Heliophilia

Следующие несколько дней ничего особо не принесли, но в это время скрытно создавались чувства ко мне. Лорен не покидала мои мысли, словно моя тень, каким-то образом, она всегда была рядом со мной. С тех пор, как мы начали заниматься, её навыки чтения и письма заметно улучшились, а я чувствовала, что стала слишком привязана к девушке. Нежные прикосновения и взгляды украдкой ― это всё, что я могу получить. Когда меня накрывает очередной волной эмоций, я понимаю, что не могу с этим справиться и отворачиваюсь. Я мечтаю о том дне, когда я смогла бы полностью утонуть в её глазах и поцеловать её мягкие губы, о которых я думала целыми ночами, но не позволяю себе делать этого. Я знала, что такая девушка, как она, смогла бы полюбить меня, но она любила бы меня слишком сильно. Она относится ко мне лучше, чем я могу себе представить, но я не заслуживаю всего этого. Я уже достаточно испорчена и так или иначе я всё равно всё разрушу; ей лучше без меня. Мы как обычно сидим в книжной комнате, в то время как она пишет, а я наблюдаю за ней. Интересно, вовлечена ли она во все те вещи, которыми занимаются Мак и Джей Пи? Все эти очевидные перестрелки и торговля наркотиками... Она не похожа на человека, которого можно найти посреди всего этого. ― О чём ты думаешь? ― спросила она, даже не отрывая взгляд от страницы. Из-за её вопроса я нахмурилась в недоумении. ― Ты закусываешь свои губы, когда думаешь, ― говорит она, и мне кажется, что я перед ней как открытая книга. ― Занимаешься ли ты тем же, что и Джей Пи, когда дело касается торговлей наркотиками? ― спросила я, и краем глаза увидела, что она перестала писать. ― Я имею в виду... ну, ты, вроде бы, не похожа на такого человека, и, знаешь, я просто беспокоюсь о тебе, ― заикаюсь я. Это было правдой; я беспокоилась о ней. Всякий раз, когда она была не рядом со мной, я волновалась, надеясь, что она не связывается с людьми, которые бродили вокруг нашего дома с различными шрамами от драк и оружием в задних карманах. Я надеялась, что она спокойно опускала голову и не разговаривала с ними, когда они пытались очернить её репутацию. ― Спасибо тебе... за беспокойство, ― тихо говорит она, и я посмотрела на её лицо, чтобы увидеть, как она смотрит на наши почти соприкасающиеся руки, наши мизинцы находились в миллиметрах друг от друга. Её самый маленький палец медленно двигается над моим, а я, в свою очередь, переплела её палец со своим. По моей руке словно пронеслась искра, когда наша кожа соприкоснулась и я почувствовала, как моя рука начала зудеть, одобряя эти прикосновения, даже если это были всего лишь наши мизинцы. ― И да, я не вовлечена во все эти вещи, ― говорит она и я смотрю на неё, но она продолжает держать наши пальцы переплетёнными. ― Когда мы росли, я старалась держаться подальше от банды, но убегать от семьи сложно, ― продолжает она с грустью, изнуряющей её голос и мне стало интересно, говорила ли она когда-нибудь об этом с кем-то другим. ― Всё в этом доме было куплено кровавыми деньгами. Каждая книга в этой комнате, возможно, была взята из дома, который украл Джей Пи. Кухня была отремонтирована за счёт тех денег, которые они получили от торговли наркотиками на Кубе. Ничего из того, в чём мы живём, не было заработано, ― почти шёпотом говорит она, будто находится в изумлении. ― И я никогда не соглашалась с такой жизнью. Открываясь мне и показывая, что она не такая, как Мак, Джей Пи и все остальные в этом доме, она заставляла меня ещё сильнее влюбляться в неё. Она никогда не переставала меня удивлять тем, сколько различных мыслей, настроений и убеждений содержит её склад характера. Я хотела изучить всё это и сделать своим. Глубоко внутри меня появилось мужество для того, чтобы переплести другие два пальца с её рукой, и это заставляло кучу искр пробежать по моей коже. Мне нравилось ощущать наши пальцы переплетёнными вместе и то, как идеально они подходили друг другу. Нравилось то, что её руки не были большими, грубыми и покрытыми татуировками. ― Ты доверяешь мне? ― спросила она, в то время как наши три пальца соединяются вместе, и я киваю головой, как только она задала вопрос. Вместе с моим ответом она медленно скользнула своей рукой по моей и мягко переплела наши пальцы, чтобы мы полностью держались за руки. Улыбка, охватившая моё лицо из-за её действия, подтвердила, что я не единственная, кто хотел этого. ― Я должна сказать тебе кое-что, ― шепчет она, и я снова поворачиваюсь к ней лицом. ― Но не сейчас, позже, ― говорит она мне на ухо, и я киваю, в то время как мой желудок переворачивается внутри. Её горячее дыхание, достигшее моей шеи, заставило пробежаться множеству мурашек вниз по моей спине, и я хотела, чтобы это никогда не заканчивалось. ― Встретимся снаружи у бассейна в 11 вечера? ― спрашивает она, прежде чем поцеловать мою мочку уха. ― Конечно, ― шепчу я, и она нежно целует меня в шею, прежде чем отодвинуться назад, чтобы посмотреть мне в глаза. ― Я влюбляюсь в тебя, Камила, ― говорит она, пристально смотря мне в глаза. Её слова заставляют меня чувствовать себя так, будто я вот-вот взорвусь. ― И я думаю, что ты невероятно красива, больше, чем ты думаешь, ― наконец шепчет она, прежде чем провести своим носом по моему. В этот момент я хотела поцеловать её, хотела разместить свои губы на её губах и показать ей всё, что было во мне. Она заставила меня почувствовать себя красивой, в отличие от человека, которого я называю своим парнем. Она прикасается ко мне с такой мягкостью, какой я никогда не чувствовала прежде. Но голос внутри моей головы закричал на меня; он твердил мне о том, что я не стою такой любви. На меня должны кричать, ругаться и грубо прикасаться ко мне, поэтому что это всё, чего я заслуживаю. Я дочь наркомана, который бросил меня, я девушка преступника, который потащил меня на побег в поезде, который терпит крушение; меня выгнали из школы и называли одной из шлюх моего города, я не заслуживаю той хрупкой и деликатной любви, которую даёт мне она. ― Попытаешься почитать для меня? ― спрашиваю я, пытаясь отвлечь себя от губ, которые находились в нескольких дюймах от моих. Я заставляла её читать мне каждый день для практики, но в основном, я делала это потому что её голос был моей любимой вещью, которую можно слушать. Она взяла свою книгу одной рукой, переплетая другую руку с моей, глубоко вздохнула и начала читать.