Слабо?

Понедельник тоже приносит ей много открытий. Эва узнаёт, что можно завестись от одного только ожидания. Она появляется в школе уже слегка на взводе, и Шистад ей совсем не помогает, когда с другого конца коридора подмигивает и медленно облизывает губы. Эва честно старается не представлять все, что будет вытворять с ней этот чертов язык, но получается не очень. Эва заводится, Эва уже мокрая и совершенно не в силах сосредоточиться ни на том, что щебечет Вильде, ни на комментариях Саны. Эва смотрит в окно и мысленно проклинает Криса, да и себя заодно за то, что во всё это ввязалась. На уроке легче не становится. История никогда не была её любимым предметом, а сейчас нудный бубнёж учителя и вовсе проскальзывает мимо. Она бы и рада не думать о Крисе, но теперь это как не думать о розовом слоне: только этот чертов Шистад в голове. Он и его блядский язык. И подобные мысли, конечно, ни хрена не совместимы с учёбой, да и вообще с нормальным функционированием. Поэтому, когда от Криса приходит сообщение: «Вместо какого нудного урока устроить тебе праздник, сталкер? Когда сделать тебя счастливой?», Эва фыркает, но не выдерживает и пишет: «Сейчас» и, конечно же, получает обязательное: «Какая ты нетерпеливая, Мун». Эва узнаёт, что техническое помещение под лестницей как будто создано для парочек, потому что никто не обращает внимания, когда Крис открывает дверь и подталкивает Эву внутрь. Внутри что-то шумит, много труб и душно, но девушке не до прелестей интерьера, потому что терпение заканчивается, и она обхватывает Криса за шею и целует. Крис − она чувствует это губами − довольно улыбается и вжимает её в стену, отвечает на поцелуй. Это их первые трезвые поцелуи, но у Эвы от возбуждения кружится голова, и всё плывёт так, будто она выпила пару крепких коктейлей. И она стонет, когда руки парня скользят под юбку, ложатся на бедра, а большие пальцы поглаживают обнаженную кожу. − Чулки? − шепчет Крис. − Какая предусмотрительная девочка, Мун. И уже в следующий момент он цепляет пальцами трусики и спускает их, скользя ладонями по ногам и сам опускаясь на колени. Эва смотрит на него сверху вниз и переступает через белье. Крис задирает её юбку и топ как можно выше, оголяя живот и бедра, и какое-то время просто смотрит. От этого взгляда Эве неуютно, а ещё очень хорошо и хочется стонать. И она даёт себе волю, когда Крис утыкается в живот, шепчет: «ры-ы-ы-ыжая» и, скользя приоткрытым ртом по коже, спускается вниз. Эва узнаёт, что в помещении под лестницей офигенная акустика: её стоны отражаются от стен, становясь громче. И девушке хочется быть тихой, но нет никакой возможности, потому что то, что творит языком Шистад, невыносимо, мучительно, охуенно. Эва цепляется за его плечи, только чтобы устоять, сминает футболку, раздвигает ноги, шепчет: «пожалуйста» и «господикрисеще», подаётся на встречу, потому что необходимо быть ближе, как можно ближе, но Крис крепко удерживает её на месте за бёдра и продолжает трахать языком. А Эва кусает губы, откидывает голову на стену, путается пальцами в его волосах и закрывает рот ладонью, чтобы не сорваться на крик, когда кончает. После, когда тело перестаёт вздрагивать от удовольствия, а кровь стучать в ушах, Эва открывает глаза и, конечно же, видит довольную физиономию Шистада. Тот смотрит на нее, облизывает губы, тянет насмешливо: «Ну и шумишь ты, рыжая», и ей хочется сказать, что это не она своими стонами поставила на уши весь туалет в том клубе, но Эве слишком хорошо, чтобы вступать с Шистадом в очередную перепалку, поэтому она лишь улыбается, тянется к парню и, легко касаясь его губ своими, шепчет: «Это было охуенно, Крис». И не может не рассмеяться, видя, как Шистад расплывается в самодовольной улыбке. Позже она одёргивает юбку, поправляет топ и оглядывается в поисках трусиков. − Не это ищешь? − Крис выуживает из кармана черный кружевной клочок ткани и улыбается довольно. − Это, − Эва протягивает руку, но парень отодвигается. − Тебе лучше без них, − говорит и отодвигается опять, когда Эва повторяет попытку забрать их. − Крис, отдай, пожалуйста, − просит. − Не буду же я по школе без них ходить. − Не будешь? − Крис приподнимает брови и смотрит выжидающе, а у Эвы в животе всё сжимается от нехорошего предчувствия. Он же не заставит ее это делать? Не заставит? Она не успевает впасть в панику, как Крис протягивает ей трусики. Мун облегченно смеётся. Когда они выходят в школьный коридор, уже вовсю идёт урок. Эва думает, что бы соврать учителю о причине своего опоздания, но Крис направляет ее мысли в другую сторону, когда наклоняется и шепчет на ухо: «Завтра, рыжая, целый день в школе без нижнего белья. Слабо?» И, несмотря на то, что происходило всего несколько минут назад, Эве хочется его прибить.