Ферсали

      ЛОШАДИ С ТРУДОМ ПЕРЕБИРАЛИСЬ через полузамёрзшие ручьи. Зато обыденность в таких условиях превращалась в праздник. Как радовалась маленькая экспедиция, встречая мост, перекинутый через реку! Зимой, конечно, большинство рек в этом северном суровом краю покрыто льдом, но ступать на прозрачную поверхность было боязно — а вдруг треснет, и провалишься в ледяную воду. И высушиться негде. И лошадь можно потерять…       Но вот, наконец, каменистая тропа выскочила на берег Атлантики.       У жительницы гор захватило дух от морского простора, который раскинулся всюду перед ней, сколько хватало глаз! Она никогда такого не видела. Несмотря на холодный пронизывающий ветер с моря, Марсали хотелось петь от радости и восторга. И, главное, с нею рядом ехал её Фергюс! Её муж!       А предполагаемый муж лихорадочно соображал, покачиваясь в седле лошади, трусившей вдоль края обрыва над суровыми заливами, бухтами, мысами. На каком из них будет ждать корабль в Вест-Индию?       В четверг к вечеру влюблённые были уже меньше, чем в миле, от Мыса Ярости. Фергюс вспомнил это название, когда они выскочили на край света. Здесь земля поистине кончалась, а далеко внизу, под крутыми горными склонами, разбивало высокие волны о скалы холодное серое море. Никак невозможно спуститься к воде и сесть на корабль.       — Вон там, посмотри: маяк. Там должны быть люди.       На маяке они нашли живописного старика со шрамом через всё лицо, который толковал о том, что в окрестностях опять бродят полицейские ищейки.       — За каким-то Джейми Роем охотятся! — ворчал старик, тряся седыми космами.       Фергюс промолчал, а Марсали не поняла, о ком речь. И слава Господу! А то бы ещё проболталась!       Старик сказал, что они могут переночевать у него и накормить своих коней, а завтра проехать к деревушке Дарнес, вон там внизу. Под горным склоном притулилась пара десятков домов, искрящих в темноте трубами.       — Мы можем кому-то продать коней? — спросил Фергюс.       — А как вы собираетесь путешествовать дальше? — подозрительно спросил старик, разминая пареную репу в миске.       — Нам надо найти судно до Вест-Индии, и мы бы хотели выручить деньги на проезд! — нашёлся Фергюс.       — На днях отходит последний корабль в этом сезоне, «Артемида», вы очень удачно приехали — как раз поспеете к отплытию, — сказал старик.       Туман клубился над прибрежными утёсами, скрывая за непроглядной пеленой приморскую деревушку. Запах моря будоражил ноздри. Фергюсу хотелось скорее уже отправиться на поиски загадочного корабля, укравшего Иэна, но для осуществления их плана нельзя было попадаться на глаза Джейми раньше времени.       Фергюс оставил Марсали на берегу и отправился на разведку. Мыс Ярости представлял собой маленький порт, не слишком оживлённый в это время года. Кроме «Артемиды» к деревянной пристани было пришвартовано лишь несколько рыбачьих лодок и кеч*. Впрочем, имелся и маленький кабачок, где команда «Артемиды» весело проводила время в ожидании отплытия. Матросы, которым не хватило места внутри, сгрудились под навесами снаружи, и их товарищи передавали им через окна пенистые кружки с элем. Отправляться в плавание по неверным волнам никто из них не спешил.       — Только мистер… Ф-фрейзер, так, кажется… торопится, — говорил какой-то незнакомый матрос в белом берете с синим помпоном.       — П-п… прилив-в… — пытался объяснить что-то другой его товарищ.       Уже после полудня Фергюс увидал возле маяка шестерых всадников на косматых горных пони.       — М-миссис… Клодель? — иронически переспросил Марсали Риберн. — Моё почтение, миссис.       Она вспыхнула, понимая, что контрабандист издевается, а Фергюс сжал кулак и предостерегающе поднял другую руку с крюком на конце, мол, не заткнёшься, так и второй глаз выткну, не пожалею.       Шотландец почтительно кивнул, то же сделали и остальные приблизившиеся всадники.       — Спускайтесь в деревню и поезжайте на «Артемиду», — скомандовал Фергюс, и горцы послушались. — Не вздумайте проговориться, что видели нас. И особенно про контракт.       Чуть пропустив товарищей вперёд, Фергюс расплатился с сигнальщиком с маяка и тоже собрал сумки. Внизу он на одной лошади с Марсали пробирался к «Артемиде» украдкой, чтобы Джейми не заметил молодых людей до самого отплытия. Они разместились под деревянным бортом, между огромным мотком каната и бочками из-под спиртного: от них так разило, что можно было опьянеть, не беря в рот ни капли.       Спешащий отправиться в путь капитан приказал отдать швартовы. Фергюс крепко держал за руку Марсали и постепенно стал выходить из укрытия. Они увидели, как папа, скрючившись и вцепившись в поручни, так и впился взглядом куда-то в дальние шотландские горы, покрытые снегом.       — У милорда морская болезнь! — шепнул Фергюс со смесью удовлетворения и сочувствия.       Рядом с папой стояла без шляпы его английская ведьма, и волосы развевались, как змеи на голове Медузы Горгоны.       «Шлюху свою взять не забыл!» — неприязненно подумала Марсали. С того момента, как Джейми уехал от Лири, девушка лелеяла свою обиду на него, а появление Клэр восприняла вообще как папино предательство.       Молодые люди напряглись в ожидании. Марсали волновалась, как они успеют подняться на борт: матросы уже открепили последний трос, удерживавший корабль у причала, втянули его на палубу и смотали. Взметнулись и развернулись над головой паруса, боцман метался по палубе, выкрикивая приказы голосом, напоминавшим скрежет ржавого железа.       Марсали рванула к сходням, Фергюс за ней, он галантно помог девушке сойти на палубу, поддержав целой рукой, и в тот же миг над ними нависла грозная фигура папы Джейми.       — Эт-то что ещё за чертовщина, хотел бы я знать? — вопросил он.       По его голосу стало понятно, что его волнуют сейчас совершенно другие заботы, нежели уход за молодой семьёй.       От поручней отделилась закутанная в серый зимний плащ с капюшоном миледи и подошла поближе к живописной группе пассажиров. Фергюс подумал, что отчаянная женщина сможет оказать ему поддержку, хотя бы моральную. «Эх, была не была!»       — Мы поженились, — объявил француз, отважно заслонив собой Марсали от рыжеволосого свирепого великана.       Фергюс выглядел одновременно и напуганным, и возбуждённым, лицо под гривой черных волос побелело как мел.       — Поженились! — иронически взлетели брови милорда.       Джейми сжал кулаки, и Фергюс непроизвольно шагнул назад, чуть не наступив Марсали на ногу.       — Что значит «поженились»? — сразу ухватил Джейми суть. — Ты с ней спал? — спросил он напрямик.       Француз сделался на два оттенка бледнее и облизал губы. Марсали решила, что пора ей выступать на сцену.       — Э… нет, милорд, — сказал Фергюс как раз в тот момент, когда Марсали, сверкая глазами, выкрикнула:       — Да, спал!       Джейми окинул быстрым взглядом обоих, громко хмыкнул и отвернулся.       — Мистер Уоррен! — обратился он к корабельному штурману. — Будьте любезны, вернитесь к берегу.       Мистер Уоррен, отдавая очередную команду, замер с открытым ртом и воззрился сперва на Джейми, потом — весьма пристально — на удалявшийся берег. За то недолгое время, что прошло с появления неожиданной пассажирки, «Артемида» отошла в море более чем на тысячу ярдов**, и каменистые утёсы с нарастающей скоростью проплывали мимо.       — Сдаётся мне, ему этого не сделать, — осторожно сказала папина жена. — Мы едва успели отчалить с приливом, — прибавила она, и Марсали чуть-чуть потеплела к старухе.       Мужчины же продолжали на неё наседать. Когда Марсали попыталась нагрубить Джейми, Фергюсу пришлось сразу расставить точки над i, объяснив, как много значит для него приёмный отец.       Тем более что шотландские скалы уже превратились в маленькие чёрные точки на границе неба и моря. Папа объявил, что будет делить каюту с Фергюсом, Марсали же отправится под присмотр Клэр.       — Спать вместе разрешу только после официального венчания, как только прибудем на берег! — провозгласил Джейми.       Фергюс расплылся в довольной улыбке, а Марсали надула губки и всем своим видом олицетворяла неприязнь как к отцу, так и к его английской стерве.       Молодые много времени проводили вдвоём на палубе, компенсируя хоть как-то отсутствие ночной близости. Марсали почти не пересекалась с Клэр и демонстративно не разговаривала с ней. Это немного нервировало Фергюса, мечтавшего о семейной гармонии. Но какой же невестке сразу после свадьбы нравится свекровь! Привыкнуть надо… Впрочем, в данный момент миледи была занята желудком милорда…