First-class boy

Юнги искренне пытается выбросить из головы все произошедшее за этот день. Ему ужасно стыдно смотреть в глаза родителям, которые возвращаются из утомительной командировки. Мама ласково треплет по голове Юнчжи, и Юнги думает, что все прошло гораздо лучше, чем могло быть. Сестра почти не выходила из квартиры по ночам и делала уроки, и старший брат даже позволяет себе сделать философский вывод – если не ограничивать человека, дать ему понять, что он волен делать то, что хочет, то в итоге без запретов это начинает надоедать. Если только это не истинная страсть. Вряд ли, думает Юнги, смысл жизни его младшей сестры – гулянки и ночные побегушки. - Ну, как учеба в школе? Вас, наверное, ужасно напрягают там с этими выпускными экзаменами, - приговаривает мама, заглядывая в полупустой холодильник. Да, отсутствие матери хорошо так бьет по питанию, хоть Юнчжи и старалась, готовя что-то для себя и брата. - Да, пока не так уж и напрягают, - эхом отзывается Юнги, заводя руки за спину. – Вы, наверное, устали. Может, я просто закажу что-нибудь на дом? - Ох, да, я тоже так думаю, - соглашается мама, выпрямляясь и глядя на сына. – Юнги, милый, ты что-то слишком бледноват, тебе нехорошо? - Нет, - отрицательно машет головой парень и улыбается: - устал тоже что-то. Тогда я заказываю? - Да, хорошо. К вечеру мама готовит любимый отцовский стейк, и Юнги наслаждается едой и жизнью, пока мама не начинает рассказывать о семье друга отца и их дочери Санни, которая ровесница Юнги. И тут же очень тонко намекает на то, что отцы уж хорошо дружат, да и сама Санни чудо какая прелесть и что та была бы вовсе не против познакомиться с Юнги. Юнги утыкается взглядом в тарелку, игнорируя повисший вопрос матери. Он вспоминает поцелуй с Тэхёном (и когда успел переименоваться в голове Юнги с того пафосного Ви?) и думает, что как же это несправедливо. - Юнги? - Эм, нет, мам, зачем мне это сейчас? – мямлит в тарелку Юнги, ковыряясь вилкой в стейке. Сестра косится на него, и Юнги немного совестно. Но он вдруг думает, что они же в школе одной учатся, а если она уже знает? Да нет, откуда бы?... - Ну что ты, и правда, дорогая, Юнги выпускается, думаешь, ему до отношений сейчас? – осекает мягко жену отец, и Юнги безумно благодарен ему прямо вот от души. - А что тут такого? – чуть резче спрашивает Хемин, а потом сбавляет тон: - я, как мама, волнуюсь о нём, учеба не самое главное в жизни. Должен же он дружить с кем-то… - Я дружу, - неловко говорит Юнги: - ну, Оливер, Намджун тот же… - Я не в этом смысле, - улыбается Хемин. - Ладно, мам, я просто не заинтересован в этом сейчас, правда. Может, позже? – с надеждой говорит Мин и ощущает себя мерзким ничтожеством. Ну, да, а что он ещё может сказать? Сорри, мам, можешь передать дедушке, чтобы он не забыл вычеркнуть меня из завещания, но я предпочитаю члены. М, Юнги не уверен, что вообще останется в живых после такого заявления. Мама, кажется, чуть расстроена, и Мин правда не понимает, в чём проблема. Чего она так одержима его личной жизнью? Холодный пот прошибает всего на секунду: а если она догадывается? Кажется, у Юнги паранойя. «Не занят?» - Юнги вздрагивает от оповещения и щурится, глядя в телефон. О, нет. Тэхён? Юнги перекатывается с одного края кровати на другой и открывает переписку случайно, а потом материт себя. Блять, он всего лишь удалить хотел! «Похоже, что да» - приходит новое сообщение через пару минут молчания. «Ладно. Спокойной ночи» Юнги чувствует, как бешено колотится его сердце, грозясь пробиться через ребра и выпрыгнуть из грудной клетки. Ох, блять, что за дерьмо?

***

- Юнги, Юнги! – Тэхён не оставляет своих попыток добиться внимания Юнги, но сейчас ему просто необходимо оно. Он на протяжении двух недель пытается получить положительный ответ на свое приглашение на свидание, но Мин смотрит на него как-то затравленно, и старается качественно приложить налет презрения во взгляде, что у него выходит очень плохо. Ответ «нет» как удар палача. С каждым разом он все слабеет, тупеет, и даже не потому, что Тэхён часто напоминает о поцелуе. Удивительно, но тот вообще не использует его, как аргумент, и Юнги не знает, расстраиваться ему или радоваться. - Что тебе опять? - хмурится Юнги, а Тэхён чуть вздыхает, а потом улыбается. - Ты знаешь, что. Свидание? - Нет, - вскидывает брови Юнги и опять поражается упрямству парня. Он бы уже три раза нахуй послал и ещё как-нибудь оскорбительно обозвал, если бы ему отказывали так. Нет, и это не потому, что он ребёнок, он самостоятельный, вообще-то. - У меня день рождения, - заявляет громко Тэхён и не отпускает дергающегося Юнги. Тот пыхтит, а потом вскидывает скептический взгляд. - Очень, - делает акцент на слове «очень» Юнги: - рад за тебя. - Пожалуйста, Юнги, - говорит Тэхён, а потом тянет того за собой ближе к стене. Там он его отпускает на свой страх и риск, между прочим, потому что Тэхён уже знает, как быстро бегает его пресловутый объект воздыхания. – Всего лишь одно. Я не буду приставать к тебе, честно, - а потом ловит недоверчивый взгляд Юнги (неужели это всё, что того останавливало?). И, чуть поразмыслив, добавляет: - если ты сам не захочешь. - Блять, Ви… - Ты не можешь отказывать мне вечно, - перебивает того Тэхён. - Да, а ещё знаю, что школа тоже не вечна, - отвечает Юнги. – Вот какого хуя ты ко мне приебался? Отъебись, ну правда. Я сделал, что ты хотел, - Мин прикусывает язык, потому что ему самому становится неловко, когда он произносит это. Потому что поцелуй всё ещё слишком яркое воспоминание. - Если хочешь, чтобы я отъебался, - воодушевляется Ви и склоняется к Юнги, а тот уже знает, что тот скажет: - идём на свидание. - Нет. - Одна просьба. Это просто свидание. Всего лишь одно, Юнги. - Слушай… - У меня день рождения, сделай подарок. - Блять,… - Никаких лишних движений, мы просто прогуляемся. Да он заебал перебивать. - Я… - Ты не можешь мне отказать, - щурится Тэхён, и Юнги ужасно хочется сделать именно это, чтобы неповадно было. Но Ви делает шаг вперед, дергает головой, светлая челка вновь покорно укладывается набок, а до Юнги доходит терпкий запах одеколона парня. - Только одно, Юнги. Юнги вздыхает. - Мы просто прогуляемся, верно? – уточняюще спрашивает он, и Ви быстро моргает, а потом приходит в себя. - Именно. - Одно, и ты больше не подходишь ко мне, - бросает напоследок Юнги, а потом разворачивается и уходит в сторону нужного кабинета. - Если ты сам захочешь, - хмыкает Тэхён, когда парень уже удаляется, а потом непроизвольно закусывает губу, глядя на просто идеальнейшую задницу Мин Юнги, упакованную в голубые скини. Нет, какой же он о х у е н н ы й. И даже если Юнги злится и кроет Тэхёна трёхэтажным матом, что с другим человеком бы било по его самолюбию, он всё равно охуенный. Наверное, Ким все-таки мазохист, потому что, блять, потискать злого Мин Юнги становится голубой мечтой Тэхёна. И тут уже становится похуй на откровенный стеб друзей над другом, которому эвридэй энд эвринайт дают от ворот поворот. Чонгук уже не скрывает наглой кроличьей ухмылки, когда видит влетающего в класс друга, и открывает рот, чтобы выдать ещё что-нибудь уничижительное саркастическое, что-то вроде «опять говорим привет ручке?», хоть и знает, что потом огребёт по болтливому рту, но Ви опережает того громким «выкуси, Банни, Юнги согласился!». Чонгук давится своими же словами, а рядом сидящий Крис закатывает глаза «заебись, надеюсь, теперь ты закончишь со своими фанатскими припадками и мы больше не услышим твоих соплей», на что Марк тихо шмыгает носом и гнусаво выдает «мне кажется, будет еще больше». А потом Крис все-таки ухмыляется и склоняется к Ви, когда тот садится за парту с друзьями. - А потом ты расскажешь в подробностях, каково это трахаться с парнем-девственником. Ви клинит, и Чонгук щёлкает у него перед носом пальцами, когда парни не слышат ответа от друга. - Я…не собирался, - запинаясь, говорит Тэхён, и Крис вскидывает бровь. - Не собирался? - Ну, это будет просто свидание, - пожимает плечами Ви, и даже Чонгук округляет глаза. Марк смотрит каким-то новым взглядом на друга, а потом бросает многозначительный на Криса, и гадко хмыкает. - Так ты же все свидания заканчиваешь у себя в кровати, - Чон хихикает, и Ви, не глядя, отвешивает тому подзатыльник. – Хотя, понимаю. Он тебе тогда ничего так приложил в кафетерии. Я бы побоялся к такому лезть. - Эй, тормозите. Я же сказал, что я не собираюсь его укладывать в постель, - хмурится Ви, а потом отворачивается к учебной доске, потому что он слышит окрик миссис Беркинс. Крис переглядывается с Марком, а потом оба синхронно хмыкают.

***

      - Ладно, ты можешь придумать что-то другое, - говорит Юнги, и Тэхён кивает, а потом щурится, глядя на парня. - Колени! - Что? – Юнги давится колой. - Колени, - настойчиво повторяет Тэхён, и Юнги быстро оглядывается, потому что ему кажется, что Ким кричит слишком громко. - Ты серьёзно? Нет, серьёзно, колени? Что в них такого? - Они бывают миленькими, - говорит Ким, а Юнги смеётся в свой стакан. - Колени не бывают миленькими. Колени – это колени, - упрямо произносит Юнги. – Ладно, раз тебе нравятся колени, тогда что тебе не нравится? - Мне нравятся колени, но не нравится, когда на коленях много синяков… Юнги инстинктивно собирает ноги под столом, потому что у него, блять, колени в синяках. - …твоих. - Что? - Что? - Почему мы вообще играем в эту тупую игру? – Тэхён пожимает плечами и тянет руку за кесадильей. Юнги смотрит, как парень напротив него растягивает губы в улыбке, и прикладывает усилия, чтобы не сделать также. Черт побери, он правда не понимает, почему Ви не такой, каким представлял себе того Юнги. Ви в красной рубашке с чёрной клеткой, и в чёрных брюках с разрезами на коленях и с ужасно растрепанными волосами, и Юнги думает опять, что Ви очень и очень красивый, когда вот такой, без привычного пафоса и простой одежде. И совсем необязательно знать Юнги, что Тэхён заебал своих братьев, пока пытался выбрать одежду, в которой он будет выглядеть впечатляюще и в то же время обычно, чтобы человек, с которым он идет на свидание, не считал его совсем мажористым долбоклювом, и, Джин, ты же брат, эта рубашка, отдай её мне, она выглядит очень просто, да нет же, я имел в виду, подожди, не бей меня, она выглядит просто и охуенно, да честно, блять, перестань меня бить. Тэхён оказывается даже не зажравшимся тупым ребёнком с IQ ниже семидесяти (хотя до встречи с Намджуном Юнги искренне полагал, что 65 – это прекрасно), а, ну, вполне сносным собеседником и хорошим слушателем. И он правда не распускает руки, за эти четыре часа…так, стоп, прошло уже четыре часа? Просто охуеть. Юнги поднимает взгляд вовремя, чтобы увидеть глупую улыбку Тэхёна со своим айфоном в руках. - Ты что делаешь? – Юнги даже забывает возмутиться от неожиданности. - Ничего, - заверяет его Ви и прячет телефон под стол, словно то, что он сфотографировал Юнги не было слишком очевидным. Нет, что вы. Совсем нет. Юнги только подготавливает речь о авторских правах и личной неприкосновенности, как у него начинает звонить телефон. Он хмурится, принимая вызов от мамы и бросая на Ви предостерегающий взгляд. Та спрашивает его, где он, на часах уже девять часов вечера, а он говорил, что будет рано. Мин бросает ещё один взгляд на Ви, который говорит что-то. - Ты с кем? – спрашивает его Хемин, и Юнги жуёт губу. - Я…с одноклассником. Мы вместе проект делаем по биологии, - говорит первое, что приходит в голову, Юнги и ловит недоумевающий взгляд Ви. - Ах, вот оно что, - отвечает мама, а потом напоминает, что завтра прилетят к ним родственники из Кореи и что Юнги с отцом поедут их встречать в аэропорту. Мин кивает и соглашается вслух, а потом убирает телефон от уха и не поднимает взгляда на Ви. - Кто звонил? - Мама. - Ты не сказал ей, где ты будешь? – искреннее недоумение показывает Ви в изломе бровей. Юнги кивает головой и предупреждает будущие вопросы, поднимая, наконец, взгляд: - Она не знает ничего обо…мне. - О, вот как, - откидывается на спинку дивана в кафе Ви и смотрит на Юнги прояснившимся взглядом. - Тогда, думаю, тебе и правда стоит возвращаться домой. Юнги жмурится, он даже не слышит насмешки в голосе Ви и это его напрягает немного больше. Они молчат по дороге к дому Юнги, и они доходят до их улицы, когда Ви заговаривает, и Юнги чуть вздрагивает. - И что ты будешь делать? Рано или поздно ты же должен рассказать родителям о своих предпочтениях, - говорит Ви, и Юнги закусывает нижнюю губу, чуть раздумывая, прежде чем ответить. Можно подумать, он не думал об этом. Думал, почти двадцать четыре на семь, но достойного ответа у него всё ещё нет. - Я могу им просто не рассказывать, - пожимает как можно беспечнее Юнги плечами, не глядя на Ви. - То есть…как? – вопрос становится слишком явным и Ви останавливается, хватая одной рукой плечо Юнги. – Не собираешься им ничего рассказывать? Думаешь, их не будет интересовать, почему их сын не женится на какой-нибудь хорошенькой и скучной девушке, и не дарит им внуков? Юнги ведёт плечом, пытаясь избавиться от хватки Ви, но тот лишь сильнее сжимает его плечо, а ещё и притягивает к себе, заглядывая в глаза. - Я могу жениться на девушке, - неуверенно отвечает Юнги. Ви слегка отстраняется, а потом выдыхает куда-то в сторону, и вновь придвигается. - Да? Тогда почему ты здесь и согласился на свидание со мной? – концентрированно низким голосом спрашивает Ви и становится ещё ближе, чуть наклоняясь к Юнги. - Я не… - Сейчас без шуток, Юнги. Забудем о том, что планировал я, но неужели ты правда думаешь, что сможешь жениться на какой-нибудь девушке, да ещё и завести детей, не любя её? Юнги вдыхает воздух сквозь стиснутые зубы. Какого хуя Ви несёт эту чушь? Юнги не уверен в завтрашнем дне, что уж говорить о далеком будущем и на всю жизнь, о чём он тут вслух и говорит. Не только Ви, но и полупустынная Вторая авеню с шумной автострадой слышат о нерешительности Мин Юнги. - Тогда почему бы тебе просто не рассказать родителям об этом? Что такого в том, что тебе нравятся парни? – Ви, кажется, искренне недоумевает, а у Юнги краснеют щёки, благо, в темноте этого незаметно. - Они этого не примут. Ладно мама, но отец… - Мин правда не понимает, почему он оправдывается перед человеком, которого он правда ненавидел. – Не всё так просто, ясно, блять? - Это ты всё усложняешь, - взволнованно говорит Тэхён, отпуская плечо Юнги, а потом парень мелко дрожит и покрывается мурашками, потому что чужая рука скользит по неприкрытой коротким рукавом футболки коже предплечья и замирает на запястье, словно не решаясь спуститься дальше, но и не исчезает. – Большинство проблем мы придумываем сами, разве нет? - Ты не поймешь, - кривится Мин: - тебе не понять, правда. - А я думал, что это я со своей семьей гораздо ограниченней в возможностях, - усмехается Ви, чуть сжимая запястье Мина. Юнги опускает взгляд туда, как можно незаметнее, но в свете горящего неоновыми огнями города он видит длинные пальцы Ви, контрастирующие со слишком бледным запястьем самого Юнги. – Ты не сможешь быть с девушкой, и жениться тем более, - уверенно говорит он, а Юнги вскидывает на того взгляд очень быстро, от чего шея начинает ныть. - Если ты думаешь, что твое мнение меня ебёт… - Ох, Юнги, знаешь, когда ты ведешь себя естественно, без этой раздражительности, ты до ужаса хорошенький, - как ни в чем не бывало говорит Ким, а Юнги хватает ртом воздух от смущения и негодования одновременно. - В любом случае, я дам тебе пищу для размышлений: ты на нашем свидании шутил на темы гораздо откровенней, чем смог бы с любой девушкой, это раз. Прямо сейчас я почти держу тебя за руку, и ты даже не собираешься отстраняться, это два. И прямо сейчас я собираюсь… - Тэхён не договаривает, а подается чуть вперед, и касается своими губами губ Юнги. На самом деле, это полный пиздец, потому что Юнги ждал этого. Ви опускает руку с запястья на кисть и переплетает пальцы с пальцами Мина, и это то, о чём думает Юнги. Ему это охуеть как нравится, просто до вспышек в голове и сноса крыши. Просто, блять, нравится. Другая рука Ви уверенно скользит по телу парня, а потом останавливается на поясе джинс, чуть сжимая его и притягивая к себе ослабевшее тело Юнги. Поцелуй выходит слишком агрессивным и мокрым, буквально до точек в закрытых глазах, до дрожи в этих самых ебучих коленях с маленькими синяками, до тихого стона в рот Тэхёна. Тот с остервенением вгрызается в мягкие и податливые, слишком сладкие, губы Юнги, кусает, мажет языком по нёбу, проводит по ряду зубов, сплетается с языком Юнги, засасывает теплые губы, целует в их уголок, выдыхает в рот, посылая ещё сотни мурашек по телу Юнги. Мину ужасно не хватает кислорода в легких, Тэхён забирает его своим ртом, своими чертовыми горячими губами, с трещинками на них, которые вновь вскрываются от жадных укусов Юнги, а потом тот чувствует металлический привкус крови, которую тот с больным наслаждением тут же вылизывает языком, и это просто слишком невыносимо до какого-то сладостного томления в груди, Юнги внезапно даже не хочется отстраняться, даже если не хватает воздуха, просто катастрофически. Они, кажется, теряют себя в этих поцелуях-укусах, больных до такой степени, что у Юнги маленький сдвиг по фазе и ему кажется, что это самое правильные действие в его жизни - целоваться вечером под открытым небом у его дома с гребаным Ким Тэхёном, которого он терпеть не мог. Тэхён отстраняется первым, с неохотой, а потом прижимается лбом ко лбу Юнги, и тот тяжело дышит, глядя в потемневшие глаза напротив. - Это было третьим, Юнги, - говорит Тэхён своим голосом, и Юнги понимает, насколько тот потрясающ. – Ни одна девушка не сможет тебе подарить таких поцелу… - Тэхён не заканчивает, потому что Мин уже глотнул кислорода, и больше ему не надо. Он опять притягивает к себе Тэхёна и впивается в губы того грубым поцелуем. Руками обвивает широкую спину Тэхёна, а потом руки скользят вниз, к брюкам того. Он запускает ладони в задние карманы джинсов парня, и Ким чуть ухмыляется в поцелуй, пальцем приподнимая подбородок Юнги, и отвечает на поцелуй с таким же напором. Юнги нравится это. Нравятся эти кусачие поцелуи, в которых желания и страсти столько, сколько самому Юнги вряд ли ещё предстоит узнать по отношению к себе. Ему опять не хочется отстраняться, у него определенно помутнение рассудка, потому что, блять, он тут заканчивается как мужик и, чтоб его, хотя бы просто как держащая себя в руках личность. Всё это катится с грохотом и музыкой в тартарары, потому что Юнги плавится опять в руках парня, потому что ебанутое безумие и желание застрять в объятиях и поцелуях этого ебучего Ким Тэхёна на ближайшее навсегда слишком велико, чтобы Мин мог ему противостоять. ... - Юнги, - в комнату стучится Юнчжи, и Юнги кивает сестре. Мама уже попричитала «о, нет, Юнги, что же ты так поздно, я что-то распереживалась и что с твоим лицом, ты такой красный что-то случилось боже мой, Юнги, живо спать, завтра в школу». – Ты не занят? - Нет, что-то случилось? – Мин забрасывает помятую тетрадь по истории в рюкзак и ложится на кровать. Он чувствует себя как под кайфом, в пресловутой эйфории, ему просто реально становится похуй на мнение родителей, узнай они, что их драгоценный сыночек из заднеприводных, потому что ему просто запредельно хорошо. Просто охуенно. - Я хотела поговорить, - Юнчжи выглядит взволнованной, и Юнги чувствует уколы тревоги. Он ведь даже не интересуется жизнью сестры, слишком занятый своими выдуманными проблемами и выстраиваниями границ, которые, кстати, сегодня потерпели сокрушительное поражение. А ведь её явно что-то беспокоит. - Да, конечно, - Мин тут же садится на кровать, приглашая сесть Юнчжи. Сестра закрывает дверь за собой и садится на предложенное место. - Знаешь…Юнги, я хотела спросить, что ты думаешь о Санни? Ну, та девочка, о которой говорила мама, дочка знакомого отца? – как-то очень мутно начинает Юнчжи, и Юнги хмурится. - А что я должен о ней думать? Я её в глаза, собственно, даже не видел, что мне о ней думать? Ну, наверное, нормальная девчонка, учится в школе хорошо… - Да Юнги! – чуть повышает голос Юнчжи, а потом опять возвращается в привычный тон: - ты прекрасно понимаешь, о чём я. Ты бы хотел познакомиться с ней? - Так, Юнчжи, не могу понять, ты что-то узнала о ней или что? – в нетерпении трёт ладони Юнги, а потом складывает их на колени, и смотрит на младшую. – Давай скорей, а то как-то стрёмно все эти вопросы звучат, знаешь ли. - Не о ней. О тебе, - говорит Юнчжи и поднимает на Юнги взгляд, ужасно мягкий и нежный, да такой, что Мин чертовски трусит. Сестра никогда не смотрела на него с такими чувствами. – Кто был тот мальчик, с которым ты целовался за домом? - Ч-что? – Мин резко давится воздухом, и по инерции отодвигается от сестры. – О чём ты говоришь, Юнчжи? Нет, нет, нет, не могла же она увидеть их. Нет, не могла. - Ты можешь не врать мне, Юнги, я не осуждаю тебя, и вообще…я буду только рада. Это ведь не так важно, да? – Юнчжи опирается на кровать руками, чуть подаваясь к старшему брату, который чувствует, как кровь отливает от лица и конечностей.

Блять, блять, блять.

– Главное, чтобы ты был счастлив, Юнги, - чуть радостнее добавляет девочка и опять приближается к брату. - Да что за…? Ты что, следила за мной? – Юнги сложно справиться с шоком, подступающим спазмами к горлу. - Нет, я кошек выходила подкармливать, - ещё радостнее, чуть ли не взвизгивая, говорит Юнчжи. – Случайно вас увидела. Вы так обнимались, я аж дар речи чуть не потеряла. - Лучше бы ты его действительно потеряла, - говорит Мин, отодвигаясь от счастливого лица сестры. – И ничего не думай, это вовсе ничего не значит, между нами ничего… Нет? Юнги не уверен, что сможет вытолкнуть это слово из своего рта. - …неважно. Ты не должна была смотреть, и вообще, какого черта? - Почему ты не говорил ничего нам? – успокаиваясь, спрашивает Юнчжи. - И что я должен был сказать? Воу, мои дорогие, у меня хорошая новость, мне нравятся парни? Уверена, что родители и окружающие спокойно приняли мое заявление? – Юнги ненавидит разговоры по душам, но, кажется, сестра сейчас не очень понимает реальное положение дел. - Родители – да, да и что с окружающими не так? Мы же не в Корее живём, которая слишком консервативна для этого, а в Америке, да тут гомосексуалов на каждом углу можно увидеть, - разводит руками Юнчжи. Между прочим, она говорит так же, как Намджун, с которым Юнги так упрямо не соглашался. И, может быть, стоит к этому прислушаться… Да нихуя. Ему кажется слишком подозрительным, как спокойно восприняла такую новость о брате Юнчжи, и, блять, у него точно паранойя, потому что тут точно что-то нечисто. - Так, мелкая, уж больно расфилософствовалась ты, иди-ка спать, и не думай об этом, - говорит Мин и многозначительно приподнимает брови. - Ладно, - якобы обижается девочка и шаркает к двери, а потом замирает и смотрит на брата выпученными глазами: - а ты меня с ним познакомишь? - Спать, - сурово чеканит Юнги.