Атархис. Прихоть богов

      — А ты не торопился, как я посмотрю, — королева заговорила по-эльфийски. Ни её голос, ни мимика не выражали упрёка.       — Я завтракал, — в тон ей ответил Латариэль, словно это можно было считать самой уважительной причиной, затем прошествовал к столу переговоров и сел рядом с матерью, напротив незнакомца. Впрочем, вполне возможно, что они уже встречались раньше, — теперь нельзя было сказать наверняка.       Принц взглянул на мужчину в попытках определить его расу, и их глаза встретились. Тот приветственно кивнул. Проигнорировав его, Латариэль отвернулся. Вот почему он не любил неэльфов — этикета в них ни на грамм. Мог бы встать ради приличия. Он с принцем здоровается или с кем?       — Латариэль, — тем временем, вновь перейдя на общий язык, вещала мать, — как я вчера и говорила, я занялась вопросом твоей безопасности. Позволь представить тебе Приама. Он — наёмный телохранитель, который и будет охранять тебя, пока не закончится расследование.       Эльф снова окинул мужчину критичным взором: однозначно высокий — выше самого принца даже в положении сидя, с соответствующим наёмнику телосложением. Короткие тёмно-каштановые волосы, почти чёрные. Кожа с медным загаром казалась непривычной после белокожих эльфов. Во взгляде лёгкая заинтересованность в происходящем — не больше, но мимику его лица никак нельзя было назвать сдержанной или каменной. Он чувствовал именно то, что чувствовал, никого из себя не строя и ничего не скрывая. Черты лица лишены эльфийской утончённости, но Латариэлю это показалось даже интересным после приевшейся идеальности, но он тут же одёрнул себя: в каком-то безродном наёмнике не могло быть ничего интересного. Тот, кто ниже рангом, всегда оставался ниже и незначительнее. Но даже одежда мужчины сразу бросалась в глаза непривычно тёмными оттенками, простотой и удобством.       — Мне радоваться? — выдал, наконец, Латариэль. — Ты уверена, что он будет лучше тех стражников? Где ты его вообще откопала?       — Следи за речью, — отчитала его королева, переходя на эльфийский.       — Почему? Кто он такой?       — Лучше спроси себя, кто ты такой. Ты принц, Риэль, вот и веди себя соответственно статусу, а не как невоспитанный орк. Когда-нибудь всё наше королевство будет в твоих руках, а ты относишься к своим подданным, как к вещам.       — В том-то и дело, что он не из нашего королевства.       — Он наш гость, так что, будь добр, относись к нему с уважением. Извинись сейчас же.       — С чего бы?! — моментально вскипел Латариэль, прожигая наёмника неприязненным взглядом, будто бы это он был виноват в сложившейся ситуации, — Я же не сказал ничего такого.       Решение королевы было непоколебимо. Она молча ждала извинений.       Латариэль сделал медленный глубокий вдох. Он никогда бы не подумал, что приносить извинения может быть так непросто. Но ведь он был прав: ничего обидного он сказать не успел. Это его тут невоспитанным орком назвали, между прочим. И эта несправедливая, по его мнению, ситуация очень злила.       С усилием расцепив зубы, принц, не особо скрывая свои настоящие чувства, чётко проговорил:       — Прощу прощения, если чем-то оскорбил.       Телохранитель криво усмехнулся:       — Ни в коем разе.       Даже голос его звучал непривычно низко, без типично эльфийского мягкого звона, а в глазах было что-то такое, отчего Латариэль растерял весь запал и, чувствуя неловкость, отвёл взор.       — Не забудь зайти на дополнительные занятия по этикету. Я договорюсь с преподавателями, — добавила мать и, не дав сыну возмутиться, снова перешла на общий язык, — Приам не будет отходить от тебя ни на шаг, так что тебе лучше смириться с его присутствием и не портить отношения сразу.       — Даже в ванну со мной пойдёт? — с невиннейшим видом уточнил Латариэль, и королева тут же сердито на него зыркнула.       — Думаю, обойдёмся без этого, — она быстро вернула себе спокойствие, — А вот ты пойдёшь ещё на одно занятие по этикету вместо тренировок по стрельбе.       Мгновенно пожалев о сказанном, Латариэль захлопнул рот и пообещал себе больше не открывать его до конца разговора.       — Приам, что думаешь насчёт него? — спросила телохранителя королева. — Это точно не может быть некромантией?       Латариэль хотел было возмутиться: он ещё не глухой, и такие разговоры в его присутствии малоприятны, но вовремя вспомнил, что собрался молчать. Тогда он откинулся на спинку стула и с максимально заинтересованным лицом стал рассматривать потолок. Высокий, белый, с замысловатым барельефом. И ему совсем не интересно, о чём говорят те двое. Он-то знает, что его воскресил бог Смерти. Но, чем больше эльф пытался себя в этом убедить, тем сильнее начинал прислушиваться.       — Я не очень разбираюсь в некромантии — вам скорее нужен лугару. Но даже моих знаний хватает на то, чтобы сказать, что для мертвеца он слишком живой.       — А если это высшая магия смерти? Я слышала, что у некоторых некромантов получаются образцы, очень похожие на себя прошлых.       — Тогда вы должны знать и то, что таких магов — считаные единицы во всём Атархисе. И даже если бы один из них каким-то образом оказался в ту ночь во дворце, всё не так просто. Ритуал требует много сил и времени. И, повторюсь, ваш сын не похож на восставшего мертвеца даже высшего класса.       — Подписываюсь под каждым словом, — не выдержал Латариэль, которого уже успели сравнить и с невоспитанным орком, и с зомби, и это было слишком для одного утра, — Я живее всех живых, так что прекратите обсуждать эти неприятные вещи в моём присутствии.       Оба собеседника удивлённо воззрились на принца.       — Ладно, закроем тему, — согласилась королева после недолгого молчания.       — Наконец-то. А теперь ты ответишь на мой вопрос? Почему меня защищает именно он?       — Что-то не устраивает? — низкий голос телохранителя прозвучал с ноткой вызова, и Латариэль перевёл на него впервые заинтересованный взгляд. Кто это осмелился продемонстрировать зубки при королеве? В глазах принца наёмник приподнялся на одну крошечную ступеньку, и потому он решил ответить без сарказма:       — Нет. Я просто хочу знать, кому вверяю свою жизнь, и почему. Ты даже не эльф.       — Вот поэтому нам нужен именно он, — ответила вместо наёмника мать, — Его образ жизни позволит обеспечить тебе наиболее полную защиту. Прибавь к этому тот факт, что Приам считается лучшим наёмным телохранителем в Мирамаре, и ты поймёшь, почему я выбрала его. Ещё вопросы?       — Нет. Ты меня почти убедила.       — Тогда свободны. Познакомитесь как-нибудь сами — у меня без вас дел достаточно. И, Риэль, не забудь о дополнительных занятиях по этикету.       Латариэль закатил глаза, вспоминая неудавшееся начало разговора, и поднялся из-за стола.       — Ваше Величество, — он элегантно поклонился матери на прощание, — Этикет я ещё помню.       И, не задерживаясь более, он вышел из переговорной. Телохранитель бесшумной тенью последовал за ним. Его присутствие не чувствовалось и не раздражало, как опасался того Латариэль, и принц подумал, что готов потерпеть его общество. Тем более если он правда мог помочь выжить. Мать говорила что-то про удобный образ жизни. Нужно было кое-что уточнить.       — Кто ты? — резко остановившись, спросил эльф.       Приам без лишних вопросов понял, о чём речь, и, приоткрыв рот, демонстративно провёл кончиком языка от одного удлинённого клыка до другого.       Интимный жест.       Латариэль не сдержал короткую улыбку.       — Мать сошла с ума, нанимая мне в телохранители вампира.       — Разве? Из нас воины будут получше, чем из эльфов.       — Но это не отменяет того факта, что с нашими дорогими соседями у нас до сих пор не подписан мирный договор. Если что-нибудь, не приведи богиня, случится, мы окажемся по разные стороны баррикад, и для моих убийц это будет очень кстати.       — Так не допусти того, чтобы что-нибудь случилось. Ты же принц.       — Но не всё зависит от меня. Я не всесилен, знаешь ли.       — Разве? — наигранно удивился Приам, — А всего несколько минут назад вёл себя так, будто солнце встаёт по мановению твоей руки, так что я и решил, что…       Вот же идиот! Латариэль закатил глаза и, не дослушав, пошёл в свои покои. И чего он вообще вёл светские беседы с каким-то наёмником? Его задача — охранять. Вот и пусть охраняет молча.       До вечера принц больше не заводил разговоров со своим телохранителем, и тот, в свою очередь, тоже не пытался ни наладить контакт, ни извиниться за не слишком вежливое замечание. И это в значительной мере задевало Латариэля.       Ничего он не самовлюблённый. У него просто адекватная самооценка. Это естественно, разве нет?       Эльф размышлял над этим всё первое занятие по этикету, злясь от этого факта лишь сильнее и меча в Приама молнии. Наёмник то ли действительно этого не замечал, то ли крайне убедительно делал такой вид.       Два остальных занятия по этикету, а потом по риторике и геральдике прошли без происшествий. Преподаватели, уже оповещённые о проблемах с памятью у Латариэля, лишь проверяли уровень его знаний без нового материала. Так что к концу дня принц был изрядно измучен скучными вопросами.       Солнце клонилось к горизонту, и две знакомые служанки уже поджидали Латариэля в его покоях, когда он вернулся с ужина. Вечерние водные процедуры заняли ещё пару часов. Позже, забираясь в мягчайшую постель, эльф думал о том, что прошёл ещё один день после его воскрешения. Мысли о собственной смерти и опасности, таящейся повсюду, до сих пор холодили душу. Кто мог сказать, шаг в какую сторону будет роковым? Если бы только боги, что пробудили его к жизни вновь, давали советы почаще… Одному против целого мира было страшно, как ни крути.       Вдруг вспомнив, Латариэль взглянул в сторону своего телохранителя. Может, всё-таки не одному? Но можно ли доверять вампиру, и сможет ли он действительно защитить? Зависеть от практически незнакомца было не менее пугающе, чем оставаться одному.       Но мать говорила, что наёмник — элитный воин.       Латариэль обратил внимание на крупный двуручный меч за спиной Приама, кинжалы в кожаных ножнах на его бёдрах и лёгкую жилетку-броню, подозрительно напоминающую знаменитую вампирскую «чешую дракона» — доспех лёгкий, но очень прочный, считающийся лучшим в Атархисе. Видимо, элитный наёмник и зарабатывал соответственно. Хотя проверить его репутацию не помешало бы.       — Что-то не так? — раздался вопрос Приама.       Латариэль понял, что его пристальный взгляд не остался незамеченным.       — Пытаюсь понять, в состоянии ли ты меня защитить, — прямолинейно заявил он и, помня утренний разговор, ожидая услышать в ответ что-то язвительное.       Вампир удивил его, ответив совершенно серьёзно:       — Могу гарантировать, что с тобой будет всё в порядке, если не будешь мешать мне работать.       И от этой серьёзности в каждом твёрдо произнесённом слове Латариэлю стало чуточку легче.       — Будешь спать? — уточнил он напоследок, припоминая о вампирах кое-какие факты.       — Нет, на заказах я только медитирую, — ответил Приам, усаживаясь прямо на ковёр, которым был устлан пол, и подгибая под себя ноги.       — Хорошо… наверное.       Принц не был уверен, что удастся спокойно поспать в присутствии кого-то постороннего, но некоторые неудобства можно было и потерпеть ради сохранения жизни. К его собственному удивлению, он уснул быстро и без дискомфорта.       И сразу, как ему показалось, очутился в знакомой тёмной комнате с камином и двумя креслами.