Кенода

Кентин хмуро шагал прочь от элитного двухэтажного частного дома. - Как ты могла так мило ему улыбаться? - А? - Ода удивленно глянула на пышущего праведным гневом школьника. - Этот лысый толстосум едва не слопал тебя своими наглыми глазенками.       Девушка замерла на месте, продолжая расширившимися, как блюдца, глазами смотреть на своего сопровождающего, а потом вдруг, совершенно неожиданно, искренне рассмеялась. Видя, как живо она это делает, Кентин немного расслабился, впрочем полностью напряжение не ушло. - Что за реакция? - уже собрался он обидеться. - Прости. Но ты сейчас был таким милым. - Милым? - прищурился ученик, немного покраснев.       Ода пожала плечами и продолжила разговор на ходу: - Спасибо. - За что? - вспыливший школьник продолжил путь. - Ты выглядел очень разозленным. Это впервые в моей жизни.       Брюнетка довольно улыбнулась и повернув на торговую улицу бодро зашагала по тротуару. - Как ты можешь спокойно относить к подобным взглядам? Ни разу не возмутилась! - Кентина возмущала беспечность студентки.       Та вновь остановилась, в упор посмотрела на собеседника. - Я к этому привыкла. На меня всегда пялились. Посмотри вокруг.       Бывшая президент неопределенно мотнула головой и парень, подняв голову, наконец, обратил внимание на то, чего прежде не замечал - невольно он оказался в центре внимания. Стоявший у светофора парень в ярких, явно не дешевых, тряпках, увидев, что Кентин смотрит на него, моментально спрятал телефон в карман. Было очевидно, что он фотографировал. Два гопника, сидящих у дороги, мимо которых Кен и Ода прошли ранее, совершенно беззастенчиво прожигали взглядом незнакомку. А парень и девушка, судя по всему парочка, находящиеся в кафе за окном, перестали уделять внимание друг другу, обратив свои взоры за пределы заведения.       Школьник внимательно посмотрел на спутницу, у него по спине пробежали мурашки. Он сам не понял от чего именно. А красотка, с любопытством наблюдавшая за его реакцией, вновь заговорила: - Мы с тобой учились в одной школе много лет, да и за последние недели провели вместе немало времени, но ты ведь никогда раньше не замечал этого, верно?       Еще раз быстро обежав глазами улицу и, ужаснувшись своим мыслям, Кентин тихо спросил: - И ты живешь с этим всю свою жизнь?       Мысль о том, чтобы все время находиться под прицелом чужих глаз, пугала не на шутку. - Ну, по крайней мере, всю сознательную жизнь. На самом деле, есть много людей, которые не реагируют на меня подобным образом. Например, твои одноклассники...Но и других людей тоже хватает.       Ода ухватилась за локоть парня и зашагала дальше. - В детстве мне даже нравилось, что я получаю столь много внимания, будучи до крайности симпатичным ребенком. Рано научилась ходить, говорить и даже читать стала рано. Взрослые меня обожали. Благодаря всему этому, я никогда не была обделена вниманием. Меня часто брали играть в детские спектакли. Я была ребенком не знающим трудностей.       С этим разговором, парочка дошла до автобусной остановки. Автобус подъехал тут же, как по заказу и разносчики пригласительных уютно устроились в самом конце салона, где кроме них двоих никого больше не было и они спокойно могли беседовать дальше. - А что о твоей безумной популярности думают твои родители? - А что им о ней думать? Они тоже учились привыкать. К тому же, мой отец был бизнесменом, много времени проводящим на работе. А моя мать домохозяйка, всегда старающаяся, чтобы дом и семейные отношения были идеальными. Где бы им было взять время на волнения по таким пустякам? Они с самого моего рождения были рядом, поэтому воспринимали все как должное.       Кентин ненадолго задумался, пытаясь представить себе родителей Оды. - Какие они? Твои родители, - спросил он раньше, чем успел осознать, что делает.       Вспомнив родителей, девушка улыбнулась. Ее лицо внезапно изменилось - оно словно засветилось изнутри. Впервые за все время парень не мог оторвать от нее взгляда. Немного отвлечься ему удалось лишь когда раздался ее голос. - Моя мать довольно эфемерное создание. Она похожа на наивного ребенка. Иногда кажется, что ее закинуло в наш мир из какой-нибудь нелепой фейско-эльфийской страны. Она не помнит зла, быстро и легко забывает все плохое, всегда выглядит счастливой. Совершенно не приспособлена к жестокой реальности. А отец...Для такой, как моя мама, нужен был именно такой как он: сильный и надежный, словно скала. Уверенный, бесстрашный и добрый. Рядом с ним, мама всегда могла оставаться собой и ничего не бояться. Казалось, что он может сделать все на свете, а любая беда уйдет сама собой, так и не добравшись до нас. У меня было замечательное и счастливое детство.       Пока говорила о семье, Ода не смотрела на того, кто сидел рядом. К концу рассказа ее лицо стало грустным и задумчивым. Целую остановку эти двое ехали молча, пока в голове Кентина не "щелкнуло". - Ода... - М? - Ты сказала, что дядя опекун.       Девушка обернулась к нему, приобретя необыкновенное сходство с Мари-Стеллой, когда та внимательно слушает, словно стараясь не упустить ни единого слова. - Они же не...? - парень замешкался - Нет, - с легкой улыбкой, немного натянутой на вид, опровергла студентка мысли попутчика - Они живы.       Парень облегченно выдохнул, но стал понимать еще меньше. - Но, почему тогда? - Несколько лет назад, - немного подумав, Ода решила таки все объяснить, в конце концов, это не было секретом - Моего отца обвинили в преступлении, которого он не совершал, и посадили.       Глаза Кентина удивленно распахнулись. Он не смог произнести и звука от изумления. - Мой отец - бизнесмен и он может быть рациональным и хладнокровным, но он добрый человек и не сделал бы ничего ужасного. Но, к сожалению, мы не смогли доказать его невиновность. А нанятые адвокаты смогли лишь скостить ему срок до 4,5 лет. Половину этого срока он уже отсидел.       Молодой человек старался все уложить в своей голове, но это было весьма непросто - информация была неожиданной, как гром среди ясно неба. А спутница все продолжала: - После всего этого, моя мама сильно заболела и пол года провела в больнице. Ей противопоказано любое волнение. С тех пор мой дядя стал моим официальным опекуном. Вот такая история.       Автобус подъехал к нужной остановке и ребята покинули его. В молчании они дошли до самых ворот школы. Тут их пути расходились и Ода обернулась к Кентину, собираясь попрощаться, но сделать этого не успела - он крепко обнял ее, прижав к себе. Сердце девушки, и без того находящееся не на месте из-за волнения по поводу рассказанных событий прошлого, пропустило удар, а затем громко ухнуло. - Ч..что...ты делаешь? - она не сопротивлялась его рукам и замерла как статуя. - Просто постой так минуту, - ответил Кентин, продолжая обнимать студентку.       Его не отпускала вина, из-за того, что заставил Оду грустить и вспоминать плохие моменты. Он не знал, что может сделать, но чувствовал необходимость в том, чтобы поддержать эту красивую, но растревоженную девушку.        "Он такой теплый" - незаметно для себя, брюнетка расслабилась в руках парня и прижалась к нему, ощущая покой и умиротворение, которых уже давно не было в ее душе. - Спасибо.       Школьник немного отстранился и заглянул в красивое лицо. Привычная спокойная и бодрая улыбка вновь коснулась женских губ. Облегченно ученик ответил на эту улыбку. - Ладно, мне пора...Пока.       Ода махнула рукой и пошла прочь. Парень проводил ее взглядом до конца улицы, а потом направился в противоположную сторону. Эти двое так и не заметили, как все то время, что они стояли возле школы, за ними наблюдали.       Когда молодые люди разошлись в разные стороны, мужчина скрипнул зубами. Он еще никогда не чувствовал такой сильной и необъяснимой злости. Еще никогда. Быстро сев, он надавил на педаль газа и темно-бордовая машина тут же сорвалась с места. Конец главы.