Дочки-матери

Устало вздохнув, Булатов поднялся на ноги и, прежде чем кто-то из ребят успел открыть рот, развел руками. — Ностальгия замучила. В нашем возрасте такое бывает. Глядя в спину выходящему командиру, Бизон возмущенно засопел: — Ну вот, еще и в динозавры записали. Ума смешно хрюкнула, но тут же стала серьезной. Свела бровки, отчего на лбу появилась складка, и задумчиво почесала затылок. — Интересно, что же все-таки стряслось? Ионов, до этого молча буравивший закрывшуюся за начальством дверь, наконец, отмер и безразлично пожал плечами. — Без понятия. Но раз Батя сказал, что все в порядке, значит, все в порядке. Девушка в ответ подозрительно прищурились и не упустила возможности съязвить: — Какие вы все-таки бездушные создания, мужики. Бизон с Котом синхронно задохнулись от возмущения, но Олеся даже не подумала обращать на них внимания. — Мужская солидарность. Тьфу. — Причем тут это?! — При том, что Багира расстроена, а вы Бате верите. — Если ты забыла, то первая говорила как раз Рита. Ей нам тоже не верить? — Женщины часто говорят не то, что думают! — А вот в этом я даже не сомневался! И что прикажете делать, мысли ваши читать?! Тарасов, до этого молча наблюдавший за словесной перепалкой и переводивший взгляд с одного бойца на другого, кашлянул, пытаясь привлечь к себе внимание, но попытка оказалась тщетной. Ребята, еще пару минут назад шагавшие по коридору в обнимку, сцепились не на шутку. — То есть, по-твоему, из нас двоих ты больше понимаешь и любишь Риту? — А ну угомонились! — рявкнул Борис. — Оба! Устроили тут детский сад, выясняют, кто больше маму любит. Давайте-ка лучше по домам, пока не поубивали друг друга, а то придется Багире опять слезы лить. После разговора с Иваном на душе стало спокойнее, видимо, ей просто надо было выговориться. Не то, чтобы теперь все стало ясно как божий день, зато появилась хоть какая-то уверенность. Да, она не будет что-либо менять в их устоявшихся жизнях, зато теперь точно знает, что не одна на белом свете, что тогда, много лет назад, не сошла с ума. Поставив подпись на последней странице, она подняла голову, встречаясь взглядом с Дакаром. Хотела отпустить его домой. Но по тому, как за долю секунды его лицо вдруг вытянулось, и парень побледнел, поняла — за ее спиной стоит кто-то из «смерчей», в последнее время затерроризировавших бедного компьютерного гения тренировками и нормативами. С твердым намерением разогнать шутников, Рита обернулась. — Илья Петрович занят! — Да мы, собственно, не к нему, — Олеся послала парню убийственный взгляд, — мы к тебе. — Ко мне? Опять что-то натворили? — Ну почему сразу натворили?! — искренне возмутился Ионов, — можно подумать, мы только косячить умеем. Рита едва сдержалась, чтобы не кивнуть в ответ, ведь в последнее время именно так ей и казалось. И ладно бы ребята впадали в детство только за пределами центра, так нет, умудрялись со всей свойственной им прямолинейностью попасть под раздачу начальству. И если она поначалу их защищала, то сейчас была первой, кто готов был надавать им по шеям. В конце концов, работа у них не самая удачная для ребячества, пора бы уже и повзрослеть. — Тебя кто-то обидел? Женщина закатила глаза. Теперь не отстанут. Приятно, конечно, что они так о ней заботятся и переживают, но только не сейчас, когда хотелось побыть одной. — Все в порядке, — поднявшись на ноги, она шагнула к «смерчам». Ласково потрепала Кота по голове и поправила воротник, Олесе заправила за ушко выбившуюся из прически прядку волос. — Давайте-ка лучше отправляйтесь по домам. Высыпайтесь, кто знает, что нам принесет завтрашний день. Ни тот, ни другая и не подумали сдвинуться с места, только склонили головы набок и продолжали пристально вглядываться ей в глаза. — Вот же пристали, — шутливо возмутилась Багира, — брысь отсюда! Для убедительности она даже топнула ножкой, чем вызвала интерес у почти всех оставшихся сотрудников ИВЦ, обернувшихся на звук. — Вот сообщу завтра Бате, что вам энергии некуда девать… — начала она. И это, как ни странно, подействовало. Не то, чтобы ребята испугались ее шутливых угроз и каких-то там наказаний, но, видимо, ее тон и улыбка, убедили их в том, что слезы были минутной слабостью, и убивать из-за них никого не стоит. Во всяком случае, не сегодня. — Дакар, ты идешь? Лукавый взгляд Умы не предвещал ничего хорошего, а эта язвительная улыбка… Багира с сочувствием глянула на бедолагу, над которым пусть и по-доброму, но все же измывался каждый, кому было не лень, даже Физик принял участие в веселье. — Нет. Я же сказала, Илья Петрович занят. Олеся печально вздохнула и, поцеловав на прощание подругу, поспешила вслед за Ионовым. В конце концов, можно было объединиться с Женей и устроить веселый вечер Коту за его сегодняшние речи. Места за мониторами заняла дежурная смена, а значит, теперь с чистой совестью можно было отключить компьютер и отправиться домой, будучи точно уверенным, что сегодня его уже никто не заставит бежать десять километров, да еще и с баллонами на спине. Хорошо хоть без ласт. Парень мечтательно прикрыл глаза, представляя, как всего через час погрузиться в мир захватывающих игр, когда ему на плечо легла рука. — Багира? — Найди мне, пожалуйста, новый номер Рифанова. Этот вне зоны, видать опять телефон утопил, спасая очередную красотку. Зыков забавно хрюкнул, представив себе картинку. — Готово. А что-то случилось? — Нет, — Рита тепло улыбнулась, — Мишу к нам переводят. Хотела обрадовать его лично, как-никак, а мальчик возвращается в семью.