Начать сначала в Мадриде

Глава 2. Молодая и привлекательная девушка смотрела в окно, внимательно наблюдая за прохожими. - Вероятнее всего, я пожалею об этом, - вслух подумала она, - но что уж теперь, такая работа. Всего лишь работа. Она побарабанила пальцами по подоконнику и решительно набрала номер телефона редакции. - Дорогая, я ждал твоего звонка! – послышалось в телефоне. - Помнишь, ты хотел запустить колонку о знаменитостях, об их скелетах в шкафу, - начала она. - Было такое. - Антуан Гризманн – это имя тебе о чем-нибудь говорит? - Ты шутишь, конечно! - Пара дней и материал будет готов. - Что? Как ты… - голос не успел закончить фразу. - Ну, я же профессионал, забыл? - Я в тебе не ошибся! – довольно заключил голос. Девушка отключила телефон. - Прости, Антуан, - печально выдохнула она. «Заеду в 7 pm. AG7». - И до Мадрида спамы доходят? – улыбнулась Ника, глядя как подруга читает СМС, - Или что у тебя там? - У меня там «вчерашняя случайная встреча». - Чего? - Антуану, говорю, не спалось, – выставляя на обзор светящийся экран, хихикнула Аня. - Ты пойдешь? - Ну, это он собирается пожаловать сюда, - с наигранной серьезностью поучительным тоном ответила Аня. - Угу, - одобрительно кивнула подруга. Уж она-то знала, как вести себя в подобных ситуациях, она вообще была мастером коммуникаций, – А откуда у него твой номер? - Артем удружил. Он где, кстати? И слезь с моей кровати! – и Аня смеясь выдернула из под Ники одеяло так резко, что та чуть не упала с кровати, - Иди на свободной полежи. - Какой занудой ты можешь быть! Напомни, почему я тебя терплю? Аня оставила без ответа риторический вопрос подруги и села за ноутбук просмотреть почту. - Пойдем завтракать, никуда твоя работа от тебя не денется, – простонала Ника, - Хоть на Луну от нее беги, в самом деле, - и потащила подругу к дверям. Ника жила в нереальном, выдуманном мире. Маленькая квартира ее мамы в спальном районе городе, позабытая за несколько лет, ворчливая скупая хозяйка, у которой она снимала жилье на время учебы в университете, нелюбовь преподавателей, скучная работа, - все это существовало само по себе, а она бредила путешествиями, приключениями и теми далекими странами, где нас нет, и уже потому там хорошо. Тяга к авантюрам, легкий нрав и умение терпеть невзгоды привели ее в Казань, где она нашла работу по душе – в сфере туризма, и встретила Артема Александровича – директора, который ценил в девушке сочетание несочетаемого. Она умела находить общий язык с людьми, быстро покоряла своей непосредственность и потому, в скором времени, ни без участия Артема, обзавелась в новом городе полезными связями, знакомыми и окунулась в мир бескрайних возможностей. В отличие от подруги Анна была человеком весьма вдумчивым. Она имела приятную наружность, что-то благородное прослеживалось в чертах ее лица, в манерах, в умении держать себя. Природная женственность и грация притягивали окружающих, но вот не могла Аня найти общего языка с другими девушками. Она вообще не любила женское общество, куда более уверенно она чувствовала себя среди мужчин, и не только по части обольщения, просто ей с ними было легче, интереснее и веселее. При всем своем очаровании Аня имела сильный мужской характер, и потому среди особ женского пола смотрелась как нечто среднее между Маргарет Тэтчер и Ангелой Меркель, в окружении же мужчин женская натура превращала ее настоящую пантеру на фоне глупых смешливых и навязчивых конкуренток. И Ника была ее единственной подругой, воплощением того, чего недоставало самой Анне. Вечером, около семи часов, раздался телефонный звонок, Аня лениво дотянулась до телефона, звонил футболист. - Привет! – задорно начал он - Привет. - Ждешь? – ехидно усмехнулся он. Аня не нашлась, что ответить на такую самоуверенную дерзость. - Ладно, не отвечай, я тоже очень жду нашей встречи, аж ладошки вспотели – насмехался он, и Аня даже показалось, что она услышала, как он подул на эти самые ладошки. - Извини, мне бы не хотелось заходить в отель, может, мы встретимся в кафе напротив? Оттуда потрясающе пахнет выпечкой! – эту фразу он нарочно произнес извинительным тоном, чтобы сгладить разговор, а то кто знает эту русскую. - Окей. Нет проблем, - весьма отстраненно ответила Анна. В кафе было немноголюдно, но очень уютно и чисто. Маленькие столики стояли по кругу вдоль стен, а на стенах над ними висели бра, большие окна были занавешены плотными шторами, в воздухе витал изумительный запах свежей выпечки. Анна увидела за дальним столиком знакомый силуэт, молодой человек сидел к ней спиной. - Привет, пять баллов за маскировку! – улыбнулась Аня, присаживаясь напротив Антуана, - И приятного аппетита, конечно. - Не надо было опаздывать, Ана, я чуть не умер от голода! Да, и спасибо. Я тебе тоже заказал на свой вкус, тут все ровно все на испанском. - Звучит как оскорбление, - с улыбкой вздёрнула брови Анна, - Спасибо, но я не голодна. - Значит, съем я! Аня слегка подняла руки вверх и покачала головой, демонстрируя, что вовсе не претендовала на его ужин, – Кушай, толстей, дорогой. - От мороженого тоже отказываешься? – указывая ложкой на порцию в стеклянном бокале, поинтересовался Антуан. - Нет, не отказываюсь. - Как же я наемся и потолстею без твоей порции мороженого? – возмутился он - Сильно. Ты сильно наешься и растолстеешь и без моей порции, - парировала Аня, – Как тренировка? В смысле, как после вчерашнего, выспался? - Тяжело вставал утром. По мне видно? - Угу, а еще видно, что тебе некому выгладить футболку, - и Аня прикусила губу, чтобы не рассмеяться, - Ладно, скажи честно, тебя дома не ждет жена и трое детей? - Нет, - как-то легко и повседневно пожал плечами Грзманн, - видишь ведь, не глаженная, - он подергал свою футболку. Тем временем, молодая официантка принесла поднос с двумя бокалами, в которых плескалась разноцветная жидкость, в нос ударил яркий фруктовый аромат. - Коктейли все мне, или ты претендуешь? – почти серьезно спросил Антуан. Официантка принялась выставлять бокалы на стол, как вдруг один бокал пошатнулся и как не старалась молодая девица спасти ситуацию, бокал со всем своим розово-красным содержимым опрокинулся на Аню. Наступила пауза. Официантка молча тряслась в ожидании своей участи, Антуан поднял бокал с пола, не отрывая взгляда от Ани. Очевидно, что все ждали ее реакции. - Мммм, клубничный, - с досадной улыбкой протянула Аня, глядя как розовое пятно расползается по ее белому платью – Скажи, пожалуйста, девушке, что у нее потрясающие стрелки на глазах, подвода я имею ввиду. Умопомрачительно. - Что? – удивился Антуан. - У меня таких никогда не получалось, - со всей серьезностью медленно проговорила Аня. Антуан, покачивая головой, мол, он и сам не понимает что к чему, добросовестно передал слова официантке. Та живо принялась извиняться. Анна остановила ее жестом руки и вполне доступным «Окей, окей». - Пожалуй, мне надо переодеться, - разглядывая розовое пятно на своем белом сарафане, заключила Аня и встала со своего места. Антуан помог ей встать и вытереть остатки коктейля с сумки. - Лихо ты, - обратился он к Ане, открывая перед ней дверь кафе и пропуская вперед. Та лишь развела руками. - Ну а что я должна была сделать? Раскричаться, словно раненая? Да она и так там тряслась вся, сама себя наказала. - Необычно как-то. У нас так, - он запнулся посередине фразы, подбирая слово, - не принято, что ли… - Оставаться человеком принято везде. Ты поднимаешься? – Аня указала на дверь отеля. - Если не возражаешь. Они быстро преодолели холл, где метрдотель проводил парочку весьма удивленным взглядом, наверняка узнав французского форварда, но, как и требует от него его профессия, остался спокоен. Метрдотель-испанец гостиницы «Орфила» в Мадриде был личностью, какие часто можно встретить в роскошных международных отелях. Серый кардинал великосветского общества, он знал все и не говорил ничего. Или очень мало. Ровно столько, сколько требовалось для поддержания своей репутации…Высокий, элегантный, остроумный, с серебряной шевелюрой опытного соблазнителя, господин Алиадрес был ярым фанатом футбола. И за тридцать лет службы перед глазами Алиадреса прошли самые оригинальные типы. Но ему предстояло еще и не то увидеть, столкнувшись с игроком «Атлетико». - Подруга не будет против? - поинтересовался Антуан - Вероника-то? – и Аня тут же исправилась, подруга не всем позволяла так себя называть, - Ника, она тут, - и указала на двери соседнего номера, - Я одна живу, а она со своим… в общем это не наше дело. Аня открыла дверь номера и пригласила молодого человека войти. - Пару минут. Располагайся пока. Аня скрылась за дверью ванной комнаты. Антуан, увидев открытый на столе ноутбук с фотографиями на заставке, направился прямиком к нему удовлетворять свое любопытство. На экране мелькали фотографии из жизни Анны. Той жизни, о которой он не знал ровным счетом ничего. Красивые панорамные снимки удивительной природы; что-то напоминающее военные действия; фото компании молодых людей на берегу бурной реки. - Это Южный Урал. Инзер малый. Было жутко, – пояснила Аня, вошедшая в комнату. Она выбрала беспроигрышное темно-синее простое платье годное «и в пир и в мир», оно выгодно подчеркивало ее струящиеся шоколадные волосы, карие глаза и чуть смуглую кожу. - А это ты? – Антуан ткнул пальцем в экран, где на снимке широко улыбалась девушка, свисающая с отвесной стены огромной скалы, изображая падение. -Да, - смущенно ответила она, - а это Байкал, - прокомментировала она следующий снимок, где запечатлено было невероятной красоты озеро, сливающееся с полоской лазурно-голубого неба, и отражающее россыпь пушистых облаков, словно зеркало. - Чем ты вообще занимаешься? - Всем понемногу, как видишь, - Аня не хотела отвечать на этот вопрос, потому как одним словом это не назвать. - Отлично выглядишь, - он едва подмигнул ей, указывая на наряд девушки. - Спасибо, я в принципе готова. Уже давно солнце скрылось за горизонт. Антуан и Аня сидели на склоне Смотровой площадки Садов Лас Вистильяс (Los Jardines de Las Visitillas), прямо на траве и ели мороженое. Кажется, уже четвертое за сегодня. Небольшой, практически скрытый от любопытных глаз парк, расположенный в историческом центре Мадрида, испанцы гордо именуют садами. Здесь и монументальные лестницы, украшения, памятники и фонтаны, но самое впечатляющее – это невероятный вид на Кафедральный Собор Альмудены и горную цепь Сьерра-де-Гвадаррама. Столица Испании была роскошна, деятельна, суматошна, и бестолкова. В отличие от тесных, замысловато витеиватых улиц недавно посещенной Праги, широкие и прямые магистрали Мадрида позволяли увидеть весь город насквозь, с дворцами, шпилями, крутыми покатыми крышами, историческими памятниками архитектуры, и небрежно вписанными в это великолепие современными зданиями. Они проговорили здесь без малого два часа, обойдя перед этим полгорода. Ане казалось странным, что такой выскочка как Антуан, мог быть таким учтивым и чего уж скрывать милым. И спроси ее, о чем они разговаривали все это время, она и не вспомнила бы, обо всем на свете и ни о чем. - Ты ведь не Испанец? - Я из Франции, но уже очень давно в Испании, так что не знаю кого во мне больше француза или испанца. - Месье, значит? – хихикнула Аня. Антуан, улыбаясь в ответ, кивнул. - Почему Испания? - Во Франции с футболом ничего не выходило. - А здесь, значит, вышло? - Вроде того. А ты? - Я? У меня навряд ли выйдет с футболом хоть где-нибудь! – отмахнулась Аня, - Я на Урале родилась и выросла, - она сложила вместе ладони и с грустью начала разглядывала свои пальцы, - Потом уехала учиться, теперь вот работа не дает вернуться. Хотя, было бы желание, - выдохнула она, - Все так, как есть. - Кем ты работаешь? Это был если и не самый ужасный вопрос для Ани, то он точно входил в ТОП-1. Она никогда на него не отвечала. Тем более теперь не станет. Но, к счастью, по правде, сейчас она меняла место работы, поэтому официально считалась безработной. - Никем. Нет, на самом деле, грядут большие перемены, и я не хочу сглазить что ли, - она виновато посмотрела на Антуана, тот сидел рядом и внимательно смотрел на нее, вглядываясь в каждую черту ее лица и вслушиваясь в каждое слово. - А ты умеешь слушать, - улыбнулась Анна. - Да я вообще ничего сам по себе! – ухмыльнувшись, Антуан поднял одну бровь и внимательно посмотрел на Аню. - О, и врождённую скромность тоже стоит отметить. Здесь очень красиво, люблю такие места, это вдохновляет. Ночной Мадрид лежал как на ладони весь усыпанный огоньками, словно драгоценный ларец камнями. И Аня вспомнила, что это чем-то напоминает один из промышленных городов Урала, где вместо огней большого города с высокой точки виднелись огни большого предприятия. Она невольно улыбнулась, ведь умудрялась находить красоту и в тех уральских огоньках. - Тогда ты должна увидеть еще одно место! – воодушевленно вскрикнул Антуан, - Вставай, идем, – он протянул девушки руку преисполненный решимостью. - Спасибо за вечер и за мороженое, но я просто валюсь с ног, - устало произнесла она вставая. - Я еще не привыкла к вашему времени, у меня сейчас примерно – она посмотрела на часы молодого человека – Примерно два часа ночи. - Ты же не уйдешь просто так – его голубые глаза сверкнули. Аня попыталась заглянуть в эти глаза, но они оказались слишком глубокими и пленительными, чтобы пытаться хоть что-то в них разобрать, но она точно знала, что последует за таким взглядом. Сейчас он ее поцелует, то есть будет пытаться поцеловать, а она в своих мыслях еще не знала, как ей реагировать. В ожидании она смотрела, как его чувственные губы медленно приближаются к ней и отчаянно пыталась сохранить хладнокровие, но, как только его губы коснулись ее губ, она проиграла битву. Поцелуй был одновременно лениво-уговаривающим и захватывающе-настойчивым. Аня чувствовала себя как будто заклейменной этим поцелуем, сделавшим ее на какой-то миг его собственностью. Она снова взглянула на Антуана, он улыбался, так добродушно и ослепительно, что ей ничего не оставалась, как улыбнуться в ответ и опустить глаза. Это было не похоже на нее, обычно Анна не целуется с парнями, которых едва знает, хотя, что значит едва? Если бы это была вот уже десятая короткая встреча, то это считалось бы более приемлемым? - Я отвезу тебя, - шепнул он, и слегка дотронулся губами до ее волос. Антуан остановил машину возле входа в отель и заглушил двигатель. С минуту он просто молча сидел, глядя перед собой. Это было не похоже на него, но чего уж скрывать – он был растерян. Ехать от парка до отеля всего каких-нибудь 10 минут, но он намеренно не торопился, продлевая эту поездку потому как пассажирка, едва сев в машину, уснула. Всякое видел Антуан во взаимоотношениях с девушками, но сейчас он был в тупике. Ему не хотелось ее будить, он просто не знал, как это сделать, и мысленно метался в поисках подходящего варианта. Тут девушка встрепенулась, открыла глаза и, разглаживая невидимые складки на легком темно-синем платье прошептала – Прости, мы давно тут стоим? - Часа два, не меньше – снисходительно улыбнулся Антуан Аня ошарашено взглянула на часы и звонко засмеялась. – Опять шуточки! Конечно, он дразнил ее, пару минут, не более того. Вдруг раздалась трель мобильного и Аня суматошно принялась искать его, капаясь в сумочке. - Вероника, – констатировала она. - Контроль? - Это называется забота, Антуан, – и она заторопилась, потому что не умела прощаться, потому что на том конце ожидала ответа подруга, потому что и так злоупотребила временем молодого человека, уснув в его машине. – Спасибо, что довез и спасибо за вечер, - она нажала кнопку ответа, и уже здороваясь с подругой, наспех небрежно чмокнула Антуана в щеку на прощание совершенно незначительно, вместо «пока», «до встречи» или чего-то вроде того. Антуан подождал, пока Аня скроется в дверях отеля, и тронулся с места. Он мысленно пробежался по событиям прошедшего вечера и с удивлением понял, что таким Антуана Гризманна не знал никто, даже он сам. Он был сдержан, был аккуратен в своих действиях и - страшно признать - временами робок. И почти никаких разговоров о футболе. О кино, о путешествиях, о забавных национальных традициях, о собаках, о маленьких неуклюжих детях, о какой-то чепухе, обо всем на свете, кроме футбола. Российские футболисты – это ведь не футбол, как говорила Аня, и Антуан в голос рассмеялся. Забавно, но он нравился себе таким: интересным собеседником, разносторонним человеком и просто «милым парнем». Да, он признавал, что его цепляет недоступность и загадочность этой русской девушки, а не ее внешность или потрясающая фигура, хотя она и не была обделена всеми этими качествами. Аня его восхищала. И это взгляд, никогда раньше он не видел такого взгляда. Антуан силился вспомнить черты ее лица, но в сознании остался лишь образ, что-то диковинное, но пленительное. Сигнал СМС вывел Антуана из вороха спутанных мыслей. «Неужели?» пронеслось в его голове, но эта надежда на сообщение от Ани погибла так же быстро, как и появилась. Он посмотрел на телефон, чуть помедлил, не желая узнавать правду. И решился-таки. - Мари. – Сам себе сказал Антуан. Да, кстати, Мари, как он мог забыть. С Мари они были знакомы чуть более месяца, она была весьма хороша собой, с ней было весело, но порою она слишком много говорила, чем весьма утомляла Антуана. Сумасшедшей фанаткой ее назвать было нельзя, но она любила расспрашивать об игроках и различной около футбольной ерунде. Может быть, она даже нравилась ему, вполне устраивала, хоть Антуан и считал ее избалованным ребенком. Она была одной из тех, кто после первой ночи продумывает рассадку гостей на вашей свадьбе и всерьез размышляет над именами троих детей. - Привет, - как можно более непринужденно ответил Антуан, - Как дела? - Как мои дела? Это ты куда пропал? – возмутилась девушка. И почему он должен объясняться, когда вообще их отношения достигли отметки «где тебя носит?» - Я… прости… много дел, я очень устал. – Неуверенно проговорил юноша, барабаня пальцами по рулю. - Ясно. Тогда отдыхай. – Спокойно ответила Мари, хотя в голосе ее послышались нотки отстраненного разочарования. Последовали длинные гудки. Пусть так, подумал Антуан. Разберусь с этим позже. И завел двигатель. Вообще-то Гризманн не был гуленой. Он подолгу привыкал к людям, проникался к ним доверием и лишь тогда мог чувствовать себя свободно. Так что короткие знакомства и быстротечные романы были не по его части. Достаточно вспомнить ту историю с загулом по молодежке, алкоголь, девушки и в результате дисквалификация, пошедшая, как мы видим, впрок, поскольку ни в каких компрометирующих ситуация Гризманн с тех пор замечен не был. И к Мари он долго присматривался, девушка очень старалась и все же добилась расположения нападающего «Атлетико». На самом деле футболисты рано женятся. Во-первых, потому что выросшие в футбольных академиях, где было расписание и все бытовые проблемы решались администрацией, они были не самыми приспособленными к жизни товарищами. Во-вторых, жена, она как самый преданный персональный пожизненный фанат, что так необходимо. Хотя, бывают и весьма странные союзы, например, жена бывшего вратаря «Реала» Икера Касьильяса – Сара Карбонара с детства была ярой фанаткой «матрасников». Смешно? Скорее нет. Ведь как это приятно быть в первую очередь любимым человеком, а уже потом любимым футболистом. Серебристая Мазератти мчалась по широким улицам старого королевского Мадрида. Антуан всем сердцем полюбил этот город, Мадрид всегда соответствовал его нраву и сиюминутному настроению. Может быть, Антуан и не был ценителем искусства и не мог в полной мере восхищаться всем наследным богатством одной из красивейших столиц Европы, но и не замечать ее роскошности и великолепия было трудно. При всей своей строгости Мадрид был особым живым организмом, творящим жизнь и живущим по своим, города, законам. Здесь кипела жизнь, бурлили страсти, здесь же люди останавливались и замирали в онемении от красоты и осознании вечности, и вместе с тем бренности бытия. К каждому Мадрид находил подход. Вот и сейчас, настроение города отвечало состоянию Антуана. Блеск огней большого города размывался на стеклах машины, ослепляя и путая в пространстве, величественные здания грозно выступали навстречу, компании смеющихся людей рассыпались в разные стороны, а небо было ясным и прозрачным, словно и не было его вовсе – протяни руку и срывай звезды, как виноград с ветки. Анна поднялась к номеру, где у дверей ее ждала подруга. - Что за караул выставлен у моих дверей? – начала она издалека, видя, как Вероника стоит, словно часовой на посту. - Как погуляли? – отозвалась та. Аня в ответ лишь пожала плечами. - Не принимается. – Ника вопросительно посмотрела на подругу. – Как Антошка то? - Ну, он как всегда весел, энергичен и упрям. В общем-то, он – она сделала паузу, открывая дверь номера и пуская подругу вперед – Он милый, – заключила она. - Оу! – протянула в ответ Ника. - Так он тебе понравился? - Я лишь сказала, что он милый. - И еще три слова - невероятный прорыв! Аня знала, что обсуждать события прошедшего вечера они не будут, знала так же, что Вероника здесь не для того, что бы говорить о парнях, поэтому перешла сразу к делу. - Ты чего хотела? - Я ноутбук хотела одолжить. Мне к утру нужно доделать отчет, а на свой комп я пролила кофе. И еще мне нужно убежище, Артем там, - она указала пальцем на стену, за которой располагался их с Артемом номер, – По видеоконференцсвязи так громкой вещает, словно парадом заправляет! - Делай что хочешь. Я очень устала. Аня собиралась рухнуть в постель, как только доберется до нее, но наблюдая, как Вероника суматошно устраивалась за столом перед экраном (и откуда только силы у нее), решила налить подруге кофе. - Вот. Держи. Только мой ноут поливать не надо, это не фикус. - Ага, спасибо, – не оборачиваясь, отозвалась Вероника. Аня полулежа расположилась на кровати, с минуту молча наблюдала за деятельной подругой и ни с того ни с сего начала размышлять вслух. – С одной стороны он вроде не плохой парень. Правда. Я редко такое говорю, ты же знаешь, с другой стороны мы так же знаем, как сложно мне доверится людям, но если я привязываюсь, то это в результате чаще заканчивается разочарованием. И тут как бы штука в том, что у меня нет проблем с доверием к нему, а значит следующим этапом будет привязанность… в общем… зачем мне это? – Аня на ходу засыпала, мысли путались, слова подбирались с трудом, но просто так взять и заснуть, как ни в чем небывало ей не позволяла ее женская натура. Вероника ничего не отвечала. Аня и не ждала, она знала, что подруга погружена в работу и собеседник из нее сейчас не получится, но ее вполне устраивала эта «игра в одни ворота». Аня подумала, что если бы они с Вероникой были типичной парой, где парень и девушка давно встречаются, то их отношения можно было бы назвать «бытовухой», когда взаимоотношения устоялись и выработались некие стандарты, и обязательно ворвалось бы что-то из разряда «Ты меня не слушаешь! Ты меня не ценишь! Когда в последний раз мы были в кино?». Аня провалилась в сон, сквозь который услышала тихое – «спокойной ночи».