величественное здание, способное вместить в себя, кажется, весь Тедас, стоило определенно не меньше, чем целый континент вместе взятый. От долгого пребывания в его стенах может начаться удушье от переизбытка золота и прочих не только драгоценных металлов, но и камней, фресок, дорогих тканей. Императорская семья привыкла жить в роскоши, и это место без сомнения подходило им идеально. Собственно, дворец в полной мере отражал внутренний мир своих хозяев − горделивых, важных, неотразимых. И несмотря на то, что построен он был в Халамширале − городе, который много лет назад был столицей Долов, от эльфийской спокойной красоты и грации здесь не осталось и следа. Их культура отличается от человеческой, возможно именно поэтому они так отчаянно пытаются сохранить остатки своей индивидуальности. Золоту и камням эльфы Долов предпочитали обилие зеленых растений, потому как природа для них гораздо важнее. Такая уж у представителей этой расы душевная организация − они очень тонко чувствуют ее, и связывают себя с ней гораздо сильнее, нежели люди. Эльфы не нагромождали пространство вокруг себя ненужными предметами роскоши, а если таковые все же присутствовали, то никогда не были в избытке. В отличие от вычурного шедевра современной архитектуры, располагающегося в Халамширале сейчас, их дома являли собой скромные хижины, прекрасно вписывающиеся в ландшафт. Для их сознания нарушать гармонию природы, чтобы построить огромный дворец − это преступление, а против естества не попрешь. Сам факт того, что строить все же приходилось из дерева, повергал их в глубокую печаль. Однако несмотря на свою любовь к природе, они не брезговали охотой, без слез убивая различную живность. Из добытой кожи эльфы мастерили себе как обычную одежду, так и доспехи, ставили палатки или использовали ее в качестве незаменимого ремесленного материала. Лишь одно животное оставалось для них священно-неприкосновенным − галла. Это большое создание снежно-белого цвета с ветвистыми рогами, похожее на оленя по своему строению, но с одним весомым исключением − она в разы изящнее его. Эльфы считали галл такими же умными, как и они сами, а потому относились к ним не как к скоту, а как к товарищам. И хоть они использовали их, как вьючных и верховых животных, запрягали их в свои аравели, эльфы никогда силой не принуждали галл к этому. Они скорее просили их о помощи, как просят у доброго друга или надежного спутника, и галлы не отказывали. Не просто так эльфы до сих пор считают это благородное животное священным: оно тесно связано с их историей и преданиями. Согласно легендам, именно галлы сопровождают умершего эльфа в загробный мир, а Гиланнайн, Мать Галл, является, пожалуй, одной из самых почитаемых ими богинь. Однако сейчас на территории Халамширала восхваляют не ее. На устах каждого его жителя горит лишь одно, важнейшее из всех имен − Андрасте. С того момента, как на территории Зимнего Дворца решено было собрать Священный Совет, сердца местных верующих забились чаще: верхушка духовенства будет в Халамширале − это ли не счастье? Прекрасный шанс для местного населения увидеть Верховную Жрицу, который они, конечно же, не упустят. Подъезжающий к дворцу Тревельян их радости не разделял − ему собрание Священного Совета не сулило ничего хорошего. В ближайшую неделю здесь решится судьба его детища, его Инквизиции. Той самой Инквизиции, которая во время войны с Корифеем никому не отказала в помощи; той самой, которой было под силу положить конец гражданской войне; той самой, которая спасла весь Тедас от спятившего тевинтерца, да только сейчас об этом все забыли. По самым оптимистичным прогнозам Рэлла, максимум на что они могут рассчитывать − это на какую-нибудь реформацию, включающую себя сокращение штаба и, по всей вероятности, полной ликвидации войск. На это мужчина еще мог бы согласиться, скрепя сердце, но мог. А о другом раскладе он старался не думать, потому как это было все равно, что водить клинками по сердцу. Однако такое развитие событий было наиболее вероятно, если принимать во внимание все факты. Инквизицию расформируют "окончательно и бесповоротно", как говорила Жозефина. Скайхолд приберет к рукам какая-нибудь важная шишка, армию и советников Инквизитора аристократы поделят между собой, словно вещи на рынке. Естественно, ни Каллен, ни леди Монтилье, ни кто-либо еще не собирается оставаться и служить им при таком раскладе. Что до простых людей, считающих Скайхолд своим домом... Их вышвырнут вон. Пока Инквизиция жива, народ работает на добровольных началах, но если она исчезнет − они поднимутся волной восстания, которую придется усмирять. И ее усмирят, причем отлично известно, какой ценой − такие вещи не первый раз в истории. Побитый и притесненный народ по собственному желанию работать на своих палачей не будет, а обеспечивать себе в убыток сотни ртов никто не собирается. Неизвестно, что в случае распада Инквизиции станет с самим Тревельяном. Может, его вообще запрут в темнице и выбросят ключ, хотя Лелиана никогда этого не позволит. Скорее всего, его отстранят от руководящих должностей и вежливо попросят доживать свой век тихо и спокойно где-нибудь в глуши, что так или иначе равно заточению. Расклад получался, мягко говоря, пренеприятнейший абсолютно для всех членов Инквизиции. Хотя в одном Тревельян был согласен с Халамширальским людом: он, признаться честно, хотел увидеть Верховную Жрицу не меньше, чем самый глубоко верующий человек. −Инквизитор, Вы готовы? − обеспокоено спросила Жозефина, − Мы прибыли. −Ну, началось. − проворчал Инквизитор, закатив глаза и подъезжая к воротам, отделяющим его от входа непосредственно на территорию Зимнего Дворца. Он ненавидел политику, его от нее тошнило. А это − бьющееся сердце великой Игры, которой мужчина упорно учился у Жозефины, но так и не овладел в совершенстве. Именно поэтому миледи посол постоянно держалась рядом, вцепившись в поводя своей коричневой с белым лошади. Езда верхом не была одним из ее привычных занятий, да и в седле она держалась неуверенно, но виду, конечно же, не подавала − не время показывать свои слабости, пусть даже такие незначительные, когда столько взоров обращены на тебя. Взоров... Только сейчас, переступив границу между реальным миром и этой страной притворства, лжи и наигранной вежливости, Тревельян заметил, что с балконов на представителей Инквизиции наблюдает множество глаз: одни с неприкрытой неприязнью, другие со смесью понимания и даже какого-то сочувствия, а были и такие, которые пялились без каких-либо эмоций. Уловив подобный взгляд на себе, Рэлл всерьез задумался об умственных способностях членов Совета. −Опять этот чертов дворец с его клятыми переговорами. − ворчал Резерфорд, ехавший верхом на черном с белыми яблоками коне, сквозь стиснутые зубы. −Каллен, я тебя умоляю, расслабь челюсть и попытайся улыбнуться − нам важно хорошо себя преподнести. − взмолилась Жозефина. −Ты же знаешь, я не умею притворяться. −От этого зависит наша судьба! Судьба всей Инквизиции! −Зачем Верховная Жрица вообще собрала этот совет? На протяжении двух лет мы неплохо справлялись с нападками в нашу сторону и продержались бы еще столько же, если не больше. −Ты же понимаешь, что Верховная Жрица оказывала нам в этом неоценимую помощь ценой собственных политических издержек, правда? Если бы она затянула со сбором Совета еще хотя бы на полгода − ей пришлось бы довольно несладко. −Прекрати, Каллен. − осадил ворчливого командира Инквизитор, − Я не собираюсь прятаться за спиной Лелианы, подвергая ее опасности. Примем то, что уготовила судьба, как всегда − с гордостью. Мы сделаем все возможное, но если придется отправиться на покой, лично я собираюсь уйти чертовски красиво. −Никто сдаваться не собирается, Инквизитор. − напомнила леди Монтилье. −Я знаю. −Хотя я очень обеспокоена последними дошедшими до меня новостями. − призналась она, − Помните наш разговор в Ваших покоях, Инквизитор? Мужчина утвердительно кивнул. −Я узнала, кто какую позицию займет. Орлей желает нас контролировать и сделает для этого все возможное, начиная с заключения нашего славного командира в нерушимые узы брака. −Что?! − Каллен чуть в седле не подпрыгнул, но сумел удержать лицо. −Судья по количеству брачных предложений, не прекращающих поступать, на тебя у них особые планы. −Почему я узнаю об этом только сейчас? −Прости, не хотела тебя расстраивать. Знала же, как ты отреагируешь. Пока Резерфорд бросил все силы на обуздание злости, Жозефина учтиво помахала рукой нескольким аристократам на балконе, мило ей улыбавшимся. −Но это все меркнет на фоне одной серьезной проблемы. − продолжила она, − Ферелден − вот, что беспокоит, Инквизитор. Его представители настаивают на нашем окончательном роспуске, и слушать ничего не хотят. −Ферелден? − Рэлл не верил своим ушам, − Вот от кого, а от него я ожидал подобного меньше всего. Знаешь, Жозефина, нам, кажется, все-таки придется связаться с Кусландом. Не хотел впутывать его во все это, но король Алистер − его давний товарищ и хороший друг. Может, сможет нам помочь. −Я тоже об этом думала. − кивала леди Монтилье, − Идея неплохая, можем конкретнее обсудить ее позже. Сейчас перед Вами стоит другая задача. Сосредоточитесь, Инквизитор, и вспомните все слащавые слова, которые когда-либо слышали в своей жизни. Зимний Дворец ничуть не изменился после того, как Тревльян был здесь последний раз. Все та же пышность, все то же величие, и все тот же душный, тяжелый воздух, пропитанный приторным вкусом интриг. Он буквально ощущался на языке, липкий, тягучий и сладкий, как кленовый сироп, такой воздух приходилось с силой пропихивать в сопротивляющиеся легкие, требующие свежего запаха. Но делать нечего, такова атмосфера Зимнего: давление и притворство гуляют по дворцу, держась за руки, словно закадычные друзья. Делегацию Инквизиции встретили с неколебимой вежливостью − единственным качеством, ценившимся здесь больше любого другого. Известив о том, что до собрания Совета остается еще приличное количество часов, придворные оставили Рэлла и его советников, которые вскоре тоже разошлись: Жозефина поспешила сгладить политические неровности на пути Инквизиции, чтобы быть увереннее, а Каллен просто не выдержал и поспешил спрятаться ото всех. Тревельян же остался стоять посреди зала заседаний, в полном одиночестве, что особенно его обрадовало. Он непроизвольно сжимал и разжимал кулак, не отдавая себе отчета в своих действиях. Якорь тревожил его всю дорогу до Халамширала, а теперь и вовсе сиял ядовито-зеленым пламенем. Мужчина долго смотрел на метку и гадал, к чему, в конце концов, приведет ее активность, как вдруг из рассуждений его вырвал знакомый голос с характерным для орлесианцев картавым произношением. −Милорд Инквизитор! Милорд Инквизитор, это вы? Рэлл до боли сжал ладонь в кулак и резко обернулся на звук. Одному Создателю известно, откуда появившаяся, перед ним предстала мать Жизель, с которой он не виделся вот уже два года − она покинула Инквизицию чуть раньше Лелианы. −Вас не узнать, милорд Инквизитор! Давно же мы с вами не виделись. −Очень давно. Как идут дела, преподобная мать? − вежливо поинтересовался Тревельян, отмечая про себя, что она ничуть не изменилась. −Я провела последнее лето в Эмприз-дю-Лионе, раздавала еду и вещи нуждающимся. Вы знаете, Инквизитор, я с радостью замечаю, что наконец-то всё возвращается на круги своя. −"Всё"? Вы, наверное, теперь объехали больше стран, чем я. − ухмыльнулся Рэлл, − По-прежнему в делах. −Работа очень помогает отвлечься и забыться, что порой бывает только в радость, ваша милость. − Мать Жизель многозначительно посмотрела на него, − Верховная Жрица Виктория шлет вам поклон. К сожалению, сама явиться на встречу она пока не может − принимает ферелденского посла. При мысли о близости Лелианы по спине Инквизитора пробежали мурашки. −Думаю, в приватной беседе Вы можете называть её просто Лелианой. −Это вы можете так называть её, милорд Инквизитор. А я, с Вашего позволения, буду использовать церковное имя. −Как у неё шло правление в эти два года? − с интересом расспрашивал мужчина, − Всё ли успешно? Может, я что-то могу для неё сделать? −Боюсь, я не смогу удовлетворю вашего любопытства, милорд. −Почему? −Как и говорила, последнее лето я провела в Эмприз-дю-Лионе... −Но дело не в этом. − догадался Тревельян. −Нет. Понимаете, милорд Инквизитор, Виктория − такой человек, с которым очень трудно, а иногда и вовсе опасно говорить или спорить. Она с такой яростью защищает Инквизицию, словно мать, ограждающая от смертельной опасности своё хрупкое дитя. −Сначала мать защищает дитя, а потом оно вырастает, ощетинивается, обнажая клыки с когтями, и они меняются ролями. −Мы же сейчас сугубо о естественном говорим? −Конечно. −Она очень тоскует по вам, милорд Инквизитор. В слух она этого никогда не скажет, тем более в присутствии жриц: считает, видимо, это слишком личным. Однако отзываться о Вас с неподдельной теплотой в голосе она не переставала ни разу. − мать Жизель улыбнулась, − Не со многими Верховная Жрица может быть самой собой, да и вы, думаю, тоже. Если хотите знать моё мнение − это правильно, что вы держитесь вместе. Любовь − прекрасное чувство, которому не должно мешать ничто в этом мире. Тревельян машинально кивнул, хотя давно потерял нить беседы и думал о своём. −Но что же Вы тратите свое время на разговоры со мной, милорд Инквизитор? Вас от лица всего Орлея хочет поприветствовать герцог Сирил. Рэллу было знакомо это имя, его упоминала Жозефина в своих докладах. Герцог Сирил де Монфор − сын герцога Проспера, занявший после его смерти место в Совете Герольдов. Характеристика Сирила ничем особенным не поражала: как среднестатистический дворянский ребенок, он рос в максимально мягких условиях роскоши и непрекращающейся праздности, привык получать от жизни всё по первому зову, а потому избалован и капризен до невозможного. Тревельян уже предвкушал "интересную" беседу с этим человеком и мечтал, чтобы Мать Жизель и дальше занимала его своими рассказами, лишь бы не идти к знати. −Милорд Инквизитор? − позвала преподобная мать. −А? Герцог Сирил, да. − мужчина потёр переносицу, − Где он сейчас? −Полагаю, беседует с тевинтерским послом. −Тевинтер прислал посла? −Не то, чтобы прислал. Этот человек вызвался сам, и уверяю Вас, Инквизитор, он Вам понравится. −Кажется, вы забываете из-за чего, а точнее из-за кого я стал известен, преподобная мать. − ухмыльнулся Рэлл, − Как Вы понимаете, с тевинтерцами у меня отношения не очень. −Сейчас все иначе, потому что послом вызвался быть Дориан Павус. −Дориан? − Тревельян удивленно вскинул брови, − Вот так новость. Что ж, его я действительно встречу с удовольствием. −Не Вы один, милорд. Я задолжала ему объяснения и планирую это исправить. Он, несомненно, захочет, чтобы это произошло публично, но что поделать... Сейчас прекрасное время для заключения перемирий и постройки дружеских отношений. − Мать Жизель пристально посмотрела мужчине прямо в глаза, − Надеюсь, Вам удастся отстоять свои интересы, Инквизитор. −Я тоже. −Впрочем, господин Павус не единственный Ваш товарищ, прибывший во дворец. −Кто-то ещё приехал? − с надеждой спросил Рэлл. −Да. Мастер Тетрас, сэр Блэкволл... −Том Ренье. − с каким-то озлобленным акцентом поправил мужчина. −Точно. Именно так он себя теперь и называет. Однако я никак не могу избавиться от навязчивого желания назвать его сэром Блэкволлом. Уделите им время, − уже серьёзнее добавила преподобная мать, − они Ваши давние боевые товарищи, вам просто необходимо встретиться и пообщаться. Поспешите. После начала Священного Совета у Вас не будет возможности поговорить с ними в относительно спокойной обстановке, которая царит на территории дворца сейчас. −Спасибо за эту информативную беседу, мать Жизель. − искренне поблагодарил Тревельян. −Всегда к Вашим услугам. И... Милорд Инквизитор! −Да? −Можно задать Вам последний вопрос? −Я слушаю. −Уже, кажется, всем известно, что Ферелден настаивает на роспуске Инквизиции, а Орлей собирается сделать ее очередной игрушкой шевалье. Я хотела узнать у Вас, как у главного персонажа всей этой запутанной истории, что собираетесь делать Вы? −Я не преклоняю колен, преподобная мать. Что до Инквизиции, то могу сказать, что у нас еще есть работа. Миру всегда будет угрожать опасность, и мы не оставим его без защиты только из-за чьих-то глупых страхов. −Тогда я желаю Вам успехов на переговорах. − Мать Жизель почтительно откланялась, − Не смею больше задерживать, милорд Инквизитор. Да хранит Вас Создатель. Тревельян вышел из приятного полумрака дворцовых коридоров на залитую солнцем площадку перед главным входом. Прохладный воздух наполнил легкие, хотя привкус Игры никуда не делся. Помня наставления матери Жизель, мужчина поспешил отыскать своих товарищей, пока не началось заседание Совета, и его не начали забрасывать необоснованными обвинениями, доводя до белого каления. Больше всего, конечно, хотелось встретиться с Лелианой, увидеть её хотя бы мельком, но и тут ощущения были двоякие: одна часть существа Рэлла вопила, предвкушая близящуюся встречу, и танцевала, отбивая ритм бешено колотящемуся из-за неё сердцу. Другая же половина обливалась кровью при одной только мысли о скором объяснении − как-никак, два года жили порознь, прояснить некоторые вещи придется наверняка. Поэтому сейчас Инквизитор не искал её в толпе жриц, хотя догадывался, что она стоит где-то там, на самом высоко расположенном балконе, и разговаривает с человеком, переполненным святого благоговения перед ней. Моментальный угол ревности ясно дал мужчине понять, какую сторону своего естества он поддерживает больше − любящую, а оттого ждущую встречи, или другую, оттягивающую её. Однако подниматься к Лелиане пока что было бессмысленно − он ещё не повидался с товарищами. Спустившись вниз по широкой лестнице, Тревельян оказался у большого фонтана, украшенного золотыми статуями в форме сидящих крылатых львов. От стекающих струй воды веяло сыростью и прохладой, так и хотелось подставить под них лицо и руки, чтобы освежиться. Но нельзя − этикет превыше всего. Каково же было удивление Рэлла, когда рядом с этим предметом садового декора он увидел и гнома. Не садового, правда, а киркволлского, и с ним − какого-то незнакомого длинноволосого мужчину. Пользуясь тем, что пока остается незамеченным, Инквизитор решил послушать, о чем говорит его старый друг с этим чужаком. −Принц Стракхевена писал. − сказал мужчина. −Ещё бы он не писал. − фыркнул Варрик, − Кинь в ту же кучу, где пылятся письма от Торговой гильдии. −А ещё... − начал было незнакомец, но в этот момент гном заметил смотрящего на него Тревельяна и растянулся в широкой улыбке. −Инквизитор! − радостно приветствовал он, игнорируя своего собеседника, − Задница Андрасте, вот уж кого я действительно рад видеть! −Осторожнее, Варрик, − Рэлл шутливо пригрозил ему пальцем, − ты все-таки в святой обители. −Ох, да простит меня Андрасте, спасительница наша. − поспешно поправился Тетрас, − И все же я действительно тебе рад. −Поэтому я здесь. Ну, знаешь, Инквизитор снова приходит на помощь, все дела. − он кинул быстрый взгляд на длинноволосого мужчину. −То есть, Вы так это называете? − возмутился тот в свою очередь. −Это Бран Кавин, − представил его Варрик. −Я был наместником в Киркволле. −Временным, насколько мне известно. − Рэлл осадил хвастливого выскочку. − И какого же черта в таком случае наместник разбирает твою корреспонденцию, а, Варрик? −Как Вы уже верно подметили, я был лишь временным наместником, − затараторил мужчина, перебив гнома, открывшего было рот для объяснений, − и сейчас вернулся на пост сенешаля, потому что наместником избрали господина Тетраса. Варрик и Тревельян гневно уставились на него. −Ладно, вижу, вам двоим есть о чем поговорить. − моментально стушевался Кавин, − Не буду никого стеснять своим присутствием. −Наместником? − спросил Инквизитор, когда длинноволосый ушел, − Да ну нет. −Не поверишь, сам был в шоке! Я-то всего лишь вкладывал деньги в восстановление города, а меня избрали на самую поганую должность! Представляешь, чашу весов в мою пользу склонило то, что я перестроил порт. Порт, Инквизитор. −Разве не это самое важное, что есть в Киркволле? Это же морской город. −Это так, просто... − гном почесал затылок, пытаясь подобрать слова, − Я никогда не хотел править. Я ведь писатель, Андрасте их всех подери, писатель и искатель приключений! Не наместник. Да моя отличительная черта в том и заключается, что я просто не могу сидеть на месте! −Рано или поздно приходится остепениться, друг мой. − изрек Тревельян голосом, больше подходящим для чтения проповеди. − Меня вот тоже пытаются заключит в оковы. Может, в конце Совета ты услышишь, что меня обрекают на вечный домашний арест. Только где мне тогда сидеть, если Скайхолд отберут. −Я как раз хотел поговорить с тобой об этом! Раз уж меня все же избрали наместником и наделили властью, то я этой властью наделяю тебя титулом и владениями в Киркволле. − Тетрас протянул Рэллу небольшой ключ, − Поздравляю, теперь ты граф и в придачу владелец очаровательного поместья с отличным видом − лично подбирал. По меркам Киркволла это просто великолепное имение, тебе понравится. Загляни как-нибудь в Верхний Город, а то печально, если оно будет простаивать без хозяина. −Лорд Тревельян, Вестник Андрасте, Инквизитор, киркволлский граф. Что дальше? −Не знаю, − рассмеялся Тетрас, − Но согласись, все титулы хороши. Тебе идут. −Подозрительно это... − Рэлл сощурил глаза, − Хочешь поселить меня поблизости, чтобы и дальше обирать в "Порочную добродетель"? −Ты что, до сих пор не научился грамотно мухлевать? Мне за тебя стыдно. −Так не у кого учится! − оправдывался Инквизитор, − Без тебя и "Порочная добродетель" уже не та. −Ничего, будешь в Киркволле − я тебя натаскаю. − подмигнул гном. −Возможно, это произойдет даже быстрее, чем ты думаешь. − сказал мужчина, посерьезнев. −Слушай... Понятия не имею, к чему приведут Инквизицию эти советы, священные и не очень, и мне больно смотреть на то, как знать разваливает такую организацию без малейших угрызений совести. Даже я, искусный болтун, иногда удивляюсь тому, как они умудряются вывернуть все так, что ты обязательно окажешься виноватым. Я надеюсь на лучшее и тебе советую, но если вдруг что-то пойдет не так − у тебя теперь есть свой уголок в Киркволле, который будет ждать столько, сколько потребуется. −Спасибо, Варрик. За все. −Не за что, друг. Они помолчали минуту, потом Тетрас не выдержал. −Мы что-то слишком разнежились, ведем себя, прямо как по книжке. Давай лучше разыграем партеечку в "Порочную добродетель", пока ты не отправился на растерзание к дипломатам. В очередной раз продув шулеру-Варрику, Инквизитор отправился выискивать остальных своих товарищей. Свернув налево у фонтана, он прошел сквозь распахнутые резные ворота и увидел, что рядом с располагающейся неподалеку беседкой происходит забавное действо. Командир его войск, серьезный мужчина, которому иной раз приходится стараться, чтобы улыбнуться, с беззаботным выражением лица играл с мабари. Одному Создателю известно, как собака вообще оказалась на территории Зимнего Дворца, учитывая то, что орлесианцы ненавидят эту породу. Мабари являются неотъемлемой частью ферелденской культуры, ровно как галлы − эльфийской. А потому присутствие таковой на территории Орлея вгоняло в ступор не меньше, чем вид Каллена, по-ребячески кидающего в собаку маленькие камешки. Пес прыгал вокруг него, радостно виляя коротким хвостом, и пытался поймать ртом каждый отправленный в него снаряд, как обычно собаки ловят брошенные им палки. −Нет, не так! − поучал Резерфорд голосом, которым обычно делал замечания солдатам, неправильно выполнявшим упражнения с мечом, −Ты должен уворачиваться от них, а не ловить! Будь это огненный шар, наколдованный каким-нибудь одержимым магом, тебе бы уже пришел конец. Мабари уставился на него полными понимания глазами, словно прилежный ученик, осознающий, что говорит его учитель. Оттаявший командующий погладил его за ушами, но этого псу показалось мало. Он свалился на спину и начал забавно дрыгать огромными лапами, недвусмысленно давая понять, что Резерфорду нужно почесать его брюхо. −Ты. Нашел. Собаку. − подошедший Тревельян четко выговаривал каждое слово, − Здесь, в живом сердце Орлея! −Купец сказал, что его бросили хозяева. − объяснился Каллен, − Еще один ферелденец застрял в Зимнем Дворце − не мог же я его бросить. −Ты ему, похоже, нравишься. − сказал Рэлл, глядя на мабари, который ластился к командующему, как мог. − У тебя ведь раньше не было собак? −Только в детстве. В Кругах магов нам не разрешалось заводить любых животных, а собак там вообще не жалуют. −Думаю, в Скайхолде ему найдется местечко. − Тревельян подмигнул мабари, светившемуся счастьем настолько, что, кажется, мог осветить весь дворец −Думаешь, Скайхолд все еще будет наш? −Да. −Хотел бы я быть так же уверен в этом. − командующий тяжело вздохнул. − Инквизиция изменится после всего этого. −Я не позволю каким-то напыщенным индюкам разрушить все, что мы построили кровью. −Согласен. Но если что-то произойдет, знай − я всегда готов придти на помощь. Тебе, Лелиане, Жозефине − вы теперь моя семья, а семью не бросают. −Ну, если ты будешь брать с собой своего нового друга, то заметано. От таких союзников не отказываются. −Вот что, − строго сказал Резерфорд повернувшись к мабари, − если увернешься от этого камня, я достану тебе жутко дорогих и вкусных орлесианских хрустелок. Он кинул снаряд прямиком в тело пса, но тот ловко развернулся и отпрыгнул в другую сторону. −Кажется, придется потратиться. − заметил смеющийся Тревельян, уходя. Не успел Инквизитор отойти от командующего дальше, чем на пару метров, к нему тут же подлетела Вивьен и, подхватив за руку, что само по себе было ей не свойственно, а в таком месте − тем более, повела его в купальню. −Наконец-то Вы выбрались! − ворковала она по пути, − Я уже давно договорилась о визите и боялась, что Вы опоздаете, а это было бы нежелательно, потому как там любят пунктуальность. −Вивьен. − зашипел мужчина, − Какого черта? Чародейка императорского двора была не самым любимым спутником Инквизитора − слишком уж во многом отличались их взгляды. Сама Мадам де Фер относилась к Тревельяну также, но против его методов особо никогда не восставала, хотя мужчина был полностью уверен в том, что она считает его бездарностью, ничего не ведающей как в политике, так и во всем остальном. Именно поэтому внезапные знаки внимания с ее стороны настораживали Рэлла и заставляли задуматься, чего хочет магесса, потому как просто так она не делала ничего. −Не стоит волноваться. Мы всего лишь посетим императорскую здравницу. − объяснила Вивьен. − Вы так себя изнуряете, цветик мой, не могла Вас не побаловать. Тем более перед Советом Вам нужно быть свежим и обаятельным, как никогда. −Что ж, это... весьма любезно. − выдавил удивленный Инквизитор. −Лягте на этот диван, − чародейка указала на очередной предмет шикарной мебели, выглядевший более чем комфортно, − и расслабьтесь. Все еще ожидающий подвоха Тревельян сделал, что ему велели. Появившаяся из неоткуда служанка попросила его закрыть глаза и после положила на них по одной сырной голове. −А при чем здесь сыр? − спросил мужчина, окончательно растерявшись. −Ах, цветик мой. Больно осознавать, что Вы не знаете даже таких элементарных вещей. Как долго Вы жили вдали от цивилизации? −Гораздо меньше, чем Вы думаете. Лежа с закрытыми глазами на диване, который за время поездки во дворец, проведенное в седле, казался настоящей периной пуховой, Инквизитор рассуждал о том, как пара миниатюрных головок твердого сыра спасет его от мимических морщин. Вивьен молчала, по-видимому, она думала о пользе, которую принесет эта непонятная Рэллу процедура. Внезапно мужчина абсолютно отчетливо услышал чье-то знакомое до боли хихиканье нашкодившего проказника. −Вы это слышали? − поинтересовался он у магессы. −Расслабьтесь, цветик мой. Ни о чем не думайте, дайте сознанию отдохнуть − скоро ему придется хорошенько потрудиться. А пока, если хотите, можем поговорить о чем-нибудь нейтральном. Скажите, как Ваши дела? У меня такое чувство, что мы века два не беседовали. −Все в порядке, спасибо. − Инквизитор автоматически выдал шаблонный ответ, который всегда готов у него для такого случая, − Ну, насколько это может быть возможно в сложившейся ситуации. Сами понимаете. −Конечно. А как Ваши взаимоотношения с Верховной Жрицей? Я надеюсь, ее избрание не помешало вам. Мужчина непроизвольно напрягся − ему не нравилось, в какую сторону чародейка клонит разговор. −Ждете пикантных подробностей для слухов? −Ну зачем сразу так. Я всего лишь беспокоюсь о Вашем благополучии, цветик мой. Кто-то же должен. Беседа прервалась, задушенная, по всей видимости, нетактичностью и скрытностью Рэлла, но он ничуть не жалел. Раскрывать душу перед Вивьен было последним делом, которым он хотел заниматься. Не рассказывать же ей о всех вещах, терзающих его душу с того момента, как он переступил порог этого дворца. Тревельян подозревал, что даже Лелиане откроется не полностью, хотя стоит ему попасть в плен ее голубых глаз − пиши пропало. Выдаст все, как на исповеди. Минут через пятнадцать вновь подошедшие слуги избавили Инквизитора от головок сыра, и он, хоть и не чувствуя никаких изменений, вежливо поблагодарил Вивьен, попрощался и поспешил убраться как можно дальше. Тревельян нашел еще одного своего товарища недалеко от фонтана со львами, около которого стоял Варрик. Том Ренье без каких-либо эмоций на лице метал ножи в установленную там круглую соломенную мишень. −А опаздывать что, нынче модно? − спросил он у Рэлла, отправив нож точно в центр круга, − Я думал, ты не появишься. −Тебе нужна моя помощь? −Нет, - воин обернулся, − я просто хотел увидеть тебя и сказать спасибо. −За что? −За то, что я снова я. Если бы не ты и не твоя Инквизиция, до сих пор бы скрывался под чужим именем, как трус. − Ренье зарычал и снова бросил нож, − Ты уже говорил с этими аристократишками, возомнившими себя неизвестно кем? Они вообще отдают себе отчет в том, что пытаются развалить? −Нет, еще не говорил, но думаю, что отдают. −Тогда какого черта они не передумают? −Они боятся нас. −О, им стоит бояться! − протянул воин, снова бросая нож, − Но вот я одного не понимаю: то ли им страх мозги отшиб, то ли их вовсе не было. Неужели знать не понимает, что если бы ты хотел, то давно бы уже захватил власть, или что там они от тебя ждут. −Я был занят до этого момента. − Тревельян пожал плечами, − Ну, знаешь, мир спасал. А теперь вроде как свободен. −Но это же глупо! Неужели ты позволишь им просто взять и разрушить все? −Конечно нет. Инквизиция будет бороться до последнего, как она всегда и делала. Я не очень люблю изменять своим идеалам. −Хорошо... − с явным облегчением сказал Том, − Я ничего не смыслю в этих советах и даже представить не могу, чем все кончится. Надеюсь только, что ты помнишь: мой меч и моя дружба всегда с тобой. Что бы ни случилось. Он замахнулся и метнул очередной нож, правда, попал в метку чуть дальше от центра. −Ножи явно не твое, воин, − целишься отвратительно. − отшутился Рэлл, − Мне за тебя стыдно. −Хочешь показать мастер-класс? − ухмыльнулся Ренье, подкинув нож и поймав его, схватившись за лезвие, так, что рукоять оказалась прямиком напротив Инквизитора. Тот фыркнул, схватил оружие и пошел прочь, но только Том собрался открыть рот, чтобы возмутиться, Тревельян резко развернулся и метнул нож точно в яблочко. −Годы тренировок. − самодовольно сказал он, − Я с ножами и клинками вырос. Зато мечом пользуюсь посредственно, не то, что ты. −Каждому свое. − примирительно улыбнулся воин и принялся вытаскивать ножи из мишени. Рэлл в это время добрался до местной таверны, смотревшейся рядом с дворцом какой-то лишней, будто кусок, оторванный от простого мира и пришитый сюда совсем не к месту. Войдя внутрь, он совсем не удивился, увидев своих любимых пьянчуг − Сэру, сидящую на столе и беззаботно болтающую белесыми ногами, и Железного Быка, естественно, пьющего. −Ух ты, кто пришел! − крикнула эльфийка, соскакивая на пол, подпрыгивая к Тревельяну и по-братски ударяя его кулаком в грудь, − Вся банда снова в сборе − круто! −И тебе привет, Сэра. −Что-то у тебя рожа кислая, Вестник Всего На Чертовом Свете. Но не боись, я знаю, что тебе нужно. −Шутки над аристократами? − мужчина посмотрел на ее лицо и, уловив пробежавшую по нему улыбку, добавил таким тоном, будто ему с самого начала было это известно, − Ну точно. −Как в старые добрые. − подтвердила эльфийка. −Немного не до этого, Сэра. Я тут, вроде как, спасти Инквизицию пытаюсь, а не окончательно погрузить ее на дно морское. −Ладно, − нехотя подчинилась Рыжая Дженни, − но мне так этого не хватает. И соглашаюсь с тобой только потому, что понимаю, куда ветер дует. Когда знатюки в подобных местах собираются − всему приходит конец. Им только дай волю, они что угодно засрут. И причем все же хитрые такие, вертлявые, противные. Вот смотрю на них и вижу сгусток слизи, липкий такой, противный. Прямо, как они. У них точно есть план, что сказать и куда надавить, чтобы тебя побороть. Надеюсь, ты не собираешься уходить на пенсию, только чтобы какому-то лорду Ссыкуну легче жилось? −Ты знаешь, что нам кто-то угрожает? Сэра залилась хохотом. −Алло, Вестник Пресвятой Андрасте, глаза разуй! Тебе угрожают все и повсюду, каждый день и каждую минуту, с того момента, как ты взвалил себе на плечи этот титул. Удивляешься, будто дитя малое. Штука в том, что совсем скоро это изменится: если Инквизицию развалят, прикрывать твою геройскую задницу будет нечем. Поэтому стоит задуматься о будущем. Ты мне помог в свое время во многом разобраться, поэтому я подумала, что теперь моя очередь. Понимаешь, у меня есть Друзья. О каждого из них в свое время вытерли ноги, каждый упал, и каждому я помогла подняться. Поодиночке они бы и дальше падали, позволяя унижать себя, но однажды решили объединиться, и так получились мы. Так вот, когда ноги вытрут о тебя, а поверь, знатюки сделают это при любом удобном случае, мы можем тебе понадобиться. Ну, что скажешь? − она выжидающе уставилась на Инквизитора своими большими, вечно блестящими проказой глазами. − Когда в следующий раз понадобиться помощь, Друзья придут. −Ты дашь мне какое-нибудь прозвище? "Сраный Рыжий Дженни"? −Нет, что-нибудь, рифмующееся с "жопа". − Сэра подмигнула ему, − Кстати, раз уж речь зашла о жопе, не могу не сказать про твою руку. Я же вижу, что с ней что-то не то творится, а ты мне наплел с три короба, что все, мол, нормально. Инквизитор посмотрел на левую ладонь, и Якорь как назло моментально засветился ядовитым пламенем. −Святые сиськи Андрасте! − воскликнула эльфийка и тут же прикусила язык, оказавшись под десятком осуждающих взглядов, среди которых был и взгляд Рэлла. − Какого черта она сразу засветилась, да еще так нездорово? Раньше я такого не замечала. −Потому что раньше так не было. −Она паршиво выглядит, Инквизитор. Ты бы показал кому. −Кому? Кто-то кроме Соласа разбирался в магии сумасшедшего Корифея? −Кстати, где этот яйцеголовый? Ты его еще не нашел? −Нет. − Тревельян покачал головой, − А что, ты скучаешь по лекциям о былом величии эльфийского народа? Решила окунуться в историю? −Ага, стоило мне только заметить, как солнце отражалось от его лысины и слепило меня, когда он шел в таверну, я тут же сматывалась куда-нибудь подальше, а то обязательно присел бы на уши. Тебе-то надоедал вечно со своими проповедями, а у меня уши еще длиннее твоих − есть, где разгуляться. Мужчина укоризненно посмотрел на нее, но потом уголки губ его поползли вверх, выдавая истинное настроение, и он захохотал так, что на них снова посмотрела большая часть таверны. −Опять травишь шутки про пчел и жопы, а, Сэра? − спросил подошедший к ним Крэм, хлопая ее по полечу. −Не, про яйцеголового. −Про Соласа что ли? Его что, уже нашли? −Да не нашли еще никого, она просто вспоминает старые добрые. − пояснил Рэлл. −Рад Вас видеть, Ваша милость. − воин поприветствовал его, − А у меня как раз есть просьба. −Говори. −Видите драконий череп вон там? − спросил он, указывая куда-то на улицу, − Нужно незаметно протащить его мимо вождя. −Ты просишь меня носильщиком поработать? −Нет, что Вы! − поспешно оправдывался Крэм, − Я хотел попросить, чтобы вы заняли его чем-нибудь, а череп мы сами незаметно протащим у него за спиной. −Это будет весело. − сказала Сэра, потирая руки. −А что за повод? − спросил Рэлл, еще раз кинув беглый взгляд на череп огромных размеров и пытаясь понять, как его вообще можно незаметно пронести. −Это подарок боссу на день рождения. −Ну хорошо, - согласился мужчина, - должно быть и вправду забавно. Железный Бык сидел за стойкой, удачно повернувшись спиной к тому самому месту, где Крэм и другие ребята пытались незаметно протащить его подарок. Инквизитор опустился на стул рядом с ним, беззаботно облокотившись на деревянную стойку. −Привет, босс! − поздоровался кунари, пододвигая свои огромные руки, чтобы мужчине было удобнее, − Рад тебя видеть! −Я тоже, Бык! Кажется, что уже сотня лет прошла с момента нашей последней встречи, правда? −Верно. −Тебе нравится Зимний Дворец? − поинтересовался Тревельян, пытаясь сделать голос как можно более беспечным, − Я вот восхищен. От местных культурных памятников просто дух захватывает, не хуже, чем от доброй драки! Жаль, правда, что большая их часть уже уничтожена. А мне бы так хотелось взглянуть на них. −Ага. − протянул Железный Бык, явно не найдясь с ответом. В это время за спинами беседующих небольшая кучка мужчин, состоящая из четырех людей и одного гнома, с кряхтением толкали драконий череп по брусчатке. −Я давно не видел никаких разрывов, − с напускной задумчивостью сказал Рэлл, − и век бы их еще их не видеть. Завеса, кстати, уже неплохо восстановилась, после того, как мы закрыли последний, и это не может не радовать. Кстати, ты знал, что Завеса − это магическое колебание, которое отталкивает Тень? Для меня это было удивлением, я-то всегда считал, что это метафизический барьер, а оно вот как оказалось. А еще ее легче всего прорвать в местах, где были многочисленные смерти или часто использовалась магия. И красный лириум, оказывается, истощает ее не хуже всего остального − еще один повод его ненавидеть. −Точно. − поддакивал кунари, давно потеряв мысль монолога своего босса. С улицы донесся чей-то сдавленный хрип, будто кого-то со всей силы ударили под дых, за ним последовал взрыв, звук падения и удара тела о твердые камни. Инквизитор прикусил язык, предполагая, что план разрушен, но рогатый воин даже не пошевелился. Он, как ни в чем не бывало, отхлебнул из своей кружки и уставился на Тревельяна, ожидая, видимо, новый пересказ ученых текстов. −Раз уж разговор зашел о лириуме, как думаешь, собрание Священного Совета может как-то повлиять на его поставки из Орзаммара? В конце концов, вся знать сейчас здесь находится. −Эм… − протянул Бык, подбирая слова, − Возможно. −Я так соскучился по хорошей драке. − признался мужчина, лихорадочно соображая, чем еще занять своего товарища, − Мне действительно нравится драться! Непрекращающееся движение, постоянное пребывание в смертельной опасности, адреналин − все это вызывает привыкание что ли, и когда лишаешься его, становиться трудно. −А то! − рассмеялся кунари, − У нас лучшая работа на свете. Ну, кроме тебя, пожалуй. Я-то просто дерусь, а ты в политике по уши. −Не поверишь, но это так увлекательно! Сижу с тобой и думаю: столько влиятельных людей собралось в одном месте, чтобы с помощью мирных переговоров и анализа информации решить общую проблему − просто удивительно. Ты, может, не знал, но я обожаю ферелденскую политику! − Рэлл нес чушь последние несколько минут, однако именно после этой фразы почувствовал себя полным идиотом. − Представляешь, в Ферелдене придумали даже другой титул для лордов − там они тейрны, а земли в их подчинении называются тэйрнирами. И они уже делятся на города и эрлинги, где правят эрлы, как нетрудно было догадаться. А еще есть отдельный тип поделенной территории − баннорны. Это огромные провинции, настоящие гиганты среди остального, как думаешь, кто в них распоряжается? −Э… Банны? −Именно! Когда-то давно, еще в начале своего инквизиторского пути я вычитал это в книгах Жозефины. Не думал, что в них можно найти хоть что-нибудь интересное, но, как видишь, ошибался. Забавно осознавать, что в Ферелдене я был бы тейрном Тревельяном. −Учту. Пока Инквизитор играл роль университетского лектора, Крэм и его ребята, с горем пополам, но сумели затащить в таверну подарок для своего босса. Быстро построившись, они в один голос крикнули: −Сюрприз! Железный Бык резко обернулся, а потом поднес руку ко лбу, видимо, осознав, что происходит. −С днем рождения, вождь! − поздравил Крэм, протягивая руки в сторону драконьего черепа, тем самым демонстрируя его. −Вот это да! − растрогался рогатый воин, − Ребята, да вы меня подловили! − он обернулся к Тревельяну. −Прости, что нес полную ерунду, − пожал плечами тот, − нужно было тебя как-то отвлечь. −Я поражен! Боевые быки подняли кружки и выпили за здоровье своего командира, а Рэлл, как бы ему не хотелось остаться, вернулся обратно к входу во дворец, потому что Священный Совет должен был собраться совсем скоро. Время, которое Инквизитор провел, общаясь со старыми товарищами, следовало бы потратить на планирование своих действий, потому что он лишь догадывался, какие темы могут поднять аристократы, а защиту от их нападок мужчина решил выдумывать по ходу дела. Это неплохая идея − придерживаясь подобной тактике, он победил Корифея. Однако на самом деле предчувствие было паршивое: в глубине души Тревельян знал, что аргумента вроде "Мы спасли мир" мало − звучит как-то неубедительно и даже глупо. Хоть он и понимал, что Жозефина наверняка придумала доводы лучше, легче от этого почему-то не становилось. Пройдя мимо фонтана со львами и еще раз дружелюбно улыбнувшись Варрику, мужчина повернул налево и, поднявшись по ступеням на балкон, наконец нашел леди Монтилье. Она, как обычно, была занята тем, что неустанно писала, не переставая при этом замечать происходящее вокруг. Приближающегося Рэлла она тоже заметила и сразу же оторвалась от своего занятия. −Занятный день, не правда ли? − спросила миледи посол, − Я, кажется, переобщалась со знатью на все темы, которые только можно придумать. −Ну, я почти получил прозвище от Сэры и прочитал Железному Быку лекцию об истории Тедаса. − мужчина улыбнулся уголками губ, − Занятный день, ничего не скажешь. Но мы ведь не об этом должны разговаривать, правда? − он мгновенно посерьезнел, − Как там аристократы? Доставили тебе хлопот? −Вовсе нет. −Пытались угрожать? Шантажировать? Может, попробовали припугнуть? −Говорю же: нет. И это плохой знак. − Жозефина нахмурилась, − Видимо, они берегут силы для решающих дебатов. Вот там-то польются и угрозы, и шантаж. Все политики сейчас несколько… взволнованны. Я постараюсь сгладить острые углы до начала заседания. −Да уж, − протянул Инквизитор, − весело будет. −Вам нужно успеть поговорить с Верховной Жрицей. − порекомендовала она, перейдя на официальный стиль ведения диалога, потому что рядом показалась знать. − Она на балконе за купальнями. Тревельян так же сдержано откланялся и направился в сторону купален. На балкон к Лелиане мужчина буквально взлетел, но тут же умерил свой пыл, увидев, что она стоит к нему спиной беседует с эрлом Теганом. Однако эрл умудрился его заметить, и Рэлл, осознав это, решил поздороваться − наилучший выход в сложившейся ситуации. −Верховная Жрица Виктория! − приветствовал он, почтительно склонившись. Возможно, даже ниже, чем следовало бы. − Я не помешаю? Лелиана резко обернулась − видимо, сразу же узнала его голос, отсюда и реакция. Он с удовольствием заметил, как глаза ее радостно заблестели и забегали, осматривая его с ног до головы. Задержавшись на бороде, которую Рэлл отпустил относительно недавно и которой очень гордился, они будто усмехнулись и оторвались от изучения. −Вовсе нет, милорд Инквизитор. − сдержано ответила Сестра Соловей. − Полагаю, Вы знакомы с эрлом Редклифа − банном Теганом. − невесомым движением она указала в сторону стоящего рядом аристократа. −Безусловно. −Рад встрече, милорд Инквизитор. −Взаимно, банн Теган. Как чувствует себя Редклиф? −Все благополучно, хвала Создателю. −Я рад. −Староста шлет Вам поклон, милорд. Наши люди помнят своих спасителей. −Вот бы всем иметь такую удивительную память. − сказал Тревельян, не побоявшись иронии. Буквально чувствуя замелькавшие в воздухе искры зарождающегося конфликта, Лелиана поспешила оттянуть начало неизбежного хотя бы до заседания Священного Совета. −Банн Теган, мне нужно переговорить с милордом Инквизитором. Простите нас. А к вашему вопросу мы обязательно вернемся позднее. −Разумеется, Ваше Совершенство. − почтительно откланявшись, эрл Редклифа удалился. Стоило ему уйти, глаза Сестры Соловья снова жадно забегали по образу Рэлла. Она смотрела, будто хотела проверить свою память на знание каждой впадинки и морщинки на его лице, каждого шрама, каждого жеста. −Ты так изменился. − выдохнула она, − Давно решил отрастить бороду? −Когда ты уехала. − ответил Тревельян, немного смущаясь от ее прикосновений − девушка, видимо, решила проверить, настоящая ли растительность на его лице, и теперь поглаживала мягкую бороду. Мужчина чувствовал себя котом, которого очень любит гладить хозяйка. Для полного сходства ему нужно было только заурчать от удовольствия. −Теперь, задумываясь, ты можешь крутить и без того подкрученные усы. − усмехнулась она, − Знаешь, тебе идет. −Спасибо. −К тому же, щетина была колючей. Ручаюсь, что с бородой твои поцелуи будут еще слаще. Инквизитор вздрогнул. Такое простое проявление флирта было абсолютно нормальным явлением для двух влюбленных людей, но после долгой разлуки он никак не мог к этому привыкнуть. −И твои волосы. − заметила она, проводя ладонью по его темному каштану, − Тебе же раньше не нравились длинные. −Они даже до плеч не достают, тем более часть я так или иначе собираю в хвост. −Ты же ненавидишь перемены, с чего это решился на такие изменения во внешности? −Когда ты уехала, я чувствовал дикую потребность что-то переделать. Ну вот и решил... Это наименее радикальный способ удовлетворить ее. −Надеюсь, ни борода, ни хвост на затылке не повлияли на того Рэлла, которого я люблю. − Лелиана ткнула пальцем ему в грудь рядом с сердцем. Она совсем не стеснялась того, что за ними наверняка наблюдают, − Надеюсь, внутри ты все такой же. Тревельян не отрывал от нее завороженного взгляда. Его глаза светились расплавленным золотом и излучали такую нежность, что ее с головой хватило бы на весь Тедас. Оба они в этот момент буквально чувствовали сладость встречи, а напряжение, возникшее было между ними, куда-то испарилось. После двух лет, прожитых порознь с чувством вселенской тоски и в постоянных переживаниях друг за друга, они наконец-то вместе. Рэлл хотел обнять ее, но не решился. Лелиана, мастерски умея читать малейшие его движения и предугадывать действия, кивнула в знак того, что сейчас не время и не место для таких ласк. "Ей, значит, можно меня трогать, а мне − нет" − ворчливо думал мужчина. −Пройдемся? − ласково спросила девушка, осторожно взяв его под руку. −Конечно. −По лицу вижу, что Зимний Дворец тебе не по вкусу. − говорила она, прохаживаясь по балкону. −Ты же знаешь, я ненавижу места, где воздух насквозь пропитан ложью и обманом. −Помню, когда я была здесь в первый раз, у меня голова кружилась от несметного количества фресок, золотых львов, роскошных портьеров и мраморных колонн. Все это осталось, но почему-то не восхищает, как раньше. То ли я изменилась, то ли дворец. −Пожалуй, и то, и то. −Да, я тоже склоняюсь к этому варианту. В конце концов, тогда мне было всего восемнадцать, я мира-то толком не видела, и Зимний показался просто раем на земле. Хотелось бы мне и сейчас хоть на несколько минут предаться той же беззаботности, но все, что я вижу теперь − ту самую ложь и обман, которые даже ты чуешь за милю, ножи в тенях вместо протянутых рук, а вино оборачивается отравой в драгоценных кубках. −А сейчас серьезно. − сказала Верховная Жрица, давая понять, что неофициальная часть разговора подошла к концу, − Знать боится мощи Инквизиции, как огня, но тебя она боится еще больше. Ты ведь и сам чувствуешь этот страх, который исходит от них, стоит тебе появиться поблизости. −Я бы тоже боялся на их месте. −Страшнее всего для них то, что они понимают, насколько сильно ты меняешь Тедас. Твое влияние чувствуется повсюду, оно заглушает влияние знати, а иногда даже становится на ступень выше королевского. Я, откровенно говоря, тоже не знаю, есть ли будущее у Инквизиции, и нужна ли она сейчас, когда мы живем в мире и покое. −И ты, Брут? − Тревельян осуждающе уставился на нее. −Помогая вам с Жози оттягивать время, я не раз думала об этом. Ведь целью возрожденной Инквизиции было восстановить мир, и со своей задачей она справилась. Резонно ли продолжать напрягать Тедас своим присутствием? Ведь рано или поздно ее расформируют − это неизбежно, Рэлл. −Мы все еще нужны. −Но ты ведь понимаешь в глубине души, что это не так! Я знаю, как тяжело бывает отложить клинок и принять перемены, но это тот шаг, который нужно сделать. −Хорошо, допустим, что Инквизицию расформировали. Мир остался без защитника, надеясь на то, что больше никакой угрозы не будет, люди без дела. А я? Что делать мне? Инквизиция изменила меня, Лелиана. Я больше не могу жить без цели, меня пугает это. Куда я подамся? Вернусь в Вольную Марку к отцу, который теперь, наверняка, считает меня своим любимым сыном, хотя каких-то пару лет назад ни во что меня не ставил? Или, может, поселюсь где-нибудь в Редклифе, открою оружейную лавку и буду торговать мечами? Я думал, что спокойная жизнь − это предел моих мечтаний, но теперь, когда она буквально маячит перед глазами, понимаю, что мне этого мало. −Ты можешь остаться со мной. − Сестра Соловей взглянула на него своими ясными голубыми глазами. −В жрецы не подамся. −Да при чем тут Церковь, глупый! − рассмеялась она, − Я прошу тебя остаться со мной. Прекрати видеть во мне только Верховную Жрицу, для тебя я все та же Лелиана. Ты все еще носишь кольцо, которое я тебе подарила, значит, должен помнить об этом. −Я никогда не забывал. −Знаешь, я часто вспоминаю, как мы, вернувшись из Валанса, говорили в твоих покоях. Тогда о своей жизни после закрытия Бреши ты рассуждал иначе: хотел сбросить с себя все обязанности, уехать, быть обычным человеком, а не всемогущим Инквизитором, внушающим благоговейный страх. −Припоминаю… − Тревельян лукаво сощурил золотистые глаза, − Кажется, я хотел еще кое-что сделать. − он покосился на девушку и растянулся в довольной улыбке. −Ну так приводи свой план в действие уже. − она как бы невзначай пошевелила пальцами левой руки, − Думаю, еще одно украшение со смыслом я переживу. −Сначала нужно разобраться со Священным Советом. Будущее после разговора с тобой завораживает и манит, но Инквизицию я просто так не оставлю на произвол судьбы. −Я знала, что мне не удастся тебя отвлечь. −Ты заставила меня задуматься об очень правильных вещах. −Рэлл, слушай, если для тебя это так важно, я буду отстаивать интересы Инквизиции, пока в ней ты находишь свою цель. В свое время ты поддержал меня, хотя не видел будущего Церкви, повлиял на решение жриц и буквально посадил меня на Солнечный трон, хотя не хотел отпускать. Для меня это было важно, и тебе было достаточно этого факта. Я собираюсь сделать все, что в моих силах, чтобы сохранить Инквизицию. −Ваше святейшество, − как можно более ласково протянул Рэлл, прекрасно зная, что подобная фраза из его уст, да еще и в таком тоне точно выведет ее из себя, − не рискуй. Твой трон − вот о чем ты должна сейчас думать, а Инквизиция − это моя забота. −Нет. −Лелиана! − взмолился Рэлл, − Хоть раз сделай так, как я прошу. −Я бы, может, и рада была, но уже на подсознательном уровне стремлюсь защитить тебя, равно как и ты − меня. Ничего не могу с этим поделать, чувства просто так не заглушишь. Невозможно сидеть и спокойно слушать, как против тебя строят политические козни. Да и против всей Инквизиции тоже. −Ты не должна более в это вмешиваться. − строго сказал Тревельян, − Инквизиция − мой тонущий корабль, и если его не удастся спасти − я пойду с ним на дно. А ты будешь сидеть на Солнечном троне до глубокой старости и станешь величайшей из всех Верховных Жриц. Сестра Соловей смерила его пристальным взглядом. −Хорошо. − наконец сказала она, − Тогда мне нужно решить еще парочку дел до заседания. И Рэлл, − она сжала его ладонь, − пусть я больше и не тайный канцлер Инквизиции, я еще переживаю за всех ее членов. Если что-то понадобится, я всегда готова помочь. Тревельян почтительно склонился, прощаясь с ней, и с великим неудовольствием заметил, что банн Теган выжидающе стоит рядом с ним. −Позвольте еще раз сказать, что я рад вашему прибытию, милорд. − промолвил он, когда Инквизитор, гордо выпрямив спину, посмотрел ему в глаза. − При дворе ждут не дождутся вестей, а заседание Священного Совета еще даже не начиналось. −И что же так пугает Ферелден, что королевский двор не может спокойно спать по ночам? −С Брешью и этим безумцем, Корифеем, давно покончено. − резко отозвался эрл Редклифа. От былой слащавости и наигранной приветливости не осталось и следа. − Мы не можем игнорировать ваши войска, снующие рядом с нашим пограничьем. −Что, начнем словесную баталию прямо сейчас? −Извольте! −Хорошо. Как ни странно, я понимаю ваши опасения. − ответил Тревельян, скрещивая руки на груди, − Инквизиция выросла за последнее время, и не даю никакой гарантии, что это последняя стадия ее развития. Однако мы никогда не пересекали ваши границы с целью захвата, если уж на то пошло, и никоим образом не навредили Ферелдену, а напротив, помогали, чем могли. −Ваши войска не подчиняются никому. Это недопустимо! −Мои войска подчиняются мне. − в голосе Рэлла сквозили железные нотки, − Признайтесь, единственная угроза, которую вы в нас видите − это то, что я не собираюсь подчиняться ни Орлею, ни Ферелдену. Это крайне неудобно для обеих стран. −Это действительно так, и я никогда этого не скрывал. − с гордостью, вызванной, видимо, храбростью такого признания, ответил банн Теган. − А этот разговор лучше продолжить в зале заседаний, в присутствии герцога Сирила, хотя он и так стоит в нескольких метрах от нас, а также Верховной Жрицы. Возможно, вы заговорите несколько иначе, милорд Инквизитор. − он откланялся, − Не буду тратить ваше драгоценное время. После того, как прямолинейный эрл ушел, Рэлл обернулся в ту сторону, куда указывал его собеседник, говоря об орлейском после. Однако увиденное его обескуражило: стоящий там Дориан никак не вязался с образом слуги Орлея. И тут он заметил его: вычурный наряд, копирующий тот, в котором появился на балу в Халамширале изгнанный герцог Гаспар (видимо, ему еще кто-то подражает. Шлем с красным пером и традиционная маска лишь подтверждала догадки − их обладатель, без сомнения, и есть герцог Сирил. Он стоял спиной к Инквизитору и переговаривался с Дорианом, на лице которого отражалась масса эмоций, галопом сменяясь одна за другой. Увидев Тревельяна, Павус, не медля ни секунды, наскоро откланялся и, преодолев расстояние, разделявшее их, в несколько шагов, радостно развел руки в стороны. −Инквизитор! Сколько лет, сколько зим, а? −Рад тебя видеть, Дориан. − тепло улыбнулся Рэлл −И я рад, дорогой друг. −Мать Жизель рассказала мне, что ты теперь тевинтерский посол. Что удалось узнать, пользуясь новым положением? И не говори, что не злоупотреблял им, уж я-то тебя знаю. Дориан звонко рассмеялся, уперев руки в бока. −Переживаешь? Ну слушай: Орлей хочет себе новую игрушку, в этот раз выбор пал на Инквизицию. Местной знати очень нравится ореол славы за бравые дела, окружающий ее, да и от такой армии, шпионской сети и связей разве что только дурак откажется. Таким дураком оказался Ферелден. Бедолаги там так напуганы, что не хотят никакой Инквизиции, ни своей, ни, тем более, чужой. Этот банн Теган, с которым ты недавно разговаривал, может и кажется тебе неплохим человеком, но его стоит бояться в первую очередь. За интересы своей страны он будет бороться так же яростно, как за собственную жизнь, потому его и отправили сюда. Роль камня преткновения во всей этой разрухе пытается играть Церковь, а на деле лишь путается под ногами. Твоя дражайшая Лелиана делает все, что в ее силах, но, в конце концов, знать сломит и ее. Такова цена главенства − интересы Церкви теперь выше ее собственных. Но надо отдать ей должное: до этого момента она весьма успешно оттягивала неизбежное. −Дело плохо. − протянул Тревельян, погладив усы, − А при чем здесь Тевинтер? −Корифей был нашим. − горько заметил Дориан, − К тому же, Империя интересуется дальнейшей судьбой Инквизиции. −А ты, значит, будешь ее информировать? Ха. −Да брось! − фыркнул Павус, − Я хотел попасть сюда, чтобы иметь возможность как-то помочь тебе, и так вышло, что мой интерес к этому совету совпал с интересами Империи. Не мог же я упустить такой шанс! Кстати о шансе, − маг покосился в сторону орлейского посла, с которым говорил несколько минут назад, − тебе следовало бы пересечься с ним в нейтральной обстановке. Думаю, сейчас он сможет сказать больше, чем во время заседания Священного Совета, где все наденут маски и будут играть свои роли. Даже ты, друг. −Поэтому мне нужно начать играть ужа сейчас? −Это будет полезно, вот увидишь. −Хорошо. Найду его, после того, как мы поговорим. Я стольких наших товарищей встретил здесь, Дориан, они все прибыли ради меня, ради Инквизиции, представляешь? − восхищался Тревельян, − В голове не укладывается, что могу их больше не увидеть, если Инквизицию распустят. Все разъедутся... Ты сам-то что собираешься делать после этого кукольного театра? −Я... − Павус немного замялся, не решаясь сказать, − Я вернусь в Тевинтер. В этот раз навсегда. Улыбка Инквизитора поугасла. −Я буду скучать. −Я тоже, − признался Дориан, − но я должен ехать. Мой отец умер, − добавил он сухим голосом, − полагаю, его убили. −Соболезную. − искренне сказал Рэлл, положив руку ему на плечо. −Спасибо. −Когда узнал? −Сегодня утром. Мне пришло письмо с неуместно-радостным известием о том, что я должен занять его место в Магистериуме. Странно. Отец никогда даже не намекал на то, что оставит меня наследником. −А чему тут удивляться? Ты его сын, и к тому же не только искусный маг, но и смекалистый парень − это ли не достойная замена? −Забыл добавить, что я еще чертовски красив, а мое врожденное обаяние поможет мне расти на этом нелегком поприще. −Магистр Дориан, − протянул Рэлл, прислушиваясь к звучанию нового титула своего друга, − неплохо. −Уф, − Павус скривился, − всю свою жизнь боялся, что кто-то произнесет эту фразу, и вот пожалуйста! Члены Магистериума, несомненно, будут рады видеть меня в своих кругах. Они же так меня любят. −Плохие отношения? −Скажешь тоже: плохие. Я всегда считал Магистериум тем плачевным напоминанием о деградации Тевинтера, которое, по-хорошему, нужно бы стереть и забыть, как страшный сон. Спроси любого южанина, что он думает о магистрах, и не услышишь ни одного приличного слова. Да даже ты в нашу первую встречу с опаской интересовался, состою ли я в Магистериуме. −Да. Потому что зачастую все ваши магистры развращены чрезмерной властью, они не видят границ разумного, и то, что привыкли делать в Империи, делают абсолютно везде, где появляются. −Что и требовалось доказать. − спокойно сказал маг, глядя на возмущающегося товарища, − Об это я и говорю. Магистериум должен быть изменен, пока не знаю, как, но мы должны что-то предпринять. Я люблю свою страну, какой бы ужасной она не казалась, а посему буду стараться сделать ее лучше по мере своих сил. Хватит Тевинтеру являться страшилкой для детишек Юга, чьи неокрепшие умы после рассказов о злых магистрах с их магией крови настраиваются на волну ненависти в отношении всех магов. −Одному менять все очень тяжело. Поверь мне. −Верю, верю, − рассмеялся Дориан, − но, к счастью, сражаться с застарелыми устоями я буду не в одиночку. Есть в Тевинтере такой магистр, как Мэйварис Тилани − в своем роде определенный изгой среди всех остальных. −Почему? −Она... очень непростой человек. Очень непростой и, я бы даже сказал, специфичный. Ее персона − это настоящая пощечина каждой тевинтерской традиции, то, что нужно для нашего дела! Весь Магистериум переполнен страха и уважения к ней, никто не осмелится открыто выступить против нее, а посему лучшего союзника мне не найти. −У нее уже есть какие-то идеи? −Да, − глаза Павуса загорелись, − Мэйварис уже некоторое время активно работает над одним проектом: она сформировала целую лигу магистров, стремящихся провести массовые реформы в Империи. Приятно, что кто-то разделяет наши взгляды. Иными словами, деятельность нашей фракции либо вознесет Тевинтер на вершину, либо окончательно погубит. −И этим ты собираешься заняться в ближайшее время? −Нет. Сначала найду тех, кто виновен в смерти отца, и убью их. У нас с ним... все было непросто, но он так или иначе мой отец. Не могу этого так оставить. −И не нужно. Те, кто причиняют боль родным, отвечают за это собственной кровью. −Я знал, что ты так скажешь! И вот еще, − маг достал что-то некрупное из кармана и протянул Инквизитору, − это передающий кристалл − мой прощальный подарок. −Слишком сентиментально для тебя, Дориан! − с несерьезным упреком в голосе заметил Тревельян. −Знаю, знаю, это все твое влияние. Просто прими, хорошо? Если я вдруг пойму, что быть магистром − слишком сложно, или перестану справляться со своими обязанностями, или попаду в затруднительное положение − смогу в любое время связаться с тобой через кристалл и попросить дружеского совета. А, может, ты сам быстрее соскучишься по моему бархатистому голосу − сможешь услышать с помощью этого скромного подарка. −Ничего себе скромного, это же настоящее сокровище! −Для тебя ничего не жалко. Ты же мой единственный друг, и я не хочу тебя потерять из-за того, что наши пути расходятся, потому как мне нужно спасать свою страну, а тебе − целый мир. К тому же, не мог же я просто уехать, ничего не оставив в напоминание о себе. −Спасибо, Дориан. −Не за что. А теперь давай-ка ты поговоришь с этим ужасно важным и надоедливым орлесианцем, а то он уже минут десять переминается с ноги на ногу в ожидании, когда же я наконец оставлю тебя одного. Дориан отошел в сторону, давая орлейскому послу возможность поговорить с Инквизитором, которого тот так долго ждал. Тревельян считал себя игрушкой, которую делит между собой знать. Будто перекидываемый из рук в руки, он слоняется по всему Зимнему Дворцу и либо говорит с аристократами, либо просто является объектом, приковывающим к себе их изучающие взгляды. Люди проявляли к нему нескрываемый интерес. Еще бы! Через несколько часов Рэлл может стать пустым местом, очередным напоминанием о том, что ничто в этом мире не вечно, кроме правил и решения элиты, а может остаться одним из самых влиятельных людей во всем Тедасе. Именно эта изменчивость, балансирование на грани и, конечно же, боевые заслуги, которые никто не смел отрицать, даже если бы очень захотел, привлекали аристократов. В их жизни подобной нестабильности не наблюдалось − там все просто: ты либо рождаешься очень знатным и сидишь на сундуке с золотом, либо рождаешься незнатным, и тогда твое имя не имеет никакого веса. Мало что может лишить первого его знатности и поднять ее второму. И пока Тревельян рассуждал о своей нелегкой судьбе местного шута, к нему подошел орлесианский посол, надеясь, видимо, на продолжительный разговор. −Милорд Инквизитор! − начал он, приветственно склонив голову, что весьма удивило Рэлла, потому как это был первый человек за весь день, который, если и не считал его ровней, то хотя бы не умалял важности его персоны. − Разрешите представиться: герцог Сирил де Монфор, член Совета Герольдов и лорд замка Эн. Весьма рад вас видеть. Тревельян напрягся: после такого нехарактерного для знати приветствия, он невольно хотел симпатизировать этому человеку, хотя прекрасно понимал, что он просто искусный игрок в большую Игру. −Я слышал о вашем замке, герцог. Говорят, довольно уютное местечко. −А, еще бы. Мы, де Монфоры, знаем, как должен выглядеть замок, достойный знатного рода. Вы еще не видели наши охотничьи угодья − загляденье! Вам нужно обязательно посетить нас, милорд. Не пожалеете. Инквизитор поморщился. Сирил слишком часто использовал притяжательные местоимения и говорил таким самодовольным тоном, что от его хвастовства мужчина начинал выходить из себя. −Должен сказать Вам, милорд Инквизитор, что я давно слежу не только за лично вашей работой, но и работой всей организации. Должен признать, что она незаурядна и примечательна. Редко можно встретить подобное, особенно в наши непростые дни. −Я польщен. А остальной двор разделяет ваше мнение, или тоже считает нас опасностью, угрожающей спокойному сну императрицы Селины? −Ну что вы. − Сирил рассмеялся. Противно так, самовлюбленно. Он помолчал немного, прислушиваясь к затухающему звону своего голоса, а потом заговорил вновь, − Орлей не считает Инквизицию врагом мира. Напротив, мы хотим предложить вам свою помощь и опеку. −А что, если Инквизиции не нужна опека? − презрительно фыркнул Рэлл, − Она прекрасно справлялась, находясь лишь под моим заботливым крылышком. −Вы сделали много хороших вещей − это правда, но вместе мы могли бы сделать еще больше. Орлей не хочет отказываться от идет сделать мир лучше, неся добро плечом к плечу с самим Инквизитором, поэтому мы все же хотим, чтобы вы присоединились по собственной воле. −Не обязательно брать шефство над Инквизицией, чтобы делать добрые дела, герцог. − Тревельян уставился на посла своими пронзительными глазами, больше похожими на два золотых слитка, помещенных в глазницы. −Я запомню это, милорд. А пока прошу меня простить. − де Монфор откланялся, − Что бы вы не решили, Инквизитор, искренне желаю вам всего самого наилучшего. Во дворе замка раздался гулкий звон, оповещающий о близящемся начале Священного Совета. −Ну что ж, − сказал Инквизитор, разминая шею, как перед сражением, − сейчас посмотрим, кто кого переговорит.
