Слабо?

− Все в порядке? − спрашивает Нура, глядя на Эву в отражении зеркала. Эва удивлённо распахивает глаза, улыбается и думает, как бы отреагировала подруга, скажи ей Эва: «В порядке, не считая того, что на мне нет нижнего белья и от этого я чувствую себя голой» или «Я вляпалась в спор с Шистадом, и это всё, чем занята моя голова в последнее время», а ещё лучше будет попросить: «Посмотри, пожалуйста, не сверкает ли сзади из-под юбки моя голая задница?» Эва представляет обалдевшее лицо Нуры и старается не расхохотаться. − Все нормально, − отвечает и привычно врёт: − Немножко из-за испанского переживаю. Нура понимающе кивает, а из кабинки туалета выходит Вильде. − Классная кофта! − делает комплимент Эве и начинает щебетать что-то про будущие каникулы, а Эва опять с трудом сдерживает смех. Этот бесформенный коричневый свитер, который неизвестно откуда появился в её шкафу, был единственной вещью, в которой отсутствие на ней лифчика не бросалось в глаза. И черт, все было бы вообще прекрасно, если бы она, как и планировала, надела к свитеру брюки, но Крис вовремя спохватился. «Никаких колготок и джинсов, сталкер, только юбка и чулки» − написал он в ночи, заставив девушку застонать от досады. Но уже от следующего его сообщения Эва улыбалась и смущённо кусала губы. «Ты охуенно горяча в чулках, рыжая». И вот она вся такая горячая, в этих чертовых чулках, огромном свитере и юбке чуть выше колен, торчит в женском туалете и никак не может заставить себя выйти из него. С тех пор, как она стянула трусы в кабинке туалета, она чувствует себя голой. Дико непривычно, очень странно и неловко. И сколько не повторяй себе, что ничего не заметно и никто даже не догадается, легче не становится. Эва представляет кучу ситуаций: начиная с ветра, задирающего юбку (какой ветер в помещении, Мун?) и заканчивая неожиданным гвоздём, за который она цепляется и остаётся без юбки. Тысяча и одна дурацкая картинка вертится в её голове, и Эва мечтает весь день просидеть в женском туалете, но Нура смотрит на неё и говорит: «Пошли, опоздаем на испанский». Эва нервно вздыхает, в сотый раз одёргивает юбку, поправляет свитер и делает шаг за дверь. Следующий урок проходит так себе. Девушка ёрзает на стуле, потому что не очень удобно, сводит колени, то и дело натягивая на них юбку, а еще, к своему удивлению, немного заводится. Ощущения необычные, но не сказать, что неприятные, и Эва, прислушиваясь к ним, почти не слушает учителя, а ещё, конечно же, думает о Шистаде, размышляет о том, какое задание дать ему, и когда он сегодня появится, и вообще чем закончится этот спор? На перемене Эва старается быстрее перейти в следующий кабинет и сесть за парту: так она чувствует себя в безопасности, но на втором уроке почти расслабляется. Неловкость и непривычные ощущения слабеют, и Эве даже удаётся сосредоточиться на учебе. Но в столовой на обеде все идёт к чертям, когда от Криса приходит сообщение. «Мун, ты сегодня как японская школьница, белых гольфов не хватает. У чьей бабули спёрла этот чудесный свитерок?» − читает Эва и обводит взглядом столовую. Шистад обнаруживается на пять столиков правее. Он сидит, смотрит на неё и, конечно же, широченно и весьма довольно улыбается. Затем прикусывает губу и что-то печатает в телефоне. Эва читает: «И что, правда под юбкой и кофтой нет ничего?» Поднимает глаза на Криса, растягивает губы в улыбке, вздёргивает бровь, мол «а ты как думаешь?» − Крис приподнимает брови в ответ. Эва отвечает: «И правда ничего» и наблюдает за реакцией парня. Тот читает сообщение и медленно поднимает голову, смотрит на Эву уже без улыбки, так странно напряженно, что ей становится не по себе. Эве становится жарко, ведь Крис смотрит, будто пытается убедиться, проникнуть взглядом под одежду, вот только девушка чувствует себя так, будто это ему удалось, будто она сидит перед ним уже полностью раздетая, а он облапывает её взглядом. От этого тут же начинают полыхать щеки и становится трудно дышать. − Эва? Эва! − Мун не сразу понимает, что Вильде обращается к ней. Она вздрагивает, смотрит на подругу непонимающе. − В эту пятницу будет вечеринка, пойдешь? − повторяет свой вопрос Вильде. − Конечно, − отвечает Эва и слышит уведомление о пришедшем сообщении, но не читает его. Внутри все скручивает от возбуждения и волнения, но нужно держать лицо перед девчонками, не подавать вида, а то ведь замучают вопросами, а ей это совершенно не нужно, поэтому некоторое время Эва болтает с ними. Рассуждает, какой алкоголь лучше взять и какие горячие парни на вечеринке могут быть, и всего лишь пару раз бросает взгляд на другой конец столовой, где Крис по-прежнему не сводит с неё глаз. Когда Вильде начинает рассуждать о том, что лучше надеть на вечеринку, Эва читает сообщение: «И как я узнаю, что это правда?» и тут же печатает: «Подойди да проверь», а потом почти не дышит, глядя, как Крис пишет ответ. Он вдруг встаёт, что-то говорит сидящему рядом Вильяму и выходит. В его сообщении написано: «Кладовка под лестницей. Сейчас», и Эва не может удержать довольную улыбку. В помещении всё так же душно и шумно, но на этот раз не она сходит с ума от нетерпения − в этот раз Крис, стоит Эве переступить порог, впечатывает её в стену. Тут же левой рукой скользит под свитер, а правой − под юбку. Эва шумно выдыхает, потому что одна ладонь проходится по животу и сжимает грудь, вторая ложится на ягодицу, поглаживает, а сам Крис с тихим выдохом «бля» утыкается Эве в шею. − И правда голая, − шепчет, щекочет губами ухо, скользит ими по щеке, а ладонями по спине и талии, и Эва выгибается, и голос звучит хрипло: − Я играю честно, Шистад. Крис усмехается в самые губы, а в следующий миг впивается в них, втягивая Эву в поцелуй. Они целуются, скользят губами и языками, цепляются зубами, и Эва тихо стонет, когда Крис царапает сосок. Эва закидывает ногу на его бедро и позволяет вжаться еще сильнее. Эве дико и непривычно прикосновение грубой ткани, но так чертовски приятно, так остро, что она совсем теряет голову и вжимается сама, льнёт всем телом, стонет в губы. Но когда Крис пытается стянуть с неё свитер, вдруг цепляется за его руки. − Нет, − говорит, и выходит очень жалко и неуверенно, но Эва продолжает: − Этого не было. − Что? − Крис отрывается от её шеи, поднимает голову, Крис ровным счетом ни черта не понимает, и Эве приходится объяснять. − В твоем задании ни слова не было о сексе, − голос девушки уже тверд, и она отодвигается от Криса, пытается одёрнуть свитер, но его руки, лежащие на талии, не дают это сделать. − Крис, я выполнила твое задание: пришла в школу без белья, теперь отпусти меня. − Мун, ты серьезно? − Крис ошеломлён настолько, что послушно опускает руки. − Вполне, − Эва улыбается. − Блять, рыжая, ты же шутишь. Ты не можешь на полном серьезе взять и уйти и оставить меня здесь в таком состоянии, − Крис взлохмачен и заведён, Крис ни черта не верит, что она так поступит с ним, но уже начинает злиться. Крис охуителен раскрасневшийся, с опухшими губами и безумными глазами, и на долю секунды Эва жалеет, что затеяла это. Эва хочет продолжения, хочет рук Криса на себе, его в себе, и Шистад, будто мысли читая, зло выдыхает: − Перестань выделываться, Мун, ты же сама этого хочешь! На что Эва лишь улыбается. − Я не могу опять опоздать на историю, Крис, − говорит, изображая прилежную ученицу. − И у меня домашка по норвежскому не доделана. Кстати, давно хотела повторить ту сцену из «Основного инстинкта». Как думаешь, препод оценит? − Эва, − голос Криса звенит, он сжимает челюсти и кулаки. Эва же, продолжая улыбаться, поднимает рюкзак, достаёт из кармана красные кружевные трусики и, подойдя к Крису, кладёт их в карман его толстовки. − Это чтобы не скучал, − говорит и, легко коснувшись его губ губами, выходит. Слышит грохот за спиной и понимает, что Крис пнул дверь. Эва улыбается. Эва довольна. Да, она на взводе, и это не самое приятное ощущение, когда ты без трусов, а свитер трется о возбуждённые соски, но Крис, заставивший её сегодня нервничать и чувствовать себя неловко, вполне заслужил немного мучений. А секс у них ещё случится. Хотя бы в пятницу на вечеринке. Но Эва недооценивает нетерпение Криса. Уже на следующей перемене он просто подходит к ней, берёт за руку и тянет за собой. У Вильде, что стоит рядом, округляются глаза, Нура приподнимает брови, а Эва упирается и пытается вырвать руку из хватки парня. − Крис, какого черта? Отпусти! − требует, но в этот раз все козыри у Шистада. Он придвигается к ней и шепчет на ухо: − Рыжая, если ты не пойдешь со мной, то я половине школы сейчас покажу, что ты расхаживаешь тут без трусов, а потом еще продемонстрирую, у кого эти самые трусы. Эва вспыхивает и злится, Эва хочет возмутиться, послать этого нахала, но вместо этого говорит девчонкам: «Я ненадолго» и идёт за Шистадом, как покорная овечка. Овечка, которая все-таки пытается взбрыкивать. − Крис, − тянет Эва, пока он тянет её за собой. − У меня норвежский, я не могу его пропустить. − Ничего, в следующий раз поиграешь с учителем в «Основной инстинкт», − роняет парень, даже не оборачиваясь. − Крис, ты ведешь себя, как скотина, − не унимается Эва, и вот тут парень оборачивается, смотрит на неё неверяще, но не говорит ничего и продолжает свой путь. Эва думала, что он ведет её в кладовку, но они проходят мимо неё, выходят на улицу и идут к стоянке. Когда они подходят к машине Криса, Эву прорывает: − Какого черта ты творишь, Шистад? Ты думаешь, что можешь себя вот так со мной вести? Думаешь, это нормально: так взять и увезти меня с уроков? И куда, скажи на милость? Крис разворачивается, смотрит на Эву и выглядит при этом слегка безумным. − Ко мне, − говорит и добавляет тихо: − Чтобы я уже наконец нормально тебя выебал. Эва. Девушка вспыхивает, но уже не от злости. От картинки, что при этих словах, возникает в её голове, на Эву накатывает такое возбуждение, что ей приходится прикусить губу, чтобы не застонать. И когда Шистад командует: «Садись в машину», она послушно садится.