Mind the Gap

      Слишком маленькая комнатушка с низким потолком и тонкими обоями с ржаво-желтыми пятнами под ним навевала только одну не очень умную мысль: «Коробка». Можно ощутить себя героиней скучной книги, которую не знали, как начать, и начали именно со слов «слишком маленькая...», дабы подчеркнуть низкий статус самой героини, да и всего произведения в целом. А какие лавры и яркие аллегории, собственно, нужны? Только бы забыть прошлый том своей автобиографии — его бы в печать сдавать не следовало. Много будут знать — сон будет плохо идти, а это чрезмерно благотворно скажется на производителе популярного снотворного. Пусть уж лучше строчка за строчкой рождается книга неизвестного пока жанра в этом гробу. О, очередное простое слово. Но вот умирать не хочется.       Откатив тёмный, уже заляпанный грязью из луж чемодан на мелких скрипучих колесиках, Кэрол опустилась на ещё более скрипучую кровать и пару раз подпрыгнула на ней, выбивая режущий уши звук. Отлично. Так хотя бы понимаешь: в том случае, если тебя похоронят в этом гробу заживо, здесь есть хоть одна вещица, что будет громче тебя. Может, услышат и спасут. Может. Кэрол скупо усмехнулась. И, действительно, если часто насмехаться над собственным скверным положением, однажды станет не так погано на душе. Что ещё для верности перевести в шутку? Идею сбежать из страны? Новый Свет не вломится вспышкой из-за океана вопреки своей бешеной скорости гигантских автострад — вот на что остаётся надеяться. Атланта теперь далеко.       Точно? Далеко ведь?       Утренний Лондон наконец подарил долгожданное солнце, блестящее теперь в зеркалах водных пленок. Дожди здесь и впрямь нередки, а небо почти всегда заволожено, и Кэрол за несколько дней пребывания в Туманном Альбионе успела это прочувствовать и невзлюбить. После нескольких часов очередного беспокойного сна на новом месте и, наверное, целого часа возни с косметикой в попытке привести в порядок последствия долгой, мучительной акклиматизации и следы прошлой жизни Кэрол всё же нацепила солнечные очки, скрывшие залегшие под глазами пухлые тени. Тяжело вздохнув самой себе, она покинула скромное жилище и по серой лестнице спустилась на улицу, сразу устремляясь к месту встречи с Майком Стэмфордом, единственным человеком во всей Англии, с коим Кэрол была знакома лично. Звонить ему впервые было страшно неловко, а ещё более неловко было объяснять дипломированному врачу свою глупую житейскую ситуацию и просить покровительства. К счастью, Майк всегда был человеком добрейшей души, а потому отозвался участливо и с готовностью, пообещав устроить всё «в лучшем виде». Если полагаться больше не на кого, полагайся на случайных лиц — сие Кэрол скрепя сердце решилась взять за правило, потому что иного выбора не предвиделось.       Когда-то давным-давно славная Америка располагала таким видом искусства как таверны. При всём уважении к голым фактам и рубящей с плеча правде истории, эти места Кэрол подсознательно уважала, считая их оплотом особого рода романтики, какая больше не повторится нигде и никогда. Вся грязь, всё сало и вся гниль таверн с их вечным смогом дыма, мерзким запахом рвоты и клубами спирта казались лучше, чем немытые полы случайной современной забегаловки. Проблема, конечно, в том, что дух таверн беспременно оправдан, ведь какие кругом были времена? Располагающие именно к такому положению вещей: униженные и оскорбленные непонятно чем завоеватели чужих земель пили, хозяину было феерически лень что-либо отмывать за каждой свиньяёй, а понятие санитарных норм обходило целый материк стороной. А вот о тараканах и жёлтом налёте в пунктах приёма пищи родом из двадцать первого века не хотелось даже рассуждать — настолько непотребно и гадко.       Об этом Кэрол думала, подходя к небольшому кафетерию, но, зайдя внутрь, все свои подозрения отмела: помещение оказалось из приятных. Не страдая доверием к людям, ожидаешь подвоха, загадки, наглости. Иррациональный страх за будущность увлекает серьёзнее, чем наркотик. Как жаль, что будущее твоё зависит от людей. Как назло, маленький телевизор в дальнем, но обозримом углу вещал безрадостные местные новости, и Кэрол донеслось лишь: «...серия убийств. Полиция Скотланд-Ярда призывает сохранять спокойствие...». Поёжившись, женщина поспешила абстрагироваться и окинула взором зал.       Стэмфорд уже мягкой каплей восседал за столиком и широко улыбнулся, едва завидев давнюю знакомую, нехотя снявшую очки. Их последняя встреча лет семнадцать назад кончилась стаканом пива на двоих и на приятной ноте, какая завсегда сопровождает подобные стаканы. Обстоятельства выпивки потихоньку удалялись из памяти за давностью лет, однако маячили картинки молодёжного слёта где-то в Декейтере и лица бывших одноклассников. И что Майк забыл тогда среди потных, пьяных детей, каким ветром занесло его, «старшака», ученика колледжа, не отложилось ни в одной голове. - Кэрол! Добрый день, - мужчина подал руку, приподнимаясь со стула, и галантно, легко коснулся губами пальцев Кэрол, от чего её улыбка невольно расплылась ещё шире в смущении. - Здорово выглядишь!       Пелетье вряд ли бы поверила этим словам, даже будь с посвежевшим с отдыха лицом, но в пухлом лице Майка читалось неподдельное восхищение, и ей оставалось лишь подыграть. - Здравствуй, Майк. Ты тоже хорошо выглядишь. Дела идут в гору? - они наконец заняли места напротив друг друга, и Кэрол понадеялась, что в сидячем положении в сон её не потянет. - Это точно, - добродушно отозвался мужчина, иронично похлопав себя по животу. - Но эти же дела не позволяют мне задержаться с тобой подольше, - уже серьёзнее и грустнее добавил он. - Поэтому я хочу сразу перейти к сути. Один мой знакомый...       Кэрол не боялась больниц, Кэрол боялась нового.       Точнее, новое её сильно волновало. Наученная же скрывать свой страх, она наигранно смело двинулась по коридорам госпиталя Святого Варфоломея. Здесь было ещё холоднее, чем на улице, и пахло дезинфицирующими средствами ещё острее, чем в любой обычной больнице. Неизвестно, что думали о Кэрол все встретившиеся в пути врачи и медсестры, но каждый из них — она была готова поклясться — успел на неё покоситься сразу после радушного приветствия Майка, прежде чем пронестись мимо по своим врачебным делам, и Пелетье тайком прикусила губу изнутри, силясь унять сердцебиение и натянуть подобие улыбки. Оттого, видно, это путешествие показалось бесконечным.       Наконец, Стэмфорд спасительно распахнул перед растерянной Кэрол одну из таких же бесконечных дверей, и женщина очутилась в лаборатории, сплошь заставленной реактивами, медицинской посудой и прочим оборудованием, названия которому Пелетье определенно не знала. Человек, сидящий в полумраке за столом в глубине кабинета, на пару секунд поднял оценивающий взгляд, тут же снова уставившись в работу. Майк молчал. Видно, тот, о ком он рассказывал, ещё не явился, и Кэрол тихо вздохнула, готовая к, возможно, долгому ожиданию. Она сцепила пальцы, борясь с желанием привычно скрестить руки на груди, и огляделась, чтобы хоть чем-то себя занять и успокоиться, но бодрый голос сидящего над склянками заставил вздрогнуть: - Майк, можно твой сотовый. Мой сигнал не ловит, - именно так это прозвучало, без интонации вопроса, резко, даже невежливо. Странная английская натура, если верить легендам, сплошь состояла из подобных противоречий, когда тепло сменяется на холод, а вежливость на плевок. - Городской тебя не устроит? - голос Стэмфорда, конечно, показался сейчас тем самым теплом. - Предпочитаю СМСки, - равнодушно отозвался химик. - Извини. В плаще свой забыл, - вспомнил Майк.       Кэрол не успела себя пресечь, и, будто назидательная учтивость, чтобы показать, как нужно вести себя с людьми, вырвалось: - Хотите мой? Возьмите.       Он вновь поистине странно посмотрел на неё, вызвав волну стеснения, но ответил, хотя Кэрол уже заранее настроилась, что он пропустит предложение мимо ушей: - Хочу. Спасибо, - надо же. Возможно, рано делать выводы? - Кэрол — моя старая знакомая, - наконец коротко представил её Стэмфорд.       Его пальцы были неприятно ледяными. Настолько, что Пелетье страшно захотелось закутаться назад в свой плащ, который пускай и плохо, но всё же грел, хотя мужчина даже не коснулся её руки — холодом просто повеяло, когда он забирал телефон. - Джорджия или Флорида? - громко полюбопытствовал он, отворачиваясь и уже набирая СМС. - Что? - Кэрол напряглась, недоуменно обернувшись на Майка, но на лице того светилась такая победоносная улыбка, что стало откровенно жутковато находиться между этих двух мужчин.       Она ввязалась во что-то странное или на нервную голову так действует Англия? - Вы из Джорджии или из Флориды? - повторил курчавый химик, возвращая аппарат. - Джорджия... - пролепетала Кэрол в конфузе. - Но как вы узнали? - А, Молли, кофе, - буквально перебил её долговязый, устремляя своё внимание на распахнувшуюся дверь, пропустившую девушку, почти девчонку, с чашкой в руках. - Спасибо. Куда подевалась помада? - Она не очень подходит мне, - робко, но с натянутой улыбкой пробормотала та. - Да? Было лучше, по-моему. Сейчас рот, - он сделал короткую паузу, как бы подбирая слово, и, уходя в глубь кабинета, бросил почти даже пренебрежительно, завершив фразу определенно пренебрежительным пасом руки в воздухе, - маловат.       «Хам!», - Кэрол едва не вспыхнула, чтобы кинуть это слово в спину англицкому выскочке в вылизанном костюме, но вовремя прикушенная губа и превалирующий над жаждой справедливости страх не позволили ничего сказать. Как всегда. - Понятно, - обреченно отозвалась Молли, в лице которой Пелетье увидела явное желание провалиться сквозь землю или хотя бы этажом ниже, но вместо таких фокусов девушка просто выбежала из лаборатории. Наверное, у них такое не редкость. - Скрипку терпите? - поинтересовался невежливый брюнет, который, кажется, слово «спасибо» просто вызубрил из соображений комфорта, дабы лишний раз не приставали с нотациями. - Я? - неуверенно уточнила Кэрол, косясь на Майка, который только добродушно кивнул. - Я играю, когда думаю, - отозвался мужчина. - Порой молчу по много дней. Соседям по квартире лучше узнать друг о друге самое худшее, - он повернул голову к Кэрол, приподнимая брови и улыбнулся полной сарказма, даже мерзкой улыбкой.       Кэрол не знала, что думать, с немым вопросом уставившись на всезнайку. Неуютно поведя плечами, она, покосившись на занявшегося своими пробирками химика, шагнула поближе к Стэмфорду и тихо спросила, наклоняясь к нему: - Майк, ты сказал ему про меня? - Ни слова, - отрицательно потряс головой мужчина, от чего его подбородок смешно затрепетал. - Тогда кто про квартиру сказал? - опять обратилась Кэрол к Майку, однако за него ответил курчавый. - Я утром сказал Майку, что трудно подобрать кого-нибудь в долю. А после обеда он привёз свою подругу, только что переехавшую в Англию из Америки, - долговязый уже быстро одевался, оставляя чёрное пальто нараспашку. - Простой вывод, - добавил он, повязывая шарф. - Как вы узнали про Джорджию? - выпрямилась Кэрол, поджимая губы и сильнее обхватывая себя руками. Перспектива обитать на одной жилплощади с кем-то, кто очень похож на маньяка, пусть и не внешне, радовала всё меньше. - Я приглядел квартирку в центре Лондона, - вместо ответа констатировал брюнет, уже направляясь к двери, - вдвоем цену осилить. Завтра вечером, в семь часов, - остановился он перед ней, и от этого вмиг испарились последние крупицы комфорта и тепла. - Простите, - вдруг резко сменил тему маньяк, - мне кажется, я забыл в морге свою плеть.       Это выбило Пелетье из колеи окончательно, даже если казалось, что почва под ногами была потеряна ещё при посадке в Хитроу. Замерев на миг в полнейшем ступоре, она смогла лишь с трудом повернуться к уже открывающему дверь химику, чтобы севшим внезапно голосом обронить: - И всё?       Ей почему-то подумалось, что это и есть всё. Назад пути не было, а впереди теперь обрисованы такие странные детали, что сердце предательски сжималось, и Кэрол вдруг решила, что новая жизнь будет ничем не лучше прежней. Может, было бы куда проще и надежнее оставить всё, как есть? В конце концов не для неё такие трудности... - Вы про что? - резко изменил курс уходящий, останавливаясь напротив женщины. - Только встретились и сразу пойдём смотреть квартиру? - медленно отчеканила каждое слово Кэрол, едва унимая дрожь. Впрочем, от собственных слов на место растерянности приходила лёгкая, совсем маленькая злость: за кого вообще эти англичане её принимают?!       Курчавый на момент посмотрел на Майка, чтобы снова перевести внимательный взгляд на Кэрол: - Что-то смущает?       Да он издевается! - Вы мужчина, я женщина, - собралась с духом Кэрол, чуть опуская голову и смотря исподлобья. - Я не знаю вас, а вы не знаете меня. Кроме того, я не знаю места встречи. - Я знаю, - начал химик, выдержав прежде театральную паузу, - вы домохозяйка из штата Джорджия и недавно потеряли дочь. Муж пьёт, избивает вас, но вам удалось сбежать от него; родственников нет, иначе вы обратились бы к ним. Кстати, документы на развод он ещё не подписал, так что могут быть проблемы. Думаю, на первое время достаточно, верно?       И, ловко увернувшись из-под ошарашенного взгляда Кэрол, облачённый в чёрное, выскочил за дверь, в самый последний момент придерживая её и отклоняясь назад, чтобы быстро добавить: - Имя: Шерлок Холмс. Адрес: Бейкер-стрит, два два один, Б, - и, звонко щёлкнув языком, он подмигнул, тут же бросая прощальный взгляд на Майка. - Пока!       И злосчастная дверь наконец захлопнулась.