Репетитор на девять месяцев.

— Маринетт, как спалось? — голос кузины заставил Маринетт вздрогнуть. Ощупав кровать, она никого не нашла, а именно блондина. «Мне что? Это всё приснилось?» — подумала голубоглазка и встрепенулась.  — Эм. Что-то случилось, сестрюнь? Помочь найти что-то?  — А? Да не-е-е, всё нормально.  — Ну ладно. Одевайся и приходи тогда кушать. — Бри также тепло улыбнулась. Когда кузина вышла из комнаты, Мари как будто кто-то укусил. Она снова резко развернулась и стала ощупывать кровать. Но его не было, а потом что-то зашуршало под подушкой. Это была записка. Не раздумывая, Дюпен-Чен сразу кинулась её открывать, чтобы наконец прочитать написанное. «Солнышко, если ты это читаешь, то я ушёл ещё рано утром. Ты так сладко спала, что я не хотел будить. Приду к тебе в три часа. Готовься, буду спрашивать правила. Адриан.» Положив записку на стол, Маринетт встала, чтобы найти нужную одежду, но тут же скрючилась на полу от странной боли и резкой тошноты. Когда боль прошла, брюнетка наконец нашла, что ей надеть, а после пошла на кухню за стол. Натаниэль уже собирался на работу, Бриджит поцеловала его в губы, а после все разошлись.  — Где это мы так запропастились? Уже всё остыло. Сейчас подогрею.  — Да так. Ничего особенного. Можно я гулять пойду в три часика?  — К-конечно. Только не забудь, что нам сегодня на фотосессию.  — Так точно! После плотного завтрака Маринетт села за телефон и просидела там до двух часов. После она не выдержала и пошла «гулять». Но как только синевласка вышла из дома, тут же в сумке зазвонил телефон. Приняв вызов, в трубку раздался крик Альи:  — Агрест приехал!!!  — Да знаю я! Не кричи так! Мои уши не выдержат следующего раза.  — Я его сегодня отшлёпала.  — Зачем?  — До меня дошёл слушок тут один…  — Какой?  — Что Агрест уже видел тебя. Один вопрос, а лучше несколько: Когда? Почему я этого не знала? И что там было?  — Ну-у, разве что только он мне предложение сделал.  — Ты согласилась?  — Ага.  — Боже, поздравляю! Я так рада за тебя! Та-ак, стоп! Ещё что-то было?  — Ну, кхм, кхм, это…я...  — Ясно. Я всё поняла, — Сезер перебила бессмыслицу Мари.  — Я сейчас к нему иду, а ты что делаешь?  — Выметаю Нино из его квартиры, чтобы не мешать вам. Выходи давай! Это не тебе. Ладно, пока. Удачно посидеть вам, голубки.  — И вам. Пока. Через пять минут синеволосая уже находилась на пороге очень знакомого дома, в который она уже как три месяца не заходила. Звонок в дверь. Как неожиданно, дверь очень быстро открыли.  — П-привет. Я пришла немного пораньше, ничего?  — Ничего страшного. Я вот уже соскучиться успел. Его рука потянула брюнетку в зал, где он прижал её к себе и минут пять не отпускал. Неожиданно утренняя боль вновь вернулась к Маринетт, и она снова схватилась за живот. Ноги резко подкосились от боли, и Мари стала падать. Странные ощущение переполняли тело Дюпен-Чен. Лишь голос Адриана смог привести в чувства девушку.  — Мари, ты себя нормально чувствуешь? — обеспокоенно спросил блондин.  — Всё хорошо. П-правда, — попыталась встать Маринетт, но тут же упала на Адриана. Рука блондина коснулась лба брюнетки, которая обессиленно находилась в объятьях Агреста.  — Температуры нет. Может, ты что-то съела или у тебя «праздники» пришли?  — Придут они у меня только через две недели, так что отбрасывай этот вариант.  — Тогда не знаю, что это может быть. Может, заболела? В ответ на это синевласка повела плечами и облокотилась на грудь зелёноглазого.  — Вроде всё прошло. Тебе правила надо рассказать.  — Полежи немного на моей кровати. Не буду нагружать. Может, Алью позвать?  — Да не-е-е.  — Я позову сейчас. Она девушка, она поймёт тебя.  — Ну, ладно. Адриан подошёл к Маринетт и поцеловал в щёку, затем он потрепал её волосы и, глядя ей в васильковые глаза, тепло сказал:  — Я для тебя стараюсь, зайка. Я ведь волнуюсь.  — Угу, — она стала тянуться к его губам. Желание было ответным. Адриан перевёл поцелуй из страстного во французский. Агрест тоже этого желал, но ему пришлось приостановить наслаждение исследовать её губы, чтобы позвонить Нино, который гулял с Альей. Через пятнадцать минут Сезер уже находилась в комнате Адриана и разглядывала Маринетт.  — На что жалуемся, больная?  — Смешно, — с сарказмом произнесла Мари. — Живот болит и тошнит.  — Агрест, разворачивается и уходит с Нино гулять. Я вас позову, когда следует.  — Ты там только аккуратней. Вот в доме остались только девушки. Алья продолжала рассматривать Маринетт, по потом сказала:  — Возможно это… Вот, возьми это. Надеюсь, знаешь как пользоваться?  — Это тест? Но, зачем?  — Узнаешь. А сейчас мигом в ванную!  — Ладно.