Песчинка 4358

Гет — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчиной и женщиной
Роулинг Джоан «Гарри Поттер»

Пэйринг и персонажи:
НМП, НЖП, + канон ГП
Рейтинг:
NC-17
Жанры:
Ангст, Драма, Мистика, Экшн (action), Hurt/comfort, AU, Мифические существа, ER (Established Relationship), Учебные заведения, Попаданцы, Антиутопия, Пропущенная сцена
Предупреждения:
OOC, Насилие, ОМП, ОЖП, Underage, Полиамория, Ксенофилия, Смерть второстепенного персонажа, Элементы фемслэша
Размер:
планируется Макси, написано 1065 страниц, 106 частей
Статус:
в процессе

Награды от читателей:
 
«Самая ожидаемая работа!» от smel10
«Отличная работа!» от Gungnir
«Отличная работа!» от Al123pot
«Отличная работа!» от Марина Русинова
«Отличная работа!» от Марина Русинова
«Отличная работа!» от Марина Русинова
«Отличная работа!» от Марина Русинова
«Отличная работа!» от Марина Русинова
«Отличная работа!» от awerkol
«Отличная работа!» от Kami-sama Udjin
... и еще 52 награды
Описание:
Мир несколько шире, чем описано в книге, или показано в фильме, не только в Британии жизнь идет своим чередом, а порой - бурно кипит. Наш человек попадает в этот мир, и узнает, увидит, прочувствует куда больше, чем показали на экране, или напечатали в книге. Он не МС, но сдачи дать может. Он не наследник золотых гор, но что ему мешает к этому стремиться? К тому же, если все это сочетается с интересным и захватывающим новым миром?

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
При работе будут учитываться разумные мысли и пожелания читателей, если не слишком влияют на сюжет. Особенно это может касаться упущенных автором мелких деталей или черт характера персонажей. Сюжет продуман на три четверти, поэтому, написанный текст будет основательно изменяться только по серьезным причинам. В мелких деталях — возможно.

Глава 42.1 «Джек» и щитовая

9 декабря 2017, 16:11
Глава 42.1 «Джек» и щитовая

Китайский целитель сэкономил мне неделю времени до первого состязания и уйму сил, которые мне пришлось бы потратить на исправление энергетики самостоятельно. Эту неделю я потратил на возвращение в нормальную форму, усиленно восстанавливался. К тому же, как участнику Турнира, мне разрешается пропускать занятия ради подготовки к испытаниям, чем я и пользовался. Контакты со студентами я сократил до минимума, исключением были только Луна и Габриэль. Все остальные с кем я контактировал либо решили не мешать подготовке, либо занимались своими делами, как это делала Флёр, которую взяла в оборот баронесса. С этой боевой женщиной я виделся в карете лишь раз, да и то совсем недолго, но впечатление сложилось однозначное: мужик в юбке. В общем, узнать реакцию студентов Хогвартса на кончину зельевара, мне оказалось невозможно: Луна мало с кем контактирует, а Габби вообще проводит время либо у меня, либо в карете, либо рядом с ней. Девочке разрешили дождаться первого состязания здесь для поддержки сестры, а потом она будет прилетать порталом на каждый этап, вместе с родителями. Вот этот момент меня удивил, причём сильно: если Габби не все время находилась в Хоге, а прибывала с родителями только на испытания, как же её сумели «похитить» для второго тура? Пообщавшись с семейством Делакур я могу точно сказать, что родители за своих дочек голыми руками порвут любого, и младшенькую непоседу ни за что бы не отпустили играть роль наживки. Вывод: похищение было реальным, а все разборки остались за кадром «канона». Вопрос: кто же настолько непогрешим и авторитетен, чтобы подобное провернуть без страха «огрести»? Нет, конечно, существует вероятность, что там было всё по договорённости, возможно даже сами родители накладывали чары. Но что-то мне в это не верится. Да и слышал я разные мысли в той жизни на этот счёт, мол свод правил Кубка Огня не так прост, как кажется, и писали его те ещё упыри законодательства и крючкотворства.

Кстати, любопытный факт: никто не озаботился сделать подсказку о драконах официальному представителю британской школы магии. Я-то, конечно, уже увидел этих «драконов», на самом деле виверн, но неужели никто из политиков не волнуется об авторитете государства? Или, как и Дамблдор, тайно уповает на то, что я загнусь по пути к кубку, разом лишив их кучи проблем? Ладно, без разницы, тут куда интереснее тема обнаружилась. После Самайна оказалось, что новый Дар я получу, похоже, куда быстрее расчетного времени, а это весьма любопытно. А виверны? Да плевать на этих животных! Раз уж в Европе так боятся этих тварей, то это только их проблемы, в Китае и Японии драконы всегда почитались и уважались. А уж с вивернами умели обращаться. Лучше я займусь...

***

Гарри тяжело переживал новый виток недоверия окружающих. Вот, вроде бы, никому ничего не сделал, а смотрят на него как на последнего предателя. И, главное, за что? Рон, друг называется, обиделся за то, чего Гарри даже думать не думал делать, да ещё бойкот устроил. Гермиона снова зарылась в какие-то книги, радует, что хоть не совсем «потерялась», и поддерживает, да обещала помочь в поисках... а ведь точно! Герми обещала найти больше информации о драконах, а он на неё чуть не обиделся! Это не хорошо, некрасиво, прям как остальные повел себя. А ведь Сириус говорил держаться друзей. Точно, нужно будет отблагодарить подругу за помощь! Жаль только, что встретиться с крёстным получится только после испытания. Интересно, зачем Сора хотел с ним увидеться, и что за дело такое, касающееся рода Блэк? И почему не спросил об этом сразу же? Ах да, тогда Рон звал полетать на мётлах, вот он и торопился. Ну, можно будет спросить и сейчас — всё равно к нему идёт, о драконах рассказать. Нет, ну подумать только — драконы! Как же их побеждать-то, если на них магия не действует? Вот не подскажи профессор Грюм воспользоваться метлой, и что тогда делать? Он ведь даже сбежать вряд ли бы сумел от этих летающих бедствий — не его уровень. Э-эх...

Вот и знакомая дверь, стук, приглашение войти, знакомая гостиная и знакомый волшебник. Вот только чем это он занимается? И откуда столько карликовых деревьев? Да и форма у них какая-то странная, но красивая.

— А что ты делаешь? — не сдержал любопытства подросток, глядя на то, как старший парень медленно водит светящимися руками над горшком с каким-то небольшим растением.
— Выращиваю дерево. — не отрываясь, серьёзно отвечает Сора.
— Какое? — так же не отрывая взгляда от действия, автоматом спросил Гарри.
— Клубничное. — на полном серьёзе ответил парень.
— А-а... — подросток не сразу осознал услышанное, захваченный видом настоящей магии. Да что там говорить, за всё время в Хогвартсе, настоящую, волнующую и удивительную, порождающую и демонстрирующую реальные чудеса магию Гарри увидел всего несколько раз. И ни один из профессоров никогда не показывал ничего даже отдаленно похожего на то, что он видел на Хэллоуин. Вот то были настоящие чудеса — это несомненно, по сравнению с ними то, чему учат в Хогвартсе стало напоминать какие-то трюки, фокусы. По крайней мере, у Гарри сложилось именно такое впечатление. Да и деревья никто не выращивал вот так, как делает это Сора. Подумать только: сидит и выращивает дерево, да ещё и клубничное... что? — Что? Клубничное дерево? — Гарри надеялся, что ослышался.
— Верно. — с предельной серьёзностью кивнул Сора, даже бросив на него взгляд с легким прищуром.
— Но, ведь... — Гарри попытался подобрать правильные слова для изложения своих мыслей, в его голосе проступала растерянность. — Но ведь клубника не растёт на деревьях... — с некоторым сомнением произнес подросток.
— Ты прав, не растёт. — Сора кивнул, свечение рук слегка усилилось, и буквально на глазах потрясённого наблюдателя, растение резко прибавило в росте. — Но меня это мало волнует. — последние слова ввели Гарри в ступор. — Я люблю клубнику и всё, что с ней связано. Но возиться с кустиками на грядке — это не мой метод, а вот если обзавестись вариантом в горшке, или кадке — другое дело. — парень чуть сильнее прищурился, и у уже точно, деревца, окрепла крона, прибавилось веточек и листьев... клубничных. — И ягод будет больше, и ухаживать проще... хммм... — на глазах изумлённого подростка деревце ещё подросло, а через несколько минут распустилось белым цветом.
— Эммм... э-эммм... — Гарри просто не находил слов, чтобы выразить то, что чувствовал в данный момент. — Но ведь так нельзя... — едва не умоляющим тоном почему-то прошептал подросток, его разум просто отказывался принять факт существования клубничного дерева.
— Если сильно хочется — то можно. — ни на миг не отрываясь от своего дела, ответил Сора, разом подтвердив давние догадки Гарри, что все волшебники, по сути, сумасшедшие.

Но ведь не бывает же! Ну, ладно привидения, ладно есть единороги и кентавры с пегасами, да даже Тёмные Лорды дымные! Но! Во всех книгах, во всём мире клубничными бывают только кустики! Никаких деревьев нету! Не бывает! В этой Вселенной просто обязано быть что-то Вечное, неизменчивое, незыблемое, так почему же этим центром Порядка не может быть Закон Клубничных Кустов?

Разум подростка с фамилией «Поттер» всё продолжал битву за здравый (ну, он себя в этом убеждал и искренне верил в свою «нормальность», при этом являясь самым нормальным волшебником) смысл. Он истово разрушал любые допущения и поползновения, но вот глаза видели совсем другое. Под взглядом изумрудных глаз деревце перестало цвести, за какие-то полчаса образовались ягоды, а затем они поспели, наливаясь нормальным, здоровым цветом настоящей клубники. Даже душистый аромат оказался правильным. Где-то на задворках разума Гарри почему-то почудилась картинка человека перед странным телевизором с синим экраном с кучей букв и цифр, и у этого человека закатились глаза, а изо рта идёт пена. После этого видения чудо с деревом стало восприниматься как-то проще. Тем более, что Сора, широко и довольно улыбаясь, собрал первый урожай в две глубокие мисочки, залил сливками, вложил ложку и протянул Гарри. Под звуки знакомого «Итадакимас!» они приступили к неожиданному десерту.

Впервые в жизни Гарри съел столько клубники, да ещё и такой вкусной. Сейчас ему стало совершенно безразличны свои ранние мысли, да и какой с них прок, если клубника — вот она, вкусная (!), сладкая! Гарри Поттер с величайшим удовольствием принял добавку, и совершенно позабыл об обидах и несправедливости своего факультета, о вопросах и страхах перед первым испытанием. Впервые за две недели мальчик просто нормально расслабился и отдыхал душой. Ему было очень хорошо, почти так же, как на Хэллоуин, так же впервые ставшем не днём траура, а настоящим праздником, во время которого Гарри даже увидел своих родителей. Это не было жестокой иллюзией зеркала «Еиналеж», он действительно видел своих родителей под одним из деревьев. Лили и Джеймс Поттеры ласково ему улыбались, мама ещё и плакала, а отец крепко её обнимал, не сводя с сына карих глаз. Почему-то, мальчик не решился (или не смог?) к ним подойти, но даже нескольких минут молчаливого диалога ему хватило, чтобы какой-то горький комок в животе незаметно растворился. Даже вид развеявшихся туманом фигур в порыве неощутимого ветра не вызвал боли или грусти. Тогда просто была твердая уверенность в том, что всё нормально, что всё так и должно быть, и у каждого своя Судьба и Путь. А ещё в ту ночь Гарри впервые ощутил странное тепло, в котором искупался, и которое будто проникло сквозь кожу, тоненьким ручейком ласкового и приветливого (?) тепла согревая, наполняя силой. Странной, непонятной, но родной. А ещё ему почти перестали сниться кошмары и просто плохие сны о тяжелом детстве. Правда, иногда является образ гриффона, очень внимательно рассматривающего Гарри, или старые волшебники и волшебницы в дорогих мантиях. Он никогда не видел этих людей в жизни, даже на фотографиях, но они ему, почему-то, казались знакомыми. Но эти сны не были плохими и после них не болела голова, а тело не наливалось к утру тяжестью.

Гарри много об этом думал, даже читал одну книгу о снах, которую посоветовала Гермиона, правда, ничего внятного обнаружить не удалось. Ну, или подросток ещё просто не дорос до такой литературы — как вариант. Поттер даже подумывал поговорить с кем-нибудь из взрослых, но что-то его останавливало, или не получалось. Да и в общем эти сны не казались плохими, поэтому слишком торопиться и кому-то что-то рассказывать он не спешил. Клубника тем временем была доедена, мисочки очищены небрежным взмахом руки Соры, и Гарри вернулся мыслями к причине своего прихода.

— Драконы. — на ум просто не пришло лучшего начала.
— Прости, что?
— Первое испытание — это драконы. Я их видел. — Гарри всмотрелся в лицо хозяина апартаментов, выискивая испуг, но, к своему удивлению, не обнаруживал, только улыбка проявилась.
— Спасибо, что сказал, Гарри. Я тебе благодарен за то, что ты оказался человеком. — лицо парня стало серьезным.
— Я не совсем понимаю... — взгляд подростка невольно скользнул по гостиной и деревцам, среди которых, к своему удивлению, обнаружил персиковое деревце с крупными желто-оранжево-красными плодами.
— Понимаешь, — как-то осторожно начал Сора. — среди нашего с тобой вида гуманоидов, как ни странно, именно «людей» очень немного...

Сначала, Гарри не совсем понимал о чём речь, однако, старался понять, честно старался. Довольно продолжительный монолог на тему схожести «людей» и гуманоидов, на них похожих, проходил под работу над новым растением. На глазах подростка, Сора взял несколько крохотных семечек в одну руку, наложил на них какие-то совершенно незнакомые чары с помощью своей палочки, превратив несколько мелких семечек в одно более крупное, тут же посаженное в новый горшок. Гарри слушал философские рассуждения о том, как животные, нелюди маскируются под «человека разумного», при этом руководствуясь примитивными инстинктами, даже не чувствами. Невольно Гарри применил это сравнение к своим родственникам, увидев яркий пример данного размышления. Также упоминались «подразделения» или «подвиды», на которых можно разделить этих «имитаторов», вроде: хитрый трус, агрессивный трус, просто трус и так далее. Когда же монолог, казалось подходил к концу, новое деревце радовало глаз, нос и язык земляникой.

Пусть беседой это назвать и сложно, ведь Гарри больше молчал и слушал, но на многое подросток взглянул в новом свете. С некоторыми вещами он оказался согласен, с некоторыми — нет, а вот над последним выражением решил поразмышлять — уж очень необычным, да и жестоким оказался этот взгляд.

— Так вот, — продолжал свой монолог Сора, откинувшись в кресле и закрыв глаза. — как я уже говорил, я считаю, что люди должны жить по-человечески, а если они отказываются быть людьми, значит, они звери, животные. Стало быть, и отношение к ним должно быть соответствующее. В том смысле, что ты же не торопишься пристрелить увиденную бродячую собаку или кошку, но если она на тебя нападает, то ты это сделаешь. Или, например, ты завел собаку, и ты её дрессируешь, воспитываешь, чтобы не бросалась на людей, чтобы в доме не гадила, со стола не таскала, и так далее. Так же, считаю, нужно и с гуманоидными: не умеет себя вести с окружающими — воспитывать, не хочет воспитываться — усыпить. Всё просто, эффективно, и людям будет легче и лучше жить, а звери будут знать, чем могут обойтись их выходки, поэтому будут подстраиваться. Со всех сторон воспитание получается, правда, в животном мире лучше слушают сильного. — парень выпрямился, взял с коленей палочку, которой притянул кадку с землёй, и снова, похоже, взялся за дело. — Так, Гарри, сейчас будет сложно, поэтому прошу меня не отвлекать, хорошо? Вот и ладушки...

Следующие сорок минут Гарри наблюдал за странными манипуляциями японца. Сути происходящего подросток не понимал, кроме того, что хозяин апартаментов снова что-то выращивает. А ещё Поттер впервые поймал себя на мысли, что начал чувствовать магию не как наэлектризованный воздух, от которого волосы на руках шевелятся, а как-то... иначе, просто мальчик ещё не успел определиться. Это молчание дало подростку время подумать над услышанным — так, как этого не сделать в факультетской гостиной — без шума и отвлекающих проделок окружающих. Нет, Гарри нравилось быть среди других шумных детей, но в таких условиях очень сложно учиться или собраться с мыслями, а это, порой, очень важно. Когда время перевалило за два часа пребывания в этих апартаментах, пришли Луна и милая маленькая француженка — Габриэль. И если Луна напоминала Гарри сову — такая же непосредственная, с легким характером, но порой вводит в ступор, то Габриэль напоминала маленькую, веселую канарейку. Поттер и сам не понял откуда у него это взялось, но ему жутко захотелось пронаблюдать реакцию девочек на то, что вытворяет Сора. И даже испытал какое-то странное удовольствие, когда на последнем дереве, выросшем под два метра, образовались самые настоящие бананы, а девочки подняли шум. Гарри никак не мог стереть гаденькую улыбку, наблюдая повторение сцены, только в куда более оживленном варианте, чем та, которую он устроил сам. А ещё через какое-то время Габриэль сообщила Соре о драконах, на что парень широко ей улыбнулся и одарил обеих девушек мисочками с клубникой со сливками, а сам сорвал банан, между делом добавив: «надеюсь, хвост у меня не вырастет...». Гарри после этого с опаской покосился на новое дерево, для себя решив, что пробовать эти бананы поостережется. Да и девочки как-то напряглись. Когда откуда-то из закутка появился очередной горшок с землей, Гарри решил, что нужно сохранить остатки здравого смысла и пора уходить, а то мало ли, что вздумает вырастить этот чудной японец. Особенно он утвердился в этом решении, когда Сора начал вслух размышлять...

— Земляничное дерево у меня есть, — парень серьёзно кивнул своим словам, а девочки притихли, внимательно прислушиваясь. — к морковке я равнодушен, — парень снова кивнул, ненадолго задумался и продолжил. — значит, нужно вырастить сырное дерево... — парень снова сделал паузу. — да, определённо, стоит.

Поттер уже покидал столь гостеприимного японца, взялся за ручку двери, когда услышал гневную речь француженки.

— Не вздумай! Слышишь? Не смей! — девочка аж подскочила на месте.
— Я же пошутил... — как-то обиженно протянул Сора, от чего Гарри стало как-то легче на душе... но не надолго, как оказалось. — наверное...

Гарри закрыл за собой дверь, взвесив в руке небольшой пергаментный сверток с земляникой — гостинец для Гермионы. Да, парень прислушался к совету японца и не станет показывать гостинец Рону, ибо «если хочешь хороших отношений с девушками — подкармливай их вкусняшками», а рыжий друг уж точно не девушка. Насчёт же сырного дерева подросток с миленькой француженкой полностью согласен: если такое случится, то мир может подобного не пережить... ну, так, по крайней мере, считал подросток.

[Он не знал, что своими еретичными мыслями против сыра едва не призвал кару на свою бестолковку. Лишь только древнейшая магия Мира и защита родовой магии препятствовали немедленной мести одного одиозного бога.]

Оставшиеся дни до первого испытания прошли легко и быстро — мысли о сырном дереве никак не отпускали разум подростка. Пару раз ему даже снился весёлый, но довольно странный человек, который сбивал с мыслей непонятными выражениями, а также безумно любящий сыр. После этих бесед и сам Гарри начал думать, что сырное дерево — не самая худшая идея, а в чём-то даже гениальная. И да, у подростка, совершенно неясно от чего, проснулась сильная любовь к сыру. Ах да, Гарри стало интересно кто такой «Пожиратель», и почему его сравнивали с драконами первого испытания, но этот весёлый дяденька на подобные вопросы неизменно отвечал речевкой про очередной сыр. День первого испытания Гарри встретил в задумчивости, но мандража, как ни странно, не было, даже когда в его руке оказался крошечный «Шведский тупорылый» дракончик. Гермиона — единственная, кто пришёл его поддержать перед первым этапом, и это оказалось очень приятно. Из задумчивости подростка вывел голос японца.

— Так вы говорите, мистер Крауч, что испытание можно проходить любыми методами? — изогнул бровь Сора, как это любил делать профессор Снейп, о судьбе которого Гарри знал, но не торопился болтать.
— Для прохождения испытания разрешается использовать только волшебную палочку. Какие-либо другие волшебные артефакты для прохождения испытания брать с собой запрещается. — чопорный, сухой тон, так похожий на уроки профессора Макгонагалл.
— Но если я их призову манящими чарами уже находясь на площадке, то это не возбраняется?
— Хммм... — Крауч ненадолго задумался, забавно пошевелив усами. — нет правила, запрещающего подобное.
— Получается, — как-то медленно и осторожно заговорил японец, будто тихо подкрадывающийся к добыче зверь. — я могу делать на арене ЧТО УГОДНО, главное — пройти испытание, верно? — парень слегка прищурился, остальные присутствующие с интересом тихо прислушивались.
— Получается, что так. — важно кивнул Барти Крауч, после недолгой паузы на раздумия.
— О-о-очень хорошо. — с каким-то странным блеском в глазах протянул парень, играясь с миниатюрной «Венгерской Хвосторогой».

Гарри осмотрел притихших людей. Сора продолжал как-то совершенно по-звериному улыбаться, не сводя глаз с дракончика. Виктор Крам так и держался немного в сторонке, удерживая хмуро-задумчивую мину. А вот реакция старшей сестры Габриэль ввела Гарри в ступор: девушка, вытащив зелёного дракончика, сперва держалась не очень уверенно, но когда начал задавать свои странные вопросы Сора — резко преобразилась. Француженка даже напомнила ему тётю Петунью, когда та подозревала дядину поездку к другу «по делам» в подлом походе в паб. Девушка прищурилась, её подозрительный взгляд буквально просвечивал японца, видимо пытаясь обнаружить его подлые замыслы. Вот только с чего бы, они же не женаты, да и не встречаются..?

Гарри в некоторой степени повезло оказаться первым в сегодняшнем списке, так как не успел снова разволноваться. Идея с метлой полностью себя оправдала: подросток, ловко сманеврировав, подхватил золотое яйцо и отлетел прочь. Дракон ревел, послал длинную струю пламени ему вслед, но потом быстро успокоился, осмотрев гнездо. Гарри Поттер получил свои сорок четыре балла и совершенно не обижался — он был рад уже тому, что остался цел, да и верная метла не сгорела в драконьем пламени. Выступления болгарина и француженки выдались интересными, и подросток в очередной раз подтвердил, что так же, как это сделали они, точно не смог. И вот, последним на арену выходит Сора Хошино, а его Хвосторога — злющая, шипастая зверюга, уже подозрительно на него смотрит. Объявление начала, выстрел пушки, и трибуны замерли — парень остался на своём месте.

С минуту Сора осматривался, неспешно изучая арену, разглядывая дракона, даже по трибунам пробежался взглядом и кому-то махнул рукой, но Гарри не увидел кому. А вот потом у подростка в горле как-то резко образовался ком. Японец поднял обе руки на уровень лба, вытягивая их вперёд, в правой руке у него волшебная палочка, левая обращена раскрытой ладонью от себя. Несколько неуловимых взмахов палочкой и плавные движения раскрытой ладонью — над ареной вздрогнул и на мгновенье вспыхнул желтыми блестками воздух. Хвосторога, не отходя от гнезда, опустила голову и грозно зашипела, выпуская клубы дыма. Комментатор что-то начал говорить, но Сора развернулся, сделал пару движений палочкой, и Бэгмен замолк, а трибуны загудели. Японец довольно улыбнулся, поворачиваясь к дракону. Парень вернулся в исходную стойку, его палочка снова принялась выписывать узоры в воздухе. Валуны, разбросанные по арене, коротко вспыхнули желтыми блестками, а потом начали буквально тонуть в земле — плавно и как-то жутковато. Но Гарри был вынужден признать, что зрелище оказалось захватывающим — вон как зрители пораженно молчат. Тем временем последний валун скрылся из виду, повинуясь медленному жесту опускающихся вниз ладоней. Сора на несколько секунд замер, а потом наклонился и вонзил кончик палочки в землю. Подросток ещё не понял замысла, но ожидал чего-то совершенно неожиданного. И его надежды оправдались: будто в сказке о Джеке и бобовом дереве, из земли выстрелили стремительные толстые плети, бросившись к дракону. Летающий ящер пытался сопротивляться: рвать зубами и когтями, жечь плети, но это не помогало. Буквально за минуту зверь оказался крепко и надежно зафиксирован на земле, оплетенный таким образом, что даже огонь выдохнуть не мог. Сора поднялся на ноги и в полной, оглушающей тишине, неспешно побрел вперед, горящими глазами изучая ящера. А вот дальше Гарри не сдержал улыбки от увиденного: Сора осматривал дракона с таким видом, будто только что его купил, и теперь заново оценивать свое приобретение. Он осмотрел лапы, когти, рога, появившимся в руке ножом поковырял чешую... и начался форменный и совершенно неторопливый сбор ингредиентов. Парень большим шприцом набрал крови зверя, чешуи, слюны, даже, кажется, взял что-то ещё у того изо рта, срезал пять рогов и когти с передних лап, четыре клыка. На протяжении доброго получаса японец занимался своими делами на глазах многочисленной публики. Многие веселились, криками советовали что и как делать, а ушлый японец даже вступал в полемику на разные темы, впрочем, не останавливаясь. Публике это выступление явно понравилось, в отличии от драконологов — уж их хмурые и недовольные мины не
заметить было сложно. Наконец, Сора закончил, упаковав всё собранное в небольшой саквояж, очевидно, зачарованный на расширенное пространство. Шоком для всех стало, когда парень взял из гнезда не только золотое яйцо, перед этим упаковав три обычных. Стоило блестящему предмету оказаться в руке японца, как прозвучал выстрел пушки. Испытание завершено.

***

Э-эх, хороший же чай у директора Хогвартса, интересно, как называется? Зелёный чай я люблю, но и от хорошего чёрного не отказываюсь, а иногда просто хочется перемен. Да и сервиз у Дамблдора отменный: не слишком вычурный, но и не слишком простенький. В данный момент один собиратель ингредиентов растекался лужицей в большом удобном кресле, потягивая отменный чай, наслаждаясь мощными потоками магии замка, проходящей через кабинет директора. На самом деле мне не известно за что отвечают те порванные энерговоды — я так и не сподобился их исследовать, возможно, они идут на подпитку конструктов иного рода, и до кабинета директора их мощь в идеале, просто не должна доходить. Но даже того, что есть сейчас более чем достаточно, чтобы заниматься «магической физкультурой», или «магическим дыханием цигун». У этой техники нет своего названия, или я его просто не знаю, но суть сего действия заключается именно в глубоких «вдохах» и «выдохах» магии на магическом источнике. Отсутствие окраса, то есть родового алтаря, изменяющего магию источника под специфику рода, при подобной «гимнастике» позволяет совсем по чуть-чуть, но действительно разрабатывать своё ядро, каналы и кокон ауры. Таким образом, потратив довольно много времени, можно не слишком значительно увеличить объём магического резерва, но куда важнее то, что энерготело одаренного приучается пропускать большие, даже мощные потоки, вплоть до возможности единовременного высвобождения всего резерва без пагубных последствий. Это, замечу, очень важно для нормального мага. А если одаренный ещё и выбрал ритуалистику или боевую магию, то тут вообще без вопросов. Короче, я одновременно и отдыхал, расслаблялся после испытания, держа на коленях золотое яйцо, занимался непринужденной тренировкой, и потешался над собравшимися.

А началось всё с момента, как я скрылся с глаз публики после первого испытания. Оценки мне выставили очень низкие, хотя, честно говоря, мне до них особого дела нет. Всё, что я задумал — сделал, а уж кому что не понравилось — не моё дело, тем более, что во втором испытании всё упирается в скорость, если Габриэль не окажется в воде, то в своей победе я не сомневаюсь. Так вот, сразу же после озвучивания оценки, что, кстати, вызвало дикое недовольство трибун — судей освистали даже (!), я был перехвачен «Чипом и Дейлом», то есть весьма известными и уважаемыми, пусть и не мной, Макгонагалл и «Грюмом». Эти волшебники под конвоем сопроводили меня в кабинет директора Хогвартса, где чуть погодя собралась немалая компания, в том числе и пара драконологов, один из которых оказался мне знаком. Последним явился Дамблдор, в компании Крауча, рослого негра в национальном африканском наряде, и ещё каким-то явно клерком.

Первым слово взял директор, который разразился двадцатиминутной проповедью, в которой мелькали и призывы к патриотизму, долгу перед отечеством, человеколюбию, взаимовыручке и общечеловеческой обязанности мыть руки перед едой. Вот с последним я категорически не согласен! Считаю, мытьё (или помывка?) не должно ограничиваться только руками! К чему конкретно вёл старый политик, я так и не понял, но если его речь была «артподготовкой» для следующих «ораторов», то всё встаёт на свои места. После него, в весьма краткой форме, собравшихся просветили на тему нелегкого труда выращивания виверн... пардон, драконов — так этих тварей ныне называют в большей части этого мира. Под конец докладчик не смог не добавить, что драконологи всех себя отдают этому делу, буквально горят на работе. Я важно и понятливо покивал на эти слова, ведь читаю сам прессу, и мне известно, что за последние полгода драконами в питомнике было съедено трое, и сожжено пятеро драконологов. Подозреваю, что до состояния пепла, буквально тут же развеянного ветром. Ну а что, нужно же этих тварей чем-то кормить, а прожаренным трупам уже всё равно, так чего пропадать добру? После выступил незнакомый клерк, который, как оказалось, как раз и отвечает за ингредиенты, получаемые с драконов. Было озвучено буквально до чешуйки точное количество всего мною собранного, а также точная, до кната, цена. Озвученная сумма внушала... не меня. Шесть литров крови и полмешка чешуи мне нужны для нового проекта, а вот когти, клыки и рога я пущу на амулеты и боевые артефакты — самое то.

На некоторое время повисла тишина. Я не считаю себя дауном, поэтому понял, что ждали моих ответов, или, что вероятнее, извинений. Мне же было откровенно смешно: я ведь не зря задавал те вопросы Краучу, я перестраховывался, чтобы вот в таком как сейчас случае, можно было всех смело посылать. По-хорошему, я бы мог и дракона прикончить прямо там, и забрать тушу себе, как охотничий трофей, но на данном уровне это для меня перебор. Пусть я и в своём праве, но это не «по понятиям» местных. Короче, в данный момент я отреагировал на эти слова... никак. А уж держать морду кирпичем — это национальная японская традиция и черта: не знаешь как себя вести — кирпич; оказался в незнакомой обстановке — кирпич; на работе начальник — козёл, — кирпич, и так далее. Ещё через минуту, когда все присутствующие напереглядывались, наперемигивались, накрутились на своих местах и накашлялись, снова заговорил Дамблдор.

— Мистер Хошино, мы ждём вашего ответа. — стоит заметить, что ведёт себя директор очень дипломатично, без резкостей или излишнего панибратства.
— А вы меня о чём-то спрашивали? Прошу прощения, но мне показалось, что я присутствую на обсуждении финансовых выгод разведения драконов, правда, не совсем понимаю необходимость моего здесь нахождения. Если вы не против, повторите, будьте добры, вопрос. — всё это говорилось ровным голосом, с нейтрально-дружелюбным выражением лица.

Пока люди снова переглядываются, уточню насчёт местных «драконов». Как многим известно, в Европе этих зверей разводят в Румынии, хотя я встречал упоминания о ещё одном питомнике, совсем небольшом, в Албании, но там разводят только один вид земляных драконов. Но сейчас речь о Румынии. Дело в том, что когда-то (мне не известна дата) данный заповедник организовали несколько европейских государств на паях, и до сих пор действует изначальная схема равного вклада и вывода прибылей всех пайщиков. Знаю ещё, что на тот момент Российская империя не знала что делать с теми вивернами, что водились на её территории, так что в деле Румынского заповедника не участвовала... да и кто бы её туда пригласил, говоря на чистоту?

— Мистер Хошино, — заговорил клерк, имени которого то ли не услышал, то ли одно из двух. — мы здесь говорили о том, что вы незаконно, без официальных документов, фактически, похитили ингредиенты. Директор Дамблдор любезно согласился на эту беседу, иначе вас, как преступника, уже увели бы авроры. Вы должны быть благодарны, что за вас вступился такой человек, и тут же, немедленно вернуть всё похищенное. Лишь в этом случае вы не будете иметь проблем с законом и его представителями.
— Я вас понимаю. — согласно закрываю глаза, всё так же не меняя своего положения. — Эта Хвосторога — крупный зверь, с которого можно получить неплохую прибыль. — клерк довольно, но скупо улыбнулся. — Однако, как мне объяснил толкователь правил данного Турнира Трёх Волшебников мистер Крауч, выходя на очередное испытание с одной лишь волшебной палочкой, участник имеет право делать на арене ЧТО УГОДНО, пока не нарушает других правил. Исходя из этого, я имел полное право убить дракона и захватить тушу в личное пользование. — из-под прикрытых век я видел всех и каждого в кабинете, и выражения непонимания, растерянности и набирающей силы злости парочки отдельных личностей, рассмотрел отчётливо. — Однако, я понимаю, что подобным действием устроил бы многим проблемы, поэтому взял совсем немного...
— Немного? НЕМНОГО?! — закричал главный драконолог, да и Уизли не выглядел довольным. — Больше четырёх тысяч галеонов — это НЕМНОГО?
— Нужно было забрать Хвосторогу целиком? — вздернутая бровь и задумчивый тон вызвали натуральный рык у мужика, но вмешался Дамблдор.
— Мистер Смит, успокойтесь. А вы, мистер Хошино, должны понять, что ваши действия выглядят как натуральное воровство.
— Это почему? — Я даже глаза полностью открыл, пусть и остался в той же позе. — Против меня выставили опасного зверя, невосприимчивого или ограничено невосприимчивого к магии, а у меня из оружия лишь волшебная палочка. По вашим словам выходит, что разорви или сожги меня дракон — он в своём праве и всё в рамках закона, однако, поступи со зверем так я — то я превращаюсь в преступника. Вам, господа, не кажется, что вы все бредите, нет? — кто-то попытался возмутиться, перебить, но я не позволил. — Я действовал в рамках условий Турнира, и вполне мог заявить права на боевой трофей, так как рисковал жизнью!
— Какой жизнью?! — снова вспыхнул драконолог. — Ты спеленал зверя за секунды, никакой угрозы не было!
— То, что я умею больше, чем вы, мистер, еще не значит, что дракон не разорвет или сожжет меня, будь у него такой шанс. — поворачиваюсь к бывшему секунданту. — Мистер Крауч, скажите, я в чём-то не прав?
— Правила Турнира не были нарушены. — сухо ответил усач.
— Но есть ещё и законы Магической Британии! — заговорил клерк. — Дракон и всё, что можно с него получить — собственность Министерства!
— Верно. — Крауч важно кивнул. — Так и было до момента, когда дракон был выставлен на арену и началось испытание, после этого зверь принадлежал Турниру, и каждый чемпион имел право делать с ним буквально что угодно, даже заавадить.
— Мистер Крауч, министр Фадж не будет доволен, когда это услышит. — прищурился клерк (или не совсем?).
— Я лично предоставлю министру доклад через... — мужчина посмотрел на часы-луковицу. — ... сорок минут. Повторяю для неуслышавших. — Крауч осмотрел присутствующих. — Правила и законы нарушены не были. Однако, — мужчина повернулся ко мне. — мистеру Хошино следует знать, что частное выращивание драконов, а также торговля их яйцами является тяжким преступлением. — у мужика реально тяжелый взгляд, и это несмотря на «империус», на нем висящий.
— О, не стоит волноваться, мистер Крауч. Я не собираюсь выращивать драконов, как и продавать их яйца. Всё собранное я использую исключительно для личных нужд.
— В таком случае, — мужчина поднялся с диванчика. — я не вижу более нужды задерживать чемпиона Хогвартса. Вы можете идти, мистер Хошино.
— Благодарю. — кивок мужчине. — Господа. — на остальных я только посмотрел, никаких кивков или поклонов, и ушёл прочь.

Хороший мужик, этот Крауч, да и Энтони говорил о нём только положительные факты. Ну, строг, ну, жёсток, да, но он не подонок, а это уже отличный отзыв об англичанине. К тому же, он является последним официальным членом довольно старого чистокровного рода. Нужно натравить на Барти Старшего Энтони — пусть он уговорит мужика на ритуал плодородия. Крауч — мужик ещё крепкий, да и по ауре я увидел, что он вполне способен наплодить отпрысков для продолжения линии крови. А сынок его уже не годится, ибо принял «метку» — мощная чужеродная магия, да ещё и фактическое принятие — чуть ли не оммаж провели. Думаю, Барти сыночка даже из рода выгнал, хотя зачем тогда из Азкабана вытаскивал? Нет, определённо, нужно браться за эту часть планов. Э-э-эх, столько дел, столько идей, как за всем поспеть? А я ведь тоже устаю, чего мне стоило только дракона спеленать?! И это я использовал одножильные структуры для трансфигурации временно гибкой каменной проволоки. А ведь изначально хотел сделать цепи. Думаю, не потянул бы, не на нынешнем уровне.

Однако то, что обретение Дара так ускорилось, я сам сильно удивлен, и это ещё очень слабо сказано. Но так даже лучше, тем более теперь, когда у меня в руках почти всё необходимое для ещё одной задумки. Ладно, всё потом, а сейчас нужно отдохнуть...

***

— Мдааа, мрачновато тут... — протянул я, осматриваясь в подземельях, высоко подняв палочку с шариком «люмоса».
— Я предупреждал, что здесь темно и сыро. — пробурчал Поттер, осторожно продвигаясь вперёд.

В данный момент мы с парнем идём по подземелью к Тайной Палате — так она правильно называется, и слово «палата» не ограничивается значением комнаты в больнице. Времени уже прошло много, непростого и не всегда приятного, так что мне всё сложнее вспоминать первую жизнь, бывает, целые пласты «проваливаются» в черноту забвения, и только с помощью медитаций удаётся выковырять очередной кусочек. Я это говорю к тому, что не помню как в фильме выглядела Тайная Палата и её подступы. Сейчас же я вижу очень высокие своды, мощные каменные колонны с перемычками между собой, внутри которых мощные магические структуры. Насколько я вижу, повреждения есть и здесь, но не столь фатальные, как в верхней части замка. Например, я вижу несколько дыр в чём-то, что можно назвать «распределительным щитом», но эти разрывы не коснулись чего-то важного. А ещё хорошо, что дыры совсем небольшие, да и каналы-нити структур довольно тонкие, так что имеется совсем немалый шанс, что...

Вызвать в памяти примитивнейшие охранные чары, даже скорее не охранные, а сигнальные, но они хороши возможностью масштабирования и необязательностью к закольцеванию. Вычертить в воздухе простой круг, провести через его центр прямую линию и «проколоть» конструкцию в ту сторону, где хочешь установить «сигналку». Чары легли аккурат поверх одной из дыр, соединив две из четырех линий. Сигнальные чары прилипли к более сложному конструкту, вздрогнули, налились силой, расширились, и полностью стали частью других чар. Отлично, опыт оказался удачным! Самопальная заплатка работает. В течении следующих пятнадцати минут я накладывал заплатки, медленно и очень аккуратно, а то мало ли, вдруг «коротну» всю систему и у директора слетит «ОСь»? Установить новую я не смогу, так что не спешим. Гарри, что характерно, молчал. Его нервозность и нетерпение я чувствовал очень хорошо, он уже на пятой минуте хотел что-то спросить, но в это время я как раз соединил все разрывы одной конкретной энерголинии, что вылилось в бледно-зелёные огоньки на полу, освещающие дорогу. Подросток решил не мешать. Но на исходе четверти часа я понял, что часть заплаток можно было и не делать, так как структуры чар оказались обезмажены, то есть главный энерговод также оказался поврежден. Нет, я попытался наложить заплатку, но её тут же разрывало мощью потока, ей не хватало времени «подрасти». Пару минут я размышлял, а потом взялся учить спутника сигналке, а когда мы с этим закончили, а это было ещё через полчаса, то последнюю заплатку накладывали вместе.

— Слушай, Гарри, как только установишь чары, тут же кастуешь новые поверх установленных, понял?
— Да, но зачем это? — подросток не выглядел очень подозрительным, но не без этого, а ещё ему было интересно, реально интересно.
— Понимаешь, — отпиваю воды из извлеченной фляги и передаю спутнику. — тут везде, — широким жестом обвожу пространство, которое уже можно немного рассмотреть в жутковатом свете. — установлено множество структур различных чар. Я не знаю, что послужило причиной, но во многих местах Хогвартса, и не только здесь, а по всему замку, существуют повреждения, разрывы, из-за которых большинство изначальных функций либо совсем не работает, либо со сбоями. Лестницы помнишь?
— Это из-за «разрывов»? — парень нахмурился, получив мой согласный кивок. — Ты уже рассказывал об этом профессору Дамблдору? Почему?
— Он — директор, и сам должен об этом знать, — пожимаю плечами. — да и времени как-то не было за делами...
— Всё равно, нужно рассказать! — упрямо заявил подросток.
— Да без проблем. — прячу фляжку. — Да, боюсь, толку будет мало...
— Почему? — я уже не следил за его лицом, вернувшись к разрыву энергоканала, толщиной с мизинец, вспоминая разорванный канал с мою руку, если не бедро.
— Да потому, что тут одно из двух: либо с повреждениями ничего не могут поделать — просто не умеют, в чём я сильно сомневаюсь, либо же современные британцы не умеют видеть эти структуры, а это уже совсем другая песня.
— Почему? — что-то он повторяется.
— Да потому, что попытаются использовать меня, а у меня и так дел невпроворот, чтобы всё своё время тратить на ремонт чужого замка. — хм, занятная структура, интересно, за что она отвечает?
— Почему ты не хочешь помочь, это же Хогвартс?!
— Вот будь этот замок мой, тогда — да, ночами не спал, но всё восстановил, а так ради чего надрываться? Замок ведь стоит? Стоит. Не валится? Ну... не слишком. На мой век, по крайней мере, его хватит, а там уж... — и ведь не вру, я на самом деле думаю именно так, а ещё то, что местные, в смысле англичане, привыкли запрягать на свою работу кого-нибудь постороннего, пока сами чаи гоняют. Нет уж, я — не необразованный, беднейший индус, у которого можно почку купить за палатку и сотню баксов... или только палатку. Читал я историю о англичанах, так что в курсе их любимых трюков.
— Но... но... ведь...
— Слушай, парень, — нельзя это так оставлять. Повернулся к нему и смотрю в глаза. — всем нельзя помочь, и всех не обогреешь, если они сами не помогут. Слышал такое выражение: «спасение утопающих — дело самих утопающих»? Нет? Смысл в том, что для изменения ситуации нужно что-то делать, то есть грести к берегу должен не только спасатель, в крайнем случае, спасаемый хотя бы не должен мешать.
— Я не понимаю... — негромко произнес сбитый с толку подросток.
— Я говорю о том, что Хогвартс — единственная полноценная школа магии на островах, министерские курсы — не в счёт. Все маги Британии должны участвовать в его ремонте, да и вообще — жизни, просто потому, что Хогвартс — народное достояние. Вот будь это твой родовой мэнор, тогда — да, прикладывай личные силы, ибо родовое гнездо, твой дом, никто, кроме тебя не защитит и не обустроит. Не дело это, когда один отдувается за всю страну. — перевожу многозначительный взгляд на знаменитый шрам.

Поймёт — молодец, а если нет, то, значит, у парня диагноз. Пару минут мы молчали. Поттер о чём-то серьёзно задумался, а я рассматривал незнакомые структуры, пытаясь разгадать их смысл. Следующий вопрос меня очень обрадовал.

— Я несколько раз слышал о «родовых дарах» и «родовой магии». Что это значит? — осторожно, будто чего-то опасаясь, спросил парень, я же не сдержал улыбки: Дамблдор не опекун этого наследника, да и вообще никто не опекун, раз парень не знает подобного.
— Это то, что отличает простого волшебника или мага от чистокровного семейства, минимум, в пятом-шестом поколении. Начать, думаю, следует с...

Короче, лекция моя затянулась. С непродолжительными перерывами, она заняла довольно много времени, да и то, это всего лишь основы без мелкой детализации, для которой у меня есть отличные книги и свитки, но свитки я ему уж точно не дам. Заплатки легли ровно, чуть не порвались, но я успел в последний момент наложить ещё одну, а через несколько секунд легла четвёртая заплатка от Поттера. Через минуту, когда энергоканал вышел на уровень нормальной нагрузки, а структуры должным образом зарядились, на высоте двух с половиной метров вспыхнули бело-синие огни. Очень, очень красивое зрелище, структуру этого пламени я скопировал. Из иллюзорных чаш поднялись лепестки светло-синего огня, в самом верху становясь темнее, а в самом центре пламя оказалось чистого белого цвета. Таким образом, основной свет не поднимался выше метров трёх, освещая дорогу, а вот своды продолжали скрываться в загадочных колеблющихся тенях. Под звуки шагов и моего голоса, мы добрались до входа в Палату, где мой спутник скосплеил пробитую шину, но мне удалось разобрать «откройсссяааа», чему я удивился, но не слишком, ощущая дрожь духовных планов. Видимо, парселтанг — что-то более сложное и интересное, чем здесь принято считать.

Когда мы вошли внутрь, Поттер как-то резко напрягся, вероятно, воспоминания об этом месте вынуждают его ожидать различные угрозы и опасности. Я же не волновался: мои чувства и ощущения не обнаружили даже крыс, которые ясно ощущаются в канализационных каналах, через которые проходит спуск в подземелья. Вспыхнули знакомые бело-синие огни, только здесь они горели на факелах, делая их «вечными». Скелет тысячелетнего василиска лежал почти в самом центре Палаты. Да, именно скелет, ибо ни единого волокна плоти на костях не обнаружилось. Сгнить такая масса плоти, буквально пропитанной магией, за какие-то пару лет не могла, да и мумифицироваться тоже. Какой вывод? Вот этот пацан и его друзья, похоже, плевать хотели на этого бесценного зверя... пардон, рептилию, Высшую рептилию. Их совершенно не волнует, да и вряд ли они когда-либо интересовались подобными вопросами, но этот василиск не завонялся бы ещё лет этак пять, если не больше. Его магическая мощь была невообразима, однако, василиск, похоже, за сотни лет обезумел — я это чувствую в мощнейшей магии в костях. Это просто потрясающе! Я, конечно, надеялся, но всё равно не думал, что мощь будет так велика. Однако, похоже кто-то, не будем показывать пальцем, также всё или только часть, но почувствовал, поэтому выгреб всё, что было возможно, оставив «Избранному и ко» необходимый инвентарь. Что ж, спасибо за подарок, я за него благодарен.

— Гарри! Поттер! — пришлось немного повысить голос, чтобы парень обратил на меня внимание. — Ты разрешишь забрать эти кости?
— А почему ты спрашиваешь? — удивился подросток.
— Ты его убил, значит, он твой боевой трофей.
— Хмм... — несколько секунд подросток разглядывал кости, при этом его лицо ярко выражало гамму различных эмоций, потом он выломал один клык, отошел, завернув его в носовой платок. — Можешь забирать.
— Спасибо. — Я даже поклонился. — Я сделаю ответный дар. — говорю серьёзно, ибо даже эти кости — бесценные сокровища.
— Не стоит... — вяло пожал плечами подросток, снова задумавшись.

Я же не терял время и работал, запечатывая части и сегменты, чтобы управиться за пятнадцать минут. Когда я закончил, уговорил парня прогуляться, осмотреться — вдруг где есть тайничок. Ну не городил же всё это Слизерин ради одной лишь рептилии... я бы не стал. В итоге мы таки нашли несколько помещений с разбитым/гнилым/рассыпавшемся/превратившемся в новую форму жизни содержимым. В трёх лабораториях остались лишь обломки сгнившей когда-то деревянной мебели и осколки стекла. В четвертой мы обнаружили расчищенное рабочее место, вернее, таковым оно было лет пятьдесят назад, как и плесневелые рабочие журналы. В кладовой для ингредиентов что не сгнило, то превратилось в плесень, а чары стазиса не запитаны, видимо, очередной разрыв. Жилые, некогда, аппартаменты превратились в одно лишь упоминание, а вот рабочий кабинет оказался замаскирован под стену. Я его нашёл случайно, и ещё не открывая его, взял со спутника клятву молчать об увиденном/обнаруженном в дальнейшем, а также распределения долей трофеев 70/30 в мою пользу, ибо не откроет Поттер эту дверку... даже Дамблдор не откроет. Подросток попытался пошипеть, использовал несколько известных отпирающих чар, но без толку — он даже дверь не нашёл. Думаю, найти её смогу только я или Луна, ибо здесь использован принцип смещения — «Мистический дом».
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.