Небо поможет нам 3. Запретная любовь.

      Спустя год эта семейка почти не изменилась, кроме пополнения в виде альфы и омеги, которым сейчас по одиннадцать. Так еще и наш милый альфа Сэмми возмужал и стал совсем уже взрослым, семнадцатилетним подростком со своими проблемами и гормонами.       Роберт с Уильямом отправились в путешествие по островам: они решили отдохнуть, сменить обстановку и укрепить свои чувства друг другу. Хотя этот факт совершенно не изменял того, что Уильям продолжал ревновать. Брюнет, в свою очередь, совершенно не изменял, он изо всех сил доказывал свою верность и любовь к супругу, делая его самым счастливым.       Тем временем близнецы и Сэмми остались на две недели у дедушек: Зейна - пятидесяти восьми лет, и Люсьена - тридцати шести лет.       Люсьен при виде старшего внука старался отводить взгляд и не вдыхать его сладостно-манящий запах, который сводил его с ума и наталкивал на очень плохие вещи, какие он никак не смел воплотить снова.       Юноша знал, что Люсьен - его истинный омега, но при этом понимал, что если кто-то узнает, то они останутся без семьи.       Их отношения сложная штука: вроде бы уже переспали, надо бы начать встречаться, так нет, у них возобновились отношения дедушка-внук и только остается им, что бросать томные взгляды друг в друга и ревновать к каждому столбу (хотя ревнует только Сэмми и не к столбу, а к Зейну)       Уильям в последние 5 лет начал часто болеть. На нем явно сказался его образ жизни в подростковом возрасте. Но тем временем взрослый омега лежал в палатке рядом с мужем на берегу моря. Они как раз сейчас отдыхают на Гавайских островах.       Однажды Зейн повел близнецов Криса и Дэнни в парк аттракционов, в который они так просились. Мужчина ничего не мог поделать, как согласится с ними и сводить их, ибо они давно хотели туда пойти, но откладывали. Так как Сэмми не любитель такой шумихи и веселья, то его оставили следить и помогать Люсьену, который лежал с температурой.       Сменив холодную тряпку на лице мужчины, парень решил начать разговор.       — Люсьен… я хочу кое-что сказать…       — Я тебя слушаю… - ответил рыжий больной мужчина, смотря на Сэмми.       — Ну-у, я думаю, мне стоит вернуться домой… Ты знаешь, что мы истинные, и нам нельзя быть рядом… То, как мы тогда поступили - неправильно, мы поддались соблазну, а то, что происходит после этого, совсем ни в какие ворота не лезет, - блондин нервно кусал свои губы, но не смел смотреть в глаза омеге.       — Прошу, ничего такого более не повторится, если только… ты этого не захочешь, - и, сглотнув ком в горле, Лю продолжил: - Останься, все ушли, и мне тут довольно-таки одиноко, – с грустью произнес омега.       — Вот именно! Я хочу, но это неправильно, хоть мы и истинные, я, ну-у… Не смогу контролировать… И я… Ну… Ты понял. Я этого и боюсь. Что… что это случится вновь. Как бы нам хорошо тогда не было, это не должно больше повториться, - подросток вздохнул, а после продолжил: - Просто пойми меня, мне тяжело находиться рядом с тобой, чувствовать твой запах, касаться или просто задевать тебя. Мне… мне это невыносимо, а особенно видеть вас вместе с Зейном. Я… Давай я все же поеду домой?..       Все эти слова до боли приятно разливались по телу Люсьена, то, как он сейчас смущается, тихо говорит, совсем не сочетается с тем контрастом эмоций, что были тогда на кухне. Все же он еще такой ребенок.       — А сможешь ли? Зная, что я весь такой больной, горячий, лежу тут, болею, - усмехнулся Люсьен, принимая сидячее положение и приближаясь к лицу альфы.       — Взять смогу, но понимаешь ведь последствия. А вдруг дедушка с братьями вернуться раньше? - говорил подросток, кусая нижнюю губу, а когда увидел, как Люсьен к нему движется медленно, плавно, словно змея, в нос ударил опьяняющий запах кардамона с корицей. Люсьен уже почти коснулся чужих губ, как почувствовал на своей груди руки, а после тихое: «Нет», - и резкий толчок в грудь, возвращая того в лежачие положение. Сэмми не смел смотреть на Люсю, он просто чуть громче спросил:       — Где мои ключи от дома?       Зеленоглазый показал рукой в направлении письменного стола, а после Сэмми встал с кровати и подошёл к нему, находя на поверхности связку ключей. Вернувшись обратно, парень увидел уже отключенного Люсьена. Выдохнув, альфа продолжил делать компрессы, сидя рядом. То, как мило выглядел Лю, когда спал, вызвало умиляющуюся улыбку у младшего, а после его рука потянулась к лицу омеги, которая начала оглаживать тонкие черты, нежно улыбаясь и наслаждаясь этой замечательной тишиной, этим чудным мгновением спокойствия и удовлетворения. В этом же нет ничего такого, верно?       Но после мужчина пришёл в себя и посмотрел на альфу. Парень рефлекторно отдернул руку и спросил:       — Как ты?       — Голова немного кружится… - омега устремил взгляд в сторону лежащих рядом с ним на тумбе ключей, за которыми альфа проследил и ответил на немой вопрос омеги:       — Нет, я подожду, когда все придут и тогда уйду… Лежи пока.       — Хорошо, Сэмми. Будь добр, принеси мне стакан воды, - попросил Люсьен.       Светловолосый альфа быстро принёс воду и начал аккуратно поить омегу.       — Можно одну просьбу? - поинтересовался мужчина.       — Какую?       — Поцелуй?       Юный альфа чуть нахмурился и сказал:       — Н-нет, прости… Если я начну, то вряд ли смогу остановиться. Грёбаные инстинкты.       — Но ведь это всего лишь поцелуй и не более, - размышлял Люсьен.       Альфа вздохнул.       — Нет, прости, нам надо перст… Чт… - отведя взгляд от омеги, альфа даже не заметил, как тот резко притянул его за шею и страстно поцеловал, чуть ударившись зубами. Сэмми пытался отстраниться, хотя особо и не старался, а после, поддавшись чувствам, ответил на поцелуй, упершись локтями по обе стороны от головы старшего. Этот поцелуй был такой сладкий, такой желанный и до умопомрачения запретный, что аж до стонов младшего, который как бы не отрицал их отношения, но до болей в паху желал ощущать губы старшего. В этот момент будто струна напряжения натянулась и была готова порваться от любого выброса гормонов. Они слишком долго не касались друг друга, слишком долго не оставались вот так одни. Им этот поцелуй был необходим как допинг - до того тела этих истинных соскучились друг по другу. И что это за внезапная перемена в Сэмми? Это точно один и тот же человек? Ведь тогда он так страстно, без сожалений и предрассудков втрахивал тело Люси в стол, который, кстати, после этого стал скрипеть, когда двойняшки начали его на себя двигать.       Но как только Сэмми, казалось бы, расслабился, увлекся в сладкий мини оргазм, как послышалось, что кто-то открывает дверь.       Люсьен с огромнейшим нежеланием отстранился от губ Сэмми и повернулся на бок.       — Как вы тут? – поинтересовался нарушивший идиллию помещения Зейн.       Сэмми стоял рядом с кроватью, наклонившись, при этом делая вид, что поправляет одеяло.       — Хорошо, деда уснул только что.       — Пусть спит. Ты голоден, Сэмми?       В комнату зашли Крис и Дэнни.       — Мальчишки, не мешайте Люсьену, он спит. Идемте в другую комнату, - попросил Зейн.       — Немного. Дед, я думаю домой уехать, там друзья ждут, да и позаниматься нужно.       — Отец сказал, что мы все сидим тут, никаких «домой», - высказал свое мнение Кристофер.       Сэмми зло посмотрел на брата.       — Свали отсюда, мелкий. Ты еще не дорос, рот свой тут открывать. Так что, дед? – грозно сказал Сэмми брату, после обратившись к деду, но тут же вмешался в разговор якобы сонный Люсьен:       — Сэмми, я сплю… Не шуми… - тихо произнес зеленоглазый омега, затем зевнул и продолжил притворяться спящим.       — Отец не разрешил вас отпускать. Головы они нам потом поотрывают с Люсьеном. И вообще, не ссорьтесь, мальчики.       Сэмми бросил последний взгляд на Люсьена, а после вышел из комнаты и ушел на кухню готовить.