Начать сначала в Мадриде

Глава 1 — Думаю, эту поездку мы запомним надолго, — слегка прищурив глаза, мечтательно произнесла блондинка. — Нас определенно ждет нечто грандиозное! -Ника, я тебя прошу, у тебя такой острый язык, будь осторожнее. В конце концов, ты ведь работать приехала сюда, а не отрываться! — шепнула высокая темноволосая спутница. -Ой, Аня, умоляю, и когда одно другому мешало? Куда пропал Артем?       Две девушки растерянно стояли посередине зала прилета огромного аэропорта Мадрид-Барахас и напряженно выискивали молодого Артема Александровича. — Ну ты же предсказала приключения! — ткнула в бок подругу Аня и язвительно посмеялась. — Я не планировала потерять здесь начальника, и… — она сделала секундную паузу, которую сию же секунду заполнила Аня — — И будущего мужа, — заключила она. — Так далеко не заглядывала даже я, — отмахнулась Ника. — А вот и Артем.       К девушкам подошел молодой человек, по возрасту которого трудно было предположить, что он директор крупной туристической фирмы, и нежно приобнял Нику. — В общем, уважаемые, у нас немного изменились планы, вечером идем на вечеринку к моему хорошему знакомому, — и предложил девушкам следовать за ним. Вероника с Аней знали друг друга лет пятнадцать, а точнее - с первого класса. И хоть говорят «с кем поведешься, от того и наберешься», удивительно, но с подругами за долгие годы дружбы этого не произошло, они были поразительно разными. Казалось, у них совершенно нет ничего общего, Вероника — блондинка невысокого роста, обаятельная и милая, предпочитала называть себя Никой, полное имя употреблять разрешено было не всем. Аня — высокая брюнетка со жгучим взглядом и невообразимой грацией. Они предпочитали разные стили в одежде, у них не сходились вкусы в еде и, -слава высшим силам — к мужчинам у них тоже были разные требования. И, вопреки тому, что между подругами заведено обмениваться одеждой, обсуждать парней, устраивать пижамные вечеринки, все это было не про них. Но они понимали друг друга не то чтобы по глазам, - на расстоянии чувствовали, как это бывает у близнецов. И даже сейчас в Мадрид они прилетели каждая по своим делам, но вместе. Они вообще всегда были вместе или где-то неподалеку друг от друга. Всегда.       Номер, в который заселилась Анна, был двухместным, это было прихотью Ники. Она точно знала, что ей будет мало места в своем классическом двухместном номере с Артемом Александровичем, и, к тому же, было очень удобно ходить в соседнюю дверь, а не на другой конец коридора, где были расположены одноместные номера. — Я думала, ты как обычно в черном пойдешь, — подметила Ника, оглядывая свою подругу, которая стояла перед зеркалом в молочно-белом коктейльном платье с вышивкой из бронзовых камней и бисера на плечах. Довольно строгое, если бы не вырез до середины спины. Стоит отметить, что Аня предпочитала весьма сдержанный консервативный стиль в одежде, так что увидеть на ней что-либо из последних коллекций знаменитых дизайнеров или что-нибудь кричащее только потому, что это все носят, было невозможно. И ничего вычурного, броского, слишком откровенного или неопрятного. Но, вместе с тем, она всегда выглядела превосходно, даже когда занималась уборкой в квартире. Хотя самой Ане казалось, что у нее проблемы со вкусом, и простая прогулка на речном трамвайчике вызывала панику под лозунгом: «Мне нечего надеть» или «Что вообще в таких случаях носят». Ника в таких ситуациях издевалась над подругой:  «Зато на похоронах ты выглядела бы роскошно». — Смеяться? Нет, на самом деле у меня просто хорошее настроение. Как тебе? — отозвалась Аня, игриво кружась возле зеркала. — Шикарно! Особенно глаза. И почему у меня руки не из того места? — с досадой протянула Ника, всматриваясь в Анины карие глаза, которые, казалось, горели, оттененные бронзовым смоки. — Так у тебя и то место тоже не там, — смеясь, ответила Аня.— А ты чего такая мрачная? Никогда тебя в сером не видела. Действительно, строгие пастельные оттенки и уж тем более нечто угрюмое редко можно было найти в гардеробе блондинки. — Это единственное, что подошло к цвету Артеминого галстука. «Я же не клоун» — пробурчала Ника, изображая Артема Александровича.       Обещанная вечеринка напоминала, скорее, торжественный прием. Вернее, нечто среднее между церемонией коронации и модной тусовкой. И, хотя при входе в нос ударяла резкая смесь запахов дорогого парфюма, алкоголя и табачного дыма, музыка играла не так громко, да и присутствующие гости были довольно торжественно одеты. Это была Анина стихия, Ника тоже не могла назвать себя белой вороной, она хорошо чувствовала себя на подобных мероприятиях, но Аня была словно рождена для этого. Она умела держать себя, знала этикет и обладала той чарующей притягательностью, которая присуща царствующим особам. Уж куда-куда, а на светское мероприятие у Анны всегда находилось что приодеть. — А мода во всей Европе, слава Богу, одинаковая, — с облегчением выдохнула Ника, которая весь вечер переживала по поводу своего внешнего вида.       После они были представлены тому самому «хорошему знакомому», которого звали Хавьер. Он был крупным владельцем сети отелей на юге Испании. Трудно представить, каким образом Артем заводил такие знакомства, но принимали русского бизнесмена везде как родного. Анна неспешно прошла в зал, спустя пару минут ее догнала Ника, которая исполнила свою небольшую роль, поулыбавшись деловому партнеру, и оставила мужчин для разговоров о делах насущных. — И чем мы тут можем себя занять? — вздохнула Аня и возле барной стойки заметила молодого человека невысокого роста в хорошем костюме и стильных замысловатых кедах. Ника, не упустив этот молниеносно оценивающий взгляд Анны, подняла глаза в потолок и произнесла, — У тебя вариантов больше, — как бы намекая на всевозможные знакомства с вариантами продолжений.— И давай найдем уборную для начала, — предложила она. — Это уже по традиции, — согласилась с предложением подруги Аня. Они спустились на первый этаж и, проходя мимо компании молодых людей, Аня увидела среди них того самого молодого человека в кедах, поймала на себе его взгляд и с достоинством отвернула голову. Но молодой человек проигнорировал этот жест. — Chicas, haz contacto con nosotros*, — и завораживающе улыбнулся. * Девушки, составьте нам компанию — I don’t speak Spanish, — снисходительно ответила Анна, и уже собиралась уходить. — Стой, — на понятном, но так и не полюбившемся английском сказал молодой человек и осторожно взял Аню за руку, — и тут же сам себя одернул, увидев ее глаза. Ее взгляд. Таким можно пожары разжигать, подумал он. — Как тебя зовут? — коротко спросила Аня, снисходительно улыбаясь, заметив, как молодой человек замешкался. — Антуан, — ответил он и очень удивленно вскинул брови, и зачем-то повторил еще раз, — Антуан. — Антуан-Антуан, с этого и надо было начинать. Я здесь не одна и меня ждут, прости, — она высвободила руку и стремительно удалилась. В зале Аню догнал возбужденный Артем. — Ты хоть знаешь, кого отшиваешь? — затараторил он, размахивая руками. — Понятия не имею. — Это же Антуан Гризманн! — вскинул он руки — О, а Гризманн- это фамилия что ли? Мы пока дошли только до Антуан. — Он футболист! — не веря своим ушам, воскликнул Артем — Что ты так переживаешь? Если хочешь - иди поужинай с ним, ему как раз нужна компания! — и Аня,очень удивленная такой реакцией Артема, быстро направилась к барной стойке.       Спустя полчаса хорошей музыки и два бокала шампанского Ника куда-то запропастилась. Аня хотела, было, позвонить ей, но обнаружила, что телефон забыт в тренче, который при входе она сдала в гардероб, номерка от гардероба у нее не было. Замкнутый круг. Аня тяжело вздохнула, поискала подругу в толпе, но, не найдя и Артема, отправилась к гардеробу. К ее сожалению, женщина лет сорока, которая обслуживала гостей на входе, не понимала ни единого слова по-английски и, уж тем более, по-русски. Аня стала объяснять жестами и звуками, что ей необходим ее плащ, что бирки нет, потому как она у подруги, которой нужно позвонить, а телефон в плаще и так по кругу. Но, как ни старалась Аня, женщина не понимала и даже не хотела понять девушку. — Yo puedo ayudar? — услышала она знакомый голос за спиной.       Аня повернулась и увидела того самого молодого парня, которому отказала не более часа назад. Она обрадовалась и с новыми силами принялась энергично объяснять эту историю молодому человеку, отчего-то Аня решила, что уровень его английского ограничивается лишь стандартными фразами, которыми они успели перекинуться, и поэтому сопровождала все жестами и всевозможными звуками. Молодой человек молча смотрел на нее, стараясь не выдавать своих эмоций. Наконец, Аня сдалась, и в отчаянии рухнула на диван, склонив голову к коленям и закрывая ее руками. Она услышала короткую испанскую речь и почувствовала, как мужские руки осторожно касаются ее плеча. Она подняла голову, он протягивал ей ее телефон и широко по-детски улыбался, переходя на откровенный смех. — Очень смешно, — буркнула Аня, забирая телефон из его рук. — И это вместо спасибо? Это было потрясающе! Ты так старалась, я просто не смог тебя остановить! — хохотал он, урывками повторяя Анины жесты. — Спасибо, Антуан, кажется? — Тебе уже сказали? — самодовольно ухмыльнулся он. — Ты сам представился вообще-то, ну и тут, видимо, нельзя тебя не знать, — и она глазами указала на гардеробщицу, которая вся светилась как божья роса от того, что смогла угодить молодому человеку. — И что сказали? Не маньяк? — Сказали, что ты футболист, даже не знаю, что хуже. — Вот как? Позволь узнать, почему? — Не люблю футбол, и, как следствие, футболистов. — Что не так с футболистами? — А что с вами так? — и она одернула себя за эту резкость, — в России трудно любить футбол, у нас принято ругать футболистов, — попыталась объясниться девушка. — Так ты из России? — Антуан удивленно вскинул брови. И подумал, что мог бы и раньше догадаться. Русские женщины, говорят, очень элегантны и непокорны. Аня гордо кивнула в ответ.  — То есть, будь я, скажем, хоккеистом, у меня было бы больше шансов?  — А ты готов поменять деятельность?  — А ты готова поменять отношение к футболистам?  — Будет лед и шайба — будет разговор, — рассмеялась она, вполне удовлетворённая этой игрой, — Спасибо еще раз за помощь, мне нужно найти подругу.  — Как тебя зовут?  — Анна, — уже уходя, обернулась она и вроде даже улыбнулась. Она обладала той редчайшей линией губ, в которой как бы уже заключена вся геометрия улыбки.  — Ана, — на европейский манер без сдвоенной согласной еле слышно повторил Антуан. Аня вошла в зал и увидела Нику с Артемом. Нашлись. Очень вовремя.  — Ты меня убьешь, — начал Артем  — У меня другие планы, — бросила Аня  — Я дал ему твой номер.  — Кому? — нахмурилась она.  — Гризманну.  — Отчего убивать-то? Ты бы сразу рекламу запустил с моим изображением и контактами! — обозленно прошипела Аня. В такие моменты ее нужно было боятся.  — Давайте вы отложите кровопролитие, я хотела съездить потанцевать, — ввязалась в разговор Ника, зная, что такой накал может привести к крупному скандалу.       Решено было ехать в ближайший клуб, Артем остался у Хавьера.       В клубе ждала своя неприятность. И десяти минут не прошло, как девушки столкнулись со своеобразными нападками со стороны горячих испанских изрядно выпивших парней. Уже исчерпаны были все дипломатичные способы урегулирования недопонимания, уже не менее трех раз на всех языках прозвучал отказ со стороны девушек, но парни никак не унимались. Тогда один из них грубо схватил Веронику за руку и что-то озлоблено угрожающе прокричал. Девушка попыталась вырваться, но тщетно. При ее комплекции сил у нее было не больше, чем у хомяка, на окружающих тоже рассчитывать не приходилось.       Уже приготовившись чуть ли не к битве, Анна на секунду закрыла глаза, глубоко вдохнула, а когда открыла, перед ней стоял тот самый молодой и привлекательный Антуан. Он что-то быстро и громко объяснял обидчикам, и, взяв Аню под локоть, слегка подтолкнул ее в сторону выхода.  — Идите за мной, Ана, — скомандовал он  — Чего? — озлобленно протянула Анна.       Вероника тем временем последовала совету Антуана и начала продвигаться к выходу.       Наблюдая, как Анна ждет ответа, Антуан встал прямо перед ней и строго посмотрел ей в глаза — Нет, Ана, ну, разумеется, у тебя есть выбор! — и взглядом указал на тех парней, конфликта с которыми им едва удалось избежать, — Хотя постой, конечно, нет! Иди за мной! — и он уверенно взял ее за руку и повел на вход. Уже оказавшись на улице, Анна заметила, что Антуан был не один, на улице их уже ждала Вероника и приятель Антуана, который представился как Амадис.  — Как вы здесь оказались? — начал было отчитывать девушек Гризманн.  — Вот через эту самую дверь, — ответила Анна, не понимая в чем, собственно они провинились.  — В это время? В этом районе? В этом месте? — он хотел покрутить пальцем у виска, но в последний момент передумал, — Я предлагал поужинать, надо было сразу соглашаться, — заключил он.  — Спасибо, — тихо произнесла Ника. Антуан учтиво улыбнулся, — Антуан, — представился он. Амадимс в недоразумении оглядел девушек, перевел вопросительный взгляд на Антуана, но тот развел руками.  — Ника, — отозвалась Вероника.  — Поехали, я знаю отличное место, — и, указав рукой в сторону машины, Антуан уверенно двинулся к ней.  — Ты чего это раскомандовался? — возмутилась Анна. Антуан резко повернулся, смерил ее взглядом, словно нашкодившего котенка, и обратился к стоявшей в полном изумлении Веронике. — Она всегда такая вредная? — с ухмылкой произнес он, имея ввиду Анну.  — Нет, — уверенно ответила Ника, — Только с теми, кто ей нравится, — и с довольной улыбкой прошла мимо подруги прямо к машине, догоняя Амадиса. Амадис громко рассмеялся, оценив колкость девушки, Ника засмущалась, но чтобы оторвать от этой глупой сцены хотя бы его, она заговорщически произнесла, — Ты представляешь, как с ней бывает тяжело? Амадис в ответ, смеясь, покачал головой, и открыл перед Никой дверь машины.  — Я вообще-то обычно дважды не повторяю, но для тебя готов сделать исключение, садись, пожалуйста, в машину, не оставлять ведь тебя в самом деле здесь, — произнес это Антуан максимально мягко и доброжелательно. Анна похлопала глазами и звонко рассмеялась и так тепло взглянула на молодого человека, что тот поразился произошедшим метаморфозам. «Не такая уж и холодная» — подумал он.  — Антуан, ты ли это? — хихикнула Анна и пошла к машине.       Усевшись за руль, Гризманн деловито начал настраивать аудиосистему, все терпеливо ждали. Аня с Никой из вежливости, Амадис же знал, что лучше немного подождать и слушать качественную музыку, чем всю дорогу терпеть надрывистое подпевание Антуана.  — О! Да это же моя любимая! — воскликнул Антуан и, заводя машину, энергично принялся подпевать.       Если Ника и Амадис, сидевшие на заднем сидении, могли наблюдать лишь артистичность водителя, то Анне повезло оценить и его вокальные способности. И по шкале от одного до пяти они тянули примерно на минус восемь. По крайней мере, музыкальный слух Ани резало довольно сильно.       Антуан тем временем вошел в раж и старался изобразить ударные инструменты, барабаня по рулю, попутно пытаясь втянуть в это увлекательное, на его взгляд, действо всех пассажиров своего авто.  — Мир потерял отличного певца, — констатировала Анна, пока Антуан переводил дух на проигрыше, — Ты не останешься без работы, это очевидно. Антуан звонко рассмеялся, его заразительный смех, и искрящиеся глаза заставили Аню выдохнуть. Возможно, футболисты не такие заносчивые.  — Ты можешь расслабиться, все будет хорошо, — участливо произнес Антуан. Эта фраза надолго врезалась в память Анны. Заведение, возле которого Гризманн остановил машину, не имело вывески и располагалось в западной части района Маласанья в квартале Конде-Дуке, названного по имени большой краснокирпичной крепости в центре квартала.  — Запоминайте, лучше вам двоим, — Антуан взглядом указал на девушек, — бывать здесь. В этом районе обычно спокойно, а здесь хорошо готовят мясо, отличный кофе и еще много всего великолепного.  — Спасибо за экскурс, конечно, но тут даже нет вывески, — Аня чуть приостановилась, оглядываясь вокруг.  — Ее вроде и не было никогда. Тем и хорошо, — ответил он и тоже замедлил шаг, учтиво дожидаясь Аню, и протянул ей руку, приглашая войти в открытую дверь. Аня жест не оценила, и лишь слегка смутившись кокетливо опустив глаза, прошла мимо него. Классические Мадридские кафе, бары и даже рестораны не отличаются большими площадями, и испанский темперамент, по-видимому, требует бесконечно бурного общения даже за завтраком, и потому, в большинстве заведений было всегда тесно, маленькие столики с неказистыми стульями стояли обычно очень плотно. Однако небольшой ресторан, в который привел Антуан своих новых знакомых, был местом малоизвестным и тихим. Здесь было необычайно просторно, много удаленных столов, скрытых от глаз посетителей, широкие диваны и кресла вместо привычных стульев и приглушенный свет. Он не был здесь частым гостем, но это место знал и бывал здесь в поисках тихой уединенной атмосферы для хорошего ужина. Их встретила приветливая официантка и неспешно проводила на второй этаж, предложив самый дальний столик с двумя диванами, приставленными по бокам. На одном диване расположились Ника и Амадис, на другой Антуан все так же галантно предложил сесть Ане, и совершенно несознательно дотронулся до ее талии, пропуская девушку вперед. Расторопная официантка принесла меню и тут же скрылась, все принялись изучать меню. Ника с помощью Амадиса пыталась вспомнить испанский, который учила еще во времена студенчества, то и дело смеялась и краснела. Анна же была в своей обычной манере очень сдержана, и когда Антуан в очередной раз прикоснулся к ее руке, помогая разобраться в меню, она слегка дернулась и чуть отодвинулась от молодого человека.  — Что-то не так? — едва слышно произнес Антуан, внимательно глядя на Анну. Аня резко остановила дыхание и прикусила губу, — Мне не нравится, что ты меня трогаешь.  — Что? — Гризманн удивленно вскинул брови.  — Слушай, если ты рассчитываешь… — она остановилась, подбирая слова, но, так и не сумев сделать это, с волнением продолжила, — В общем, ничего не выйдет.  — Прости, я вовсе не хотел тебя обидеть и ничего такого не имел ввиду, — растерянно произнес он и заметил, как в этот миг Ана заметно расслабилась и мило захлопала своими длинными ресницами. Гризманн подумал, что отступать- это не в его привычке и так же улыбаясь в ответ прошептал — Ну, возможно, позже?  — Возможно позже, — пожав плечами, хихикнула Аня.  — А как я пойму?  — Ну, ты это почувствуешь, — и она так горячо сверкнула глазами не переставая улыбаться.  — А если нет?  — Уверяю, ты почувствуешь.  — Вдруг я дурак и не замечу?  — Заметишь!  — То есть первое ты отрицать не стала? — и он так по-детски улыбнулся, что Аня подумала о том, что в принципе, можно было бы уже сдаваться. — Отлично. Мне стало намного легче.  — Итак, где вы остановились? — Амадис отложил меню и устроился поудобнее на диване.  — Отель Орфила в Чамберри, — отозвалась Ника.  — Я прошу извинить меня за бестактность, но где твой, кажется, — Антуан указал на Нику, — Спутник? Вы у Хавьера были с мужчиной.  — Оу, это мой начальник, — Ника сделала паузу и мило заулыбалась, — Мы тут по работе.  — Серьезно? — удивился Амадис, — Что за работа?  — Рекламный тур. Туристическая фирма иногда отправляет своих сотрудников для ознакомления с курортом, городом, отелями, — Ника тоже отложила меню.  — А ты? — Антуан повернулся к Анне.  — Что я?  — Ты почему приехала одна?  — Это, наверное, вторая бестактность, которую нужно извинить? — Аня пристально посмотрела в глаза Гризманну. — Нет, — весело ответил он и прищурил глаза.  — Ну, за мной не ухаживает директор агентства.  — Надолго вы в Мадриде? — спросил Амадис.  — На месяц, — ответила Ника.  — Вот это командировка!  — На самом деле, командировка лишь две недели, остальное - отпуск за свой счет, — пояснила Ника. Ужин для всех оказался весьма приятным времяпрепровождением. Непринужденные беседы о кулинарных пристрастиях, дружеское издевательство над Аней по поводу ее незнания языка, когда остальные трое время от времени переходили на испанский, потом все, отпуская шуточки, наблюдали, как Ника будет есть невообразимо острый Пататас бравас. И когда принесли четыре разных вида мороженого на десерт, никто не счел странной идею обменяться, чтобы попробовать каждого вида понемногу.  — Антуан, до встречи и еще раз спасибо, было очень приятно познакомиться, — быстро отчеканила Ника и вышла из машины навстречу, галантно подающему руку Амадису. Антуан, не отрывая взгляда от Ани, сидевшей рядом с ним на переднем пассажирском сидении, кивнул с улыбкой и помахал рукой Нике. — Да, спасибо за вечер, Антуан- и за то, что выручил и за ужин, — она внезапно остановилась и засмущалась, видя, как тот в шутку самодовольно кивает в ответ. — Что? — Все верно, продолжай. — В общем, спасибо, было действительно приятно познакомиться, — и ее щеки покраснели, она опустила голову, чтобы скрыть свою смущение. Антуана тронуло, что один-на-один с ним она становилась такой мягкой и застенчивой, при том, что на людях была так невыносима! Она вышла из машины, Антуан внимательно проследил, как девушка прощалась с Амадисом, а потом скрылась за дверью отеля, помахав напоследок, повернувшись в пол-оборота.       В комнате Гризманна просторной, без излишеств, но очень уютной, было душно. Он встал, чтобы открыть окно, словно от этого был бы какой-то толк. В начале сентября в Мадриде все еще была жаркая сухая погода, и Антуан подумал, что пора что-то решать с кондиционером. Распахивая окно и вдыхая полной грудью вечерний по-особому пахнущий воздух, он заметил, что почти у всех соседей в домах был выключен свет. Глубокая ночь, будний день, завтра всем рано вставать. Под всеми понималось чуть менее десятка футболистов и спортивных функционеров из «Атлетико» и «Реала», все они проживали в этом престижном квартале на окраине Мадрида и нередко встречались на улицах. Здесь не ступала нога журналистов, и все порядочно хранили тайны личной жизни друг друга, ведь даже самый высокий забор не в состоянии скрыть многие вещи. Это всех устраивало, в том числе Антуана. Он вообще был довольно спокойным, немного застенчивым парнем, и даже после стольких лет в горнилах профессионального футбола он не чувствовал себя уверенно на публике. И все еще давая интервью, он опускал глаза, кусал губы и сводил все к заслугам команды и тренера, нежели к своим, в духе Криштиану Роналду «Я лучший, я сильнейший». Но у того уже, наверное, защитная реакция на свою сверхпопулярность, потому что на самом деле он был не такой заносчивый. Они виделись практически каждый день, КриРо жил через два дома и в жизни был куда более адекватным, чем на экране. Однако, стоит отметить, что все они, при виде мяча становились смелыми, уверенными в себе, дерзкими парнями. Футбол — это как другая жизнь, 90’+, захватывающая, бурлящая страстями жизнь, в которой каждый выпускал своих дьяволов наружу.       Антуан Гризманн лег в постель и попытался заснуть, но тщетно. Стоит отметить, что со сном у молодого человека никогда не было проблем, он мог легко заснуть когда угодно и где угодно. И даже накануне важнейших матчей он не терзался мыслями, а как младенец погружался в глубокий сон, едва коснувшись подушки. А сегодня сон никак не приходил. Удивительный вечер предшествовал бессоннице. Ему никогда раньше не приходилось напрягаться ради женского внимания, не приходилось подбирать слова, искать темы для разговора. Не то чтобы он был избалован, может быть, он и рад был бы стараться, но любое знакомство было обречено на разговоры о нем самом и все старались ему угодить. В Испании, а тем более в Мадриде трудно было найти кого-то настолько далёкого от футбола, чтобы при первой встрече не распознать в нем известного футболиста. Ну и, по крайней мере, заикнись он о своей принадлежности к футболу, как всё, абсолютно всё, сводилось к этому популярному виду спорта. А не упоминать о футболе он не мог, футбол — это он сам, пример больших усилий, трудов и терпения, он не представлял себе жизни вне футбола. Но не в этот раз. В этот раз Антуан Гризманн — нападающий Ателтико де Мадрид, форвард сборной Франции, лучший игрок прошедшего Евро,- растерял все свои позиции перед обычной русской девушкой. Как иронично! Антуан всякое слышал в свой адрес, но фраза «И что ты сделаешь, пробьёшь БУЛЛИТ в наказание?» — кажется, самое оскорбительное изречение на его памяти, даже откровенное «Мне не нравится, что ты меня трогаешь» не так задело. Рассказать кому — засмеют!       Мужчины плохо умеют определять свои чувства, редко капаются в них и потому, все, что смог сделать Гризманн - это прийти к выводу, что это было весьма забавно, и что это так здорово, когда тебя не оценивают, не придают какого-то особенного значения твоим фразам и действиям, не фотографируют, в конце концов! Есть ты, здесь и сейчас, просто человек, имеющий право на слабости и невообразимую дурь в голове. Быть собой,- он редко позволял себе это. Это стоит повторить, решил юноша, наспех отправил смс и уснул, весьма довольный собой.