Наивное дитя - игрушка в руках зла

      Она шла по бесконечной пустыне бесконечно долго. Белое одеяние сплошь покрылось пылью и изодралось о колючие кактусы, возникающие словно из ниоткуда. Каждый вдох обжигал лёгкие, каждый шаг давался в разы труднее предыдущего. Сколько она уже здесь? Достаточно, чтобы потерять рассудок. Что двигало ею, заставляя идти всё дальше и дальше? Песок. Золотистый, словно цвет глаз Рейстлина. Рейстлин... Только благодаря ему она находила в себе силы поднимать налитые свинцом ноги и делать шаг за шагом. Ведь именно магу Тёмная Госпожа уготовила ужасные муки, боль, страдание. И кто, если не Крисания, поможет чародею, спасёт его от Богини Тьмы и от зла в нём самом? Никто. Никто не решится сделать этого. Смерть Рейстлина Маджере будет радостью для обеих сторон. Все считают его предателем, клятвопреступником, ублюдком... — Никто... из вас... не знает... его! — выкрикнула жрица, тяжело дыша. — Только... я... знаю, через что он прошёл!.. Только я... понимаю его!..       Что-то незримое остановило Крисанию на её пути к любимому, попавшему в беду. Невидимая преграда не давала пройти дальше. Но ей нужно было... Рейстлин катастрофически нуждался в ней прямо сейчас. Она не должна его подвести, она не имеет на это права... Жрица стала яростно бить кулаками по препятствию, не обращая внимания на боль и кровь, на усталость и слабость. Она должна пройти. Должна сделать это любой ценой, потому что клялась сделать это. А слово Праведной Дочери Пресвятого Паладайна, слово влюблённой девы - не пустой звук.       Вдруг послышался жуткий смех, прервавший отчаянные попытки Крисании разрушить незримый барьер. Этот смех был древнее Мира, громче громового раската, ужаснее рёва разъярённого дракона. Жрица оглянулась, надеясь найти источник звука, но это было невозможно, ибо он исходил отовсюду сразу. Неожиданно в вышине показалась огромная рука, которая ухватилась за что-то, а после подняла в воздух весь песок на многие мили вокруг вместе с Крисанией. Жрица вдруг с ужасом поняла, что находится в огромных песочных часах.       Стала видна обладательница огромной руки, поднявшей Крисанию вместе с её необычной клеткой вверх. Это была женщина неопределённого возраста в облегающем чёрном платье, сотканным из самой Тьмы. Она была просто громадна, но при этом вселяла благоговейный ужас и страшное восхищение. Жрица узрела Такхизис, Богиню Тьмы и Разврата, в одном из её многочисленных обличий. — Ты - наивное дитя на поводу у зла! Узри же, к чему привела тебя твоя гордыня, твоя жалкая и никчёмная любовь! — усмехнулась Тёмная Госпожа, слегка встряхнув песочными часами, от чего Крисания упала на колени. — Мне жаль тебя, Детка, но ты сама повинна в своей кончине!       Такхизис резким движением перевернула песочные часы, перевернула мир жрицы. Земля вдруг стала небом, а небо - землёй. Крисания полетела вниз, в узкую дыру, отделяющею одну половину песочных часов от другой, а за девой летела тонна песка, грозящая раздавить жрицу, если та вдруг сможет выжить после падения.       Всё случилось слишком быстро, чтобы успеть осознать это. Ярость, переполнившая Крисанию, нашла выход из физической оболочки. Летя вниз, в объятия смерти, жрица вдруг вспыхнула ослепительным белым огнём, а тот, в свою очередь, распространился во все стороны, уничтожив стекло песочных часов и отбросив осколки и песок в сторону. Жрица же мягко приземлилась на возникшую из ниоткуда пепельно-серую землю и осталось лежать там лицом вниз, совершенно обессилив.       Такхизис взревела от гнева: мало того, что треклятая жрица помимо её воли осталась жива, так ещё и белый огонь обжёг её руку, причинив неимоверную боль. Тёмная госпожа в мгновенье ока перевоплотилась из женщины в ещё более огромную и ужасную Пятиглавую Драконицу, явив своё истинное, первозданное обличье. Такхизис перевернула своей громадной лапой Крисанию на спину, желая видеть предсмертные мучения на её лице. — Паладайнова шлюха! Как смеешь ТЫ противостоять МНЕ? Я собиралась подарить тебе милосердную смерть, но ты не ценишь мои дары! О, нет, теперь твоя смерть наступит не скоро!       Острым когтем, способным разрезать алмаз, Драконица не сильно надавила на солнечное сплетение девы, пронзая плоть, а после медленно провела им в разные стороны, оставляя глубокие алые раны, из которых тут же потекла кровь. Последние обрывки одежды спали с Крисании, обнажая молодое, невинное и девственно прекрасное тело. Ярость Такхизис прошла, а на смену ей пришла страсть, похоть и желание владеть, властвовать, распоряжаться. Тёмная Госпожа вытащила драконий коготь из тела жрицы и вновь перевоплотилась, на этот раз - в соблазнительницу в полупрозрачном красном платье. Такхизис теперь была человеческого роста, и поэтому смогла услышать плач Крисании. "Наивное дитя, неужели она думала что сможет остановить меня?" - подумала Богиня, садясь на землю подле жрицы.       Тёмная Госпожа стала поглаживать неимоверно горячими руками озябшее от холода тело Крисании, вводя тем самым Праведную Дочь в полнейший шок. Руки Такхизис были везде: на выпирающих ключицах, на округлой груди, на мокром от крови животе, изрезанным вдоль и поперёк. Спустя несколько мгновений соблазнительница приблизилась к лицу девы, властно целуя пухлые губы Крисании Таринской. Праведной Дочери стало вдруг ужасно стыдно и тошно, ей захотелось оттолкнуть Богиню, но переутомлённый организм перестал ей подчиняться. Жрице оставалось только тихо скулить, моля Паладайна о смерти.       Вскоре Крисания почувствовала, как Такхизис притронулась к её половым губам, водя пальцем вокруг клитора. Жрица едва слышно простонала из-за новых, необычных ощущений. Внутренне Крисания корила себя за это, но тело девы не слушало гласа разума, отдаваясь этим чувствам полностью. Тёмная Госпожа же, тем временем, резко ввела три пальца в лоно жрицы, пробивая девственную плеву. Праведная Дочь вскрикнула от боли, неожиданно вновь обретя власть над конечностями. Крисания сжала ладонь в кулак и что есть силы врезала Богине Тьмы. Та от неожиданности отпрянула назад и зло вскрикнула, приложив ладонь к носу, на который пришёлся удар.       Тем временем Праведная Дочь поднялась и побежала. Она бежала изо всех сил, не смотря назад, не обращая внимания на дыру в животе, сквозь которую проглядывались внутренности. Крисания Таринская бежала всё дальше и дальше, слыша позади себя лишь смех и крик Богини Тьмы: — Ты в моём Царстве, глупое дитя, тебе всё равно не скрыться!