Сердцу хочется кричать.

На часах было без двадцати пять, во всем замке стояла тишина, нарушаемая лишь вышагиванием стражи, которая охраняла покой. Я был готов: серые штаны, кроссовки, поверх темно-вишневой легкой кофты надел черную безрукавку с капюшоном, на том и остался доволен. Водрузив себе на плечи собранный еще вчера походный рюкзак, я открыл проход. Представляю, что будет, когда мой отец узнает, что меня нет в замке, да и вообще в этом измерении; ну ничего, пусть сам развлекает этих гостей, только правда маму подставлю, но она меня поймет, она всегда меня понимала. Шагнув через проход, оказываюсь в комнате Марко. Я все предусмотрел, даже специальный прибор на руку надел, нелегальный, он путает магический след, это на случай, если меня захотят отыскать по этому самому магическому следу. Марко в комнате не оказалось, но около кровати красовался собранный походный рюкзак. Дверь открылась, и в комнату зашел сам её хозяин. — Привет, вижу готов. Марко, улыбаясь, кивнул и, подойдя к рюкзаку, водрузил его себе на плечи, а после поправил серую кепку на голове. Осматриваю его: серые штаны, кроссовки, салатового цвета футболка, поверх накинул цвета морской волны кофту на замке с капюшоном. — Ты записку оставил? — Да, написал, чтобы за меня не переживали и меня не будет дома некоторое время. — Сойдет. Снова открываю проход последний раз, ведь ближайшие несколько дней он мне и не понадобится. Вокзал довольно большой, и видно, что его поддерживают в хорошем состоянии, в целом же он не так сильно отличается от обычного вокзала в измерении Марко. Гуманоидов из разных измерений не так много, но и не мало. Внешность я сменил для всех, кроме Марко. В глазах других я выгляжу как рыжеволосый обычный человек. Не раз я уже экспериментировал со внешностью, потому могу подобрать тысячу образов, магия простая, её я еще в детстве хорошо освоил. — Ты подожди меня пока в зале ожидания, я билеты возьму и приду, можешь пока купить попить или там чего захочешь, дорога будет довольно долгой. Я достал деньги и отдал Марко, который поначалу начал отнекиваться, но после все же взял. Натянув ему кепку в шутку на глаза, улыбаюсь и направляюсь к кассам. Выбрав кассу в которой почти не было очереди, я забрал билеты и вернулся в зал ожидания. Металлические скамейки и на одной из них занял место Диаз, разглядывая наклейки на двух купленных бутылках минералки, такой серьёзный, так и тянет, глядя на него, улыбнуться. Подойдя, наклоняюсь и тоже смотрю на наклейку. — Интересно? Он протягивает мне одну бутылочку, которую я забираю, освобождая его руку. — На непонятном языке тут написано, хорошо, что хоть продавец меня понял. — Ну в такие места специально берут омнивокс, они могут моментально понять и начать говорить на том языке, на котором изъясняешься ты. Вместе с билетами мне дали брелок со специальной жидкостью внутри, при приближении поезда эта жидкость начинает светиться, собственно, это она и сделала спустя некоторое время. — Вставай, пошли, наш поезд прибыл. Мы с Марко покинули зал ожидания и вошли на станцию, в ней тоже было мало что необычного. А вот и поезд. Так как ехать было довольно долго и одним днем мы не отделаемся, я открыл дверь в двухместный вагон купе и пропустил Марко вперед. — Ну, это наша комната, можно сказать на весь железнодорожный путь. Я, как и Диаз, осмотрел небольшое помещение: две кровати, окно, столик, над кроватями полки для вещей, есть как верхний свет, так и светильники около кроватей, все довольно уютно и комфортно. Марко прям весь так и светился счастьем, усевшись на кровать с правой стороны. Да, чувствую, это путешествие будет самым лучшим в моей жизни. Поезд тронулся, я и Марко застелили свои койки, а рюкзаки закинули наверх, достав оттуда несколько вещей, которыми захотели бы воспользоваться в пути: чашки, чай, кофе, печенье двух видов, журналы, Диаз взял планшет и зарядное устройство, к слову, розетка здесь тоже была, карты тоже были прихвачены. — Том, спросить хотел, а тебя самого разыскивать не будут? — Будут, но что толку, я хорошо след скрыл, плюс если мой отец решит, что я куда-то двинул на поезде, у него нет прав требовать останавливать некоторые поезда, даже не смотря на то, что он король, этот поезд входит в их число. — Не боишься, что тебе потом достанется по возвращению? — Слушай, Диаз, не забивай себе этим голову, лучше расслабься, и возвращайся к мыслям о походе, а вообще, советовал бы тебе обратить взор в окно. Не зря я это посоветовал, вид сменился: небо раннее еще и водная гладь, казалось сам поезд едет по ней, а там вдали виднелся островок с домиками и деревьями. — А это мы где? Уже в другом измерении? — Не совсем, многие думают, что переход, это просто как перешагнуть порог двери, но они ошибаются, проход между мирами тоже имеет свой вид. — То есть? — Да мы в параллели, что связывает тысячу измерений. — Но, это невозможно, это… — И тем не менее реально, ну ехать нам довольно долго и вид будет меняться несколько раз перед нашей остановкой. Так что, как будем время коротать? А, Диаз? — Том, слушай, я гитару у тебя приметил, может, споешь? Давно я не слышал твое пение, а я могу пока чаю нам организовать. — Ну ладно. — Ты, как понимаю, не завтракал, как и я. — Верно понимаешь. Я расчехлил гитару, а Марко приготовил чай, горячий, ну что же, пока чай стынет. Ну ладно, Диаз, есть у меня одна песенка недавнего сочинения. Я провел рукой по струнам и запел: «Вот она — наша дорога С попутным ветром ловим лучи яркого света. У нас длинный путь Через горы и рвы. Мы идем вперед, ведь там нас что-то новое ждет. Вперед, мы с тобой все сможем. Если ясное небо сменится дождем, не беда. Мы с тобой все сможем. Вот она — наша дорога. Сколько звезд мы удержим в руках И сколько увидим рассветов и закатов, Ты всегда можешь опереться на мое плечо. Ведь я всегда буду рядом. Мы идем вперед, ведь там нас что-то новое ждет. Вперед, мы с тобой все сможем. Если ясное небо сменится дождем, не беда. Мы с тобой все сможем. Вот она — наша дорога Наша с тобой дорога вперед.» Всё время, пока я пел, поглядывал на Марко. Видно, он пытается подпевать, пусть и немым голосом, а знал бы ты, Марко, что у этой песни два значения, и о втором ты скоро возможно и сам догадаешься. — Здорово. — Принимаю заявки, могу еще что-то спеть. — Давай чай пить, — сказал он всё с той же теплой улыбкой, с которой пытался подпевать. Я отложил гитару и, подвинувшись ближе к столику, взял чашку и открыл пакетик с печеньем. Марко посмотрел в окно, я знал, он чувствует то же, что и я — свободу.