Противостояние связующих

Проснувшись утром вторника в шесть утра, так и нормально и не поспав из-за волнения перед предстоящим матчем, Хината вновь начал осматривать запястье. И снова там ничего не было. Небольшая тоска навалилась на мальчика. «Да когда же она появится-то?!» — возмущался он. Хината просто не мог терпеть эти перепалки между его товарищами по команде из-за него. Серьёзно, чтобы два по-своему замечательных парня делили такого никчёмного человека, он этого просто не достоин, как считал сам Шоё. То его пичкали мясными булочками двое связующих, то они вдвоём провожали Хинату до дома, кидая друг на друга враждебные взгляды, от чего Шоё тихо вздыхал, то норовились помочь Хинате снять потную футболку после тренировки, от чего тот вежливо отказывался. Бывало, что за ним даже следили в школе и за её пределами. Хината не знал кто это был, но он чувствовал пристальный взгляд, а оборачиваясь, он никогда никого подозрительного не замечал. А может это и вовсе паранойя. Кто же знает. А больше всего раздражал Тсукишима! Он постоянно подкалывал Шоё по поводу «короля и недоступного простолюдина». А бывало, что совсем обидно: «Как маленькие дети делят игрушку, чтобы поиграть, да и закинуть потом в самый дальний угол»; или вовсе грубо: «А у кого ещё бывает сразу несколько партнёров одновременно?». И Хината понимал, на кого он намекает. И только Ямагучи знал, что Тсукишима тайно шипперит рыжую приманку с королём. Но не стоило унывать! Сегодняшний день обещал быть хорошим, как минимум из-за того, что сегодня состоится первый тренировочный матч Хинаты со старшей Аоба-Джосай! Прямо после уроков они поедут в чужую школу, вот круто! Кагеяма как-то рассказывал, что многие его бывшие товарищи по команде перешли как раз в эту школу. Интересно, какие они? Наверняка очень сильные! Шоё аж взбодрился от этих мыслей. «Скорей бы в волейбол поиграть, » — думал он. Жалко, конечно, что сегодня не будет утренней тренировки. Шоё бодро вскочил с кровати и пошёл делать всякие дела перед школой.

***

А вот утро Тобио прошло не так хорошо, как у Хинаты. Проснувшись от надоедливого будильника, прервавшего эротичный сон про него и Шоё, Кагеяма прибывал в не самом хорошем расположении духа. За столь короткое время он успел слишком сильно влюбиться в этого рыжего придурка по имени Хината Шоё. А Тобио до 14 лет думал, что его соулмейтом окажется какая-нибудь привлекательная девушка, с которой он свяжет свою жизнь. Сейчас казалось, что Шоё (в мыслях Кагеяма называл его по имени) лучше во всём любой девчонки, хоть он ещё и тот придурок. Конечно лучше! Из-за кого он сейчас стоит в ванной комнате и стирает кое-что, тратя своё время. А ещё угнетало то, что сегодня придётся встретиться с бывшими товарищами по команде из средней школы, которые ненавидели его и считали эгоистом, деспотичным королём. Чёрт, как же Тобио ненавидел это прозвище!

***

Утро Коуши проходило всегда как-то уныло и вяло. Сугавара являлся совой, потому и вставать ему в такую рань приходилось особенно трудно. Но бодрила мысль о том, что сегодня он увидит своего рыжего солумейта, пусть даже и он ещё не является родственной душой Хинаты, но он обязательно им станет! А когда станет, то точно сможет подарить ему всю свою заботу и теплоту! Коуши был уверен в этом, он обязательно осчастливит Шоё, и с этой мыслью становилось легче, настоящая мотивация и мечта, которая станет реальностью! Пока Суга с улыбкой на лице собирался на занятия, то в голове привычно крутился образ Хинаты, такого милого, активного, весёлого, непоседливого, светлого, завораживающего, манящего и ещё множество довольно лестных характеристик. А ещё слова его лучшего друга, Савамуры, сказанные ещё очень давно: «Я не знаю, кто твой соулмейт, но я уверен, что ты точно с лёгкостью завоюешь его сердце, Суга!» «Эх, надеюсь, что так и будет…»

***

— Эй, Ойкава, — окликнул шатена давно знакомый голос, парень обернулся, и перед его взором предстал Иваизуми. — Ива-чан, доброе утро, — лукаво улыбнулся Тоору. В ответ ему прилетел несильный подзатыльник. — Ай-ай! Ива-чан, за что? Мне больно! — Не называй меня так, — и тут же добавил спокойным тоном, — Ты уже нормально себя чувствуешь? У нас сегодня игра против Карасуно. Будешь играть? — О-хо-хо, как же мы давно с Тобио-чаном не виделись-то, — проговорил парень, быстро вспоминая образ бывшего кохая, до чего же он бесил Ойкаву, но всё же кохай, хоть и надоедливый, интересно, сильно ли изменился он? — Не знаю, не знаю, смогу ли играть… — Чёрт, Тоору, перестань отлынивать! Хочешь ещё пинков под зад от меня?! — завёлся Иваизуми. — А-а-а, Ива-чан, не бей! У меня же травма! — и чуть подумав добавил, — Ладно, ладно, приду, скорей всего… — Что за «скорей всего»?! А ну пришёл, я сказал! Ты капитан или кто? — орал брюнет. — Конечно, я капитан, а кто же ещё? Хе-хе, не волнуйся, не волнуйся, я приду. — Не смей мне лгать, Дерьмокава. — Да не лгу я! — Ойкава-семпай! — к нему подбежала миловидная девушка, в укороченной юбке, с аккуратно уложенными волосами, да и неплохими формами, а в руках у неё были сладости, но это никак не привлекало Ойкаву. У него уже был соулмейт, пусть он его ещё и не встретил, но уже был верен ему. Больше его удивляло то, что эта девушка хотела с ним встречаться, и при этом уже имея своего соулмейта! И им был не Ойкава, нет. Скорей всего, она тоже пока не встретила свою родственную душу, но всё равно! Это неправильно как минимум. И эта девушка уже не в первый раз приносит сладости ему. Приятно, конечно, да и грубить девушке не хочется, вот и всегда и всем улыбался. Эх, всё равно хотелось бы её отчитать, что это уже как бы за измену можно считать. Не двуличность, а скорей тактичность. — Утречко, Мидори-чан, — помахал девушке рукой Тоору; её лицо слегка покраснело. — О-ойкава-семпай, я Вам с-сладости принесла, — сказала девушка, скромно кланяясь и протягивая маленькую, с ладонь розовую коробочку, перевязанную ещё более ярко-розовой ленточкой. — А-ах, не стоило, но всё же спасибо, Мидори-чан, — волейболист аккуратно взял коробочку и стал разглядывать подарок, столь режущий глаза своим цветом. — Не стоит благодарности! — она выпрямилась и, смотря своими накрашенными глазами в карие очи парня, быстро и чётко проговорила, — Мне совсем не трудно, а Вам — приятно! Но звонок на урок заставил их попрощаться и разойтись по своим классам. А Ойкава, пока шёл, разглядывал коробочку, стараясь вспомнить, какой это уже по счёту гостинец от неё. Четвёртый или пятый, наверное. Ойкава вздохнул. Зачем она так старается для него, если он всё равно не будет с ней? Что у неё в голове? Да и угощения её капитан никогда не ел, обычно раздавал своей команде. «Когда же я тебя встречу?» — пронеслось в голове у Тоору. Этим вопросом он задавался со своего четырнадцатилетия и всё ждал, ждал и верил, что в один прекрасный день встретит своего соулмейта, Шоё Хинату, если быть точнее. Интересно, а какой он? Какие у него интересы? Сколько ему лет? Как выглядит? Понравится ли ему Тоору? Ну, сам «Хината» уже по одному только имени успел полюбиться Ойкаве.

***

Шоё медленно тащился под палящим солнцем до автобуса, который должен был их отвезти к старшей Аоба-Джосай, держась за живот и смотря себе под ноги. «Не облажать, не облажать, не облажать…» — вертелось у рыжего в голове. — Хината-кун, — Шоё нерасторопно обернулся на приятный голос и увидел волнующегося семпая-соулмейта, — С тобой всё в порядке? У тебя что, живот болит? Тошнит? Может водички или ещё чего-нибудь?.. — А-а… Со мной всё нормально, не волнуйтесь, Суга-сан. Просто эту ночь я практически не спал и сейчас очень волнуюсь, вот… Из-за угла послышались быстрые-быстрые шаги, как будто кто-то бежал, и через несколько секунд стало понятно, кто это был. — Хината!!! — кричал Кагеяма, подбегая к Шоё и хватая того за плечи, — Ты жив?! Ответь мне, ты жив?! Не молчи! Ты мне живым нужен и всей команде! — тряс он мальчика. — Что ты творишь?! Только хуже сделаешь! — повысил голос Коуши, — Оставь его в покое! Но Кагеяма продолжал трясти Хинату, не обращая никакого внимания на замечания старшего. У него почему-то крышу снесло, когда он узнал, что рыжик плохо себя чувствует. Появилось неописуемо огромное желание как-то убрать все плохие эмоции у него. — Хината, ты слышишь меня?! — но Шоё не мог нормально среагировать на ситуацию; от резких движений в глазах всё помутнело, так что он продолжал тупо молчать, всё ещё держась за живот, а Тобио обратил на это внимание, — Живот болит, да?! Сейчас я излечу твой животик волшебным поцелуем, — и слегка задрал чужую футболку, приближаясь своими губами к плоскому животу. Прохладные губы аккуратно и очень нежно поцеловали впалый живот в районе пупка, от чего он вздрогнул. Так приятно касаться своими устами этой кожи, просто непередаваемое ощущение. Она такая гладкая и мягкая, слово бархат. А это точно кожа парня? У Кагеямы была совсем другая. Сугавара даже сначала сразу и не понял, что его кохай серьёзно намерен так лечить приманку Карасуно, а опомнился только тогда, когда Тобио мягко коснулся своими губами по бледной коже. Прям зависть и злоба взяла вверх. Шоё не давал своего согласия на такие «лечения», чего это он тут фокусы выкидывает! Хината же после довольно приятной «процедуры» вдруг наладил контакт с Землёй и освободился от крепкой хватки товарища, чуть не падая на асфальт и отдёргивая футболку вниз. С секунду Шоё просто пялился удивлённо на Кагеяму, а затем завопил: — Что ты творишь, Бакагеяма! — Но ведь не болит уже? Шоё замер и ошарашенно понял, что, действительно, уже ничего не болит, а волнения ушли далеко на задний план. Что это за магия? Лечебная? Или же… соулмейтовская? А такая вообще есть? — он никак не мог понять. — Не болит, — смущённо подтвердил Шоё, глядя куда угодно, лишь бы не на Кагеяму. — Теперь так будем делать всё время перед матчами для профилактики, — невозмутимо сообщил брюнет, смотря на поалевшие щёчки волейболиста. — Что?! — в один голос возмутились Сугавара и Хината. — Ну, да. Что такого? Помогает же, или ты хочешь лажать всю игру из-за нехорошего самочувствия, придурок?! — вновь вырвалось обзывательство у Кагеямы. — Ничего не помогает! — начал противоречить себе Шоё. Развернувшись на 180 градусов, Хината резко, всё ещё смущённый, помчался к автобусу. А двое связующих так и остались смотреть ему вслед. Сугавара заговорил первым: — А ты не думаешь, что нарушаешь его личное пространство? — пытался пристыдить своего кохая Коуши, сложа руки на грудь. — 1:0, — загипнотизированно проговорил Кагеяма, продолжая смотреть туда, где только что стоял Шоё. — А? — не понял парень. — Кагеяма — 1, Сугавара — 0. Что? Что за бред он несёт? Какие ещё 1 и 0? Для него это что — игра, в которой победишь только, если наберёшь нужное количество очков? А главным призом что, является Хината? — Ты такими способами вряд ли вообще продвигаешься в попытках стать соулмейтом для Хинаты. Тобио обратил свой пугающий до глубины души взор голубых глаз на семпая, заставляя Сугавару вздрогнуть всем телом. — Шоё мой. Только мой. Я сделаю его своим. Мне никто не помешает. Кагеяма не моргал. Он смотрел прямо на сокомандника, прямо как яндере. Что это с ним? Совсем недавно сам краснел от похвал Хинаты, да и вообще заявлял, что не нужен ему никакой соулмейт, а тут такое выдаёт, аж не по себе становится. Что-то у него явно щёлкнуло в мозгу. Собственник включился или что-то поглобальнее? Когда Тобио двинулся с места к пункту назначения, Сугавара вновь нервно вздрогнул и, чуть помедлив, тоже направился к автобусу.

***

— Танака-сан, можно я сяду рядом с Вами? — спросил Шоё, ворочась около многоместного заднего сиденья. — У-ха-ха-ха, Хината, что за вопросы? Садись, конечно, — похлопал по сиденью Рюноске, приглашая сесть. Рыжий мирно присел, бегая светло-карими глазами по салону и считая людей. Так, 8… плюс Такеда-сенсей — 9, а ещё и Киёко — 10. Не хватало двух ключевых позиций — связующих, к тому же являющимися его соулмейтами, Сугавары и Кагеямы. Кагеяма… Хината от мысли о нём беспокойно заворочался на месте. Безусловно его недавний поступок был чересчур эгоистичным, но было, конечно же, «но»… Шоё понравилось такое нежное и мимолётное прикосновение, от которого сразу стало легче. Его прохладные губы грели душу, наполняя её лаской. Приятно, чертовски приятно это было. Хоть тогда он и был сражён сей наглостью, то сейчас, уже осознав всю ситуацию и заботу, если это так можно было назвать, подаренную Кагеямой, казалось, что связующий действительно так проявляет своё беспокойство и влечение, от чего только хорошо на сердце. Но все размышления были прерваны впереди сидящим Тсукишимой: — А что это наша королева не села рядом со своим королём? — чётырёхглазый улыбнулся, хоть Хината этого и не видел, но был готов поклясться, что так оно и есть. В салон автобуса поднялись Коуши и Тобио. «Лёгок на помине,» — подумал Шоё. Сугавара сел неподалёку от Хинаты на одиночное место около окошка, а Кагеяма уверенной походкой направлялся в «хвост» транспорта. Глаза его спрятались под тёмной чёлкой, а губы были напряжены. Дойдя до сиденья, парень плюхнулся рядом с рыжим и Танакой. От него исходила какая-то пугающая аура, от чего Шоё отодвинулся от брюнета, чуть ли не вплотную вжимаясь в семпая. Танака это, конечно, заметил, но предавать особого значения не стал. — Эй, — окликнул Тобио приманку, — Пододвинься поближе ко мне. Так самоуверенно, невозмутимо и прямолинейно, даже бесило немного. Хината пялился на него округлившимися глазами, не выполняя просьбу, или скорей всего таким тоном произносили приказы. Тут началось мысленное противостояние между: «Да, садись!» от Тсукишимы и «Нет, не надо!» от Сугавары. — Не пододвинусь, пока нормально не попросишь, — пробурчал Шоё. Кагеяма вздохнул. — Пожалуйста, — выдавил брюнет. — Не буду, — резко ответили ему. Где-то загрустил Тсуки. — Это ещё почему?! — Ты меня пугаешь! — Прости. — Не буду! Что-то вновь щёлкнуло в голове у Тобио. — Хината, — Кагеяма схватил Шоё, прижимая его к своей груди, и спокойно, но при этом очень пугающе, прошептал, — Ты мой. Где-то кричал от счастья Тсукишима, познавая все прелести шипперства. А где-то загрустил Сугавара, уже не пытающийся вырвать из рук соперника своего соулмейта. Ещё успеет побороться. Танака удивлённо хлопал ресницами, лицезрея данную картину, но не смея что-либо сказать. А бедный Хината не мог нормально дышать; ему приходилось вдыхать чужой аромат, дабы заполнить лёгкие воздухом. Он пытался выбраться, но Тобио слишком сильно прижимал его к себе — ничего не получалось. В конце концов он смирился со своей участью на последующие 30-40 минут. Такеда-сенсей, отметив присутствие всех, завёл транспорт, и они тронулись с места, направляясь прямо к старшей школе Аоба-Джосай.