The Spot Series

– Ладно, мне пора возвращаться к работе. В конце концов, моя карьера не возродится из пепла сама по себе. К слову, еще раз спасибо вам за это, парни. – Упс, – пробормотал Радж, когда Говард скрылся из виду. – Похоже, он до сих пор на нас злится. – Не понимаю, почему он развел вокруг этого столько шума. Вот когда вы трое мухлевали с результатами моих исследований… – начал Шелдон. – Мы не мухлевали с результатами твоих исследований, – перебил его Леонард. – Мы мухлевали с тобой. – И если бы ты всего-навсего изучил собранные данные, прежде чем объявлять о своих находках на весь институт… – начал было Радж, но Шелдон не позволил ему закончить. – К чему мне было изучать данные, если я и так видел результаты своими собственными глазами? – Потому что ты не компьютер! – с раздражением воскликнул Леонард. – Так, ладно, теперь, когда я произнес это вслух, я вижу, что это был нелепый аргумент и беру свои слова обратно. Шелдон разочарованно покачал головой: – Тебе следует научиться сначала думать, а потом уже говорить, Леонард. Мне начинает казаться, что ты умрешь в одиночестве, если хоть немного не улучшишь свои навыки общения. – Я хотел сказать, если бы ты изучил данные до того, как делать публичные заявления, то твоей карьере не был бы нанесен удар… – предпринял вторую попытку Радж. – Я категорически не поддерживаю предположение, что с вас троих, моих ближайших друзей, следует снять ответственность за произошедшее, основываясь лишь на том, что вы каким-то образом не подумали заранее, что я незамедлительно объявлю о своих открытиях… – Мы же ученые! Есть определенные правила, которым мы должны следовать, – начал было Леонард, хотя прекрасно знал, что спорить с Шелдоном было все равно, что с разбегу бросаться на кирпичную стену. – Прошу прощения, – сказал Шелдон, повернувшись к незнакомке за соседним столом и тронув ее за плечо, чтобы привлечь ее внимание. – Здравствуйте. Меня зовут доктор Шелдон Купер. Я физик-теоретик, работаю здесь, в Калифорнийском технологическом институте. Возможно, вы обо мне слышали? – Не только слышала, но и видела записи с вашим участием на ю-тьюбе, – с несколько ошеломленным видом подтвердила незнакомка. – Основываясь на том, что вы обо мне знаете, как вы думаете, я стал бы проводить пятимерный дисперсионный анализ лишь для того, чтобы подтвердить результаты, которые и без того наблюдал своими собственными глазами? Она немного поколебалась, но все же ответила: – Наверняка вы сами не сочли бы это необходимым… – Спасибо, что помогли доказать мою точку зрения. Не то, чтобы мне вообще требовались какие бы то ни было доказательства. А вам известно, что у вас на тарелке находится не один, а целых три вида картофеля? Даже если вы готовитесь к марафону… Леонард торопливо потянул Шелдона за рукав, разворачивая его обратно к ним. Он послал извиняющуюся улыбку любительнице картофеля, но она уже была всецело поглощена своим мобильным телефоном. Вероятно, размещала в твиттере пост о своей встрече с «грозой ученого мира». Шелдон никогда не подводил своих фанатов. – Тем не менее, – упорно продолжал гнуть свое Радж, – после этого мы с Говардом рисковали своими жизнями, отправившись за тобой в Техас. – Эй, я тоже был с вами! – встрял Леонард. – Вообще-то, это я вел машину! – Чувак, во-первых, ты вел машину прежде всего своим членом, потому что думал в тот момент только о Пенни. Во-вторых, для белых парней Техас не так уж страшен. – Господа, вы отклоняетесь от темы! Главное – это то, что в конце концов я благородно принял ваши извинения, и мы оставили этот неприятный инцидент в прошлом. Шелдон наблюдал за тем, как его друзья не говоря ни слова поднялись из-за стола и вышли из кафетерия. Он попытался отгадать, что из его слов расстроило их на этот раз. Затем он бросил это занятие, решив не утруждаться. Он мог сосредоточить свое внимание лишь на одном нерационально требовательном и прихотливом человеке одновременно, и в тот момент этим человеком был Воловитц. * * * Однажды Говард уже принял извинения Шелдона за то, что тот нечаянно разболтал ФБР, как Говард разбил правительственный марсоход в попытках произвести впечатление на девушку. Говард прекрасно осознавал всю значимость того, что Шелдон жертвовал ради него своим излюбленным местом на диване. Разумеется, как только Шелдон потребовал свое место обратно, Говард забрал назад свое прощение. Шелдон уже отдал Говарду, а затем забрал назад самое драгоценное, что у него было. Теперь он чувствовал себя потерянным, как никогда в жизни. Одним из многих ценных качеств Леонарда было то, что он всегда был готов просто сказать Шелдону, что делать и как себя чувствовать. Говард же подобной помощи не предлагал. Он просто продолжал злиться. Когда он обратился за советом к Леонарду, его ответ был загадочным. Он сказал: – Если ты и правда хочешь показать Говарду, что ты его друг, тебе придется быть готовым к тому, чтобы терпеть ради него неудобства несколько дольше, чем, скажем, на протяжении девяносто четырех секунд. * * * Был уже час ночи, но Шелдон стоял в гостиной и созерцал свою доску. Он составил список любимых вещей Говарда. Перечитав написанное, Шелдон обнаружил, что каждый пункт из этого списка заставлял его самого чувствовать себя неуютно. «Вавилон 5». Лесли Уинкл. Секс. Проститутки. Порнография. Водолазки. Манишки. Он мог бы сделать для Говарда на заказ манишку с изображением персонажей из «Вавилона 5» в компрометирующих позах. Это было бы одновременно кошмарным зрелищем для Шелдона и приятным сюрпризом для Говарда. Леонард сказал ему: «Нет», а еще он сказал: «До тебя попросту не доходит смысл самопожертвования». Хм-м. Шелдон мог бы заплатить Лесли Уинкл, чтобы она занялась сексом с Говардом. – Лесли Уинкл просто неразборчивая, но она не проститутка! – Я не знаю, где достать настоящую проститутку. Но уверен, что Лесли могла бы пойти мне навстречу… – Нет! Шелдон уже начинал жалеть, что поднял Леонарда с постели. Он казался слишком раздражительным. Поразмыслив над оставшимися пунктами из списка, Шелдон пришел к единственно возможному выходу из сложившейся ситуации, мучительному в своей очевидности. – Мне самому придется заняться сексом с Говардом. Леонард фыркнул так, что плюнул водой из своего стакана через всю гостиную. Омерзительно. Шелдон был с ним терпелив, словно святой, но, опять же, никто этого не ценил. – Пожалуйста, скажи мне, что это шутка! – Это не базинга, Леонард, это важно. Если бы это была базинга, поверь моему слову, ты бы об этом знал. Потому что я бы сказал: «Базинга!». Говард Воловитц – один из моих ближайших друзей, и я нахожу мысль о том, что он хочет прекратить нашу дружбу, крайне беспокойной. Я виню в этом только тебя, Леонард. – Ну конечно же, ты винишь меня. Могу я уточнить, почему? – с сарказмом поинтересовался у него Леонард. Или с насмешкой. Или, возможно, совершенно искренне. Было трудно разобрать выражение его лица, его наполовину скрывали кудрявые волосы Леонарда, растрепанные после сна. – Если бы ты не настаивал на том, чтобы стать моим другом, а после этого не включил бы меня в свое времяпровождение с Раджем и Говардом, я не оказался бы в такой ситуации. – Тогда у тебя вообще не было бы друзей. – Вот именно! Возможно, к этому времени у меня бы уже была Нобелевская премия вместо диванной подушки с отпечатком чужого зада. Леонард мягко коснулся плеча Шелдона ладонью. Он так делал, когда собирался сказать ему нечто неприятное. Казалось, в этом был некий элемент тренировки, но Шелдон пока что не разобрал смысла этого жеста. – Дружище, давай попробуем это обыграть. Я буду изображать тебя, а ты будешь изображать Говарда. – Хорошо, Леонард. Начинай. – Говард, я хотел бы предложить тебе свои сексуальные услуги в обмен на твое прощение. – Я принимаю твое предложение. Давай обсудим все условия. – Говард так не сказал бы! Шелдон как обычно пришел в замешательство. Это было единственным разумным ответом, с чего бы Говарду отвечать ему как-то иначе? Они решили поменяться ролями. Шелдон, исполняющий роль самого себя, сказал: – Говард, я сожалею, что был вынужден отозвать свое первоначальное предложение отдать тебе мое место на диване, но теперь я хотел бы сделать новое предложение… – Почему я должен тебе верить? Откуда мне знать, что ты не передумаешь, как передумал в прошлый раз? Ох. – Мне понятны твои сомнения, но уверяю тебя, на этот раз я склонен придерживаться своих слов до конца. – Ты так только говоришь, но когда придет время доказать это на деле и обменяться разного рода жидкостями… – Я еще даже не сказал тебе, в чем именно заключается мое предложение! – Так что ты предлагаешь? – с раздражением спросил его Леонард. Можно было подумать, что это по вине Шелдона малейшая правдоподобность их действия только что вылетела в трубу. – Я предлагаю сексуальную услугу на твой выбор, где и когда тебе будет удобно. – Я хочу засунуть свой язык тебе в рот. Я хочу засунуть свой член – из которого я, между прочим, писаю! – тебе в рот… А ну-ка, присядь, Шелдон. Леонард мягко проводил Шелдона к его месту на диване. Комната вращалась у Шелдона перед глазами. Леонард продолжал придерживать его за плечо. Возможно, чтобы не позволить ему упасть, или это тоже было частью тренировки. – Похоже, тебе стоит вернуться к своей доске. * * * – Говард, что ты любишь больше всего на свете? Леонард сполз немного вниз за их обеденным столом, стоило только Шелдону открыть рот. – Секс. Леонард немедленно надулся, потому что Шелдон оказался прав. Ха! – Тогда у меня есть для тебя предложение… – Эй-эй! Кхм… – со свойственным ему красноречием вмешался Леонард. – Говард хочет секса с Бернадетт, а не с кем угодно. – Бернадетт снова меня бросила. А все потому, что я пришел к ней домой, чтобы приготовить для нее ужин, пока она была на работе. – И из-за этого она тебя бросила? – удивился Радж. – Странно, это кажется довольно милой идеей. – Ну, я был голым, а у ее матери, оказывается, есть запасной ключ от квартиры… – Значит, Говард хотел бы заняться сексом с красивой девушкой. А не с кем угодно, – снова вмешался Леонард, продолжая гнуть свое, вероятно, лишь из чистого упрямства. – Или со страшненькой девушкой. Или даже с очень правдоподобной куклой… – А как насчет… – начал было Шелдон. – Шелдон! Я только что чихнул на твою клавиатуру! Шелдон знал, что Леонард лжет. Он просто пытался удержать Шелдона от его предложения Говарду. К несчастью, будучи его соседом вот уже семь лет, Леонард приобрел невероятную способность видеть его уязвимые места насквозь. Шелдон поспешно вышел из столовой, чтобы обработать свою клавиатуру дезинфицирующим раствором. * * * – Парни, какого хрена только что произошло? – спросил Радж, как только Шелдон оказался за пределами слышимости. – Шелдон не на шутку расстроился из-за того, что Говард на него в обиде. Говард выглядел смущенным. – Я с ним поговорю. Я просто довольно сильно огорчился из-за Бернадетт и потому сорвался. А еще мне нравится мучить Шелдона. – Тебе лучше бы поговорить с ним поскорее. Например, прямо сейчас, только ни за что не позволяй ему заговорить с тобой первым! – Но почему? – озадаченно спросил Говард, но затем его зеленые глаза озарились энтузиазмом. – Он что, собирается купить для меня проститутку? – Шелдон не знает, как найти проститутку в Лос-Анджелесе. Он собирался заплатить Лесли Уинкл… – Говард посмотрел на него с явным интересом. – Но я сказал ему нет. – О, ну конечно же, ты сказал нет. – Так что он в итоге собрался делать? – спросил Радж. – Он собирается предложить Говарду секс. С ним самим. Шелдонский секс. Все трое невольно поежились, представив себе на секунду, что мог включать в себя Шелдонский секс. * * * Говард пребывал в более хорошем настроении, чем за все последние недели. Сама мысль о том, что его нескладный, невротичный, асексуальный «ценный знакомый» предлагал ему самого себя, словно жертвенного девственника, более чем сполна усмирила остатки его гнева. На самом деле, он был даже впечатлен. Шелдон никогда особо не проявлял готовности жертвовать своими интересами, или комфортом, или предлагать извинения, или беспокоиться о том, что думали о нем другие, замечать их чувства… То, что он собирался пойти на такое ради Говарда, было неописуемо трогательным. Только законченный мерзавец мог бы использовать эту ситуацию для того, чтобы помучить Шелдона. К несчастью для Шелдона, все его друзья временами вели себя, как мерзавцы. * * * Говард и Радж в пух и прах разбили Леонарда и Шелдона в Halo III. Те были слишком заняты пререканиями друг с другом, чтобы продумать нормальную стратегию. У них иногда случались такие срывы. Немного позлорадствовав над их поражением, Радж попрощался со всеми и поехал домой. После этого Леонард изобразил внезапную и непреодолимую усталость и направился к себе, чтобы прилечь, как он выразился, оставив Говарда наедине с Шелдоном. Говард с нетерпением ждал того момента, когда начнет вытягивать признания из Шелдона, а тот будет уклоняться от ответов и чувствовать себя не в своей тарелке. Однако Шелдон сразу же перешел к делу по собственной инициативе. – Говард, чтобы раз и навсегда продемонстрировать тебе, насколько я сожалею о своей ошибке и как сильно ценю твою дружбу, я хотел бы предложить тебе заняться сексом. – С тобой? – Да. – Хорошо. Я хочу анальный секс, только никаких резинок. Хочу все чувствовать, занимаясь сексом. На лице Шелдона читался такой невероятный ужас, что Говард почти решил прекратить розыгрыш, но тут в гостиной снова появился Леонард. – Что здесь происходит? – в притворном замешательстве спросил он. – Мы с Шелдоном собираемся заняться довольно жестким незащищенным сексом, так что если ты не возражаешь… – Подожди-ка, – с негодованием перебил его Шелдон, обхватив себя руками в защитном жесте. – Я не давал своего согласия на то, чтобы заниматься сексом без предохранения, и уж тем более на то, чтобы делать это в гостиной! – Но, Шелдон, ты не можешь ожидать от Говарда, что он наденет презерватив. Тогда он ничего не почувствует. – Это неверно по определению. Через латексное покрытие Говард почувствует достаточно для того, чтобы достичь оргазма. – Если ты и дальше будешь говорить непристойности, то я возвращаюсь в свою комнату. – Леонард! – остановил его Говард, когда Леонард развернулся, чтобы уйти. – Прости нас, вернись, пожалуйста. Ты можешь смотреть. Леонард развернулся обратно. Говард принялся медленно стягивать с себя свитер. Оказавшись в одних штанах и спортивное манишке, он начал напоказ вращать бедрами перед Шелдоном и призывно потирать ладонями свою бледную тощую грудь. – Я категорически не согласен с тем, чтобы Леонард остался смотреть. В конце концов, я тут приношу извинения тебе, а не ему. – Ты целый месяц скармливал мне жуков! И еще один раз, не далее как на прошлой неделе! – Хорошо, в знак примирения я займусь с тобой сексом завтра, Леонард! А теперь просто уйди в свою комнату и надень мои наушники от шума. – То есть ты даешь мне разрешение пойти в твою комнату… – Леонард! Леонард прошмыгнул в коридор и скрылся из виду. Лишившись Леонарда в качестве зрителя, Говард неожиданно почувствовал себя неловко. Он привык расхаживать в полуголом виде только перед женщинами. И, если быть честным, ему вообще не так уж часто случалось расхаживать перед кем-либо полуголым. Он уже собирался сдаться и объявить, что все это было розыгрышем, как вдруг обнаружил, что Шелдон расшнуровывает ботинки. Он действительно собирался через это пройти. Он на полном серьезе собирался обменяться жидкостями с другим человеком ради того, чтобы сохранить их дружбу. Говард положил руку Шелдону на плечо и ухмыльнулся, когда тот отпрянул от него в ужасе. Отличный план, Шелдон. – Я просто дразнил тебя, Шелдон! Леонард рассказал, что ты собираешься сделать, и мы просто немножко тебя разыграли. На лице Шелдона не проскользнуло ни единой эмоции, его руки замерли неподвижно на шнурках ботинок. – Я больше не злюсь на тебя, хорошо? Мы больше не в ссоре. – Так ты не хочешь коитуса? – Никто не хочет «коитуса». Это звучит, как одно из заболеваний, о которых меня предупреждала мама при пользовании общественными туалетами, – сказал Говард и продолжил, подражая голосу своей матери: – «Только не садись на сиденья, иначе подхватишь коитус!» Шелдон начал завязывать шнурки обратно, а Говард натянул свой свитер. Он должен был спросить. Он не хотел знать ответа, но должен был спросить. – Почему, Шелдон? Почему это вообще показалось тебе приемлемым решением проблемы? Я знаю, что Леонард этого не одобрил. – Да. И теперь я вижу, что он был прав. Мое предложение было необдуманным. Шелдон вечно осложнял Говарду жизнь. Он был требовательным, постоянно говорил обидные вещи и никогда не шел на компромиссы, но, словно опухоль, он каким-то образом пророс в Говарде, и, вероятно, неизлечимо повредил ему мозг. Говард сел на диване рядом с Шелдоном, стараясь выглядеть дружелюбным. – Я бы и так вернул тебе твое место на диване. Я просто хотел убедиться, что ты говорил серьезно. – Но я действительно говорил серьезно. – Ты не продержался и двух минут! В синих глазах Шелдона стояла горечь. – Как может вот это, – Говард указал на Шелдона и на самого себя, – быть для тебя менее неудобным, чем позволить мне сидеть на твоем месте на диване? – Совокупление – окончательный акт. Не имеет значения, насколько это будет неудобным, потому что так или иначе это закончится. – Ух ты. Когда ты так об этом говоришь, это имеет смысл. Кстати, к твоему сведению, Шелдон, мы оба парни! Шелдон поморщился, словно учуял нечто неприятное. – Ох. Шелдон, ты что, гей? – Я бы себя так не охарактеризовал, – чопорно ответил ему Шелдон. – Но полагаю, что другие могли бы сказать и так. – Прости меня, я и не думал… Ну, ты понимаешь. Все в порядке, я просто не ожидал… А ты когда-нибудь… ну, ты знаешь, с парнем? Шелдон коротко покачал головой. – А с девчонкой? Он кивнул. – Офигеть! С кем? Когда? Этими вопросами Говард заслужил от него неодобрительный взгляд. Что ж, прости, член, он не хочет об этом говорить. – Ладно, неважно. Ты говорил Леонарду? Говард собирался как следует пнуть Леонарда, если вдруг выяснится, что он держал такой кусок информации втайне от них. – О чем? – О новом фильме с Гарри Поттером… Конечно же, о том, что тебе нравятся парни! – Нет. У меня есть основания полагать, что это негативным образом сказалось бы на нашей дружбе. – Но почему? Леонард не из тех, кто станет опускать тебя головой в унитаз, если узнает, что ты гей. Он современный парень, он не станет думать, что если ты предпочитаешь парней, то непременно положишь глаз на него… О, Господи. Ты положил глаз на Леонарда. Не могу поверить, что этот разговор стал еще более странным. Шелдон дергался и ерзал, явно чувствуя себя неуютно даже на своем любимом месте. Говард по-дружески положил ладонь на его руку, сделав вид, что не заметил, как Шелдон отклонился от него всем телом, пытаясь избежать прикосновения. – Как бы там ни было, если ты действительно хочешь секса с Леонардом, он поддастся, рано или поздно. Это заложено в его природе. Это своего рода краеугольный камень вашей дружбы. Шелдон казался в меру испуганным этим предположением. Говард разрывался между своим дружеским долгом перед Леонардом и странной симпатией к парню, который едва ли мог бы сказать, в чем заключалась разница между сексуальным желанием и несварением кишечника. Как Шелдон вообще мог кого бы то ни было соблазнить? В конце концов, секс по определению был прерогативой Говарда точно так же, как левая сторона дивана была отведена для Шелдона. Говард Воловитц тоже помнил те далекие времена, много лет назад, когда он был таким же неловким и неопытным в сексе. Это было до того, как он выяснил, как найти проституток в Лос-Анджелесе. – Иди сюда. Все, что тебе нужно – это сделать пару первых шагов, а потом Леонард сам подхватит. Поцелуй меня. Он был готов к спору, но вместо этого Шелдон крепко зажмурился и прижался своими плотно сомкнутыми губами к губам Говарда. – Неплохая попытка. А теперь постарайся выглядеть так, словно не испытываешь отвращения от самой идеи физического контакта. Шелдон устремил на него мрачный взгляд. Говард требовал от него слишком многого. На этот раз он сам поцеловал Шелдона. Он мягко прикоснулся ртом к его губам, крепко сжатым и неприступным, словно крепостная стена. Постепенно Шелдон начал расслабляться. Говард мягко целовал его губы и гладил его по лицу до тех пор, пока Шелдон не приоткрыл рот. К изумлению Говарда, Шелдон позволил его языку скользнуть внутрь, и даже ответил на его прикосновение. Говард был просто уверен, что если бы кто-то вошел в комнату пару минут назад, когда он только начал целовать Шелдона, этот кто-то подумал бы: «Почему этот невысокий парень учит второго парня целоваться? Этот второй что, пришелец?» Теперь они перешли к медленным глубоким поцелуям и на самом деле могли сойти за целующуюся парочку. Пришло время решить, как далеко он собирался позволить этому зайти. Но Шелдон принял решение за него, затащив Говарда себе на колени, так что теперь Говард упирался коленями в диван по обеим сторонам от Шелдона, обхватив его ногами. Это было намного удобнее, поскольку снимало проблему разницы в росте, так что отлично сработано, Шелдон. Волосы Шелдона оказались потрясающе гладкими. Густыми и по-настоящему здоровыми. А его губы были такими мягкими. Похоже, приверженность Шелдона к бальзаму для губ с защитой от солнца приносила свои плоды. И его крепкий возбужденный член, вжимающийся в тело Говарда, тоже казался более чем здоровой реакцией на происходящее. Мог ли Говард по-настоящему это сделать? "Сделать" Шелдона? Из всех его друзей мужского пола Шелдон был последним человеком… Да, действительно последним, даже Капитан-Треники казался более возможным кандидатом. Одинокий Ларри был бы так благодарен за простое человеческое прикосновение… но Шелдон? Это Шелдон был инициатором такого непредсказуемого дополнения к их дружбе, а затем сам же сделал изменения доступными для загрузки на жесткий диск. Но теперь Говард задавался вопросом, нравился ли ему хотя бы этот парень, на котором он уже практически ерзал, обнимая коленями его бедра? И они оба теперь были на излюбленном месте Шелдона. Пожалуй, у всего происходящего был некий потенциал. Говард переместился губами Шелдону на подбородок и с удивлением услышал, как его странный друг издал прерывистый вздох. Кто бы мог подумать, что Шелдон Купер вообще способен испытывать возбуждение? Он опустился ниже, покрывая поцелуями его тонкую шею, и скользнул рукой между их телами. Опустившись ладонью к паху Шелдона, он остановился в нерешительности. Шансы того, что Шелдон пойдет на попятный и оставит его неудовлетворенным, если они перейдут к чему-то серьезному, составляли примерно пятьдесят на пятьдесят. Но тут Шелдон сам притянул руку Говарда дальше, сокращая оставшееся расстояние до тех пор, пока его рука не обхватила член Шелдона через ткань его клетчатых брюк. Шелдон уткнулся лбом ему в грудь, удерживая руку Говарда неподвижной. – Говард? – Почему ты говоришь шепотом? – Если Леонард тоже принимал участие в вашем «розыгрыше», то вряд ли он стал надевать мои наушники от шума. Вообще-то, он может войти сюда в любой момент и попытаться… Говард заткнул его рот еще одним глубоким поцелуем. Если отложить в сторону ерзанье, стоны и петтинг, стоило Шелдону начать говорить, и он становился… ну, он становился Шелдоном, а при таком раскладе у них вряд ли что-нибудь получилось бы. Он слегка сжал пальцы на его члене. Шелдон издал стон, но соображал все еще достаточно хорошо для того, чтобы достать свой мобильный телефон. Он набирал сообщение. Говард задавался вопросом, что Шелдон мог отправить Леонарду. Возможно, «вступаю в совокупление, дальнейшие подробности позднее», или что-то вроде «в соответствии со статьей пятьдесят семь соседского соглашения, параграфом…» Шелдон убрал телефон обратно в карман и опустил свои ладони с длинными пальцами Говарду на бедра. Он постепенно перемещался выше, его движения были мучительно медленными. Когда он уже почти коснулся его там, где Говард нуждался в прикосновении сильнее всего, у Говарда неожиданно взыграла совесть. Ах ты ж сукин сын. – Шелдон, ты ведь понимаешь, что я уже тебя простил и что мне ничего не нужно от тебя взамен? – Да, ты выразил это вполне ясно, – ответил Шелдон, его руки замерли у Говарда на бедрах. – И ты уверен, что по-прежнему хочешь этого? Со мной? Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя… – И ты еще заявляешь, что это я слишком много болтаю. – Ладно, как скажешь. Говард глубоко поцеловал Шелдона и прижался своим членом к его. Длинные пальцы Шелдона обхватили его бедра, он прижался к нему сильнее и потерся в поисках более интенсивного прикосновения. Ух ты, что за озабоченное животное. Вот так думаешь, что знаешь кого-то… Говард услышал сигнал своего мобильника. Он был готов поспорить, что это Леонард только что переслал ему сообщение Шелдона. Теперь, когда они оба обладали полной информацией, и Говард сидел верхом на Шелдоне, он неожиданно почувствовал, что не знает, что делать дальше. Поскольку это он из них двоих был наиболее опытным, он должен был взять инициативу на себя. Вместо этого он неожиданно оказался перевернутым на спину, а Шелдон терся об него сверху. Он вдруг понял, как чувствовал себя его плюшевый Альф, когда за него брался соседский пес. Он чувствовал себя охренительно! Шелдон переместился руками Говарду за спину, сжимая и массируя его спину и не прекращая тесно прижиматься к нему пахом. Говард знал, что нужно делать. Сперва он расстегнул собственные брюки, надеясь, что Шелдон подхватит. Вместо этого Шелдон уставился на его возбужденный член с трогательным выражением изумления на лице. Говард немного повозился с застежкой на его брюках, а в следующую секунду обхватил член Шелдона ладонью. Он напомнил Шелдону, что нужно дышать, тот шумно вдохнул и потряс головой. – Я никогда прежде не испытывал такого интенсивного сексуального возбуждения. – Ох, замолкни, – фыркнул Говард, обхватывая рукой оба их члена. – Готов поспорить, ты говоришь это всем парням. – Каким еще… ах… парням? Я… ох… уже сообщил тебе, что… Говард заткнул его рот языком. Даже если Леонард никогда не высказывал желания заняться сексом с парнем, он неоднократно и достаточно недвусмысленно выражал желание найти способ заставить Шелдона заткнуться. Так что, возможно, Говард оказывал услугу им обоим. Он осторожно ласкал ладонью их члены, стараясь двигаться постепенно, но Шелдон становился на удивление требовательным. Он продолжал нетерпеливо ерзать, и толкаться Говарду в руку, и стонать ему в рот. Одной рукой он зарылся Говарду в волосы, а другая его рука цепко вцепилась Говарду в задницу. Когда Говард ускорил движения, Шелдон прервал поцелуй и плотно прижался лбом к его лбу. Он издал короткий стон, а затем Говард почувствовал на своей руке его сперму. Говард как раз собирался довести до разрядки и себя, когда Шелдон буквально опрокинул его на диван и взял его член в рот. Говард едва не кончил в ту же самую секунду, как эти губы сомкнулись на нем, но подумал обо всех тех вещах, которые Шелдон успел наделать в своей жизни, чтобы вывести его из себя, и смог ненадолго успокоиться. Шелдон крепко удерживал бедра Говарда обеими руками, облизывая его член от основания до головки и обратно. Говард смотрел на него в полнейшем изумлении и неожиданно поймал на себе вопросительный взгляд Шелдона. Его зрачки были по-прежнему расширены, синий ободок был едва заметным вокруг огромных зрачков. Его обыкновенно бледные щеки окрасились румянцем, а на лбу выступила испарина. – Черт побери, Шелдон. Ты выглядишь горячо. Шелдон озадаченно посмотрел на него, а затем взял член Говарда так глубоко в горло, что тот совершенно потерял голову. Он кончил Шелдону в рот. Шелдон сидел на своем месте на диване и застегивал брюки. Говард по-прежнему лежал на спине, не касаясь драгоценной подушки Шелдона ни единым дюймом своего тела. – Итак… надеюсь, это было ценным уроком. Я тогда, наверное, пойду, оседлаю своего коня… – Исходя из твоего опыта, как часто первый поцелуй заканчивается сексуальным актом? – Ну, со шлюхами это происходит все время. Шелдон переменился в лице. – Шутка! Ну, не совсем шутка, но у парней все по-другому. – Почему? – Не знаю, это просто так, как есть. Парни могут делать что угодно, это не обязательно должно быть чем-то серьезным. – На чем основано твое заключение? – Оно основано на порно-фильмах. На журнале «Максим». На том, что у парней есть член. Так что просто скажи, что между нами все круто, и я пойду к себе, а ты сможешь… сможешь решить, чего на самом деле хочешь. Шелдон задумчиво посмотрел на Говарда. – Спасибо, Говард. В прошлом я недооценивал значимость твоей дружбы. Я не повторю этой ошибки снова. – Спасибо тебе. Я тоже ценю твою дружбу, – ответил Говард, очищая руки детскими салфетками, которые протянул ему Шелдон. Его не прекращало терзать чувство, что вся сцена была бы более трогательной, если бы он сумел удержать штаны на месте. Но, опять же, нельзя все время ожидать идеальных ситуаций. Иначе непременно закончишь тем, что потеряешь любимую девушку из-за какого-нибудь стремного чувака, изображающего из себя горячую цыпочку-тролля, или купишь себе наушники от шума, лишь бы не слышать, как человек, которого ты любишь, трахает девчонку из квартиры по соседству. – Говард, мне, конечно, до ужаса не хочется поднимать эту тему… – Можешь сказать мне, что угодно, Шелдон. Я тебя слушаю. – Это, – сказал он, указывая на свой рот, – уже твой третий страйк. Тебе снова придется записаться на мои лекции. – Просто иди и почисти зубы отбеливающей пастой. До завтра, увидимся на работе. Шелдона словно ветром сдуло с дивана, он оказался в ванной даже прежде, чем Говард успел закончить фразу. По дороге к своему мопеду он проверил сообщения на телефоне. Там было одно от Леонарда. «Это дружеский запрос первой степени. Пожалуйста, не выходи из своей комнаты».